Гарри Поттер и Арлен Клейт Азкабан

Прошло уже много времени с последнего появления голоса. Он не переставал думать о повороте, на это уходило всё его время, он мало ел, мало спал, носился по коридорам, врезался в их стены, только чтобы разгадать загадку. Он почти ни с кем не разговаривал, все его мысли были сосредоточены и холодны, он дорожил каждым словом, выбирал ответ так, чтобы не упасть в грязь лицом. Его могли спросить, как его дела, а он бы стоял и смотрел на человека несколько минут, прежде чем ответить "нормально". Он рос странным малым. Вскоре он стал ходить сутулым, угрюмым, нахмуренным. Даже взрослые немного побаивались его, потому что не хотели связываться с ним. Для него почти больше не существовало радости, ведь радость нужна тем чудакам, которым нечем больше заняться. Однажды Беллатриса подошла к кровати Гарри, чтобы положить под его подушку немножко Берти Боттс (раздобытые ею с немалым трудом) и обнаружила там какую-то потрёпанную книжку, в которой были странные рисунки, записи. Она начала читать:

Где-то седьмое декабря

Голос уже как полтора года покинул меня. Он не говорит, не подает знаков, не делает ничего, чтобы я его заметил. Как же я хочу найти поворот! Может хоть тогда он скажет мне что-то? Новый ключ, новую загадку... А что я вообще пытаюсь найти? Что мне надо? счастье богатство успех... Успех. Признание! Я хочу, чтобы все знали кто я, чтобы все понимали, с кем имеют дело! Я хочу, чтобы все перестали думать, что я маленький! Белла улыбнулась. Её малыш думал, что он уже взрослый. Однако непонятные фразы про какой-то поворот, странный голос насторожил её. Гарри и правда подрос, а значит поумнел. А раз он до сих пор считает, что это не просто его мысли, значит тут что-то не так. Надо с этим разобраться. Белла перевернула страницу. Следующая запись её шокировала. Там кривым, неказистым почерком было написано: "Я не хочу больше жить... Беллатриса сидела в изумлении на кровати Гарри. Все остальное расплылось в её глазах. Она не знала что с этим делать. Запись была сегодняшняя... Чернила ещё отпечатывались на пальцах. И тут текст стал писаться сам собой, словно мальчик стоял за её спиной и дописывал глазами. "Мне осточертела эта жизнь - скучная, неинтересная, однообразная... Серая. Я живу как мышь, когда мог бы порхать как птица. Мне надоело...АРЛЕН ПОВОРОТ! Это скучное, скучное, скучное существование... Хочу вырваться из клетки и побежать навстречу приключениям НАЙДИ ПОВОРОТ! Что-то мешает мне. Что-то щемит изнутри. Не отпускает меня отсюда. Какая-то очень сильная связь с чем-то... С родителями, наверное. Они же не смогут без меня. Часто они так холодны ко мне, но, наверное, это забота. Я РЯДОМ! Да ладно, наплевать на всё это. Надо думать о чем-то более важном. Надо спасть свою шкуру от этого безумства. Белла бросила книгу на кровать, встала и уставилась на неё. Потом она уткнулась лицом в ладони, чтобы как-то прояснить себе, что она только что прочитала. Да нет... НЕ может такого быть... Когда она открыла глаза книги уже не было. Никто не мог так быстро и бесшумно взять её. Она просто исчезла. Под подушкой её не было, под матрасом и в одеяле тоже. Нигде. Её не было нигде. Конечно, в мире волшебников и не такое бывает, но это было как-то очень странно... Беллатриса решила, что она не станет говорить об этом с мальчиком. Может, это вовсе и не его письмена, а чьи-то другие... Он такой маленький и славный, что точно никогда бы не написал такого! Его нельзя винить в подобных недоразумениях. Тем более те записи были написаны так аккуратно, грамотно, что никогда бы мальчик, ещё не ходивший в школу не смог бы так написать. ПОМОГИ МНЕ

***

Тем временем Гарри думал о смерти, о жизни. Да, это были его мысли. Он не мог отслеживать, но одна за другой они бегали по его голове, так, что стоит ему подумать об одном, и тут же появляется сто другого. Иногда ему кажется, что он сходит с ума. Что в его голове не он один. Может, Арлен один из этих голосов? Может он хочет вернуться, а Гарри не может его впустить к себе в голову? Просто не понимает, как это сделать. Эти мысли разрывали его маленькую, детскую душу. Что ему делать? Он не может никому рассказать, его просто не поймут! Проще было бы умереть, или вообще не рождаться...