Прогулка под дождём

      Акаши показал Рэнкэцу дом, рассказал о некоторых вещах, связанных с его семьёй, и заваливал девушку вопросами. Впрочем, Хай, хоть и бесилась от этого, но всё же была благодарна парню, ведь он отвлекал её от ненужных мыслей. Однако продолжилось это недолго. Перед ужином Сейджуро предложил сероволосой почитать в библиотеке. Естественно, отказать она ему не могла, но читать не шибко любила, можно даже сказать, ненавидела. И сейчас выбирая какой-то глупый сопливый роман, девушка невольно задумалась о последнем пребывании в доме своего жениха. Тогда он явно позволил себе лишнего. Такое жизненное потрясение она не забудет никогда. Густо покраснев, красноглазая вытащила первую попавшуюся книгу. Дикое смущение не проходило, поэтому, забыв, что держит роман, Хай сильно треснула по своим раскрасневшимся щекам, из-за этого уронив книгу. — Всё в порядке? — спросил Акаши, выглянувший из соседнего ряда. Невеста замерла. Она испугалась, что аловолосый мог всё понять, поэтому промолчала. — Хай? — в голосе парня прозвучали нотки беспокойства. Он уж было сделал шаг, как вдруг Рэнкэцу встрепенулась. — Не беспокойся, всё в порядке! — замахала она руками, повернувшись к нему лицом. — Просто я задумалась, — улыбнулась девушка, но получилось неубедительно. Улыбка была натянутой. Сейджуро заметил маленькую ложь невесты, но сделал вид, что поверил, и жестом пригласил её сесть за стол. Коротко кивнув, Хай подняла книгу, быстро прошмыгнула мимо Акаши и мгновенно заняла место у окна, уткнувшись носом в книгу. Тяжело вздохнув, баскетболист сел напротив неё и принялся читать какой-то детектив. Убедившись, что жених полностью углубился в смысл произведения, Рэнкэцу перевернула страницу и устремила грустный взгляд в окно. Она периодически листала книгу, чтобы Акаши считал, что она читает. Однако красноглазая была слишком самонадеянной. Сейджуро довольно быстро смекнул, что Хай пытается его дурить. Он поднял на неё глаза, видя, что её рука просто бездумно перелистывает страницы романа. — Интересный роман? — спросил баскетболист, сделав вид, будто вообще не отрывал взгляда от текста. Краем глаза парень заметил, как невеста вздрогнула от неожиданности и растеряно глянула на него. — Ну, Эм... Да, — заикаясь, отозвалась сероволосая. Сейджуро вновь поднял на неё глаза, а девушка отвела свои в сторону, стараясь казаться спокойной. — Правда? — наигранно изумился баскетболист, подперев голову ладонью. Специально кинув фальшивый заинтересованный взгляд на раскрытую книгу, он ехидно усмехнулся. — Кажется, я его ещё не читал... О чём он? — какое же неописуемое удовольствие получил парень, видя замешательство сероволосой, которая быстро вернулась к первой странице текста. — А... Ну, эм... — с запинками мямлила девушка, но в один момент резко остановилась и стукнула кулаком по столу. — Блин, и чего я разнервничалась? — проворчала она, опустив голову. — Если так интересно, то сам прочитай! — возмущённо посмотрела на жениха Хай и обижено отвернулась, гордо вскинув голову. На этот агрессивный выпад Сейджуро ответил снисходительной улыбкой. — Если ты не хотела читать, нужно было об это сразу сказать, — размеренно и спокойно проговорил аловолосый, захлопнув свою книгу. Он поднялся и, подойдя к стушевавшейся невесте, забрал роман и скрылся за стеллажами. «Вот всегда так... Не могу я сидеть с ним рядом! — обречённо вздохнула красноглазая, ложась на стол. — От одной только мысли, что я здесь ночую, становится тошно», — тихо фыркнула она и уставилась в окно. Когда Акаши разобрался с книгами и уж было хотел что-то сказать Рэнкэцу, но вдруг замер. Он не понимал волейболистку в такие моменты. Её взгляд становился каким-то непонятным. Пустым... Как будто Хай сейчас размышляла о смерти. Подобная догадка всерьёз напугала парня. — Рэнкэцу. — А? — красные глаза прояснились. — Что? — посмотрела на него сероволосая. Голосовые связки застыли. Акаши впервые ощутил неожиданную невозможность произнести хотя бы слово. Что сказать, если девушка снова обычная? Можно, конечно, попытаться докопаться до правды расспросами, но красноглазая и сама может не знать, что выглядит со стороны как та, кто хочет совершить суицид. Нельзя быть наверняка уверенным, когда говоришь о Рэнкэцу Хай. Есть вероятность, что аловолосый мог и ошибиться. Вдруг невеста всегда такая. Но и это ставилось под сомнения. — Пора на ужин, — коротко бросил Сейджуро и поспешил отвернуться. Не долго думая, он направился к двери, совершенно не заботясь о том, идёт ли Рэнкэцу за ним или нет. Впрочем, сероволосая не заставила себя долго ждать и уже догнала неожиданно похолодевшего жениха. Она не знала, что это всего лишь маска. Акаши испытывал море эмоций, но не понимал, какой именно из них стоит отдаться, поэтому предпочёл вовсе ничего не выражать, вводя таким образом Хай в замешательство. Конечно, расспрашивать она ни о чём не стала, а просто шла позади, постепенно углубляясь в размышления. Дошли они быстро и просто плюхнулись на стулья, отодвинутые для них слугами, и принялись за трапезу. Не имея ни малейшего понятия, что нравится гордой волейболистке, аловолосый распорядился, чтобы повар приготовил что-нибудь особенное, но не слишком изысканное. Судя по тому, чем питается девушка в школе, можно сказать, что она явно не поклонник разносортных деликатесов. К несчастью, этой информации было не достаточно, потому что Рэнкэцу без конца жевала бутерброды или багеты. Порой, Сейджуро невольно начинал беспокоиться за её желудок и пищеварение в целом, однако это чувство быстро исчезало на фоне некой вражды. «Я его совсем не понимаю... Как можно быть счастливой семейной парой, если мы даже довериться друг другу боимся? К тому же, он вечно строит из себя холодного и неприступного принца. Неужели он и правда думает, что я буду подстраиваться? Вот ещё! Я не из тех, кто прогибается под другими! Уж лучше я стану совсем чёрствой, чем поддамся его влиянию... — тихо хмыкнув, Хай посмотрела на вечно спокойного жениха, который тщательно пережёвывал пищу, уперевшись каким-то задумчивый взглядом в роскошную вазу, стоящую на небольшой тёмной тумбочке возле двери. Когда красноглазой надоело, то она отвела глаза, раздражённо хмурясь. — Такими темпами наши семьи перегрызутся и начнут междоусобную войну», — Тяжело вздохнув, Рэнкэцу отправила кусочек запечённой свинины в рот, начав вяло её жевать. Теперь настала очередь баскетболиста смотреть на невесту, думая о возникшей проблеме. «Такая непостоянная и злая... И как прикажите вообще разговаривать с ней? Я слишком быстро выхожу из себя, когда мы ругаемся, что странно. Обычно выходит из себя мой оппонент, вот только в данном случае мне смеет нотации читать девчонка. Впрочем, так ли это важно? Я всего лишь хочу, чтобы она уже наконец успокоилась и приняла статус как моей будущей жены. Мне не хотелось бы вечно с ней конфликтовать. Слишком утомительное это дело», — парень тоже вздохнул, продолжая трапезу. Никто из них не решился начать серьёзный разговор. Но, может, оно и к лучшему?       Покончив с едой, подростки перекочевали в сад. Там было очень красиво: аллеи сакур, аккуратные клумбы с всякими разными цветами, арки, обвитые красным виноградом, две беседки, одна из которых находилась возле декоративного прудика, где плавали среднего размера рыбки. Именно здесь школьники решили остановиться. Акаши стоял возле входа, облокотившись о столбик, поддерживающий крышу, и смотрел куда-то в сторону, в глубь сада, раздумывая над чем-то сложным. Рэнкэцу не стала заострять на нём внимание, поэтому просто облокотилась руками о стенку открытой беседки и стала наблюдать за мирно плавающими рыбками. «Наверное, им не знакома суета внешнего мира... Хорошо им, наверное. Плавают себе спокойно и не знают суровой реальности места, где живут. Вот бы и мне так... Плыть или лететь куда вздумается и не оглядываться назад», — с её стороны раздался тяжёлый вздох, который сразу же привлёк внимание Сейджуро. Парень медленно перевёл на неё вопросительный взгляд, но не спешил начинать разговор. Он обдумывал, как бы удачно высказаться, да так, чтобы девушка не разозлилась. На ум ничего дельного не приходило, тогда аловолосый решил спросит прямо. Протяжно выдохнув, он упёрся руками в стенку беседки, которая была ему по живот. — Ты боишься? — спросил баскетболист, сверля хмурый взглядом рядом стоящее дерево, точнее его ствол. Как бы странно это ни звучало, но Хай просто промолчала, даже не обернувшись. Подобный феномен серьёзно удивил Акаши, он подумал, что она либо не хочет с ним говорить, либо таким образом отказывается обсуждать эту тему. Парень решил, что невесте хочется побыть наедине с собой, так что собирался уйти. Стоило только его ноге ступить на светлую, мягкую траву, как вдруг его вынуждает задержаться, неожиданно прорезавшийся голос. — А сам? — Сейджуро обернулся, непонимающе смотря на согнутую спину сероволосой. — Сам ты не боишься жениться? — Рэнкэцу было очень сложно смириться с фактом своего замужества, но, кажется, начала сдавать позиции, понимая, что баскетболист слишком упёртый. Однако нельзя оставаться в этом полностью уверенными, Рэнкэцу Хай крайне непредсказуемый и непостоянный человек. С минуту подумав над словами красноглазой бестии, Акаши тихо усмехнулся и неторопливо направился к пруду. Когда он появился в поле зрения Хай, девушка не сводила какого-то нейтрального взгляда с его спины. Аловолосый смотрел на пруд и словно дожидался чего-то. — На тебе не боюсь, — сказал баскетболист, повернувшись к невесте. На губах играла хитрая ухмылка. Взгляд Рэнкэцу нисколько не изменился, оставаясь таким же незаинтересованным. — Пф! — фыркнула она, отворачиваясь. — С чего бы? — Было бы неприятно жениться на глупой дурочке, которую интересуют только мои деньги, — хохотнул Акаши, запустив руки в карманы. — Да-а-а-а? Так меня тоже интересуют лишь деньги, — буднично сообщила Хай. У жениха вытянулось лицо от удивления: не этого он ожидал. Усмехнувшись, волейболистка села на стенку, перекинула через неё ноги, спрыгнула на траву рядом с Сейджуро и насмешливо посмотрела на него. — Но не твои, — похлопав аловолосого по плечу, она прошла мимо вприпрыжку. «Вот же», — загадочно улыбнулся баскетболист. — Ты так и не ответила на мой вопрос, — сказал он, не оборачиваясь. Собственно, это было и не нужно, Акаши знал, что Рэнкэцу замерла. — Эй! — окликнула она его, чтобы обернулся. Сейджуро повернулся к ней лицом, изогнул тонкую бровь. — Я не боюсь выйти за тебя, просто не хочу терять свободу, — хмыкнула сероволосая, устремив грустный взгляд в вечернее небо. — Ясно? — впервые Сейджуро ощутил некую строгость в её голосе, отчего стало как-то не по себе. Кто бы мог подумать, что волейболистка умеет быть холодной. — Ладно, как скажешь, — пожал плечами парень, приближаясь к девушке. — Вот только ты уверена, что правильно понимаешь значение своих же слов? — в такой же задиристой манере он похлопал её по плечу и прошёл вперёд. — Кх! — сжав кулаки, Рэнкэцу старалась не выйти из себя, в противном случае она может в гневе проболтаться о том, о чём не надо. — «Да что ты сам можешь знать об этом, если никогда даже и не думал о свободе?!» — красноглазая молча последовала за женихом, тихо ненавидя его.

***

      Девять часов вечера. Прошёл буквально час с разговора подростков, а Хай всё не находила себе места. Она ходила по комнате туда-сюда с напряжением на лице. В голову совершенно ничего не приходило, что могло дать хоть какое-то объяснение словам Акаши. «Почему он так сказал? Что вообще значит "на тебе не боюсь"?! — нервно теребя рукав чёрной водолазки, Рэнкэцу искала ответы, которые прятались ближе, чем она думала. — Я спрашивала о самой ситуации, а не о человеке! О чём он вообще думает?!» — девушка с тяжёлым вздохом упала на кровать лицом. Страдальчески простонав, сероволосая перевернулась на спину, вперевшись глазами в высокий, белый потолок. — „Я не боюсь выйти за него, я боюсь вообще выходить замуж...” — прошептала она и выключила лампу, нависающую над кроватью. Потух единственный источник, до этого освещающий малую часть комнаты; Хай укуталась в одеяло и уставилась в одну точку в темноте, думая, что было бы хорошо, окажись бы она сейчас дома по простому щелчку пальцев. И когда сознание начало постепенно впадать в дрёму, за окном раздался громкий раскат грома, из-за которого сон как рукой сняло. Рэнкэцу подскочила на месте, с ужасом смотря на окно, осветившееся яркой вспышкой молнии. К горлу подступил комок истерики, а в глазах застыл страх. — «Нет, нет, нет!» — паника подступала. Красноглазая соскочила с кровати. Её глаза забегали по комнате в попытке найти укрытие, но ничего стоящее не приглянулось, тогда волейболистка просто забилась в самый дальний угол и закрыла уши руками. Она не слышала, как открылась дверь, топота приближающихся шагов и встревоженного голоса. Оказалось, это была служанка, которой было велено проведать наследницу дома Рэнкэцу. Женщина попыталась успокоить девушку и уговорить её пойти с ней к господину, но Хай отчаянно брыкалась, захлёбываясь в собственных слезах и вздрагивая каждый раз, когда гремел гром и сверкала молния. Поняв, что бесполезно "стучать в дверь благоразумия" сероволосой, горничная спешно покинула комнату. Спустя минуты две в помещение ворвался Акаши и торопливо приблизился к напуганной до чёртиков невесте, пытающейся унять истерические всхлипы. Больше всего на свете, пожалуй, Рэнкэцу боялась показать свои слабости, особенно Акаши. В стараниях скрыть своё состояние, которое и так очевидно, красноглазая активно отпихивалась от парня, не позволяя ему крепко схватиться за её руку. Сейджуро безуспешно пробовал успокоить волейболистку. Через какое-то время ему и вовсе надоело взывать к её разуму, поэтому он просто схватил Хай за руку и притянул к себе, заключая в стальные объятия, чтобы она не смогла вырваться. Сероволосая долго не переставала сопротивляться, но, когда наконец устала, то притихла, изредка всхлипывая и икая. — Тише, всё хорошо, — шептал баскетболист, осторожно проводя рукой по мягким пепельным волосам. — Я рядом, — он лишь крепче прижал её к груди, боясь отпускать. Впрочем, Рэнкэцу и не собиралась больше вырываться, она лишь мельком вздрагивала при звуке отдаляющегося грома. Неизвестно, каких богов стоило благодарить за быстро прошедшие мимо грозовые тучи. Когда безумный ужас отступил, Рэнкэцу не стала спешить отстраняться. Ей было очень стыдно за проявленную слабость перед женихом до такой степени, что она не решалась даже мельком посмотреть на него. Вдруг девушка почувствовала, что её подхватили под колени и подняли над прохладным полом, неся в сторону кровати. Красноглазая не на шутку перепугалась. — Ч-что т-ты д-делаешь? — хрипло, с запинками проговорила она, в страхе сжимая белую рубашку аловолосого. Промолчав, Сейджуро аккуратно, словно боясь разбить, усадил невесту на кровать, отстраняясь. Хай немного подрагивала, с опаской поглядывая на него, она страшилась непонятного. Для себя отметив, что не испытывает никакого удовлетворения от её слёз, Акаши медленно присел на кровать, потянувшись руками к волейболистке, которая съёжилась от страха перед ним. Да, она боялась его, но не так, как боятся какого-то монстра или что-то в этом роде. Ей было страшно, что он узнает о ней больше, чем она того желает и позволяет. — Всё хорошо, — тихо и спокойно говорил баскетболист, чтобы заставить сероволосую почувствовать себя в безопасности. — Не бойся, всё уже закончилось, — так приговаривая, он снова обнял невесту, прижимая её к себе. Властная рука требовательно наклонила голову к груди, таким образом выражая своё неравнодушие к Рэнкэцу. — Я посижу здесь, пока не уснёшь, так что можешь истерить сколько угодно, — хмыкнув, говорил Акаши, кладя ладонь на пепельную макушку. Он чувствовал неприятное жжение в груди, как будто там извергался вулкан или кто-то плеснул концентрированной сильной кислотой. Сейджуро совершенно не устраивало состояние сероволосой. Он беспокоился. — Я-я тебе не и-и-истеричка, — всё ещё заикалась Рэнкэцу, не собираясь отпихивать жениха. Голос звучал и обижено, и так, словно она сейчас опять заплачет. По-доброму усмехнувшись, аловолосый начал часто гладить Хай по голове, тепло улыбаясь. — Конечно, не истеричка, — сказал он, перейдя на спину, поглаживая её. — Моя невеста не может быть такой, — уткнувшись носом в волосы, Сейджуро вздохнул такой желанный запах. Запах лимона...