One Little Word about Draco and Harry

Драко шел через толпу красных от дешевого вина и развлечений крестьян, и его свита, Крэб и Гойл, расталкивали самых нерасторопных. Не задерживаясь ни у крикливых букмекеров, ни у лавочников, они шли к концу ристалища, где Малфой приметил рыжие головы семейства Уизли. - Рональд Уизли, неужели ваши доспехи еще не развалились на части и вы все еще что-то из себя представляете на состязании? - воскликнул Драко вместо приветствия. Близнецы и рыжая девчушка с гордым взглядом вскинулись, а сам Рон, уже одетый в дырявый поддоспешник, набычился. Но не они интересовали Драко, а юноша, прятавшийся за их спинами и тащивший за спиной большую котомку, которая грозила развалиться, - Гарри Поттер, паж Рональда, сирота, которого семейство Уизли благородно приютило в своем хлеву. - Бедность - это не порок, в отличие от тщеславия, - парировал Рон, буравя его злыми глазами. - Я могу будь порочным, но я не жалок, в то время как ваши попытки выглядеть достойно на турнире - именно что жалки. Я не приемлю ставку в ту груду металла, которую тащит на своем горбу ваш слуга. Рональд усмехнулся, грубо переходя на "ты": - В третий раз ты пытаешься выиграть Гарри. Напомнить тебе, что ты уже проигрывал? - Напомнить, что у тебя нет выбора? По закону чистокровных, ставка на турнире должна быть равноценна. Мой конь и амуниция против твоего слуги. Наконец, Малфой увидел юношу, который будто нехотя вышел из-за спин плечистых близнецов. Как обычно, Гарри выглядел как маленький воробей в стае раскормленных голубей: тощий, лохматый настолько, что голова казалась в полтора раза больше, тонкие, но натруженные от тяжелого труда руки-ноги, палками торчащие из великоватой одежды, - он мог бы быть убогим, если бы не его горящий взгляд и открытое волевое лицо. - Рон, я верю, что ты победишь, - тихо пробормотал он, панибратски кладя руку на плечо своего хозяина. - Я знаю, - самодовольно ответил Уизли, окинув Малфоя презрительным взглядом, - Уже третий раз, Малфой. Два предыдущих ты проиграл. - Фортуна тебе когда-нибудь изменит. И тогда твой друг, вылезший из черни, будет валяться в моих ногах, в то время как ты будешь бессилен, - ядовито прошипел Драко, тщетно пытаясь скрыть краску ярости, бросившуюся на его лицо. Он развернулся и пошел к своей конюшне, где его дожидался верный Ланселот. Уизли был чертовски прав - Драко не тешил себя иллюзиями: их семейство имело парочку неприятных особенностей. Одной из них было то, что они были лишь побочной ветвью древнейшего рода Прюэтт, а это значило, что разбавленная кровь давала им преимущество в здоровье. Сам Драко, как бы не истязал себя занятиями, был тонкокостным, а кровь легко выходила из его вен под кожу, расцвечивая ее бледность плебейскими синяками. Второй особенностью было то, что у Уизли были довольно полезные и преданные друзья: учителями у них были Грозный Глаз Грюм, бывший полководец королевской гвардии, и опальный граф Сириус Блэк, который некогда пять лет подряд удерживал первое место в состязании на шпагах и три года был негласным чемпионом в магических дуэлях, которые были частым способом решить спор. Толпа взревела. Малфой бросил через плечо любопытный взгляд: прекрасная Дафна Гринграсс гарцевала на своем коне, держа шлем в одной руке, а на поле раскинулось чье-то бесчувственное тело. Прежде, чем скрыться в шатре претендентов, Драко успел заметить как Гарри и какая-то девушка-брюнетка кинулись к поверженной оппонентке Дафны. "Видимо, и сегодня Гарри будет помогать организатором турнира", - удовлетворенно подумал про себя он. Пока Крэбб и Гойл помогали ему облачиться в доспех, Малфой пытался настроиться на победу. "Это того стоит, - уговаривал он себя, - Когда-нибудь я сумею скинуть Уизли с коня. Боги, пусть это будет сегодня!" Он закончил свою короткую молитву как раз, когда все ремешки его лат были повторно проверены. Драко пару раз подпрыгнул и размял суставы, проверяя, хорошо ли подогнаны сочленения. Все было идеально. - Спасибо, - коротко кивнул он своим сопровождающим, те в отчет почти синхронно ухмыльнулись. - Мы верим в вас, господин, - Крэбб шутливо склонил голову. Каким-то шестым чувством его преданные слуги, его друзья, с которыми он провел детство, знали, что для него этот бой важен. - Я проверю Ланса. Ждите у стартовых флажков. Почти белый, лишь с редкими серыми яблоками, конь нетерпеливо прядал ушами в узком загоне. Жеребец уже был в латах, сверкающих даже в этот тусклый весенний день. В тихом приветственном ржании Драко почудилось нетерпение: Ланселоту больше по душе было гнаться с ветром на перегонки на просторных полях, чем ждать своего блестящего выступления в тесноте казенных конюшен. Подхватив узду, Драко нежно прошептал своему верному товарищу пару одобряющих слов, а затем решительно откинул засов и вывел красавца-жеребца под открытое небо. Ланселот нервничал, и Драко как мог успокаивал его перед важным выступлением. К своему жеребцу Малфой питал почти отеческие чувства и не стеснялся их, ведь каждому рыцарю было известно, что от коня зависит половина успеха. Снова взревела толпа, и победитель стянул шлем с головы, встряхивая кудрями... Диггори. Значит, уже пора. Он отрепетированно взлетел в седло, опираясь о стремя, конь под Малфоем всхрапнул, натягивая узду в руках. - Тихо, Ланс, - прошептал Малфой, поглаживая шею. Он повел своего коня к старту, отмеченному по бокам яркими флажками, воткнутыми в землю. Напротив него был так же, как и он, закованный в железо рыцарь. Его обмундирование было порядком изношено, а конь был скорее отяжелевшей от старости кобылой. "Как много Уизли", - подумалось Малфою, когда он увидел на столпившихся на другой стороне поля рыжих родственников. На его стороне поля его поддерживали лишь Крэбб и Гойл. - Сэр Рональд, из благородного дома Уизли, и сэр Драко, из благородного и древнейшего дома Малфой! Оба рыцаря тронули поводья и лошади, чуть гремя доспехами, подошли в воображаемому барьеру. Воздух, замерший в ожидании, сотрясся от рева рога и всадники полетели друг к другу, крепче сжимая пики. Лошади хрипели, уже разогнанные от удара шпорами и потерявшие терпение, и понеслись дальше даже после того, как обе пики, направленные в кирасы соперников, застонали от удара - полетели щепы, металл доспехов разогрелся и заскрежетали латы. Небо завертелось. *** - Разойдитесь! Разойдитесь! - Гарри и Гермиона спешно проталкивались к поверженному рыцарю через толпу зевак, пока близнецы Уизли уводили коня, выигранного у Малфоя. Рональд горделиво описывал круг на своей кобыле, пожиная лавры. - Потащили, - Гарри схватил поверженного рыцаря за подмышки, а его напарница взяла его за ноги, и они споро унесли того с поля, пока сэр Рональд, урвавший свой кусок славы, шел за ними. Они положили бессознательное тело на сенную подстилку в палатку, где уже дожидалась целитель Помфри, и начали споро снимать латные доспехи. Гарри с тревогой заметил, что внутренняя часть шлема была окроплена кровью. Шапочка и подкладки не смогли уберечь юного Малфого от последствий удара. Когда доспех был снят, Гарри завернул железо в ткань и передал Рону. - Я знал, что ты победишь, - улыбнулся он своему другу. - Это был конный турнир на силу, - озабоченно ответил ему Рон, - боюсь, если он будет так продолжать, то когда-нибудь я проиграю. Если он бросит вызов, то в магической дуэли я не смогу его одолеть... Палочка брата плохо меня слушается. - До этого не должно дойти, - согласился Гарри. Магические дуэли были слишком опасным делом. - Молодые люди, прекратите свои разговоры, это неприлично, - беззлобно попросила их целитель Помфри, незаметно вытащив откуда-то свою волшебную палочку, - Гермиона, что мы должны сейчас сделать? Рон молча вышел из палатки целителя, прихватив свой победный трофей. Гарри остался. Они вместе с Гермионой были учениками целителя Помфри. Хотя у них никогда не было денег на палочку, стоящую целое состояние, они могли варить простые снадобья, изучать болезни и анатомию. - Поставить диагноз, целитель Помфри, - ответила Гермиона, сияя, и продолжила , не дожидаясь следующего вопроса, - У господина Малфоя сотрясение мозга, кровоизлияние в мозг, многочисленные гематомы, сломана плечевая кость и вывихнут плечевой сустав. - Что-то добавишь, Гарри? - спросила его учитель. - Нет, целитель Помфри. - А зря! Вы пропустили растяжение позвонков! - почти весело заключила целитель, - Гарри, что посоветуешь для лечения? - Сначала залечить синяки и уменьшить влияние на мозг, заклинание Sibbelus или же компресс из растопырника и ромашки. Зафиксировать предплечье, вправить плечо. Две чайные ложки костероста. Насчет позвонков я не знаю решение. - Ох, просто приложить что-нибудь холодное! На второе день - теплое, постельный режим и жесткие кровати. Впрочем, с этим у нас проблем нет, - мрачно пошутил она, окинув свою палатку. Вместо кроватей здесь были лишь тюфяки, набитые сеном. Когда они оказали Малфою помощь, а целитель Помфри погрузила его в сон, Гарри с Гермионой пару минут отдохнули. Вскоре, они побежали на поле за очередным проигравшим. *** Драко очнулся поздно ночью. Удивительно, но ничего не болело, раны лишь тихонько ныли. Он оглядел палатку. Только пара тюфяков была занята выздоравливающими, чьи силуэты угадывались в неверном свете свеч. Свечи были установлены на столе, за которым сидел знакомый Драко. Он читал книгу. - Доброй ночи, - неловко поприветствовал Малфой. Его знакомый зашикал на него и оглядел палатку. Все продолжали спать, но юноша, сидевший за столом, все равно подошел к нему ближе, опустился на край соломенной подстилки и тихо заговорил: - Так больше не может продолжаться. Ты каждый раз попадаешь к целителю. Твой организм слишком слаб. - Наследственность, - буркнул Драко обиженно. - Я не хотел тебя обидеть... Кстати, твои друзья просили передать, что остановились в Дырявом котле. Целитель Помфри выгнала их, хотя они хотели тебя дождаться. - Я понял. - На следующем состязании на мечах, целься в правую часть тела. Я ослаблю ремешки. Глаза Драко удивленно расширились. Он давно предлагал своему другу вести нечестную игру, но тот отказывался. - Гарри, - выдохнул он удивленно, - Ты сделаешь это ради меня? Зеленые глаза в темноте многообещающе сверкнули. - Ради нас. Гарри ободряюще стиснул его ладонь. Вскоре их пальцы переплелись. - А теперь отдыхай, мой благородный рыцарь, - с легким смешком Гарри провел рукой по лбу Драко, и тот почти сразу снова уснул. Сопротивляться этим успокаивающим ласковым рукам было бесполезно, Драко лишь услышал на самом краю меж сном и явью: - Я буду твоим.