Падение последнего Дракона...

      После той встречи в замке я постоянно приходил в тронный зал и наблюдал за ней. Прошло так много времени с нашей первой встречи, а она осталась всё такой же прекрасной. Идеальные рыжие волосы, ниспадающие с плеч легкими волнами, большие ярко-голубые глаза, всё также смотрящие в мою чёрную душу с любовью, точеная хрупкая фигура, перед которой я ни разу не смог устоять.       Я мог говорить с ней часами. Да, она призрак и не может мне отвечать, но она меня слышала. Этого было вполне достаточно. В моменты гнева Тьма захватывала её, облик менялся, глаза чернели, волосы резко становились красно-бурого цвета, а их длина не доставала плеч, всё лицо покрывалось мелкими трещинами, из которых сочилась Тьма, вязкая и омерзительная. Да, в такие моменты мне хотелось уничтожить всю Тьму раз и навсегда, тем самым отомстив за свой Огонёк.       В минуты счастья она оставалась собой, прекрасной феей с огромными и красивыми крыльями за её миниатюрной спинкой. Прекрасное нежно-голубое платье с тёмно-фиолетовым отливом делало её неземной богиней снизошедшей до меня, простого смертного в рванной грязно-чёрной сутане.       Её призрак блуждал по бесконечным коридорам мрачного замка, изредка выходя в мертвый королевский сад. За почти десять лет я так и не смог понять её тягу к этому месту. Природа гибла под её невесомыми ступнями, а прикосновение к любому живому растению(что было большой редкостью) вмиг убивало этот молодой росток. Моя девочка была привязана к этому месту, к этой планете. Здесь находилась ее остаточная энергия даже пятнадцать лет спустя. Спросите, почему Тьма выбрала именно Домино? Ответ прост. Когда я убил Блум, Тьма оставила её тело, но не отпустила дух. Остаточная негативная энергия не может просто так передвигаться между мирами и планетами. Она может лишь расти и расползаться за пределы всей вселенной, но на это нужно очень много времени.       Они обе жили в этом замке и на этой планете. С каждым годом поражая темной энергией всё большее пространство этого мёртвого мира, Тьма не оставляла шанса волшебному измерению на спасение, выползая из этой планеты, словно лей линии, потихоньку и незаметно пожирая весь мир.       Имея связь с планетой, благодаря семье Блум, я чувствовал, что происходило с Домино всё это время, и знал, что Тьма теперь является его ядром. Огонь Дракона потух, но была одна маленькая искра. Я её чувствовал также явно, как и тёмный ветер, обжигающий мою кожу вне стен дворца. Мои догадки сводились к одному: планета чувствует огонь Дракона Блум. Иного объяснения не могло быть. А если моя теория была верна, то я смогу вернуть свой Огонёк.       Огонь Дракона способен разжечься с одной маленькой искры до огромного огненного урагана, сжигающего всё на своём пути. Именно этим я и собираюсь заниматься до её возвращения. Искать способ насильно взорвать огонь Дракона в сердце Блум, чтобы тот выжег Тьму раз и навсегда. Это будет очень непросто, но разве у меня есть другой выход?       Я искал, долго и упорно искал хоть малейшую зацепку, но не находил. Время шло, утекало сквозь пальцы, но я стоял на месте, не сдвинувшись ни на шаг.       В тот год, перед её возвращением, сама вселенная ощутила небывалый рост негативной энергии. Каждая планета начала будто бы сходить с ума. И каждая это делала по-своему.       Андрос. Эта энергия отравляла жизнь во всём океане. Подводная часть населения планеты теряла свои волшебные силы, а из королевской семьи будто сама планета выкачивала жизнь. Королеве Андроса пришлось покинуть свою планету, чтобы сохранить свою жизнь, продолжить тренировки и суметь выстоять против Тьмы. Я видел, как она металась меж двух огней, желая помочь своему государство и не имея для этого возможностей. Я это видел, но был не в силах сделать что-либо. Мой тёмный огонь сделал бы только хуже открывшейся ране в ядре планеты. Железная сила воли королевы порой помогала мне вспомнить ради чего я всё это делаю.       Линфея. Зелёный мир постепенно погружался во мрак. Растения гибли, а животные болели. Угасала и королевская семья. Королева Линфеи была не способна противостоять негативной энергии Тьмы никак не защищая своё королевство. Вместо неё у руля встала хранительница этого мира. Фея природы пыталась помочь своему (не)вечнозелёному лесу, не забывая при этом каждый день приходить на полигон. Она раскрыла свои силы почти полностью и, уже будучи не просто феей, а мудрой волшебницей, продолжала углубленно изучать целительство.       Мелодия. Планета гармонии, которую настигла удушающая тишина. Киты больше не пели свою мелодию, птицы не щебетали, люди молчали. Хранительница Мелодии с трудом выносила негативную энергию, что обратила её силу гармонии против неё же. Она пришла ко мне за помощью, но я лишь обречённо развёл руками. Тёмный огонь не может победить Тьму. Крепкий характер не давал волшебнице опустить руки и она продолжала тренироваться потому, что знала, что если мы проиграем, то её миру уже ничто не поможет.       Зенит. На планете царил хаос. Всё население, так сильно привыкшее к порядку и устойчивому алгоритму, теряло свой рассудок, не сумев справиться с изменениями. Его хранительница поддерживала относительный порядок в отдельных точках планеты, что помогало людям оставаться в своём уме и придумывать хоть какие-то выходы из сложившейся ситуации. Она высчитывала каждый свой ход, каждое свое действие. Её холодный расчёт не был чужд мне. Мы хорошо сработались. Я её уважал и помогал чем мог в восстановлении порядка.       Солярия. Её солнце угасло, как и угасала её королева. Волшебница держалась достойно, но ей было невероятно трудно. Я видел, как она слабела, как её кожа приобретала зелёный, несвойственный этой солнечной женщине, оттенок. Мой Огонёк взял с меня обещание, что я не дам умереть королеве Солярии. Что ж, мой рыжий Огонёк, я старался. Она тренировалась под моим контролем, а я помогал ей искать новые источники света и энергии. Королева помогала фее природы освещать Линфею и хоть немного, но давать растениям и животным шанс на выживание.       Земля. Этой планете повезло больше всего. Имея и без того слабое магическое ядро, этот мир меньше всех чувствовал негативную энергию. Королева земных фей, не имея серьёзных проблем в своём доме, помогала остальным справляться с недугом, который поразил абсолютно всех в волшебном измерении. Женщина была рассудительна, мудра, а сколько в ней было света. Почти как мой Огонёк. Теперь понятно почему ярко-голубые глаза с такой верой смотрели на фею животных. Королева была чиста, но при этом знала, что нам не выстоять, не испачкав руки в крови.       Домино. Вот этому миру досталось больше всего. Он лишился хранителя драконьего пламя. Той самой магии, которая являлась основой не только всего волшебного измерения, но и в частности Домино. Ранее, в тяжёлые времена, этот мир был живым лишь благодаря пламени первозданного Дракона. Если умирал хранитель этой силы, то сама планета хранила её до появления достойной и чистой души из королевского рода. Тогда миру не грозило никаких опасностей. Сейчас же, это королевство не просто потеряло хранителя. Нет, этот мир потерял свой светлый огонь, свою основу. Больше не было младенцев с чистой и светлой душой из королевского рода. Все наследники этой магии были мертвы, зверски убиты моим Огоньком. Остались лишь Тьма и мой тёмный дракон. Больше не было вечно цветущего мира, был лишь высохший кусок камня, который даже не освещал свет Солярии. Такая участь ждала планету сразу после того, как потух мой рыжий Огонёк.       Теперь эта безжизненная планета служила нашим полигоном. Здесь мы тренировались. Здесь хранились абсолютно все волшебные свитки и заклинания со всего волшебного измерения. Мы продолжали совершенствоваться и поглощать эти знания без остановки. У нас просто не было других вариантов, как и не было времени. Пришлось вернуться к поглощению магии, что позволило максимально быстро изучать и осваивать новые возможности. Я учил волшебниц основам волшебства и всего мира. Именно эти знания позволили в полной мере раскрыть их силы. С магами же мы практиковали светлую магию. Ведь человек, наделенный магическими способностями, не является безоговорочно хранителем светлой или темной магии. В основах всех заклинаний лежит одна простая формула, которую можно изменять, как тебе захочется. Так как нашим противником была Тьма, то и заклинания должны были нести в себе светлый оттенок. Конечно, свою магию не изменить, но её можно перенаправить в другое русло. Этому я и учил парней. Это было нам необходимо. Тьма не будет повержена тёмными заклинаниями, она будет выжжена светлыми. Теперь наша команда была сильнее всех в волшебном измерении. Но я чувствовал, как силы моего потухшего Огонька растут. Даже быстрее, чем мои.       Как бы это лицемерно не выглядело, но я действительно стал уважать волшебниц за их рвение в обучении ради спасения своих близких. Существам со светлой магией крайне тяжело было находиться в эпицентре Тьмы, но это помогало им выработать иммунитет к тёмной энергии. Через пару лет тренировок они уже спокойно находились на полигоне и не теряли ни капли своих сил и энергии. Однако, я не мог помочь им с проблемами на их планетах. Когда Тьма воздействует на чужую планету с чужой магией, то фее легче вынести негатив. Но если Тьма поглощает основу твоей магии, то чем дальше от планеты, тем лучше ты себя чувствуешь.       Так и получилось, что шесть сильнейших фей волшебного измерения целыми месяцами находились на планете, что излучала огромное количество негативной энергии в космос. Абсурд? Может быть. Но это работало.       Так и шло время, а возвращение Тьмы приближалось неимоверно быстро. Как будто ты смотришь на огромную морскую волну примерно в пяти километрах от берега, думаешь, что она тебя не достанет, но проходит полминуты и уже огромное цунами уносит жизни миллионов людей. Оно накрывает с головой и лишает тебя кислорода, прибивая твоё маленькое тельце всей своей мощью к камням. Так и Тьма наступала, постепенно убивая весь мир. Я всегда был милосерден к своим жертвам. Я предпочитал быструю и лёгкую смерть в отличии от влияния негативной энергии на этот мир. Тьма убивала природу, животных, губила планеты, лишала светлых существ источников магии, да и вообще лишала этот мир светлых существ. Только представьте, двадцать пять лет Тьма постепенно и медленно проникала в ядра всех планет, поглощала весь мир, а у неё ведь не было тела. Она действовала, как энергия. Вся команда боялась представить, что могло случиться, если Тьма вернётся в образе Блум с подчинённым огнём Драконом. Это просто конец всего живого. Если мы не остановим апокалипсис, то больше никто не сможет.       За последние десять лет воздействие Тьмы лишь возросло. Уже не одно поколение выросло в условиях хаоса в отравленных мирах. Огромное количество существ просто не знало другого мира без Тьмы. Да, мне было плевать на всю вселённую, но положение дел было воистину удручающее. ***       Так я и провел последние двадцать пять лет в ожидании своего Огонька. Команду света уже нельзя было так назвать. Это был щит. Щит, состоящий из шести волшебниц, пяти магов, включая короля Андроса, и двух воинов света. Несмотря на наши огромные силы света и тьмы, что-то подсказывало мне, что нам будет невероятно трудно. Если вообще будет возможно хотя бы выстоять в первом сражении.       С хранительницей Зенита я высчитывал различные варианты исхода войны. К сожалению, почти во всех случаях нас ждала смерть. Результаты неутешительные. Нами было принято решение не извещать остальных членов команды о наших шансах во избежание паники.       Я всё ещё чувствовал огонь Дракона в ядре Домино, но вместе с этим я видел, как Тьма окутала всю планету. Больше не осталось безопасного и светлого места на Домино. Какая ирония: планета, где по легендам спал Дракон, стала пристанищем Тьмы, а спаситель стал её воплощением.       Было несколько вариантов по возвращению Блум. Во-первых, огненная воронка. Это была наша самая первая идея. Во время возвращения Блум, мы с командой должны были появиться в королевском дворце. Девочки должны были сдерживать Тьму, маги им помогали бы, а вот я уже должен был в последний миг перенести нас с Блум в огненную воронку. По идее, огонь в ней выжег бы Тьму и вернул мой Огонёк. Правда идея провалилась почти сразу. Сразу после обсуждения я решил удостовериться, что за это время случилось с вороной ничего не случилось. Что ж, теперь это была воронка Тьмы. Если бы я перенёс туда Блум, то она бы в считанные секунды восстановилась, а команду ждала бы долгая и мучительная смерть.       Во-вторых, собственно это был план, которого мы теперь придерживались. В теории, Тьма смогла поглотить почти весь огонь Дракона, кроме одной маленькой искры. Зло всегда упускает из виду такую мелочь. Именно этот уголёк похож на огромное количество бочек со взрывчаткой. Маленькая спичка подождёт фитиль и случится колоссальный взрыв, способный уничтожить эту мерзкую Тьму. Всё также во время пробуждения Блум, в тот самый последний миг, девочки должны будут направить на меня всю свою светлую энергию. Эта энергия поможет мне разделить Тьму и огонь Дракона в душе на несколько секунд, и на Блум я смогу направить уже лишь огонь. Именно он сработает, как маленькая спичка. Маги в это время будут прикрывать наши спины, а также выставят щиты, чтобы девочек и меня, потративших почти все свои силы, уберечь от взрывной волны. Очень непростая задача, которая имеет не такие уж и высокие шансы на успех, но у нас не было выбора.       А вот, в-третьих, последний Дракон. За десять лет поисков мы не нашли ни-че-го. Абсолютно. Я думал, что хотя бы книга судеб будет что-то об этом знать, но я и её не нашёл. Как будто кто-то специально стёр все упоминания о Драконе. Стёр подчистую, будто этот некто не желал, чтобы хоть одна живая душа узнала его тайну. Тайну последнего Дракона. Только вот я не сдамся. Да, у нас есть план, согласно которому мы будем действовать, когда настанет судный день. Но я верю пророчеству, а значит Дракон будет главным оружием в этой войне. Именно от него зависит жизнь самой вселенной, и именно его я собираюсь найти любой ценой. ***       Я сидел за письменным столом в своём кабинете, когда ко мне пришёл Огрон. Он был в потрёпанном виде, будто только что вернулся с другой планеты, помогая Рокси в спасательной операции. Я уважал его, как тёмного колдуна. Да и в принципе весь чёрный круг был выдающимся в сравнении с остальными недозлодеями. За это недолгое время он стал мне верным товарищем. Я искренне благодарю его за это. Но не могу не заметить, что король земных фей стал мягче после встречи с Рокси. Наверное, и я стал мягок, когда повстречал свою принцессу потерянного королевства.       - Валтор, Тьма надвигается. Во всей вселенной за последние восемнадцать часов случилось огромное количество катаклизмов и катастроф. Что-то мне подсказывает, что судный день наступит сегодня, в полночь.       Огрон был серьёзен, как никогда. Он очень сильно не хотел допускать Рокси к этой операции. Я знал об этой позиции уже очень давно, но каждый член команды на счету. Она и сама рвалась в бой, а мне нужны были все. Абсолютно все.       -Я знаю, друг мой. Я это чувствую. В паре километрах от нас находится королевский дворец. Я чувствую её зов, он силен как никогда. А ещё Тьма. Такое ощущение, что в замке не осталось воздуха, будто всё пространство заняла эта негативная энергия.       - Я боюсь её потерять. Понимаешь? Я её не пущу в эту обитель зла.       Мы оба сели на кресла, расположенные друг напротив друга. Его взгляд напомнил мне моё безумие, когда эраклионский сосунок затащил меня в ловушку. Это ожидание неизбежного. Когда ты знаешь, что случится что-то ужасное, когда хочешь предотвратить это всеми своими силами, но, по итогу, решение отправиться в самое пекло принимает твоя маленькая глупая и любимая фея. В моем случае, она поплатилась за это всем. Всем миром, а также всей нашей счастливой жизнью. Глупая маленькая самоотверженная фея.       - Я понимаю тебя лучше всех в этом чёртовом мире. Я тоже боялся её потерять.       Тот день я не забуду никогда. Она лежала на моих руках, а я смотрел в её глаза и видел, как из тех уходила жизнь. Но Тьма не так проста. Её не убить простым клинком. Вот и Блум не умерла. Я продолжал чувствовать её огонь на протяжении этих долгих лет. Но он больше не был таким теплым и ярким. Он был холодным и злым. Эти воспоминания были моим личным адом на земле.       Пытаясь избавиться от непрошенных воспоминаний, я направился к серванту с самым дорогим алкоголем в волшебном измерении. Я остался стоять у серванта, смотря на Огрона сверху вниз.       - Как ты ещё не сошёл с ума после того, как…       Я знал, что он имел в виду. Если честно, то я не знал ответа на этот вопрос. Сам себе удивлялся, я ведь всё ещё не уничтожил Домино и находился в своём уме. Хотя после её смерти я был на грани. Одиночество либо спасает, либо убивает. Меня в этот раз спасло.       - После того, как её не стало. Как ты справился с этой раздирающей на части болью?       - Тебе не следует испытывать судьбу, задавая такие вопросы. Вселенная слышит тебя и претворяет все твои думы в жизнь. Я не хочу видеть смерть твоей жены. Блум не простит этого ни тебе, ни мне.       Огрон резко подскочил и в считанные секунды оказался рядом со мной. Он не был зол. Он просто хотел уберечь свою единственную любовь от самой настоящей древней Тьмы.       -Тогда оставь Рокси в поместье. Я умоляю тебя.       -Я бы хотел тебе сказать, что не возьму её, но я солгу. Сейчас у нас нет другого выхода. Мне нужна каждая фея в нашей команде. Иначе твои дети будут умирать в агонии, впрочем, как и вся вселенная.       Его глаза мгновенно налились кровью, а руки сжали манжеты моего плаща. Видимо, я должен был испугаться, но мне хотелось лишь врезать ему за очередное безрассудство.       -Возьми себя в руки уже и хватит закатывать истерики. Она пойдёт со мной и девочками во дворец, а ты, если будешь разумным, пойдёшь с нами и будешь защищать нас, в особенности её, от Тьмы.       Резким движением он слегка вдавил меня в шкаф, а после столь же быстро отпустил, развернулся и, демонстративно громко открывая деревянные ставни, покинул мой кабинет. Каким же глупцом надо быть, чтобы начинать что-то мне указывать и рушить наш план всего лишь за несколько часов до момента, который мы все ждали десять лет.       Сейчас никто не мог представить, что нас ждёт впереди. И он не понимал как плохи наши дела. Я не осуждал его за опрометчивость, но иной раз хотелось просто размазать этого заносчивого мага по стенке.       Вернувшись за стол, я, вспомнив слова Огрона о катаклизмах, начал наводить справки. Я и понятия не имел, что всё может быть настолько плохо. Ни осталось ни одного мира, куда не пришла бы Тьма. Такого я ещё не видел за всю свою длинную жизнь. Даже Древние Ведьмы вместе с Фениксом не устраивали такого вездесущего апокалипсиса.       Катаклизмы различных масштабов и видов затронули все планеты во вселенной. Невиданный скачок негативной энергии произошёл буквально час назад в королевском дворце Домино, знаменуя о подготовке к созданию тела. За последние девятнадцать часов на Андросе огромное цунами, высотой достигшее двадцати трех метров накрыло несколько прибрежных городов, унеся с собой двести пятьдесят тысяч жизней, как наземного, так и подводного царства. Солнце Солярии взорвалось, выбросив на планету немалое количество радиации. В течении пяти часов почти все растения на Линфее сгинили, распространяя тошнотворный запах на всю планету. На Зените все электрические приборы, роботы, машины вышли из строя, вызвав масштабные взрывы по всей планете. На Мелодии разом погибли все поющие киты, впрочем, как и все существа, кто умел петь, а это почти всё население планеты. На Земле стихийные бедствия разразились на всех материках и морях, забирая сотни миллионов жизней.       -Я знаю, что ты во дворце. И знаю, что ты возвращаешься. Я иду.       Пламя внутри меня рвалось в замок Домино. Как же это было предсказуемо. Она восстанет там, где и умерла. Я хочу просто с ней поговорить. Просто посмотреть на неё, чтобы никто нам не помешал. Скажу команде, чтобы пришли в замок к полуночи, а сам буду их там ждать. Ничего страшного не случится. Во всяком случае, не должно.