Тупик

- О'кей, разведай там. Если все чисто - тихонько свистнешь. - Свистеть не умею, лучше кашляну. Вот так: кха-кха! Она открыла кабину, собираясь выйти, но в дверях обернулась и сказала, улыбаясь: - А ты мне понравился, может, еще встретимся? Конечно, не в библиотеке. Тебя как зовут? - Колей меня зовут, Колей, - зашипел я в ярости, - давай короче, иначе накроют! - А меня - Олей. Ладно, приходи к двенадцати в буфет, - она кокетливо улыбнулась. - Договорились? - Да, да! - завыл я. - Смерти моей хочешь, что ли? - Ну, пока! - Оля выпорхнула из кабины, и я трясущимися руками закрыл задвижку. Мне было слышно, как она подошла к зеркалу и раковине, долго там мыла руки, а потом так же долго (или мне показалось?) их сушила. Наконец, завывание сушилки стихло, хлопнула входная дверь в туалет. Я ждал, затаив дыхание. И вот... Снова раздался скрип входной двери, после чего кто-то закашлялся: кха-кха-кха! Я рванулся к дверце кабинки, но громкое цоканье шпилек по кафельному полу остановило меня. "Чужой! Вернее, чужая..." Заперев кабину, я взгромоздился на унитаз с ногами и сидел как петух на насесте. Цокающие звуки приблизились, затем хлопнула соседняя дверка и через тонкую перегородку донесся шорох: "чужая" задирала подол и стягивала трусы. Снова раздался кашель, потом - характерное журчание... Я был в смятении: мелодичный звук так меня возбудил, что центр тяжести тела резко переместился вверх, и я, потеряв равновесие, чуть не свалился с унитаза. К счастью, в последний момент удалось уцепиться за ящик с бумагой. Пальцы почувствовали что-то твердое, округлое. Зеркальце! Очевидно, абитуриентка забыла. Задумчиво повертел находку в руках: "Свет мой, зеркальце, скажи..." Ага, стенка кабины не доходит до капитальной стены сантиметров на пять. Как раз щелка для моего зеркальца! Оно задрожало в моих руках, когда в его овале мелькали расставленные ноги, спущенные до колен трусики, задранная юбка, придерживаемая пальчиками с наманикюренными ноготками. Девушка несколько раз присела - коротко и быстро, чтобы стряхнуть последние капельки с волос. Не меняя позы, вытащила бумажку из ящичка, промокнулась. Едва она только натянула трусики, решил снять наблюдение, но проклятое зеркальце зацепилось углом за стояк сливного бачка и выскользнуло из дрожащих пальцев! Шуршание одежды в соседней кабинке прекратилось, и "чужая", басовито кашлянув, спросила: - Светка - это ты, что ли? Только об одном мечтал я в тот момент - стать (хотя бы на мгновение) женщиной! Тогда можно было бы ответить той, за стеной: - "Нет, гражданка, вы ошиблись, я не Света". - Или что-нибудь в том же роде, и "чужая" сразу бы отстала. Но, увы, чудес не бывает, а говорить тоненьким голоском не умею - артист из меня никудышный. Так что, думаю, лучше отмолчаться. Может, она уйдет подобру-поздорову. Но я не учел, что молчание можно истолковать и как знак согласия. - Светка! - Соседка до отвращения оказалась настойчивой особой. - Оглохла, что ли? Я же вычислила тебя! Мне Надюха сказала, что ты поссать пошла. Продолжаю молчать. - Свет... не расстраивайся так, пожалуйста. И прости меня... Я же не знала, что Серега ходит с тобой... Ну дура я... Сама не знаю, как ляпнула, что трахнулась с ним... Если бы я только знала... ни в жизнь... Свет! А, Света? .. Ты плачешь, да? Плакала не Светка... Кажется, это я уже плакал. Беззвучно, безнадежно, корча страшные-престрашные рожи... - Свет, не плачь, пожалуйста. И не молчи, иначе нехорошее подумав... Ой, Светка, ты что там задумала? Не смей, Светка, слышишь! И вот тут-то оно и случилось. Знакомые пальчики вторглись в мою территорию, а вслед за ними над стенкой кабинки взлетели каштановые кудри и появились широко распахнутые карие глаза. "Ничего себе мордочка", - фиксирую автоматически, но тут раздался истошный крик и "мордочка" исчезла так же внезапно, как и появилась. - А-а-а! - истошно завопила "чужая". "Эту телку нельзя выпускать!" - молнией пронеслось в моей голове, однако в этот самый момент с адским грохотом распахнулась соседняя дверца. Оставалось одно: запечатав ладонью вопящий рот, втащить все остальное ко мне в кабину. Острые зубки тут же вонзились в руку...