О котиках, ветклиниках и наказаниях

Локи прикрыл глаза, когда Тессаракт выкинул его из сияющего голубого потока, оставив на безлюдной улочке. Мотнув головой, бог осторожно приоткрыл правый глаз, с облегчением убедился, что всё получилось, и, не скрывая восторга, подпрыгнул.        Неожиданно привалившая удача в виде украденного у Мстителей Тессаракта была удивительной, парадоксальной, но крайне приятной. На всякий случай Локи поскакал по реальностям, сбивая со следа возможную погоню. Но за ним никто не гнался, поэтому спустя месяц бог успокоился и рискнул вернуться в Мидгард.        Тут у него ещё были дела. Разумеется, захват власти стоило отложить хотя бы до того момента, когда Мстители и другие защитники Мидгарда будут повержены. Поэтому Локи решил заняться более локальной целью.        «Ну держись, Бартон! Чтобы какой-то смертный, да умудрился уйти от меня без расплаты… Ну уж нет, предатель, ты ещё ответишь мне за свои делишки, — Локи облизнул губы. — Как же мне тебя наказать? Семьи у тебя нет, друзьям твоим на глаза попадаться нельзя…»        Взгляд бога бесцельно сновал по окрестностям, пока не зацепился за ничем не примечательное здание ветклиники. Локи прищурился. Некстати вспомнилось, как Тор поймал его, гуляющего в образе кота по его комнате, и пригрозил кастрировать, если ещё раз увидит в этом месте. От гадких воспоминаний Локи запыхтел и покрылся красными пятнами злости. Это было весьма унизительно — Сиф отчего-то тоже обнаружилась в комнате Тора и оказалась весьма насмешливым свидетелем их разговора.        «Тора бы кастрировать, — сердито подумал Локи, пнув ни в чём не повинный куст. — Ишь, старший братик!.. Небось, если б котом был, сам куда не надо полез…» — внезапная идея озарила его лицо, сделав отталкивающе-ликующим.        — Потрясающе, пташка, — промурлыкал Локи, потирая ладони в предвкушении; это должно было стать апофеозом, идеальной карой для предателя.

***

Отыскать Бартона оказалось несложно — Локи ещё тогда, будучи его хозяином, тщательно расспросил того о любимых местах и занятиях. И этот смертный… ничего не поменял в своём расписании!        «Идиот! — пренебрежительно думал бог, бесшумной невидимой тенью следуя за лучником. — Ничего, и за это ты тоже получишь. Мои рабы не должны быть кретинами», — несмотря на проступок Бартона, Локи не собирался отпускать его. Как снайпер, Бартон был незаменим, и будучи под контролем Тессаракта, казался очень послушным. Локи решил довести картину до идеального завершения — заставить лучника добровольно принять рабскую долю. Дать ему выбор, из которого вечное рабство — меньшее из зол.        «Ты не покинешь меня так легко, Бартон, — практически шипел Локи себе под нос, внимательно наблюдая за жертвой. — Я знаю, чего ты боишься там, под своей пустой черепной крышкой… Странная фобия для смертного, что убивает и всегда под прицелом, ну да мне же выгодней. Тебе придётся встать на колени, милая пташка…»        Бартон успел лишь сделать пару шагов по направлению к машине, в которой его ждала Наташа, когда перед глазами померк свет. Чья-то сильная рука схватила его за горло и перенесла в мгновенной голубой вспышке.

Наташа выглянула из машины, когда недалеко сверкнула вспышка непонятного света, похожего на взрыв петарды. Озадаченно покрутив головой, она пожала плечами и вновь вернулась в тёплый салон, в компанию чипсов и заунывного воя какого-то русского певца.        — Дети шалят, — решила она.

***

Клинт зашипел, когда некто перенёс его в незнакомый заброшенный дом и с силой отшвырнул от себя. Ладони опалило болью, когда лучник, сгруппировавшись в полёте, упал на них, проехавшись по необработанному деревянному полу. Тотчас развернувшись, он отпрянул в сторону, но некто не дал ему совершить маневр, больно пнув по рёбрам. Бартон задохнулся от боли и упал плашмя на пол, тяжело выдыхая сквозь зубы.        — Что такое, Бартон? Даже не поздороваешься? — Лучник застыл. Он узнал этот голос, наверное бы, из тысячи.        По телу тотчас пробежались неприятные колючие мурашки, а в горле застрял ком.        — Ну же, птичка, не беси меня. Ещё сильнее, — Локи, ухмыляясь, перевернул его на спину носком лакированной туфли. — Оглох? Онемел? Забыл, как надо встречать Господина? Ужас, ведь всего месяц прошёл, даже по вашим меркам это немного!        — Ты… — Клинт выдохнул это слово с таким неверующим ужасом, что Локи почувствовал себя наполовину отомщённым. Лучник боялся его. Так и должно быть. Рабы обязаны знать своё место.        — На колени, — сбросив с лица радостный оскал, намеренно серьёзно рыкнул бог. Для продолжения ему требовался пришедший в себя Бартон, поэтому Локи решил сразу бить напрямую.        Бартон оправдал его ожидания. Более-менее придя в себя, он резко вскочил и глянул на бога упрямыми голубыми глазами.        — Пошёл ты!.. — прошипел он, неосознанно заведя руку за спину. Лука и колчана там, естественно, не было — не имело смысла таскать оружие во время простого посещения бара.        Локи ухмыльнулся как-то совсем похабно.        — Птичка, ты и так наказан. Не добавляй к своим мучениям ещё и непослушание. — Он протянул руку, намереваясь пригладить взъерошенные светлые прядки. Клинт глянул на его длань с таким видом, будто намеревался вцепиться в неё зубами, но всего-лишь отступил на шаг, не позволяя к себе притронуться.        — Чего тебе надо от меня? — старательно (но недостаточно для взгляда бога) скрывая нервозность, прошипел он.        — Ты глухой? Я пришёл наказать тебя за дезертирство.        — Я не дезертир! Ты управлял мной против моей воли!        — Я выбрал тебя из сотни миллионов смертных. Это высшая честь для такого червя, как ты, — Локи обозлённо двинулся вперёд, глаза его потемнели от сдерживаемой злости. — Ты должен быть благодарен за моё к тебе внимание, птичка! Вы все, смертные, наши рабы, и служить нам — вот ваша высшая честь! Ты эту честь не оправдал. Ты будешь наказан. И будешь покоряться мне.        Бартону стало страшно, хотя, казалось, куда ещё больше? Локи звучал слишком не по-земному, чтобы можно было принимать его за обыкновенного маньяка. Манталитет богов оставался загадкой для лучника, как и желание Локи видеть его покорным.        — Тогда тебе нужно было захватить свой посох, — нервно облизнув губы, логично заметил Бартон.        — Посох? Неужто ты думаешь, что я оставлю для тебя лазейку? — Локи загнал его в угол комнаты и теперь глядел сверху вниз, угрожающе блестя сощуренными глазами. Посоха нигде не было, и это, напротив, напрягало Бартона. Если бы Локи был со своим оружием, было бы куда проще. Так он хотя бы знал, чего ждать.        — Неужто ты думаешь, что я подчинюсь тебе добровольно? — вопросом на вопрос ответил Бартон и дёрнулся, когда чужая рука снисходительно похлопала его по щеке.        — Я уверен в этом, — Локи плотоядно оскалился, обнажив идеально белые зубы.        В следующее мгновение рука уже сжимала его горло. Клинт захрипел, сцепился в чужую кожу ногтями, пнул бога в живот — но тот даже не покачнулся. Продолжая сжимать пальцы, он добился позорного капитулирования лучника и влил в его приоткрывшийся рот какую-то дурно пахнущую жидкость. Бартон тотчас попытался вытолкнуть её языком, но Локи цокнул и сжал другой рукой его рот, не позволяя сделать это.        — Хорошая птичка, — хмыкнул он, когда жидкость была проглочена, и разжал хватку.        Бартон почувствовал, как в жилах забурлил огонь. Вскрикнув, он упал на пол и сжался.        — Что это? — сипло выдохнул он, зажмуриваясь от усиливавшейся боли.        — Да так, небольшой пустячок. Яд, что я создал, когда ещё под стол пешком ходил, — голос Локи послышался ближе. Он присел на корточки рядом с дрожащим Бартоном и провёл по его потному боку едва уловимую дорожку. — Чувствуешь, как медленно он отравляет твоё тело? Не бойся, это не убьёт тебя. Не должно. Но с таким замечательным поджарым тельцем придётся распрощаться.        — Чт… А-а-ах!.. — Из глаз Бартона против его воли брызнули слёзы. Ногти в бессилии раскребли по дереву, оставляя после себя кровавые пятна.        — Не волнуйся, у меня есть антидот. Так что, когда решишься, снова вернёшь себе привычный облик.        Бартон не ответил. Голос бога стал звучать глуше, пока совсем не затих, отдаваясь болью где-то на периферии сознания. Всё тело лучника охватило пламя — жестокое, беспощадное, готовое терзать и мучить. Клинт чувствовал, как его буквально разрывает на части неведомая сила, чтобы перекроить и превратить в нечто другое. Это было настолько страшно, что Бартон наверняка сошёл с ума, если бы не Локи, который, используя данные природой способности, контролировал превращение. Ему хотелось наказать предателя и запугать его, а не убивать.        Спустя несколько бесконечных, наполненных болью, минут всё было кончено. Локи с торжеством поглядел на дрожащего под его ногами светлого кота, после чего брезгливо подцепил его за шкирку и вздёрнул в воздух.        — Ну что, теперь ты не такой самоуверенный, птичка? — заметил он ехидно. — Или, может, киска? Обратить бы тебя в крысу, да только это бесполезно — раздавят и не проучат.        Бартон приоткрыл глаза. В голове шумело, словно он только что пробежал сквозь центр Земли. А ещё мутило и очень хотелось пить. Впрочем, все желания тотчас вылетели из головы лучника, стоило ему увидеть, что с ним сделал Локи.        — А ну цыц! — бог унизительно щёлкнул его по носу. — Побереги свои силёнки, они тебе пригодятся, — он быстро направился в сторону выхода, продолжая сжимать Клинта за загривок.        Клинт думал, что его сейчас выкинут на улицу, к бесконечным опасностям вроде машин и настоящих, уличных, котов, но Локи прошёл в другую комнату и зашвырнул его в обычную кошачью переноску. Бартон больно стукнулся об стенку спиной и громко мяукнул.        — Отдыхай, птичка, — Локи предвкушающе ухмылялся, и это совсем не нравилось Клинту. — Привыкай к телу. А я пока закончу подготовку к твоему наказанию.

***

Ходить на четвереньках было непривычно и весьма унизительно. Клинт потратил ночь и следующее утро на то, чтобы сносно передвигаться на этих неудобных пушистых лапах. Локи пару раз заходил в комнату. Один раз он приходил убедиться, что лучник нормально перенёс превращение. Второй — чтобы облить его. Всё ещё горячий после превращения, Клинт почти благодарно принял этот подарок. Вода быстро высыхала, попав на его тело. Локи со злорадным удовольствием посмотрел, как измученный Бартон слизал воду с пыльного днища переноски, и вновь исчез.        Клинт успел задремать, восстанавливая силы, когда бог явился снова. Только в этот раз он подхватил переноску. Бартон не успел удержаться на месте и из-за тряски впечатался носом в пластиковый угол.        — Ну что, готов, птичка? — поинтересовался Локи и, не дожидаясь ответа, перенёс из куда-то в голубом сиянии Тессаракта.        Клинта снова замутило, но в желудке не было ничего, что могло бы покинуть своё местоположение. Он неосознанно выпустил когти и устало завалился набок.        Локи прикрыл глаза и легонько топнул правой ногой. Мгновение — и на его месте появился жилистый светловолосый подросток в форме посыльного. Лишь его ухмылка давала понять, что это всё ещё бог лжи и коварства.        — Узнаёшь места? — уточнил он, доставая из воздуха какие-то завёрнутые в пакет бумаги.        Клинт скользнул рассеянным взглядом по возвышающимся вокруг домам — и подскочил, чувствуя, как от апатии не осталось и следа, а сердце гулко застучало об рёбра. Не узнать окрестности он просто не мог — это был Нью-Йорк. И помимо этого, совсем рядом возвышалась башня Мстителей.        — Вижу, что узнал, — в голосе Локи зазвучала издёвка. — Небось, надеешься на их помощь? Забудь, птичка — Мстители не помогут тебе. Они и знать-то не знают, что с тобой случилось. И рассказать ты ничего не сможешь — лишь я могу понять тебя.        — Что ты задумал, Локи? — хрипло произнёс Клинт. В животе неприятно заныло чутьё, предупреждая лучника — скоро случится что-то ужасное.        — Да ничего. Просто отнесу хозяевам пришедшую им посылку, — Локи растрепал себе волосы, сделал как можно более независимый вид и, насвистывая что-то себе под нос, направился к башне.

***

— Здравствуйте, мадам. Ваша посылка, — Локи излучал обычную рабочую активность. Глядя на него, невозможно было догадаться, что этот юный паренёк на самом деле — ужасный бог с другой планеты.        Клинт протяжно мяукнул, увидев его собеседницу. Пеппер недоуменно переводила взгляд с посыльного на его груз и явно не ожидала ничего подобного.        — Мы не заказывали кошку, — растерянно произнесла она.        — Мадам, вот чек. Некий мистер Бартон оплатил посылку. Это же ваш адрес?        — Да… Бартон, говорите? — Пеппер оживилась. — Что ж, это имеет смысл.        — Что?! Я ничего не оплачивал! Что ты задумал, чёрт тебя дери?! — Клинт сердито зашипел.        — Уймись, птичка, ты всё равно лишён права голоса, — Локи улыбнулся и протянул переноску Пеппер. — Возможно, мистер Бартон хотел сделать кому-то подарок. Вот бумаги, что сопровождали посылку.        Клинт с отчаянием глядел, как ничего не подозревающая Пеппер забрала пакет и, попрощавшись, закрыла за Локи дверь. Эх, многое бы он отдал, чтобы донести до её сведения, кого только что она отпустила.        — А ты милый, — Пеппер подняла переноску повыше и задумчиво посмотрела в расширенные голубые глаза. — Надеюсь, Бартон догадался сделать тебе прививки — не хотелось бы, чтобы сюда проникла инфекция.        — Пеппер, это я! Я Клинт! — отчаянно закричал Бартон. — Это был Локи, он превратил меня в животное! Пеппер!        — Не надрывай своё чудное горлышко. Она всё равно не поймёт тебя, — мягкий голос проник в его голову, отозвался россыпью болезненных ощущений где-то в затылке. Клинт заозирался, но никого не увидел. — Не напрягайся, птичка. Когда я хочу, то могу быть невидим для всех, даже для старковских роботов. Не хочу пропускать твоё наказание.        — О каком наказании ты говоришь? — Клинту надоело ожидание. Оно было неприятным и дурманящим, ползло по желудку, словно склизкий червь и вызывало тошноту.        В ответ Локи тихо захихикал — и Бартон был уверен, что никто, кроме него, этого не слышал, — после чего замолчал, не отвечая больше ни на какие вопросы.        — Пеп, кто это был? — В холле появилась Наташа Романова. Клинт тут же бросился к дверце переноски, отчаянно зовя её на помощь. Он помнил о предостережении Локи, но какой-то частью разума очень надеялся, что бог ошибся, и лучшая подруга тоже поймёт его.        Его надежды рассыпались в прах, когда Наташа, улыбнувшись, подошла ближе и с непривычной нежностью глянула на него.        — Ути-пуси, что это за чудо? — рыжая шпионка просунула в переноску палец, с любопытством наблюдая, как светлый растрёпанный котик тотчас прижался к нему носом, преданно заглядывая ей в глаза.        — Бартон прислал, — Пеппер, нахмурившись, вчитывалась в бумаги. — Так, прививки сделаны, отлично… Нат, ты пыталась с ним связаться?        — Не отвечает, — покачала головой Романова, и кот ещё энергичней обтёрся от палец щекой, негромко мяукая. — Наверное, залёг на дно. Ты же знаешь, у нас, агентов, весьма бурная жизнь. А как зовут этого красавчика?        Пеппер пролистала пару страниц.        — Рат, — наконец нашла она. — Ничего себе имечко для кота…        — Хороший крысолов, наверное.        — Тут сказано, что ему пять с половиной лет. Бартон сделал все прививки, сдал все анализы. «Осталось лишь завершить начатое» — я правильно понимаю, он говорит о…        — О да, Бартон такой правильный. Всё то у него по правилам, — Наташа выпрямилась. — Если хочешь, я отнесу его. Всё равно завтра свободна.        — Куда отнесу? Что вы задумали? — Клинт занервничал.        Ему, разумеется, никто не ответил. Пеппер отнесла переноску на кухню и выпустила Бартона на свободу. Тот настороженно посмотрел на неё. Бумаги составлял Локи, в этом не было никакого сомнения. О каком же «завершении» он говорил?        — Отдохни, Рат. Кушать тебе нельзя, так что извини, — Пеппер развела руками. — Я никогда не кастрировала котов, но раз Бартон написал нельзя… У него, наверное, больше опыта, Нат говорила, он котов держал.        Клинт замер. Ему казалось, будто лапы налились свинцом и приваялись к полу. По телу прошла горячая волна страха, а шерсть инстинктивно встала дыбом.        — Кастрация? — выдохнул он в ужасе, вдруг поняв, что с ним собирался сделать Локи. — Пеппер! Пеппер, подожди! Не надо! Не делай этого!        Пеппер погладила его по голове и вышла, плотно закрыв за собой дверь. Клинт с отчаянием толкнул её, но безрезультатно — дверь даже не шелохнулась.        — Как же, однако, мало надо, чтобы заставить агента дрожать в страхе, — лениво протянул Локи, расположившийся на столе.        Судя по тому, что сигнализация не сработала, а Мстители не ворвались внутрь, бог всё ещё был видим лишь Клинту.        — Ты ведь это несерьёзно? — в голосе Бартона звучала отчётливая надежда.        — Конечно серьёзно, птичка, — хмыкнул Локи, вальяжно разглядывая кухню. — Ты же наказан. Одна маленькая пташка по секрету поведала мне, что некий мистер Бартон очень боится операций. Удивительно при его работе, но вполне замечательно для моих планов. — Умоляю! — выдохнул Бартон. Вот и всё. Несокрушимый агент пропал, оставив вместо себя напуганного вусмерть мужчину. Съёжившись на полу, обтянув тело дрожащим тощим хвостом, он глядел на Локи с ужасом и смятением. Однако Локи не впечатлённо зевнул. — Доброй ночи, Бартон, — улыбнулся он и пропал, оставив кота отчаянно кричать вслед.

***

— Наташа, прошу тебя! Умоляю! Заметь меня, это же я, я! — ныл Клинт, трясясь в переноске, стоящей на коленях Романовой. Агент ничего не замечала. Иногда она кидала на него обеспокоенные взгляды, но это внимание было уделено не ему — коту, которым он стал. Наконец даже Клинт понял, что в этом нет смысла, и замолчал. Его дыхание стало ещё порывистей, а кожа под шерстью неприятно намокла. — Ой, кто тут у нас такой хорошенький?.. — Доктор тепло улыбнулся коту, когда медсестра аккуратно пересадила его на хирургический столик. — Ну-ну, не трясись, мальчик! Сделаем так быстро, ты даже ничего не заметишь, — продолжил тепло говорить он, будто его слова могли успокоить. — Заметишь и почувствуешь, ещё как. Клинт встрепенулся и заозирался. — Локи, прекрати это! — закричал он, пытаясь соскочить со стола. Медсестра решительно вернула его на место и неприятно оттянула кожу на загривке. — Это не смешно, я же уже тебя ум… О-ох! — он содрогнулся, захлебнувшись криком, когда наконечник иглы проткнул кожу и впился в вену. Медсестра привычно сдавила поршень, и Клинт засучил лапами, когда жидкость впрыснулась в кровь. — Тебе уже вкололи наркоз. — Локи встал возле стола, сложив руки на груди, и глянул на него сверху-вниз. Судя по тому, что ни врач, ни медсестра никак не отреагировали, он вновь сделал себя невидимым для простых смертных. — Сейчас тебя распластают на салфетке и начнут готовить твои яйца. Обычные коты к этому времени уже спят, но ты будешь чувствовать всё до последней капли боли. Почему? Потому что я так захотел. — Мф… — Клинт и правда почувствовал, как его тело одеревенело. Медсестра перевернула его на спину и сноровисто расхристала, привязав лапы за тканевые завязки по бокам стола. Его дыхание было спокойным, но дух бесновался и кричал в ужасе. — Нет! Прекрати, прекрати, ПРЕКРАТИ! — Клинт затравленно наблюдал за тем, как доктор аккуратно гладил его мошонку, намазывая чем-то влажным, прежде чем взяться за электробритву. — Да уж, не хотелось бы, чтобы твои яйца пострадали. — Локи коснулся мягкой, замшевой кожи, выглаженной станком от шерсти, и вздохнул. — Ты бы мог сослужить мне великую службу. Но, видимо, роль безмолвной скотины для тебя ближе, чем роль раба. Клинт слушал его, всхлипывая от страха. Когда доктор, слегка насвистывая, достала скальпель, у него чуть не случилась гипервентиляция лёгких. Хрипло крича, он задёргался, но тело оставалось спящим и неподвижным. Прикусив губу, доктор склонилась над обработанной антисептиком мошонкой… — НЕТ!!! — завопил Клинт во всю мощь своих лёгких. — Локи, я согласен! — Согласен стать моим рабом? Слушать только мои приказания и не сметь нарушать их? — Лёгкое дыхание Локи опалило его ухо. — Пути назад не будет. Я не отпущу тебя, пташка, а при неповиновении кастрирую — только куда жёстче, чем какой-то земной докторишка. Впрочем, если будешь хорошим мальчиком, я не обижу. Ты знаешь, я держу обещания. О да, Клинт знал. При всём своём сумасшествии, Локи ни разу не наказал его в прошлый раз, когда он верно служил ему в течение нескольких недель. — Да. Да. Пожалуйста, забери меня отсюда, — вымученно прошептал он. — Вот и чудно, — усмешка исказила лицо бога. Как он и предполагал, небольшого внушения вполне хватило, чтобы смертный предатель сломался и принял свою участь. «Интересно, как бы он отреагировал, узнав, что никакой больницы не было?..» — ехидно подумал Локи, с щелчком раскрывая бутылёк с противоядием. Схватив кота за шею, он влил в его горло неприятную жидкость, которую тот покорно проглотил. Прихватив переноску и Клинта, погружённого в исцеляющий нервы сон, он с треском телепортнулся из какого-то заброшенного склада, в котором, тщательно покопавшись в примитивных мозгах кота, смог воссоздать предметы и события последних двух суток. Теперь, когда у него был один из Мстителей, можно было начинать постепенно претворять в жизнь планы по захвату Мидгарда.