Неприкасаемый

Папс с трудом открыл глаза, но перед ним красовалась непроглядная тьма. Он инстинктивно начал моргать, но ничего не изменилось. Тогда скелет дёрнул рукой, но его руки были крепко прикреплены каким-то железным креплением к стулу или креслу. После пары попыток не увенчавшихся успехом, его тело пронзила резкая боль, а череп будто прострелили. Из-за чего скелет издал громкий, гартанный рык, после которого последовала тяжёлая отдышка. Просидев так пару секунд и оправившись от боли, Папс попытался применить магию, но ничего не произошло. Точнее его глаз на секунду вспыхнул, после чего невольно потух. И вот сейчас Папс почувствовал полную и беспрекословную беспомощность. Его окутывала тьма к которой не возможно было привыкнуть. Тишина режущая слух, в которой было слышно только его нервное дыхание. Давящий животный страх и инстинкт самосохранения, призывающий к незамедлительным действиям по спасению своей шкуры. Боль растекающаяся судорогами по всему телу, а ощущение холодного метала на запястьях не давало покоя. Внезапно в углу комнаты загорелся фиолетовый огонь. Вот только это был совсем не огонь, а сияние чужой магии. И только один скелет из знакомых Папайрусу излучал такое сияние. – Ласт. - сквозь зубы прорычал Папс, на что послышался тихий смех. Сияние стало ярче и Папс смог рассмотреть подходящую к нему фигуру. Это без условно был Ластик, одетый в свою обыденную одежду с непривычно томным и довольным взглядом, совершенно не внушающим доверия. Ласт подошёл вплотную к Папайрусу и провёл пальцем по его скуле. На что высокий скелет ответил тихим рычанием и резким отстранением от ласки. – Папс, какая же ты бука. Ты совсем не хочешь провести немного хорошего времени со мной? - с наигранной обидой в голосе произнёс скелет, как будто пытаясь подражать кому-то. Специально делая свой голос более детским и высоким. – Хех. Дайка подумать, НЕТ. - сказанные слова отразились от стен, отдаваясь громким эхом. Не приятно звучащим в голове. – Ох... Дорогуша, ты меня расстраиваешь. Ты так стесняешься? Или я тебе совсем не интересен? - и снова это раздражающее сюсюканье в голосе, выводящие из себя. – Ты издеваешься? Я чёрт знает где, непонятно как тут оказался и теперь ты хочешь что бы мы просто занялись этим? Ты больной?! - голос Папса из вечно непринуждённого, даже пофигистичного, стал раздражённым, в некой степени даже нервным. – Хэй, давайка без таких громких фразочек! Я тут пытаюсь развлечься и доставить нам обоим немного удовольствия. - Ласт высунул кончик языка, слегка прикусив и максимально близко подошёл к пленнику. Он присел на колени Папса лицом к скелету и хотел было поцеловать, как его ударили в грудную клетку ногой. Дав понять чёткую позицию связанного монстра. – Боже. Вот говорил бро «надо связывать ноги». Теперь мучайся с тобой три часа. - бурчал себе под нос Ласт, поднимаясь с пола. – Вот скажи, тебе и в правду так сложно просто посидеть смирно, пока всё не закончится? - недовольно спросил скелет, но Папс ничего не ответил. Папайрус сидел в неком ступоре. А если конкретней то он задумался и ушёл в свои мысли. В его голове вспыхнуло "бро", расколяя нервы до придела и заставляя полностью забыть обо всём вокруг. – Где Санс!? Где мой брат!? Где он!? - внезапно заорал Папс, начиная дёргать ногами и руками. От чего Ласт вздрогнул и чуть ли не подпрыгнул от неожиданности. – Зачем так орать? Я и так всё прекрасно слышу. - Ластик хотел было уклониться от вопроса, но потом почувствовал на себе убийственный взгляд Папайруса. Казалось что высокий скелет, был готов убить его, если он не ответит на этот вопрос здесь и сейчас. – Как же с тобой сложно, дорогуша. - прошипел скелет на выдохе. – Твой "дорогой" братец сейчас развлекается с моим бро у себя в комнатке. К счастью Блу на много сговорчивее тебя. Правда кричит намного больше и громче, но зато не так сильно сопротивляется. - Ласт задумался о чём-то своём, а когда вышел из своих дум, то увидел подавленного Папса. – Ты хочешь сказать что они, сейчас в комтате Санса занимаются... - у Папса мгновенно пропали зрачки, открывая вид на полную тьму глазниц скелета. – Не расстраивайся ты так. Если хочешь, я могу даже показать тебе их маленькую игру. - не дождавшись какого-либо ответа, Ласт достал что-то вроде пульта из внутреннего кармана куртки и нажал на одну из кнопок. Тьма ранее освещаемая, лишь тусклым, фиолетовым сиянием магии Ласта, теперь скрылась за белизной включившигося экрана. Глаза Папса прожигал всепоглощающий свет, из-за чего скелет поспешно зажмурился. Но вот звук с первой же секунды заставил Папайруса содрогнуться. Сиплый, сорванный голос зовущий на помощь. Тихие всхлипы, изредка переходящие в болезненные вскрики и возгласы. И где-то за этой симфонией боли, посторонние, сдавленные стоны. Убивающие в Папсе малейшее желание открыть глаза. Но он всё же сделал это. Папайрус еле открыл глазницы, уже привыкшие к новому освещению. И чуть ли не взвыл от увиденного. Маленький Сансик лежит на кровати, почти в полуобморочном состоянии, сжимая своими ручками простыню. Он совсем не стонет, он плачет. Из его глазниц уже не текут слёзы, о них напоминают только высохшие дорожки на скулах. Его зрачков не видно, их место заняла пустота. Но с его уст всё так же срываются пустые мольбы о помощи, пустые и ничтожные как и его надежды. Он срывает голос, заливаясь чем-то средним между кашлем и всхлипами, но всё равно зовёт и молит сжалится над ним. Но ничего не помогает. Этот монстр "Папайрус", не обращает на это ни малейшего внимания. Он делает всё то что хочет, заботясь только о себе. Просто насилует это беспомощное, бьющиеся в агонии создание. Его волнует одно и это явно не Блу. Он просто вдалбливает малыша в кровать, заставляя вскрикивать и умолять. Папайрус неумолимо ебёт его в тазовые кости, прогибаясь и складывая Блу в позвоночнике, доставляя мелкому ещё больше боли. И так это уже превращается в замкнутый круг боли, крика и мольбы. И Папс от этого просто впал в прострацию. В голове пропали какие-либо мысли, эмоции, чувства, была только душевная боль. Отражающаяся в горьких слезах рекой текущих по скулам. Эту боль нельзя понять или описать. Её можно только почувствовать. Эта боль не сравнивай ни с одной другой. Она разрывает тебя на части, сжимает душу в железные тиски и изничтожает её в тлен, превращая тебя в полностью бездумное и безчувственное существо. – Папс, ты не умер? - это бал обеспокоенный Ласт, пытающийся привести Папайруса в норму, но ничего не помогло. Тогда Ласт решил не обращать внимание на этот "ступор" и сел на Папса начиная целовать его в мокрые скулы и шею. – Ты и твой брат самые отвратительные монстры из всех кого я когда либо видел... - ели слышно сказал Папс. На что Ластик не как не отреагировал. – Вы двое пришли в нашу вселенную. Санс позволил вам остаться, приютил и накормил. И вот как вы ему отплатили? - это уже не был тот привычный голос, да даже не раздражённый это... – Вы... Вы просто уничтожили его, сломали его! Вы обесчестили моего брата самым отвратительным образом из всех существующих! И после этого ты, Ласт, лезешь ко мне!? - Папс расплылся в маниакальной улыбке и почувствовав это Ласт мгновенно телепортировался в другой угол комнаты. – Папс давай спо... – Спокойней!? Да твой брат почти у меня на глазах изнасиловал Санса! И после этого я должен сохранять самообладание!? - Папс буквально обезумел в этот момент. Его переполнял гнев, ненависть, отвращение, но всё равно он чувствовал пустоту распространяющуюся словно вирус в его душе. – Вот только не говори что тебе не нравится видеть своего братика в ТАКОМ ключе. - Ласт подошёл ближе и посмотрел в помутневший взгляд Папса. – И уж тем более не заикайся о том что ты, не занимаешься подобными вещами по ночам, выстанывая имя своего любименького брата в подушку. - Ластик, усмехнулся замечая что Папс затихает и краснеет от его слов. – Нет, ты прав. Я не лучший брат. И мою любовь к Сансу сложно назвать братской. Вот только я никогда себе не позволилю сделать что-то настолько низкое! - прорычал Папайрус. – Хехе. Не верится, дружок. Ты испорчен до мозга костей, так же как и я. Так что тебе просто хочется верить в свои розовые мечты, что ты весь такой правильный и честный, а на самом деле это всё блеф. Да и твой брат... Хех, если бы ты видел чем он занимается наедине с собой. Ух... Тебе бы это безусловно понравилось. - Папс, прожигал Ласта злобным взглядом, который мгновенно перевёл на экран из которого начали доноситься чересчур громкие вопли. Из закрытых глазниц Блу вновь текли слёзы и он тихо причитал что-то себе под нос. Весь его таз был в семени, а сам насильник довольно гладил его позвоночник. – Папи... Пожалуйста... Помоги... - единственное что смог разобрать Папс из этого тихого причитания. Прежде чем другая версия него вновь начала творить свой безпридел. – Ох, похоже Папайрус ещё не наигрался. Как жаль. Видимо Блу предаётся ещё немного потерпе... – Значит он для вас всего лишь игрушка!? С которой можно поразвлечься и выкинуть на свалку как мусор!? Так вот, он вам не игрушка, вы чёртовы ублюдки!!! - вокруг Папса появилось оранжевое сияние, окутывающее всю комнату приятным, тёплым свечением. В одно движение Папс вырвал руки из проклятых металлических оков, полностью погнув и разорвав пластины железа сдерживающие магию. Вот только его запястья хорошо так пострадали, из-за чего пошла кровь. Но высокий скелет ничего не чувствовал, разве что ярость и гнев кипящие в его теле. – Нет, нет, нет, нет, нет, нет! Папс не... - Ласта перебили, швырнув его к стене синей магией и пригвоздили за капюшон к бетонной стене костью. – Прости, но у меня есть дела поважнее чем ты. - и с этими словами Папс изчез из тёмного помещения.

***

Телепортировался Папс прямо перед комнатой Блу, из-за двери которой слышались до боли знакомые всхлипы. Не раздумывая ни секунды Папс с оглушающим грохотом, открыл дверь от чего та с громыханием ударилась о стену. Всё произошло настолько быстро что другой Папайрус даже вздрогнуть не успел, а его уже со всей дури вмазали в стену. Опустив изрядно побитое тело магией на пол, Папс собственноручно поднял вырывающуюся тушку над головой, душа и вжимая в стену. На фоне слышался хрип Санса, умоляющий не убивать бедного скелета. – И даже сейчас... Ты пытаешься защитить его, после всего что он сделал. Я не когда не пойму этого. - ели слышно прошептал Папс, слегка косясь на сьжавшегося в углу Блу. Но просьбу малыша не выполняли. Папс продолжил удушение, сжимая горло всё сильнее, слыша эти хрипы и четные попытки сделать хотя бы один вздох, ласкающие его обезумевший ум и слух. – Поставь его на землю! - это был голос Ласта, исходящий из-за спины. Папс повернулся к источнику звука и увидел своего бро, прикрывающигося одеялом и заливающигося слезами. На которого был направлен гастер-бластер Ласта, который стоял буквально в полуметре. Зрачки Папса панически задрожали и он в ту же секунду разжал руку, освобождая горло Ласт Папайруса. Как только Папайрус плюхнулся на землю, он сразу начал кашлить и судорожно вдыхать столь необходимый воздух. После этого бластер направленный на Блу растворился и в комнате повисло молчание, нарушаемое лишь тихими всхлипоми Блу и отъдышкой почти "висельника". А старшие браться смотрели друг на друга, будто играя в гляделки. И в этот момент в центре комнаты открывается портал из которого вышли Инк и Эррор. – Какого хрена я должен идти сюда с тобой и тащить Ластов в их вселенную? Можно же всё уничтожить и не париться. - ворчал Эррор, выходя из портала за Инком. – Потому что, ты тоже виноват в произошедшем. Да, и я знаю что эту вселенную ты уничтожишь одной из последних, ведь тут живёт твой единственный друг. Поэтому... - Инку закончить не дали, Эррор хлопнул его по плечу и указал на Ластов и Свапов стоящих по разные стороны комнаты. А потом и на сидящего на кровете-машинке Блу, укутавшегося в одеяло, пытаясь скрыть свою наготу. – П-привет Эррор. - ели слышно с явной хрипотой в голосе поздоровался Бэри, выдавливая из себя улыбку. – А-ага. - Эррор не особо понял что тут происходило, но явно ничего хорошего. Что было очевидно по взгляду Папса бегающего от Ласта к новым монстрам в комнате и обратно. – Эррор, бери Ласта и пошли отсюда. Мне кажется мы совсем не вовремя. - сказал Инк направляясь к сидящему на полу скелету с тяжёлым дыханием. Инк взял Ласт Папайруса за руку и буквально повалок к выходу, ведь относительно Инка, Папайрус был ужасно тяжёлым. Эррор последовал примеру своего врага и выпустил в Ластика свои нити, связывая и обездвиживая того. – Эррор можно понежнее? А то с Инком ты такой лапачкой бываешь, а со мной бука чистокровная. Вот чем Инк лучше меня? - ворчал Ласт, на слова которого Инк залился румянцем. – Ласт заткнись, или я тебе и рот нитями завяжу! - это последнее что сказал Глюк скрываясь вместе с Чернильницей в портале. Оставляя Блу и Папса, будто ничего и не было.

***

В комнате повисла тишина, нарушаемая тяжёлым дыханием Папса. У скелета немного тряслись ноги и руки от перенапряжения, и использования своей магии в колоссальном колличестве, за столь короткий срок. Да и его видок был скверным, в особенности его руки истекающие кровью от порезов острым металом. Но скелета это не сильно заботило, его бро выглядел ещё хуже. Папс немного вздрагивая пошёл к Блу сидящему на кровати. Подойдя он присел на край и заключил Санса в наикрепчайшие объятия, на которые только был способен. – Прости... Прости меня... Мне жаль... Мне так чертовски жаль..! Прости..! Прошу, прости меня..! Я не смог..! Я не...  - из глазниц непроизвольно потекли слёзы, когда на спину Папса легли маленькие ладошки, сжимающие оранжевую ткань. Санс закопался носом в толстовку брата и мгновенно заплакал. Наверное это был самый громкий и душераздирающий плач в жизни Папса, который он только слышал. Рыжая ткань насквозь пропитывалась солёными слезами. Заставляя высокого скелета прижимать Санса к себе ещё сильнее. Плачь всё не утихал, хотя его уже было сложоно таковым назвать. Это были хрипы, вздохи, выдохи со вздрагивающим «Папи». Это убивало изнутри, удушая Папайруса. Который и без того корил себя за бездействие, бессилие, слабость, никчемность и за боль через которую прошёл Санс. Это было ужасно... Ужасно во всех смыслах. Хрипы закончились, превращаясь в вздрагивающие выдохи. – Бро тебе что-нибудь нужно? - тихонько спросил Папс, сьмахивая с лица слёзы. Он должен быть сейчас сильным и поддержать Бэри в чём бы то ни было. – Не у-уходи. П-просто останься. - Сансик ели выговарил эти слова, вцепившись как маленький ребёнок в Папса. – Конечно. - на выдохе сказал высокий скелет. Поглаживая, закутанного в одеяло скелетика.

***

Прошло несколько секунд, минут, часов? Кто считает? Какая разница сколько прошло времени с сущево кошмара. Важнее то что этот ад закончился. Братья всё так же сидели на кровати, но благо Сансик уже не плакал, а просто жался к Папсу. Вот только, раны Папайруса начали давать о себе знать. В отсутствии адреналина и прочего дерьма, боль начала нарастать и скелет содрогнулся от этих жутких ощущений. – Папи, что с тобой? - да, да это тот самый милый, высокий голосок. Хоть и с хрипотой, но всё же такой родной. – Да так, поранился чутка. Ничего критичного. - как можно убедительней попытался сказать старший, но от зоркого взгляда Санса сложно скрыть правду. – По твоему я слепой? Папи, у тебя все руки в крови! У тебя 1 XP, тебе нельзя быть таким беспечным! - о боже, когда Папс успел соскучится по этому родительскому тону его брата? – Конечно "мамочка", ты как всегда права. - пошутил Папс, на что Блу незамедлительно среагировал. – ПАПАЙРУС!!! Хоть сейчас ты можешь обойтись без шуток!? - упирев руки в боки нахмурился Сансик, сопровождая это визгом. Совершенно обыденно, но Папс был так рад увидеть и услышать это. – Неа. Я отказываюсь не шутить каждые два минуты. - посмеялся скелет. – О моя королева! Папи, ты неисправим. - недовольно прошипел Санс. – Ладно, твой великий брат сходит за аптечкой и вылечит тебя. Мье-хе-хе-хе! - Блу хотел было встать, но Папс не дал ему этого сделать, схватив за руку. – Бро, а ты не забыл что ты, как бы, голый? Я конечно твой брат, да и чего я там не видел. Но всё же, это как-то странно. Не находишь? - с этими словами Папс увидел как его бро превращается в прекрасный ночник голубого цвета. – Давай я принесу тебе одежду и аптечку. А когда ты оденешься, обязательно подлотаешь меня, окей? - на это Санс быстро закивал головой и Папайрус смог оставить его, уходя на поиски предметов. Заглянув в ванну и пошарив в одном из шкафчиков, Папс благополучно нашёл медикаменты и направился обратно в комнату. – Миссия выполнена... -  но шутка Папса закончилась, так и не успев начаться. Ведь перед его взглядом был Санс забившийся в угол кровати-машинки и что-то тихо шепча. Из рук скелета выпали все вещи и он буквально бросился к Сансу, падая на колени перед кроватью. – Что с тобой!? - обеспокоено с немного вздрогнувшим голосом спросил Папс. На что Санс вцепился в него руками и ногами, забыв и про наготу, и возможно вообще обо всём на свете. Он часто дышал, слегка дрожа, будто бы от холода. Но нет, он был напуган. Напуган будто маленький котёнок в жуткую грозу. – Папи! Папи, не уходи! М-мне страшно! - истошно кричал Блу. – Тише-тише. Я здесь, я с тобой. Тебе нечего бояться, всё хорошо, видишь? - Папс гладил Сансика по голове и максимально расслаблено улыбнулся. Санс поднял взгляд и в этот момент его будто пронзило осознание ситуации. Ведь он мгновенно отпустил Папса и плюхнулся в подушку лицом. – Прости, я... Я не знаю что на меня нашло. - сквозь набитую пухом и перьями ткань проговорил Блу. Папайрус выдохнул и пошёл поднимать аптечку, а потом заглянул в шкаф из которого взял домашнюю футболку и шорты брата. После чего вернулся к своему бро и благополучно приземлился рядом. – Шатл "Папи" прибл на орбиту. - пошутил Папс раскладывая одежду и выкладывая лекарства из аптечки. По его задумке это должно было немного разрядить обстановку, что ему кажется удалось. – Хех. Перестань. Ты так шутил когда я был совсем маленький. - Санс вылез из своей импровизированной крепости в виде подушки, расспримляясь в спине. – Ох, а ты ещё не забыл. Какие шутки я отпускал когда ты был маленькими косточками. - расплываясь в улыбке, пропел Папс. – Только не это, без шуток! - раздражённо выпалил скелетик, скрещивая руки. – И в мыслях не было, бро. А сейчас, оденься. Медсестре не предстало быть перед поциэнтом в таком виде. - Санс взял из рук Папайруса одежду и показательно покрутил пальцем. – Хорошо, хорошо я не смотрю. - и Папс незамедлительно отвернулся. – Знаешь что смешно? Что всё это время тебе было как-то всё ровно смотрю я на тебя или нет. А сейчас: "Папи не смотри, я стесняюсь". -  Папс специально пропищал последние слова и начал жестикулировать как будто он актриса играющая в эпичной драме. – Я так не говорю! - обижено произнёс Санс, одевая белую футболку. – Да, да. А я балерина. - проехиднечал Папайрус. – Папи! - вскрикнул Блу, практичиски надев голубые шорты. – Прости. Но ты же знаешь, что я буду шутить пока не стану кучкой пыли. - на это Бэри лишь устало выдохнул. Сансик наконец оделся и присел к Папсу, беря бинт и смачивая перекисью. Папс отвёл взгляд от "прекрасной" стены на которую он всё это время пялился и протянул руки Сансу. Бэри сжал их посильнее и приложил бинт, на что Папс что-то непонятно провыл. – Очень больно? - обеспокоено спросил малыш, ослабляя хватку. – Грррр... Бывало на много хуже. - прорычал Папс, сьтискивая зубы. Когда эта маленькая пытка закончилась, Папс наконец вздохнул с облегчением. Санс уже заканчивал бинтовать его запястья и завязывал финальные бантики. – А теперь, не объяснишь чего ты так перепугался? - серьёзно спросил Папс, засовывая немного ноющуии руки в карманы. – Папи, я совсем забыл про шарф, нужно его найти! - Блу резко вскочил с места и хотел было красиво уйти от вопроса. Как согнулся от боли в итоге падая. – Санс! Что такое!? - спросил Папайрус, опускаясь на пол к брату. – Т-таз болит... - краснея, прошептал Сансик, сжимая ноги сильнее и хватаясь за низ футболки. Папс поднял Блу с пола и взял на руки как маленького ребёнка, садясь на К-М. – Бро, я волнуюсь. Давай ты мне расскажешь что тебя напугало и про большее я тебя спрашивать не буду. - Санс прижался к Папайрусу и громко выдохнул. – Мне постоянно страшно. Я ужасно боюсь Ластов. Боюсь что они придут. Боюсь что придёт ОН и начнёт делать ЭТО со мной! Что ОН будет делать мне больно, а ты уже не придёшь! Я, не хочу, чувствовать это! Я не хочу! - Санс вновь начал плакать в плечё Папайруса, давясь обидой. На секунду Папс ушёл в свои мысли, от чего потерял самообладание. Что проявилось в ярком сиянии его глаза. Но очнувшись от нахлынувшей ярости, он положил голову на Блу и протянул тихое «шшшшшш». – Всё хорошо бро, я с тобой. Тебе не чего бояться. Больше ни кто в этом мире не посмеет причинить тебе боль. - спокойно, в какой-то степени успокаивающе говорил Папс. Но внешность бывает обманчива, в его мыслях всё полыхало алым пламенем. – Не в этом мире не в другом. Я не позволю ничему подобному случится с ним вновь. Он станет неприкасаемым для других. А если кто-то посмеет навредить ему... То он узнает что такое ПЛОХОЕ ВРЕМЯ. - мысли Папса выливались в ели различимый шепот. Который слышал только высокий скелет. – П-папи, я больше не хочу об этом говорить. - говорил Санс, вытирая слёзы с личика. – Конечно бро, я понимаю. - задумчиво произнёс Папс. – А как на счёт - приготовить братские тако? - задорно воскликнул Папайрус. И не дожидаясь ответа посадил Сансика на плечи. – Конечно! Братские тако - это лучшие тако на свете!!! - зрачки Блу стали звёздочками, сияющими азартом и радостью.

***

Есть вещи о которых не хочется говорить. Есть вещи которые пытаются скрыть. Есть чувства о которых нужно молчать. Есть любовь которую нужно подавлять. И есть скелет, который будет скрывать, терпеть, лгать, только ради младшего брата.