Ученик Часовой Башни

      Решительно идя по коридорам Императорского Дворца, Хельга рассеяно скользила взглядом по стенам, украшенным картинами, гобеленами, свежими цветными гравюрами, изображающими подвиги грифонов разных эпох, начиная от основания нынешней династии и заканчивая недавними событиями (в конце концов в кантерлотском дворце пони есть витражи, повествующие о деяниях прошлого, так почему бы и им не сделать подобную галерею?). Одетая в облегающий серо-серебряный комбинезон, она умудрялась не привлекать внимания ни стражи, ни слуг, ни придворных... которые словно тараканы из нор повылезали, едва стоило обстановке стать безопасной.       Нет, красная пташка знала то, что девять из десяти её сородичей, тем более - в жилах коих течёт благородная кровь, предпочтут встретить врага с оружием в лапах, ну или на худой конец броситься в бой будучи вооружёнными лишь когтями и клювом, но... оставшихся десяти процентов "осторожных" и "предусмотрительных" хватало, чтобы создавать эффект толпы, когда они собираются в одном месте. Радовало хотя бы то, что эти безвольные, бесхребетные пресмыкающиеся, не имеют какого-либо влияния и власти (всё, на что их хватало - распространять сплетни, да служить массовкой).       "И ведь мы сами, своими лапами, прокладываем им путь к вершине", - ничуть не изменив выражения мордочки, мысленно отметила грифонша, в голове коей пронеслись десятки образов тех, кто погибли во время недавней "охоты на зеркального аликорна".       Проскальзывая мимо постов охраны, пользуясь как своими собственными навыками, так и особенностями одежды, за которую не мог зацепиться взгляд даже опытного бойца, не говоря уже о желтоклювых птенцах, Хельга постаралась отогнать от себя эти мысли: в конце концов, многие из погибших во время той операции, были виновны лишь в том, что не позволяли императору радикально урезать вольности княжеских семей... Впрочем, некоторые выжившие, и она - в том числе, вынесли из миссии некоторую пользу для себя лично, пусть и не распространялись об этом (серебристая ткань, позволяющая маскироваться на ровном месте без применения магии - это лишь один из примеров подобного).       Нет, красная пташка не стала зеркальным магом вроде вновь отличившегося Жака, который умудрился убить Дейбрейкер в схватке один на один, за что получил внеочередную медаль, после чего отправился на лечение и в отпуск. В конце концов нельзя же считать профессиональным пиромантом того, кто выучил десяток простеньких трюков, да и то, пользуясь "костылями"? Но возможность без вреда для себя нырять в зеркала, для работы Чёрной Розы, уже стоила многого.       "Да и не хочу я становиться узким специалистом. Вон Жак, настолько сроднился с зеркалью, что почти не способен на стихийную магию, из-за чего вынужден компенсировать это развитием связи с соответствующими духами. Мне же подобную слабость обретать нельзя", - в очередной раз констатировала грифонша, мысленно закрывая эту главу своих рассуждений.       Остановившись перед дверью в кабинет Мола Пятого, которую охраняли двое Корон (Чёрных Роз), крылатая хищница скинула маскировку и тут же продемонстрировала бойцам условленный знак, чтобы не быть нашпигованной зеркальными пулями: всё же гибель от ощущения, что внутри твоего тела появилось пространство в несколько кубометров - это совсем не то, о чём мечтала нынешняя глава спецслужбы. А вот за то, чего ей действительно хотелось, требовалось ещё побороться.       - Император ожидает, - убедившись в личности гостьи, чинно кивнул один из охранников, в то же время демонстрируя другой условленный жест, подтверждая уже свою личность (верить артефактам было можно, но и отказываться от давно зарекомендовавших себя методов обеспечения безопасности грифоны не собирались).       Створки распахнулись и красная пташка скользнула в светлое просторное помещение, где занимался своими повседневными обязанностями её брат, которому повезло родиться правильного пола и от нужной грифонши. Однако же несмотря ни на что, крылатая хищница была верна своему венценосному родственнику настолько, насколько это вообще возможно... хоть из-за инцидента с Дейбрейкер, у неё и появились собственные планы, с некоторой натяжкой тянущие на обвинение в измене.       "Ха-ха... Почему это звучит в моих мыслях, будто я - жена Мола, собирающаяся сделать его оленем?", - отдёрнув хвост от захлопнувшейся двери, крылатая хищница прошлась по толстому ковру, затем остановилась на прямоугольном пятне солнечного света, падающего из высокого и широкого окна, после чего с самым беспечным видом растянулась во всю длину.       - Наслаждаешься жизнью? - хмыкнул император, удобно разместившийся в кресле за письменным столом, придирчиво разглядывая персик, который взял из стоящей на краю столешницы вазы (как и в большинстве случаев, он был одет в чёрный военный мундир, без знаков отличия или медалей, которых при желании мог бы нацепить на себя сколько угодно).       - Ловлю момент спокойствия и тишины, - расправив крылья, Хельга уложила их на пол, а затем скрестила передние лапы под головой. - В конце концов, у меня нет маленькой и слабой сестрёнки, чтобы скидывать на неё самую сложную работу.       - Маленькая и слабая... Ну-ну, - Мол размахнулся и метнул фрукт в красную пташку, особо не целясь и не усиливая бросок магией. - Все бы были такими.       - Спасибо, - выхватив персик из воздуха, при этом тоже не пользуясь ускорением рефлексов при помощи магии, грифонша откусила кусок и с удовольствием зажмурилась. - А жизнь-то налаживается.       - Наслаждайся, - махнул на собеседницу ладонью правитель, но после нескольких секунд тишины спросил: - Как продвигаются наши дела?       - В целом - неплохо, - поморщившись, глава Чёрных Роз воспользовалась огненным заклинанием, уничтожая косточку, поёрзала и, устроившись поудобнее, стала докладывать: - Все необходимые строения в Зеркальном Гроте будут возведены к концу месяца, но ещё четверть года Крейн и его команда будут обустраиваться, создавая защиту и удовлетворяющие их условия быта. Так что птенцов придётся раскидать по гильдиям, чтобы не сидели без дела, ну а там за них возьмутся уже мои агенты. "Сердце" Часовой Башни, насколько мне известно, Альберт уже поместил в какой-то артефакт, так что энергии для запитки всех его устройств даже больше чем требуется.       - Тц... Упрямый старик, - хлопнув ладонью по столу, Мол вызвал недоумение у сестры, которая вопросительно вздёрнула бровь, на что получила пояснение от поморщившегося орла: - Если бы я знал, что он решит разобрать реликвию предков, то поставил бы на этот пост любого другого грифона.       - Только вот на звание настоящего архимага, по всем показателям, тянет только он, - напомнила о "незначительной" детали Хельга, тут же вскидывая правую переднюю лапу в останавливающем жесте. - Мне и самой не нравится то, что цитадель оказалась разобрана: если ты не забыл, то Мол Первый - мой предок тоже. Но раз уж ты взялся ломать старые устои, то глупо было бы останавливаться. В конце концов, от этого оружия, в современных реалиях, пользы чуть больше чем никакой, что нам наглядно показала Дейбрейкер, пережившая прямой удар Роуга. Восстанавливать же Башню на прежнем месте как исторический памятник...       Довод, откровенно говоря, был слабенький, так как и сама красная пташка была возмущена действиями Крейна, но тринадцатый архимаг сумел привести веские причины для того, чтобы перенести школу, расширить её, а кроме того - использовать материалы твердыни для создания защиты. В конце концов, рациональность победила, пусть осадок и остался.       - К слову о предках и других родственниках... - решил сменить тему красный грифон, начав постукивать когтями передних лап по столешнице. - Вы сумели найти нашу неучтённую родственницу?       - След обрывается в Зебрике, но я бы не стала ставить на то, что она останется там и будет дожидаться наших охотников, - положив голову на скрещенные передние лапы, глава Чёрных Роз стала помахивать кончиком хвоста. - Мы продолжаем поиски но...       - Остаётся ждать, когда она снова себя проявит, - тяжело выдохнув, Мол Пятый откинулся на спинку кресла, с какой-то даже обречённостью в голосе спросив: - У тебя хоть одна хорошая новость есть?       - Появились сведения, что Шторм готовит высадку на наш материк экспедиционного корпуса своей армии, - задумавшись, ответила Хельга. - Первой их целью, как ожидается, станут зебры: наиболее разобщённое и "жирное" государство. Пока все их фракции соберутся, чтобы выработать общую стратегию, гориллы успеют закрепиться, окопаться, а то и захватить несколько городов. С их проекторами противомагических полей, разве что друиды, ТОЗ да наши Мечи, смогут противопоставить что-то серьёзное.       - И чего в этом хорошего? - в голосе и брошенном на сестру взгляде императора, даже не имея специальной подготовки, легко было услышать сомнения в здравомыслии собеседницы.       - Им потребуется ещё около четырёх месяцев на всю подготовку, а я уже через двадцать дней буду на месте, чтобы решить данный вопрос... кардинально, - сверкнув хищным взором из-под полуприкрытых век, приподняла уголки губ в улыбке красная пташка.       - Хочешь заняться этим сама? Хорошо. Но в случае неудачи - это твоя личная инициатива, - попытавшись просверлить Хельгу взглядом, император всё же вынужденно согласился с её решением. - Привлеки Жака. Пусть он доставит тебя и твою группу.       - Во-первых, Жак категорично заявил, что "Идите на х... хвост Дискорда: я в отпуске"; а во-вторых, бра-атик, ты слишком уж часто стараешься пропихнуть в каждое мало-мальски важное дело своего любимчика, - бровки грифонши нахмурились, а сама она подобралась, будто бы для прыжка, и даже крылья сложила. - А не задумал ли ты чего на его счёт?       - Да иди ты со своими шутками... на хвост Дискорда, - Мол Пятый ухмыльнулся. - Ещё что-нибудь полезное есть?       "А вот и пойду, но только не на хвост, и совсем не Дискорда", - мысленно хмыкнула Хельга, плавно поднимаясь на лапы и потягиваясь, выгибая спину.       - Разные мелочи, которые лучше прочитать по диагонали в виде письменного отчёта, - вслух ответила грифонша. - Так что, больше не смею отнимать ваше время, Ваше Величество.       ...       Вечером того же дня, глава Чёрных Роз лежала на узкой кушетке в комнате, обстановку которой лысые приматы, называющие себя людьми, обозвали бы спартанской: постель, шкаф и стол, не имеющие никаких декоративных украшений, но отличающиеся прочностью и надёжностью, выполняли лишь свои прямые функции, а серые стены, пол и потолок, ничем не цепляли взгляд. Она, разумеется, могла бы расположиться в любых покоях во дворце, либо же в одном из служебных домов, которые разбросаны по всей империи, но вместо этого предпочитала отдыхать на тайных базах, под защитой параноидальных систем безопасности и соратников, находящихся на боевых дежурствах. Впрочем, условия здесь были далеко не самыми плохими...       "Но всё же, как иногда хочется уснуть на тёплом и мягком ложе, под широким и надёжным крылом, чувствуя в теле жар и усталость...", - улыбка тронула уголки губ грифонши, перевернувшейся на спину, что было не слишком удобно из-за поджатых крыльев.       Подняв правую переднюю лапу, пальцы которой сжимали тонкий прозрачный флакон, внутри коего осталось несколько капель содержимого, Хельга прищурила левый глаз и закрыла правый, смотря через сосуд на единственный светильник, закреплённый над входной дверью. Ей не пришлось устраивать хитрых интриг, либо же изворачиваться ради похищения "генетического материала" одного голубого грифона: она просто пришла на склад, охраняемый Чёрными Розами, куда отправились многие ценности, реагенты и материалы, извлечённые из сейфов Часовой Башни, затребовала флакон с семенем Жака, а затем от своего имени приказала молчать об этом, засекретив информацию.       "Он, наверное, и не помнит уже, сколько сдал "генетических образцов". А даже если мои действия вскроются...", - сжав сосуд в кулаке, красная пташка зажмурилась, а когда снова открыла глаза, её взгляд был спокоен и сосредоточен.       Пусть ей и не суждено насладиться обычной для других грифонш семейной жизнью, со всеми её плюсами и минусами, но за своё маленькое счастье она была готова бороться. Да и...       "Я бы себя не простила, если бы не попробовала добиться своего", - свободная ладонь легла на живот, а на губы Хельги вновь вернулась улыбка.       ...       Казалось бы, что только вчера Мол подписал приказ на "Длительный отпуск по состоянию здоровья" (знал бы он, насколько точным окажется это определение...), а уже сегодня глава Чёрных Роз собиралась отбывать на секретное задание. За назначениями заместителей, которым пришлось передавать дела, наблюдателей, следящих за важными объектами, кураторов и координаторов, время пролетело абсолютно незаметно.       И вот уже она стоит в арсенале, занимающем большой грот внутри одной из скал вблизи "Белогорья", укреплённый металлом и магией, и смотрит на ряды стеллажей с разнообразным оружием. Белый свет, льющийся со сводов потолка, поддерживаемых толстыми балками, особенно чётко обрисовывал стенды с бронёй, которая не поступила и, скорее всего, уже не поступит на вооружение армии, существуя лишь в одном-двух экземплярах; ряды снайперских и штурмовых винтовок; полки с пистолетами, автоматами, самострелами различных форм и размеров; ящики с гранатами, стойки с мечами, ножами, метательными дротиками...       - Как я понимаю, вам нужно оружие, которое будет безотказно работать в условиях нестабильного магического фона, при этом не обнаружаясь магией? - худощавый молодой орёл грязно-серого цвета, одетый в жилет-разгрузку с широким техномагическим манжетом чёрного цвета на правой передней лапе, задумчиво почесал висок когтем указательного пальца левой передней лапы. - Знаю, что вам нужно. Как раз пришла недавно партия модифицированного оружия из мира людей... Очень, знаете ли, изобретательные существа...       - Я бы с удовольствием послушала ваши рассуждения, но у меня строгий график, - почти не соврала Хельга, прерывая собеседника, который почти ушёл в какие-то свои мысли.       - Да, - работник арсенала щёлкнул пальцами левой кисти, смущённо улыбаясь. - Прошу меня простить: ещё с момента появления пневматических самострелов магистра Жака, я поклонник данной темы. Следуйте за мной...       Развернувшись, движением крыла грифон указал направление, после чего поспешил вперёд по проходу между стеллажами. Несмотря на то, что пространство было большим, а представленные образцы оружия располагались в каком-то непонятном порядке (мечи рядом с револьверами...), он двигался уверенно и целеустремлённо.       Пройдя примерно две трети пути до противоположной стены, проводник свернул налево, прошёл ещё десяток шагов и, повернувшись к своей спутнице, театральным жестом указал на стойку с пистолетами молочно-белого цвета:       - Модель "Винни-пух", версия два. Спроектирован людьми, но совместными усилиями инженеров-оружейников, переделан под лапу грифона. Корпус из укреплённой алхимией керамики, лёгкий и достаточно прочный для использования в качестве ударного инструмента; обойма на восемь патрон; стреляет заострёнными бронебойными снарядами. При желании можно взять патроны с зажигательным алхимическим наполнителем, но бронебойность серьёзно пострадает. Не обнаружим металлоискателями, да и специализированными заклинаниями пони как оружие не воспринимается. Предназначен для ведения боя на средних и ближних дистанциях, против крупных и бронированных противников. В узких кругах уже получил название "Винни-пух-пух".       "Это какая-то шутка? Если "да", то я её не понимаю", - с равнодушным выражением мордочки дослушав монолог экскурсовода по миру современных орудий причинения вреда среднему и ближнему своему, грифонша кивнула, показывая то, что поняла.       - Я возьму пять комплектов по два пистолета и по две обоймы к каждому. Теперь винтовки и взрывчатка с детонаторами.       - Следуйте за мной, - собеседник воодушевлённо вскинул голову, поднялся на задние лапы и, потыкав указательным пальцем левой передней лапы в зеркальный экран манжета, радостно улыбнулся. - Нам недавно доставили отличный взрывающийся пластилин.       "И почему именно сегодня ушёл в отпуск старый кладовщик?", - снова устремляясь вслед за проводником, мысленно поморщилась Хельга.       Вскоре они добрались до секции, отделённой от основного помещения толстой стеной из металла. Здесь стояли тяжёлые даже на вид ящики, на всех поверхностях коих красовались предупреждения о том, что груз нельзя трясти, либо же держать рядом с источниками огня.       - Одну минуту... - спутник торопливо вскрыл замок и поднял крышку, затем сунул правую переднюю лапу в контейнер, достал из него продолговатый предмет и сунул его под клюв красной пташки, гордо произнося: - Вот! Чем сильнее сожмёшь - тем сильнее рванёт.       - ... - глава Чёрных роз секунду недоумевала о том, что напоминает ей вытянутый закруглённый объект, а затем до неё всё же дошло, из-за чего глаза хищно прищурились, а уголки губ приподнялись в недоброй улыбке. - Жизненно вылеплено.       - А? - работник склада недоуменно моргнул, посмотрел на предмет, сжимаемый в своей ладони... и начал стремительно бледнеть. - Э-э-это не то, о чём вы подумали. Я...       - Если ты уберёшь от меня эту штуку и покажешь нормальную взрывчатку, я сделаю вид, что ничего не видела, - пообещала грифонша, чувствуя как при виде паники собеседника, злость трансформируется в раздражение, из-за чего даже прикрыла глаза, чтобы не сорваться на недоумка. - Шевелись.       ...       Уже на следующий день Хельга, погрузившись на малый небесный корабль "Пеликан", состоящий из вытянутого баллона голубого цвета, корпуса кинжаловидной формы и двух коротких крыльев с турбинами, в обществе четвёрки молодых Чёрных Роз, отправилась в Империю Шторма. Они вылетели без помпы из маленького приграничного порта, тут же уйдя в режим молчания по всем линиям связи, лишь принимая редкие сигналы с родины, но не отвечая на них.       Красная пташка специально подобрала такую команду, долгое отсутствие которой не вызовет никаких вопросов, так как знакомые у них есть только среди членов организации, которые сами по себе без дела не болтают и не лезут в чужие задания. Кроме того, мечник, снайпер, целительница и шпион-диверсант, были не слишком опытны, чтобы замечать некоторые мелочи, недостаточно авторитетны, чтобы противоречить главе тайной службы, но при этом прекрасно обучены выполнять приказы. Она, конечно, могла бы сделать всё сама, в случае крайней нужды, но излишняя самоуверенность стоила жизней слишком многим, чтобы поддаваться тщеславию и собственными лапами усложнять себе работу.       Кораблик был шустрым, незаметным, обладал высокой автономностью за счёт зеркальных хранилищ, но при этом жилого пространства в нём было критически мало. Мечнику и диверсанту, которые на время миссии получили позывные "Белый" и "Чёрный", повезло делить на двоих носовую каюту, в то время как "Красная" (сама глава Чёрных Роз), "Зелёная" и "Розовая", были вынуждены тесниться в кормовой каюте. Впрочем, так как кто-то всегда должен был находиться на палубе, слишком большой проблемой это не стало: сама Хельга легко могла спать в броне хоть на голых камнях, хоть на снегу (ровное полотно же, натянутое на мелкоячеистую решётку, смотрелось словно царское ложе).       Первый день перешёл в ночь, а затем - снова в день, и только на вторую ночёвку кораблик сделал небольшую остановку, закрепившись на широком облаке. И пусть пришлось вспоминать основы погодной магии, превращая небесную воду в устойчивую поверхность, где можно спокойно ходить и не бояться провалиться, команде стало явно более спокойно.       "Всё же грифоны не созданы для тесных пространств", - вынужденно констатировала красная пташка, пока её подчинённые разминали крылья и делали вид, будто совсем не дурачатся, строя из облачной материи игрушечные замки.       На краткие секунды старшая грифонша даже пожалела, что взяла с собой именно этих почти птенцов, а не бывалых оперативников. Однако же напоминание о собственном положении заставило выкинуть сомнения из головы: в конце концов, в боевой обстановке они будут чётко выполнять приказы, да и не собиралась она приказывать им чего-то по-настоящему сложного, либо вовсе невыполнимого... как любили делать её собственные инструкторы.       Спустя пару часов активного отдыха, младшие грифоны отправились спать, а сама глава Чёрных Роз, пользуясь выпавшим свободным временем, приступила к медитации и применению одной техники из школы целительства, слегка ускоряя рост плода. Чтобы не повредить детёнышу, нельзя было превышать ускорение более чем на пять-десять процентов, но даже это, в случае регулярных занятий, позволяло выиграть целый месяц.       "Спешить с миссией я не буду, но и затягивать слишком сильно нельзя. Из-за промедления, Шторм может успеть начать свои завоевания, и тогда его армию не остановит даже гибель главнокомандующего", - мысленно повторяла себе Хельга, в душе которой от всего происходящего сталкивались противоречивые эмоции, от стыда до гордости, и от радости до злости.       Едва же на горизонте забрежжил рассвет, красная пташка подняла свою команду, заставила развеять облако, а затем указала дальнейший курс и отправилась спать сама. При этом она не забыла плотно подкрепиться, стараясь сделать это так, чтобы подчинённые не заметили увеличенного в полтора раза рациона.       ...       - Пять минут до цели, птенчики, - объявила старшая грифонша, с носа маленького небесного судна взирая на приближающийся берег южного материка. - Берём с собой минимум вещей: никаких зеркальных хранилищ и фонящих магией артефактов.       - Так точно, мэм, - отозвались в динамиках шлема голоса четверых младших крылатых хищников.       Прибытие было рассчитано так, чтобы над землёй стояла глубокая ночь, что усложняло визуальное обнаружение летательного аппарата. Кроме того, народы государства Шторма были дневными, за исключением ряда наёмников, благодаря чему после заката их активность серьёзно падала. Ну и, что не могло не радовать, у них ещё не появилось технологий, способных обнаруживать пересечение периметра по небу, а с магией у горилл всегда было неважно (если не сказать хуже).       Вскоре вся группа уже была на палубе кораблика, выстроившись вдоль правого борта: Чёрные Розы красовались матово-стальной бронёй, имеющей хищные обводы, в которую кроме артефактов, работающих на магии встроены некоторые устройства, доставленные из мира людей. И пусть приборы уступали в эффективности своим аналогам, собранным артефакторами, но их наличие давало уверенность в том, что в худшем случае броня потеряет лишь часть функций.       - С этого момента мы находимся на вражеской территории, так что удвойте бдительность и готовьтесь исполнять любые приказы без размышлений, - в дополнительном напоминании не было особого смысла, но Хельга решила всё же подстраховаться, да и как она знала по личному опыту, участие командира, в такие моменты, крайне важно для подчинённых, даже если они уже десяток раз слышали озвучиваемые прописные истины. - Если мы всё сделаем правильно, то вы сможете гордиться первыми записями в личных делах о задании, про которое нельзя распространяться.       Шутка, давно ходящая среди Чёрных Роз, подействовала лучшим образом: красная пташка почти физически ощутила, как пропадает напряжение, сковывавшее молодых грифонов. Они даже начали вполголоса обсуждать, насколько же земли Шторма похожи, но при этом как сильно отличаются от империи грифонов (в глаза, разумеется, в первую очередь бросались горы, большинство из которых в высоту достигало не тысяч, а сотен, либо же вовсе - десятков метров).       "А ведь будь они и мы менее воинственны, то могли бы ужиться вместе: грифоны - на вершинах и склонах гор, а гориллы - в долинах и ущельях", - промелькнула на грани сознания главы Чёрных роз мысль, тут же исчезнувшая в дальних закоулках разума.       ...       Судно приземлилось между двумя выступающими камнями, на вершине одной из непримечательных гор, где подчинённые тут же начали организовывать лагерь, натягивая маскировочную сеть. В полудюжине метров, где начинался крутой обрыв, находилась удобная наблюдательная площадка, откуда открывался вид на портовый городок, освещённый многочисленными масляными лампами, развешенными на широких улицах, разделяющих каменные одно и двухэтажные дома.       - Чёрный - отправляешься со мной на разведку; Зелёная, розовая и белый - остаётесь здесь и охраняете корабль, - Хельга обвела взглядом ряд из четырёх молодых оперативников, уже вогнавших себя в состояние предбоевого транса, чтобы избавиться от мандража. - В случае появления случайных свидетелей, разрешаю использовать алхимию и гипноз; в случае появления крупного отряда противника - уходите вглубь материка. Я вас найду позднее. Главное - вас не должны заметить и вы не должны оставлять за собой трупов.       Подчинённые-подопечные молча козырнули правыми передними лапами, заставив старшую крылатую хищницу криво улыбнуться. Жестом позвав с собой диверсанта, она оставила остальную часть отряда во временном лагере, после чего убедилась в отсутствии случайных свидетелей и спрыгнула с обрыва, стремительно падая вниз, чтобы распахнуть крылья и перейти на парение только у самой земли...       ...       Словно две тени они проскользнули в город, затерявшись в тёмных переулках боковых улочек. Какое-то время им приходилось выжидать и наблюдать, следя за редкими припозднившимися путниками, а также стражниками, патрулирующими территорию двойками. Оживлённее всего, как и ожидалось, было у пристаней, где стояли многочисленные склады: рабочие сновали с ящиками от них до кораблей, готовящихся с первыми лучами солнца отчалить, перебрасываясь негромкими шутками, ну или подбадривая напарников живее шевелиться при помощи специфичных ругательств.       Хельга не стала придумывать чего-то слишком сложного, чтобы добыть интересующую её информацию: выбрав один из домов, находящихся на окраине и выглядящих не слишком богато, при помощи тепловизора она убедилась, что внутри находятся лишь трое живых существ, после чего отдала команду действовать. Жильцами оказалась семейная пара из кобылы-зебры и жеребца-земнопони, у которых была дочь, являющаяся совсем молодой чистокровной зеброчкой, к которой отправился Чёрный.       Вскрыв окно, ведущее в спальню, красная пташка метнула два дротика, один из которых был со снотворным, а второй - с наркотиком, сильно дурманящим разум, из-за чего жертва продолжает считать, что спит. Проникнув в комнату, грифонша закрыла за собой створки, осмотрелась вокруг и, не найдя ничего примечательного кроме прикроватного столика, самой постели, да небольшого шкафа, подошла к своим жертвам.       "Начнём, пожалуй", - забрав дротики и спрятав их в подсумок (незачем оставлять следы своего пребывания), глава Чёрных Роз растолкала жеребца и стала задавать вопросы о том, какие условия нужно выполнить, чтобы стать жителем города, где можно получить документы и к кому следует обратиться.       Спустя пять минут вялого бормотания, когда переселенцу приходилось уточнять некоторые вопросы, он получил ещё один укол и отключился. Порция снотворного, войдя во взаимодействие с наркотиком, должна была отбить ему память часов на восемь, при этом наградив головной болью как после отравления алкоголем. После этого оставалось убедиться в том, что кобыла спит, быстро осмотреть их вещи, а затем бесшумно выскользнуть на улицу.       Чёрный тоже справился со своей работой: молодая кобылка, пусть и не знала деталей того, как получить удостверение жителя Империи Шторма (выдаваемое только переселенцам), но зато оббегала весь город и знала то, кто где живёт, где находится администрация и тому подобные мелочи. Утром же она и не вспомнит о ночном визитёре, но тоже будет мучиться головной болью.       - Какие наши дальнейшие действия? - спросил младший оперативник, когда они вновь скрылись в тёмном переулке.       - Нужно посетить дом коменданта, - ответила ему Хельга. - Нам вовсе не помешают документы, которые позволят открыто расхаживать по этой стране...       ...       Операция по получению разрешений на жительство в Империи Шторма затянулась на два дня: сперва Хельге пришлось лично проникать в покои коменданта, где тот спал со своей женой, после чего накачивать обоих горилл алхимией, чтобы одна - не проснулась в самый неподходящий момент, а второй, получив грубую установку, вышел ночью на прогулку за пределы подавляющего магию поля (оказалось, что в подвале дома главы города установлен генератор магических помех, как и в здании городской администрации). Однако же сонный самец, накинувший на себя военный китель, послушно покинул своё жилище и отвязался от охраны фразой о том, что хочет подышать ночным воздухом в тишине. А когда он вышел за пределы поля и скрылся от посторонних взглядов, Чёрные Розы смогли применить ментальную магию, создавая более тонкие ментальные установки.       Новый осведомитель рассказал, что Шторм часто посещает тренировочные полигоны, где наёмники обучают его армию пользоваться огнестрельным оружием; алхимические лаборатории, где нанятые беженцы-зебры создают огненную смесь для патронов и гранат; цеха, где производятся кирасы, состоящие из трубок, и шлемы с гребнями, в которые засыпается стекло, создающее разрушающий магию фон. В своей столичной резиденции он бывает редко, а путешествует всегда в окружении серьёзной охраны, да ещё вместе с передвижным проектором противомагического поля.       Весь следующий день старшая грифонша провела в городе, в то время как Чёрный вернулся к напарникам, ну а на следующую ночь, когда исполняющий установку комендант принёс в указанное место металлические пластинки, с выгравированными печатями и номерами, выспросила у него слухи о дальнейших планах правителя, а затем подтёрла воспоминания, пользуясь как магией, так и алхимией. Она ещё дождалась утра, чтобы убедиться в отсутствии подозрений и шумихи, но гориллы вели себя как обычно и не проявляли беспокойств, что слегка успокоило паранойю главы Чёрных Роз.                   ***       Колёса кареты из воронёного железа стучали по камням дороги, пролегающей через очередное ущелье, соединяющее две долины: в одной из них был развёрнут шахтёрский городок, где были построены кузницы для выплавки металлов, чему способствовали и протекающая река, и наличие месторождения каменного угля неподалёку, а во второй выращивались корнеплоды, служащие основной пищей для работающих в поселении горилл. Неразговорчивые тягловые зебры, ещё совсем жеребятами прибывшие на материк, упорно тащили императорскую повозку вперёд, не проявляя недовольства ранним часом побудки, или же усталостью (через пару часов, на одном из дежурных постов, их должны были сменить другие четвероногие, будь то сородичи из Зебрики, пони из Эквестрии, или же кони из Седловской Аравии, по той или иной причине покинувшие родину).       Сам Шторм, сидя в полумраке транспортного средства, разгоняемом лишь одной алхимической лампой, закреплённой под потолком, молча постукивал пальцами верхних лап по подлокотникам. Он был облачён в кирасу из металлических трубок, внутри которых находились кристаллы, излучение коих разрушает структурированную магию, шлем с полым гребнем, также содержащим в себе кристалл, защищающий голову от воздействия на разум, ну и свободный чёрный мундир, скрывающий под собой бронированный торс. Его спокойный, словно бы неживой взгляд был направлен строго вперёд, но видел явно не двоих телохранителей, вооружённых двухствольными самострелами, преданно стерегущих покой своего господина...       На самом деле не было смысла в том, чтобы отправляться в очередную инспекцию лично: детёныши, выросшие в едином государстве, не разрываемом на части бесконечными войнами между долинами, честно и с полной самоотдачей исполняли свои обязанности, проявляя немалый (даже излишний) энтузиазм, а там где находились диверсанты и подстрекатели, справлялись поставленные следить за порядком надзиратели-командоры-коменданты. Только вот и терпеливо ожидать начала нового похода, сидя в своей столичной резиденции, у бывалого воина не получалось: стоило ему хотя бы на миг остановиться, как из-за спины догоняли голоса погибших друзей и врагов; верных соратников и подлых предателей, которым следовало воздать по заслугам. Ну а когда закрывались глаза, вместо сна приходили морды тех, кто, казалось бы, остался в далёком прошлом...       Порой Шторм начинал отчётливо слышать стук маятника часов, которые в подарок прислала его "любящая" и "верная" жена, сопроводившая эту игрушку запиской со словами "Пусть эти часы отсчитывают минуты до нашей встречи". Возможно, хотя правитель империи был и не уверен, в этом жесте прослеживалось что-то романтичное и даже милое, но... он видел лишь попытку загладить вину за то, что глупая кошка ввязалась в авантюру с грифонами, продемонстрировав новое вооружение в деле, но при этом ничего толкового не добившись (хотя, гибель Часовой Башни, ставшая последствием вмешательства катжитов в гражданскую войну крылатых хищников, частично оправдывала риск). В конце концов, именно это стало причиной, побудившей ускорить планы вторжения на соседний материк, сделав своей первой целью некромантов Зебрики.       "Нежить развалится под действием разрушающих магию полей, а боевые чары вовсе будут бесполезны. Некроманты падут быстро, ничего не сумев нам противопоставить", - промелькнули в голове завоевателя убеждённые в своей правоте мысли.       Стук маятника, который слышал только Шторм, был не единственным раздражающим фактором: не так давно он стал видеть в зеркалах чужие морды, одни из которых смотрели на него с ненавистью, другие - с тоской, третьи - с жалостью, ну а четвёртые (самые редкие) - откровенно ухмылялись. За плечами то и дело появлялись силуэты соратников, вместе с которыми он бок о бок строил новый мир для всех горилл; ел из одного котла; проливал и пил кровь, когда нечего было больше пить... Ощущение, будто бы они все снова рядом и готовы идти за своим лидером, одновременно будоражило кровь, ранило сердце осознанием правды, ну и пугало пониманием того, что собственный разум решил подвести в самый ответственный момент.       Целители, как из числа катжитов и зебр, так и из числа приглашённых пони с грифонами, только разводили лапами и говорили, что король абсолютно здоров. Впрочем, своими лекарствами пичкать не забывали, а лезть себе в голову уже он никому не позволял (слишком уж много там было такого, знать о чём полагалось только ему... да и доверять наёмникам не следовало). На магическое воздействие списать всё это тоже не выходило, так как кристалл вставленный в гребень шлема, полностью отсекал его голову от любой внешней магии.       Приходилось бороться ещё с одной напастью, следя за каждым сказанным словом, просчитывая свои действия каждую следующую секунду, подвергая сомнению всё то, что показывали глаза или слышали уши. Из-за этого образ завоевателя стал ещё более мрачным, а кроме того - появились слухи о том, что он стареет, становясь медлительным и подозрительным. Впрочем, даже это было лучше, чем если бы подданные узнали правду...       "Долго ли я ещё протяну? Сколько ещё продлится мой путь, на котором я потерял всех тех, кто шли со мной с самого начала?", - моргнув, могучий воин посмотрел на своих телохранителей, старательно изображающих из себя парочку безмолвных болванчиков, в любой момент готовых взорваться движением (их хорошо выучили, сделав достойными противниками даже подмастерьям школы меча Грифоньей Империи).       Что они видели, когда смотрели на Шторма? Могучего и несгибаемого лидера? Героя, выведшего свой народ из эпохи кровной вражды племён? Или же жестокого и беспринципного тирана, шагавшего на вершину по костям друзей и врагов, пока не оказался на верху совершенно один? А кем он был на самом деле?       "Кем я стал?", - сам у себя спросил завоеватель, чётко осознавая то, что никто в целом мире не сможет дать ему ответ.       ...       Карета остановилась и охранники, подорвавшись со своих мест, первыми вышли в распахнутую дверцу, беря двухстволки на изготовку. Вокруг собрались и другие гвардейцы, образовавшие периметр в десять метров диаметром, куда не допускались семьи шахтёров, кузнецов, торговцев, каменщиков... которые собрались чтобы поприветствовать своего императора. В небе же летали яркие попугаи, тоже несущие свой дозор.       Прищурив глаза, Шторм вышел из повозки, широко расправив могучие плечи и высоко подняв голову, обозревая толпу горилл, зебр, катжитов, даже пони и грифонов, одетых в серые накидки и причудливые шляпы-шлемы, защищающие от пыли. Со всех сторон долину окружали почти отвесные склоны не слишком высоких гор, ну а позади толпы виднелись прямоугольные коробки одно и двухэтажных каменных домов с черепичными крышами. Отдельного же упоминания стоило по-настоящему крупное здание, размещённое в стороне от поселения, из труб коего поднимались столбы тяжёлого чёрного дыма (именно там в огромных горнах выплавлялась сталь, которую позже развозили по производствам).       Приветственные крики толпы, подбрасываемые в воздух шляпы, овации - бывалый воин смотрел на всё это и чувствовал себя как-то... неуместно. Подсознательно он ждал угрозы, но в глазах и на мордах подданных видел восторг, счастье, восхищение. Несколько молодых самок, поднимая над головами совсем маленьких детёнышей, что-то им говорили и будто бы ждали, что он их одарит какой-то особой благодатью.       - Мой Император! - охрана наконец-то пропустила внутрь периметра, находящегося в поле заблокированной магии, достаточно высокого, но одновременно с тем - тучного гориллу, одетого в праздничный чёрно-красный мундир с синим плащём. - Я невероятно рад приветствовать вас в "Стальной Кирке"...!       Управляющий поселения разливался соловьём, рассыпался в восхвалениях Шторма, заверял в верноподданничестве и пообещал устроить грандиозный пир, сразу после инспекции завода. Он мог бы быть могучим воином, если бы не слабые даже на вид лапы, не привыкшие держать что-либо тяжелее столовых приборов, живот, виднеющийся под мешковатыми одеждами, ну и отсутствие брони. Больше всего же вызывала раздражение именно его неумолкающая речь, льющаяся на уши словно липкая вода, кажущаяся приятной на первый взгляд, но заставляющая ощущать себя грязным.       - И вот к этому мы стремились? - прозвучал недовольный голос из-за левого плеча.       - Дать ему лопату и отправить вычищать отхожие ямы, - заявил другой голос из-за правого плеча. - А лучше - отправить в шахты, сбрасывать лишний вес.       В чём-то Шторм был согласен с призраками прошлого (которых, разумеется, за спиной на самом деле не было), но следовать их советам он не собирался. В конце концов, один разжиревший управляющий шахтёрского городка - это ещё не показатель. Да и после возвращения в столицу, можно будет отправить сюда дознавателей, чтобы они подробно проследили, не злоупотребляет ли один конкретный подданный своим положением.       ...       - ...Падая на колесо, вода приводит в движение механизм из рычагов, заставляя кузнечные меха качать воздух в печи, тем самым раздувая пламя и нагнетая необходимую для плавления железа температуру, - рассказывал катжит, одетый в кожаный передник и штаны, большие круглые очки и шапку, защищающую голову.       Внутри просторного ангара, освещённого большими лампами, похожими на мутные колбы, подвешенные под потолком, царила жуткая духота и стоял запах гари. Шторм, в окружении своей охраны, среди которой затесался гвардеец, несущий на себе переносной проектор антимагического поля, внимательно слушая объяснения работника завода, встал неподалёку от одного из горнов, откуда как раз начали сливать буквально светящийся от жара металл.       - Ближе не подходите - опасно, - поспешил остановить императора кот, без стеснения поторапливающий горилл из числа простых рабочих, которые таскали формы для стали. - А сейчас вы увидите, как мы загружаем руду во второй горн... Пройдёмте сюда.       "Как они это выносят целыми днями?", - отстранено подумал завоеватель, чувствуя как под бронёй его шкура давно пропиталась потом, который разве что по лапам ещё на пол не стекает.       Встав перед второй печью, похожей на высокую каменную трубу, император уже жалел о своём желании ознакомиться со всеми этапами технического процесса. Он даже понимал управляющего поселением, который предпочёл спихнуть "честь" сопровождать высокого гостя по заводу на подчинённого, хотя это и не помешало мысленно пообещать припомнить данный факт в будущем. Прервать же инспекцию и уйти, ему не позволяла собственная гордость и понимание того, что простые рабочие, пусть и не носящие доспехи, вполне спокойно переносят все неудобства.       Тем временем гориллы начали засыпать руду в печь, поднимаясь наверх по приставной лестнице. Под оживлённые объяснения катжита о том, что для получения качественной стали необходимо строго соблюдать пропорции веществ и температуру, данный этап был завершён, а затем тяжёлая крышка захлопнулась и с гулом в трубу устремился раскалённый воздух.       - Теперь нам остаётся следить за механизмом и ждать... - снова заговорил проводник, когда его голос перебил громкий взрыв.       Шторм увидел как на осколки разлетелась стенка печи, поражая находившихся рядом рабочих, не успевших даже лап вскинуть для защиты, а в следующий миг, высвободившееся из дыры пламя, словно ликующий яростный зверь устремилось на императора. Мир для него замер, а в диком сиянии почудился крылатый силуэт, имеющий отдалённо-знакомые очертания попугая, широко расправившего крылья и выставившего вперёд когтистые лапы, словно бы целясь ими в скрытую под бронёй грудь.       "Я погибну... так? Не на поле боя, под ударом могущественного врага, и даже не от яда подлого убийцы? Какая глупость", - напрягая мышцы тела, буквально рвущиеся от усилия, он попытался сместиться в сторону, сразу же поняв то, что не успевает.       Проектор противомагического поля работал, но против вырвавшегося из печи пламени он был бесполезен, да ещё и не позволял воспользоваться магическими щитами. Десятки кораблей, многотысячная армия, оружейные производства... всё это в единый миг стало таким неважным и бессмысленным.       - Ха... - почти физически чувствуя, что за спиной стоят давно погибшие соратники, могучий воин оскалился в яростной усмешке, нанося удар сжатой в кулак лапой по жадному огню...       Пусть он не справился с тем, чтобы принести мир на все земли Эквуса, но после него оставалось обширное наследие. А это означает то, что идущие по его пути смогут пройти дальше, прокладывая новую дорогу для грядущих поколений.       А это значит, что всё было не зря и однажды, через кровь, сталь и пламя, мир всё же восторжествует на Эквусе...       "Ведь Шторм не остановить никому".