Идеальная жертва

Прошло пару месяцев после того, как мы разошлись. Я уже провернул ещё пару быстрых афер, но никак не могу забыть Полину. Она вообще не выходит из моей головы. Иногда я прихожу в её дом, где до сих пор чувствуется аромат духов, который сводит меня с ума. Я не могу без неё. Мне плохо. Я понимаю, что я загибаюсь. Из отпуска вернулся тот фотограф Дима, который приютил мою Полю к себе. Мне это дико не нравилось, но ей нужно было где-то жить. Я следил за ними иногда, когда я начинал очень сильно скучать, а когда видел из вместе мне становилось неприятно и я уезжал. Но меня хватало ненадолго. После в сети появляются фото округлившегося живота. Прогуглив, я узнал, что это примерно третий месяц, что как раз сходится с нашим сексом. Ребёнка от этого фотографа у неё не может быть, а значит мой. Я ненавижу детей. Просто терпеть их не могу. Но я так же не могу допустить то, чтобы моего ребёнка воспитывал какой-то фотограф. Как мне вернуть Полину я даже не представляю. После того, что было у меня нет мыслей, как её вернуть. Через пару дней состоялось закрытое мероприятие, где была Полина и Исхаков. Конечно же я не мог упустить шанса, чтобы не увидеть её и не поговорить. Она стояла в стороне в обтягивающем платье, которое подчеркивало её живот. Всем Полина говорила, что отец Исхаков. Я наблюдал за ними целый вечер. Дима пас её и не отпускал никуда одну. Он ходил с ней даже в туалет. Понимая, что от него нужно избавиться, я дал команду Кузнецову, чтобы его устранили. И для Полины он неожиданно пропал. Как только я собрался подойти к ней, у неё уже вился какой-то папик. — Извините, но она занята. Быстро сплавив его, я посмотрел на Полину, которая стояла в шоке и её глаза начинаются наливаться слезами. — Тише. Не надо плакать. — Не приближайся ко мне. Я сейчас позову полицию. — Нет. Подожди. Давай мы с тобой поговорим и я тебе все объясню. — Где гарантия того, что ты мне не соврёшь и не возьмёшь у меня что-то ещё? — Я правда хочу спокойно поговорить. — Хорошо. Я видел, что это решение далось ей с трудом, что у неё истерика, которую она скрывает, но сейчас мне нужно успокоить Полину, чтобы она не волновалась. — Полечка, не переживай только сейчас. Я тебя прошу. Не делай ребёнку хуже. Детка, тише. Меня зовут Сергей Лазарев. Я аферист. Развёл около сотни дам на деньги. Я не за решеткой, потому что вон тот коп работает на меня. Я никогда никого не любил, но ты стала единственной, которая просто влюбила меня в себя. За эти месяца я безумно соскучился по тебе. — Почему я должна тебе сейчас верить? Может ты снова меня кинешь на бабки. — Потому что это правда. И я верну тебе деньги твои и дом. Машину не могу, я её толкнул. Но я куплю тебе новую. Обещаю. Я покажу тебе паспорт. Это серьезно правда. Держи. Это твой дом. Но лучше, чтобы ты переехала ко мне и мы растили нашего ребёнка. — Нашего ребёнка? Где ты тут нашёл нашего? Это мой ребёнок, но не твой. К нему ты не имеешь никакого отношения. Я стоял молча и думал. Может это действительно не мой ребёнок и она мне изменила, а может другой срок и ребёнок от этого фотографа. — Чей это ребёнок? — Димы Исхакова. — Ты мне изменяла? — Да. Сейчас меня как будто пронзили ножом. Мне стало очень неприятно это слышать и я сбросил со стола несколько тарелок. Меня стала наполнять злость, которую могла убрать только она. — Скажи, что ты врешь. Я не хотел слышать то, что она с ним. Она его любит, потому что он её не обманул. Я не могу видеть, как она с ним. Ведь Полина его даже не любит, а встречается с ним, потому что ей нужен хотя бы кто-то. — Да. Я вру. Не только тебе это можно. Я облегченно вздохнул и как будто камень с души упал. Это моя девочка с моим ребёнком, которого я буду стараться любить. — Господи, Гагарина. Я был готов сейчас тебя просто убить. Моя рука по хозяйски обвила её талию и расположилась на животе. Я приложился своим лбом к её лбу и закрыл глаза. — Пожалуйста, поверь мне и я изменюсь ради вас. Я закончу с аферами и займусь чем-то другим. Я буду обеспечивать вас, чтобы ты не пропадала 24 часа на работе и не гробила своё здоровье. Я ненавижу детей, но нашего ребёнка я буду любить больше всех на свете. Она неуверенно касается моих губ и меня как будто поражает током. Я настолько отвык от неё, что мне так непривычно. Я беру и углубляю наш поцелуй. — Хорошо, Лазарев. Я тебе поверю, но если ты меня обманешь ещё раз, то ты меня больше никогда не увидишь. Я тебе это обещаю. — Я понял. Я открываю свой бизнес. Думаю насчёт кондитерской для животных. Такой ещё нет. Если бизнес пойдёт, то буду ешь расширять, но думаю, что этого мало и сделаю ещё сеть ресторанов. — Отличная идея. Мне очень нравится, милый. Через год мы жили в моем доме, точнее сказать, в нашем доме, где мы завели собаку и у нас родился ребёнок. По началу я к нему не подходил, а просто смотрел, как с ним справляется Полина. Я боялся ему что-то сломать. Потом я начал уже сам сидеть с ним, когда Полине неужто было куда-то и я уже умею надевать памперсы. Я погрузился в эту семейную жизнь так, что редко езжу по делам, а когда езжу, то хочу быстрее вернуться. Гагарина уже давно стала моей женой и в нашей семье больше нет вранья. Дом Полины мы все же продали. Просто потому что он стал на не нужен. Моего дома вполне хватает на нас. Хоть у нас скоро будет ещё один ребёнок. Я не понимаю, как эта женщина только недавно родила, а уже вынашивает второго. Она вынесла мне все мозги, что хочет погодков. Я не мог ей отказать. И вот Никита сейчас сидит и играет на полу, а Мия только развивается в животе.