Трудности любви

      На улице тёплый весенний вечер. Небо без облаков, парк с деревьями сакуры, различные скамеечки, украшенные каждая своим узором — всё это было безумно красиво. Был бы тут любой художник, он бы захотел написать этот прекрасный вид. Да даже те, кто не умел рисовать, желали бы запечатлеть эту картину. Хотя бы у себя в голове. Уж слишком прекрасно это было.       Единственными, кто нарушали этот рай для пейзажиста, были Хината и Ячи. Они шли со школы, медленно шагая по парку. Тренировку Карасуно сегодня отменили (потому что у всех участников волейбольного клуба вдруг появились какие-то срочные неотложные дела). Только Ячи была свободна, и, чтобы было не так скучно, Шоё решил идти с ней.       Хотя Ячи было точно не до рыжеволосого. Ей же пишет её - внимание! - парень. Волейболисту, если честно, это не очень нравилось. Ну, как не очень… Ему это совсем не нравилось. Вместо того, чтобы как обычно болтать и смеяться с Шоё, блондинка выбрала телефон. Обидно, если честно. А они же такие хорошие друзья! По крайней мере, так считал сам Хината.       — Круто, мог и один пойти… — бубнил себе под нос обиженный парень. — То же самое бы было…       — А? Ты что-то сказал? — девушка даже не посмотрела в его сторону.       Волейболист решил ей не отвечать. Но, судя по всему, девушку это не сильно заботило. Она была слишком занята перепиской с другим парнем.       — Ячи, а я тут вспомнил, что… Ээээээ… Мне надо тут встретиться с братом сына сестры отца? Да, верно. Мама попросила ему кое-что передать… — Глаза рыжеволосого забегали туда-сюда. Он отчаянно пытался придумать ложь поубедительнее, но это крайне плохо получалось. Однако блондинку это не сильно волновало:       — Да, да… Я тогда, пожалуй, пойду?       Шоё уже открыл рот, чтобы попрощаться, но Ячи, не дождавшись ответа, ушла. Очень быстро, кстати. Хината присел на скамейку.       Только сейчас игрок Карасуно обратил внимание на то, как красиво кругом. Почему-то он даже улыбнулся, хоть и тошно было на душе. Правда, он не понимал, почему испытывает эту тоску. Хитока Ячи же — хорошая подруга, так почему он просто не может порадоваться за неё? Этот вопрос очень тревожил и… печалил? Хината и сам этого не понимал. Всё, что он мог сейчас делать, — это просто смотреть на падающие листья сакуры и, кхм, наслаждаться тёплым весенним вечером. Хотя зачем-то безумно хотел догнать менеджера команды. Но понимал, что это глупо и бесполезно — он же сам ушёл, да и отмазку придумал. Тц. Шоё морально устал за эту неделю, но, сколько бы ни пытался, парень не мог понять причину этого непонятного чувства. Хината поднял голову к небу и долго смотрел в голубую высь, словно хотел увидеть там ответы на столь интересующие его вопросы.

Это же время, кусты напротив скамейки

      — Асахи, что там?! — Даичи немного приподнял голову, но так, чтобы Хината его не увидел.       — Да Хитока к «парню» ушла… — Адзуманэ выглядел разочарованным.       — Чёрт. Я всё равно не понимаю, зачем она его выдумала. Странно это и не похоже на неё.       — А с чего ты вообще это взял? — Ас воронов выглядел очень уставшим. Меньше всего ему сейчас хотелось ползать под кустами с товарищем.       — Мичимия стала очень хорошо общаться с нашим вторым менеджером, — терпеливо говорил Савамура. — Так что Юи уж точно знает, что никакого парня у Ячи нет.       — Ааа… Так вот почему мы все сегодня на тренеровку не пошли!       — Да, я же сказал, что позже объясню. И вообще, мне кажется, что наш Хината неравнодушен к Ячи. Посмотрим, что из этого выйдет. Ладно, пошли. Тут уже ловить нечего, — произнёс Даичи и, проползая из кустов к дереву, чтобы их не было видно, тяжело вздохнул.

В комнате Ячи

      Девушка сидела на кровати и, обняв колени руками, думала о том, что делать дальше. Всё казалось таким странным и неправильным. Сейчас Ячи искренне не понимала, зачем придумала себе «парня» и почему делает вид, что даже не замечает Хинату. А она на самом деле ой как замечала рыжеволосого.       Видя, как Ячи страдает (вообще, то, что ей нравился Шоё, не заметил только сам Шоё), подруги предложили своеобразный план — попробовать заставить парня ревновать. А если точнее, то пусть переименует номер Юи на любое мужское имя и с ней же и переписывается. Если Хината хоть чуточку, но приревнует Ячи, значит что-то (пусть и совсем маленькое), но волейболист испытывает к подруге, а если нет, то… Хитоке и думать даже об этом не хотелось. Хотя, как ей казалось, такой вариант развития событий вероятнее всего. «Так сегодня и вышло, — думала она. — Так всю неделю и выходит». Блондинке становилось невыносимо грустно, но… Чего она ожидала? Ячи и сама понимала, что, кроме волейбола, её возлюбленного мало что интересовало. Но надежда умирает последней, ведь так? «Всегда есть шанс». Именно это менеджер Карасуно и поняла, наблюдая за бойким коротышкой.