Baskin Robbins

      К вечеру жара чуть спала, солнце перестало печь так сильно и потихоньку заходило за горизонт. Через час они, как и договорились, встретились на автобусном вокзале. У Тартальи за спиной висел рюкзак, что каждый раз звенел, стоило ему немного пошевелиться. Сяо взял на себя сменную одежду каждого, у Синьоры были полотенца. Сзади них возвышалось кирпичное здание — вокзал и парковка, где ожидали своего времени множество автобусов. Вся пятерка в сборе, однако они не могут купить билеты, пока не приедут остальные. Итэр и Кэйа с Венти задерживались.       Сяо уже хотел достать телефон, чтобы спросить, где они, но только подумал об этом, как перед ними остановился небольшой минивэн темно-голубого цвета. Окно машины опустилось, являя всем лицо Венти в солнечных очках и Кэйю за рулем в таких же очках.       — Одолжили у кое-кого, подумали, так будет удобнее, чем платить за автобус, — Венти сдвинул очки ближе к кончику носа, а потом поднял на макушку и подмигнул стоящим на тротуаре ребятам. — Запрыгивайте. Правда, кому-то придётся посидеть на чьих-то коленях — машина на восьмерых.       Чайльд задумался на секунду, прикидывая, сколько их было у ворот университета, чтобы уверенно заявить:       — Но нас и так восемь.       Теперь уже опустилось окно на задних местах, откуда показалась светлая макушка девушки. Она помахала рукой, приветствуя всех улыбкой.       — Я решила к вам присоединиться.       Сяо слегка кивнул, приветствуя ее, на что Люмин закатила глаза, также мотнув головой в ответ. Итэр показался из-за светлых волос сестры и вновь со всеми радостно поздоровался.       — Говоришь, кому-то придётся ехать на чужих коленях? — задумчиво протянул Тарталья, оглядывая всех, а потом встретился с лукавым взглядом Кэйи и ухмыльнулся. Альберих хитро улыбнулся в ответ. Они определенно поняли друг друга.       — Ах, кто это мог бы быть, — нарочно раздосадовано вздохнул Кэйа, Венти прыснул.       — Вот уж действительно загадка.       Сяо не нужно быть гением, чтобы понять, о чем думает это трио. Он предупреждающе стреляет взглядом в Чайльда и оказывается успешно проигнорирован. Кэйа слегка хлопнул в ладоши и обернулся на задние сидения.       — Итэр, поможешь нам закинуть вещи в багажник?       Блондин тоже не тупой. Родители воспитали его умным парнем, поэтому он лишь вскинул бровь.       — Сами они этого сделать не могут? — Кэйа закатил глаза, вылез из переднего сидения и открыл заднюю дверь.       — Там особый механизм, одному не открыть, — начал заверять он, хватая руку Итэра, заставляя того вывалиться из минивэна. — К тому же, все равно тебе придётся вылезти, чтобы мы смогли откинуть сидушку к задним сидениям.       Блондин закатил глаза и все же вылез. Не то чтобы он был против посидеть на коленях Сяо. Вовсе нет, но ему не хотелось бы заставлять Яксу чувствовать себя некомфортно. Тем более сидеть в такой близкой позе в кругу людей было достаточно… неловко. Итэр мягко улыбнулся Сяо, вставая рядом с ним, прекрасно понимая, что никакая его помощь с вещами и багажником не нужна.       На самом последнем ряду после немногочисленных споров и криков — в основном Скарамуччи — наконец расселись с боку по обе стороны от окна Итэр с Сяо и Тарталья, по середине же восседал больше всех недовольный своим местом темноволосый. Альбедо, Синьора и Люмин устроились во втором ряду.       Итэр неловко прижался поближе к Сяо, положил голову на его плечо, потому что иначе ее приходилось постоянно наклонять, чтобы не задевать потолок салона машины. Руки Яксы почти неощутимо покоились на его талии, в некоторых случаях, будто случайно, проходились по бокам, вызывая бесконтрольный табун мурашек у Итэра. Он находился в нескольких шагах от того, чтобы не запищать в наслаждении — настолько это было приятно. Ощущать пальцы Сяо, сжимающие его талию, было просто крышесносно, и блондину понадобилась вся его сила воли, чтобы просто закусить губу и уткнуться в шею Ли. Тот же воспринял это с тревогой, легко прошёлся пальцами одной руки по позвонкам, убрал за ухо выбившуюся прядь, а затем наклонился и прошептал:       — Неудобно? Мы можем поменяться местами, если тебе так будет лучше, — слегка хриплый бархатный голос опалил уши Итэра, отчего тот моментально залился краской и покачал головой. Господи, ему нужен воздух и поскорее. Скарамучча рядом фыркнул.       — Фу, блять, фу. Вы ещё трахнитесь прямо здесь. Держите своё сексуальное неудовлетворение при себе, я не желаю это лицезреть.       — Ну так выйди из машины, и обе проблемы решатся, — хмыкнул Сяо. Послышались хохотки с передних сидений.       — Повтори это еще раз и увидишь, как мой кулак разобьет тебе ебало.       — Как я люблю наблюдать за этим шоу, — смеясь, проговорил Кэйа и завёл машину. — Куда нам, Чайльд?       Тарталья тут же сказал название пляжа, о котором, как оказалось, никто и не слышал. Поэтому ещё некоторое время им пришлось потратить на поиски этого места в навигаторе, благо, он был в машине. Скарамучча пригрозил ему жестокой смертью, если они приедут куда-то не туда.       — Что ж, всем пристегнуть ремни, мы отправляемся на пляж!       С этими словами Кэйа и Венти одновременно сильно кивнули головой, от чего очки, спокойно покоящиеся на их макушках, приземлились прямо на переносицу. Машина сорвалась с места, почти сразу же набирая бешеную скорость. Венти потянулся к телефону и подключил тот к стереосистеме, включив первую песню в плейлисте. Альберих одобрительно засвистел и опустил все окна машины. Ветер острыми потоками врывался в салон, заставляя волосы всех пассажиров развеваться в причудливых формах, но никого особо это не заботило: все подпевали песне и качались в бит. Даже Сяо едва отчетливо отбивал ритм пальцами на пояснице Итэра. Внезапно Венти высунулся из окна, а потом и вовсе сел на дверную раму, продолжая кричать строчки песни.       Итэр завороженно смотрел на своё открытое окно, которое словно призывало его высунуться точно как и Венти. Он слегка заерзал, подбираясь к окну, и вскоре высунулся подобно мужчине с переднего места. Сяо тут же подхватил его за бёдра и ноги, поддерживая, чтобы он в случае чего не выпал. Не прошло и пары минут, как к ним присоединился и Тарталья, весело улыбающийся.       Итэр закрыл глаза, крепко хватаясь за рейлинги, подставляя свое лицо навстречу ветру. Они ехали по пустырю, вокруг редко виднелись небольшие кустарники, но в основном — одно поле, покрытое зелёной травой, что колыхалась подобно морским волнам из-за ветра.       Казалось, они едут одни посреди изумрудного моря, что то и дело переливалось и словно купалось в солнечном свете, чьи лучи бегали по всему полю, делая его ярче. Итэр опустил одну руку, пропуская потоки ветра через пальцы, а затем глубоко вдохнул. Пахло самым настоящим летом: легкая духота, запах резины и нагретого асфальта смешивались со свежим ароматом поля, сухой травы, и Итэр мог даже уловить нотки чего-то сладкого и медового, словно цветы, что заполняли все его легкие. Он раскрыл глаза и действительно: среди травы сладко пахнущие растения, что смешались во всевозможные цвета, и теперь зелёное поле превратилось в цветистое покрывало, что раскинулось во всю ширь горизонта: мелькали и желтые, и ярко-оранжевые, и лиловые, и голубые краски, создавая самую разнообразную палитру.       — Юху-у-у-у! — Тарталья по ту сторону несдержанно закричал. Его голос тонул в бесконечных потоках ветра, но того не волновало: Аякс продолжал восторженно кричать в небо, заливаясь смехом. Венти подхватывает его, а Итэр просто наслаждается изумительным моментом. Ничего подобного никогда не происходило с ним, и сейчас он чувствовал себя таким счастливым: до этого его постоянно тяготили мысли о родителях. Неожиданно рядом с ним появилась такая же светлая макушка, в которой он узнал Люмин. С другой стороны показался Альбедо с телефоном в руках, что одной рукой пытался схватиться за рейлинги, чтобы не упасть. Итэру с Люмин хватило лишь одного взгляда друг на друга, чтобы потом громко рассмеяться и закричать что-то непонятное в воздух вместе с Чайльдом.       Они приехали всего за тридцать минут и вот уже припарковали машину у спуска к пляжу. Сзади них стоял небольшой магазинчик с продуктами и пляжными вещами: зонтиками, надувными кругами, матрацами и водными пистолетами. На последнем Чайльд заострил особое внимание. Посередине парковки одиноко стояла продуктовая тележка, видимо, кто-то не отвез ее обратно в магазин. Морской запах чувствовался уже отсюда, слегка щекоча рецепторы носа. Итэр потянулся, как только вылез из минивэна, и блаженно вдохнул свежий морской воздух.       Как только вещи из багажника были выгружены, все поспешили к лестнице, что вела вниз к побережью. Их смутила охранная будка, которая стояла рядом со спуском, но никого внутри не заметили и успокоились, быстро забыв про нее.       — Кэйа, стой! — Чайльд слегка дернул за руку мужчины, заставляя отделиться от группы ребят. Он вопросительно посмотрел на Тарталью, вскидывая бровь. Аякс бросил взгляд в сторону магазина. — Видел там продаются водяные пистолеты.       Кэйе не нужно повторять дважды. Он понимающе ухмыльнулся и бросил ребятам, что они скоро придут, только отойдут кое-куда. Никто особого внимания не заострил, продолжая спускаться по лестнице — та на удивление была не какая-нибудь деревянная с пропущенными ступенями, как это обычно бывает, а вполне ухоженная металлическая. Это начало наводить Сяо на подозрения, что с этим пляжем что-то не так, но он еще не мог понять, что именно. Впрочем, как только его нога в шлепанцах вступила на белый песок, все вылетело из головы, оставляя место только для грядущего отдыха. Итэр рядом восторженно выдохнул, еще глубже вдохнув, пропуская морскую свежесть через себя. На некоторой части, чуть левее от них и поближе к берегу, стояли лежаки, а рядом с ними закрытые зонтики.       Море больше напоминало бескрайний полыхающий огонь — небесное зарево отражалось на водяной глади словно языки пламени, которые сливались в фантастические формы из-за несильных волн. Блеск солнечных лучей отражался на воде, создавая ощущение, что море усыпано множеством драгоценных камней и блесток. Солнце потихоньку садилось — отсюда и причудливые мазки алого цвета. Еще пару минут простояв так на одном месте, ребята начали постепенно двигаться поближе к берегу.       Неожиданно Итэр почувствовал легкое прикосновение к своей руке. Он тут же перевел взгляд с удивительного горизонта на схватившего его ладонь Сяо. Якса кивнул в сторону лежаков, намекая пойти туда, на что Итэр ничего не возразил и сам потянул того к ним. Люмин и Синьора, быстро найдя общий язык, тоже поспешили присесть на лежанки, не прерывая разговор. На соседних Альбедо, Скарамучча и Венти раскладывали вещи: пару полотенец, сменных вещей на всякий случай, колонку и, разумеется, несколько бутылок пива и прочего удовольствия. Не было видно только Тарталью и Кэйю, что тоже начало слегка беспокоить Сяо.       Они отошли от всех как можно дальше, чтобы им не мешали ни музыка с колонки, ни громкие вспыльчивые возгласы Скарамуччи, ни недовольные взгляды Люмин в сторону Яксы. Как только они достигли нужного расстояния, Сяо тут же разлегся на лежаке, притянув Итэра к себе, заставляя того свалиться на него сверху. Щеки обоих залились легким румянцем — поза слишком близкая и интимная. Поэтому Якса почти тут же потеснился: лег на бок, оставляя вторую половину Итэру. Тот повторил позу Сяо, подложил руки под голову и посмотрел тому в глаза. Итэр никогда не устанет каждый раз восхищаться удивительным переливом радужки Сяо, — раскаленное золото — что под солнечными лучами будто имело блестящие вкрапления. Якса смотрел в ответ, не отрывал глаз, а затем придвинулся чуть ближе, вновь обхватил своими руками талию Итэра и склонил голову к его лицу.       — Я так скучал, — наконец прервал он тишину. — Я писал тебе, но ты ни разу не ответил. И даже не предупредил, что приезжаешь.       Итэр виновато отвел взгляд, закусывая губу.       — Да, за это прости. Я хотел сделать что-то вроде сюрприза. И я читал твои сообщения, и я тоже очень скучал!       Стоило Сяо услышать о сообщениях, как он застонал, жмурясь в отвращении.       — Ты же не читал их все, я надеюсь?       Итэр засмеялся, прикрыв ладошкой рот. Хотелось бы ему заверить, что просто пролистал ленту в самый конец, но не любил врать, тем более Сяо. Поэтому мысленно извинился перед ним.       — Все до единого.       Сяо страдальчески выдохнул, пряча покрасневшие уши волосами. Он не желал вспоминать какие неловкие вещи, будто в бреду, ему писал. Как подобное вообще могло прийти в его голову.       — Они здорово подняли мне настроение, особенно история со Скарамуччей! Украсть чей-то ноутбук, чтобы его взломать, это ж додуматься нужно!       Сяо тихо подхватил заразительный смех Итэра. Ему так не хватало подобной легкости весь этот месяц, поэтому Якса, словно изголодавшийся зверь, будет впитывать в себя каждое мгновение с Итэром.       — Но, знаешь, вы все такие разные, — начал блондин, успокаиваясь, — что я иногда думаю, как вы вообще подружились.       — Мы подрались, — просто бросил Сяо, чуть улыбаясь под недоуменный взгляд Итэра. — В тот день я только заселился в общагу и узнал, что Чайльд мой сосед по комнате. Уже в тот момент первое, что я захотел сделать — съехать как можно быстрее. Я даже не успел пробыть в комнате и пяти минут, как Скарамучча выбил нашу дверь, врываясь к нам и избивая Альбедо.       Итэр выпучил глаза, не находя, что и сказать, тем временем Сяо продолжил:       — Мы просто хотели их разъединить, но в итоге сами оказались в центре драки. Как-то так, — Итэр удивленно поднял брови домиком.       — Ого, — только и выдохнул он. — Скарамучча, кажется, был слегка проблемным.       — О, ты не представляешь насколько, — Сяо закатил глаза, морщась, словно не хотел вспоминать то время. — Его РПВ доставляло, да и до сих пор доставляет, столько проблем. Мне как будто не хватало гиперактивного Чайльда по соседству.       — Удивительно, — прошептал Итэр, а потом пояснил, когда увидел непонимание в глазах Сяо, — в смысле, вы продолжаете дружить, несмотря на ваше неудачное знакомство.       Якса пожал плечами.       — Сложилось как-то само собой.       Блондин пару раз кивнул, а потом снова поинтересовался:       — А Синьора? Она не выглядит как человек, который подошел бы и сам познакомился с вами.       Сяо хмыкнул, очертил круговыми движениями большими пальцами поясницу Итэра, чуть надавливал, делая небрежный массаж.       — О, это уже другая история. Лучше расскажи, как все прошло с родителями.       Итэр часто закивал, с наслаждением в голосе от своеобразного массажа начал детально описывать каждый их с Люмин провальный день в спорах с родителями. Сяо слушал внимательно, иногда вставлял пару фраз, но в основном молча все принимал, радуясь в тайне, что теперь Итэр может делиться с ним чем-то настолько личным и не замыкаться в себе. Блондин во всех красках описывает, как впервые повысил голос на родителей и как круто он выглядел, когда порвал газету прямо у носа отца. В конце добавил, что отныне они пытаются потихоньку налаживать свои отношения.       — Кстати, — вновь заговорил Итэр. — Я планировал пойти учиться в ваш университет и, может быть, заселиться в общежитие. Что скажешь?       — Скажу, что это просто замечательная новость, — Итэр улыбнулся, а затем потянулся к лицу Сяо поближе. Остановился он, когда между ними осталось ничтожно малое расстояние: их носы едва соприкасались, а чужое дыхание отпечатком ложилось на кожу, заставляя кровь вскипеть в один момент. Между ними повисла тишина, лишь отдаленная музыка из колонки доходила до ушей. Хотя Сяо, кроме собственной пульсирующей крови в висках, ничего и не слышал. Итэр приблизился еще ближе, касаясь его губ. Сердце пропустило удар. Сяо запаниковал. Атмосфера между ними изменилась в одно мгновение до неузнаваемости, и он просто растерялся: когда их губы уже вот-вот должны были соприкоснуться, Якса просто взял и… укусил Итэра за губы. Тот мгновенно отдернулся от парня, а темноволосый в панике принял сидящее положение, всеми силами пытаясь не застонать. Он, черт возьми, взял и укусил его. Серьезно, Сяо, ты что, животное? Итэр, все еще пребывая в шоке, также сел, поднеся руку к губам. Тупым взглядом он уставился на парня, который мысленно уже закапывал себя под этот самый песок.       — Ты, — Итэр запнулся, будто все еще не верил в происходящее, — ты укусил меня за губы.       Монотонный голос блондина не делал ситуацию лучше, все, чего ему теперь хотелось — взять и убежать. Пришлось титаническим усилием воли заставить себя поднять взгляд на Итэра.       — Кхм, — он прочистил горло, неловко потирая переносицу. — Я немного растерялся. Ты так неожиданно приблизился и… прости. Больно?       Итэр поморгал несколько раз, а потом закачал головой.       — Нет, нет, — начал заверять он. Господи, о чем он думал в родительском доме, в то время как Сяо растерялся от одного поцелуя? Итэру становится стыдно за свои мысли, пока его не было. Что ж, с другой стороны, даже мило. — Это мне стоит извиниться. Я должен был сначала спросить. Все в порядке, мы можем не торопиться с этим, пока ты не готов.       О, Сяо-то готов. Он готов в любое время дня и ночи, уже на протяжении месяца, просто сейчас сыграл эффект неожиданности. Не желая больше медлить, Сяо схватил Итэра за руку, притягивая его к себе и вынуждая сесть на его колени, чтобы в следующее мгновение другой рукой притянуть его за шею к своему лицу. Он мельком глянул на чуть распахнутые порозовевшие нежные губы, склонил голову в бок и приблизился почти вплотную, настолько, что Итэр уже мог почувствовать легкое касание их губ. Сяо заглянул в глаза Итэру, более не смущаясь и не отводя взгляд.       — Можно?       Итэру казалось, что у него поднялась температура и он медленно плавится под цепким взглядом янтарно-золотых глаз, что смотрели жадно и долго в ожидании ответа. У него не было ни сил, ни возможности говорить, поэтому лишь быстро закивал, и это все, что требовалось Сяо. Словно резким порывом ветра, он накрыл своими губами чужие, мягко целуя. Сердце Итэра сделало кульбит, отдаваясь глухим стуком в груди. Кровь разносила по всему телу трепет, и он положил слегка подрагивающие руки на шею Сяо, притягивая еще ближе. Якса одной рукой схватил парня за шею, второй усилил хватку на боку. Поцелуй, что до этого был нежным, перерастал в более страстный. Сяо аккуратно обсасывал сначала верхнюю губу, затем с таким же усердием и нижнюю, слегка оттягивая зубами. Итэр глухо застонал, когда почувствовал сперва руку Яксы под своей футболкой, а после чужой язык, что нагло облизывал его губы. Неожиданно правая рука темноволосого, что покоилась на шее, переместилась на подбородок, большим пальцем надавливая на губы, вынуждая парня приоткрыть их. Они прижались друг к другу еще сильнее, Итэр в ответ сжал темные пряди волос Сяо, на что тот чуть ухмыльнулся в поцелуй, проникая языком в чужой рот. Блондин дергается от непривычки, ерзает на коленях, отчего Сяо в одно мгновение напрягается всем телом, но все же удерживает его на месте, а затем ведет рукой вверх, по позвонкам, надавливая на каждую косточку, заставляя Итэра прогибаться. Блондин не знает куда себя деть: руки бросались в мелкую дрожь, он то и дело цеплялся то за чужие волосы, то сжимал плечи, комкая в руках кусок футболки Яксы. Сяо ласково прошелся по ряду зубов, облизал небо и, наконец, сплелся с языком Итэра. Тот шумно задышал, встретив его ответным движением своего языка. Сяо словно и не планировал останавливаться: с каждой секундой движение языка становилось все более напористым и глубоким, он обводил стенки щек и игрался с языком Итэра, прикусывал небольшими клычками, а затем, оторвавшись на секунду, обхватил его своими губами, слегка посасывая. И это тот парень, что сначала растерялся от поцелуя? Итэр скомкано выдохнул. Дышать становилось трудно, но не из-за поцелуя, а наслаждения, от которого он просто забывал брать воздух в легкие. Они отрывались друг от друга на ничтожно маленькое время, Сяо порой проходился влажными губами по его подбородку, легко чмокал в уголки и оставлял поцелуи на его шее, перед этим облизывая место языком, а потом тут же возвращался к прежнему занятию. Итэр каждый раз сладко постанывал, когда Сяо в порыве прикусывал ему губу, тут же зализывая, а затем сам в отместку ставил укусы. Боги, он готов вот так сидеть на коленях Яксы, чувствовать его руки на теле, его губы на своих хоть целую вечность и никогда не отрываться… Но почувствовал, как их облили водой, заставляя моментально оторваться друг от друга. Сяо затуманенным взглядом смотрел только на чужие распухшие губы, налитые ярким пунцом и чуть посиневшие в уголках, и снова подался вперед, в желании вновь прикоснуться к ним. Но почувствовал, как струи воды прошлись по его спине.       — Вы сейчас съедите друг друга, успокойтесь!       Сяо клянется… он убьет Чайльда. Тот ещё не до конца приходит в себя — приходится проморгаться пару раз, чтобы окончательно снять наваждение. Губы покалывало, Якса пробежался по ним языком в надежде, что это хотя бы охладит их. Он неожиданно мило улыбнулся, вставая с лежака, с огромным сожалением выпуская Итэра из рук. Тот тоже поднялся, не скрывая своего раздражения в сторону двух парней, Чайльда и Кэйи, что стояли донельзя довольные с водяными пистолетами в руках. Сяо хрустнул шеей, а затем и костяшками пальцев, намекая, что сегодня будет найдено два трупа.       — Вам конец, — заверил их Якса. Им не надо было повторять это: те сорвались с места почти моментально, а вслед за ними и Сяо с Итэром.       — БЛЯТЬ!       — ОНИ ДОГОНЯЮТ, БЕГИ БЫСТРЕЕ!       — КУДА? ТУТ ОДНО МОРЕ!       Их крики смешивались в воздухе, а злобные угрозы жестокой расправы только подгоняли тех ускоряться. Они добежали до берега моря, остановились, чтобы перевести дыхание, и это стало главной ошибкой: почти в этот же момент на них налетели, не сбавляя скорости, Итэр с Сяо и повалили в воду. Сяо выпрямился, чтобы почти сразу же прыгнуть сверху на Тарталью и не дать тому всплыть. Итэр точно также топил Кэйю неподалёку, причитая, что испортил лучший в его жизни поцелуй и расплата жизнью меньшее, что тот мог бы сделать в качестве извинений. Аякс и Альберих захлёбывались в собственных возгласах о помощи, воде и смехом. За всем этим с диким смехом наблюдали Скарамучча и Венти с Альбедо. Последний уже в который раз достал телефон, снимая все на камеру. Девушки же лишь фыркнули, вновь располагаясь на лежаках.       Скарамучча приметил ещё один водяной пистолет: Чайльд с Кэйей купили их штуки четыре и даже не поленились заполнить водой каждый, быстро схватил его, отряхнул от песка и брызнул в Синьору. Та моментально села, подавившись воздухом.       — Хватит уже валяться на лежаках и строить из себя сучку.       Он снова пару раз выстрелил в девушку, победно улыбаясь. Она одной рукой изящно смахнула капли воды с лица и повернулась к Люмин.       — За твоей спиной завалялся пистолет, подай его, пожалуйста.       Люмин передала оружие мирового поражения в руки Синьоры, что сразу же вскочила с лежака и кинула его в Скарамуччу. Тот, не ожидавший такого, не успел увернуться и разъяренно закричал.       — Им стреляют водой, а не избивают, ты, стерва!       — Иди сюда, гном низкорослый!       Вскоре к водным играм Сяо и Итэра присоединились и Альбедо с Венти, которые схватили Люмин за руки и ноги, забросив в воду. Послышался короткий вскрик, а затем всплеск моря. Девушка, промокшая до нитки, принялась обрызгивать руками своих обидчиков, но промахнулась и попала в только-только вынырнувшего Чайльда, что даже отдышаться не успел, как вновь оказался окачен волной морской воды. Не оставив это просто так, он в ответ стал стрелять потоками волн в девушку, и так завязалась водяная война между всеми. Они брызгались друг в друга, даже не различая кто есть кто: из-за соленой воды глаза были почти всегда закрытыми — приходилось махать руками во все стороны вокруг себя. Общий смех разливался по всему пляжу, заглушая веселую мелодию из колонки недалеко от берега.       — Как вы посмели устроить драку, да ещё и без нас?!       Недовольный крик Скарамуччи послышался совсем рядом, вскоре брызгов ощущалось даже больше, к ним подключились он с Синьорой. Каждый то и дело пытался поймать другого, чтобы попытаться утопить или опрокинуть в воду. Внезапно Итэр почувствовал, как ноги больше не чувствуют опору в виде мягкого песка, а сам он больше не в воде — его подняли вверх Кэйа с Тартальей. Чтобы не упасть, блондин рефлекторно цепляется за их спины, потихоньку понимая, что сейчас будет. Эти двое с улыбкой начинают раскачивать его, считая до трёх.       — Три, два, один — полетел! — и кинули его в воду. Итэр сам оттолкнулся ногами от их рук, отчего прыжок оказался действительно высоким. Он вскрикнул, погрузился в воду и тут же вынырнул.       — Предупредили бы хотя бы!       Те только рассмеялись, подхватывая следующую жертву — Люмин. Так начались их прыжки в воду и соревнования, кто прыгнет выше. Итэр не успевал отдышаться, как его подхватывали и вновь пускали в полёт по воздуху. После изматывающих прыжков, они устроили борьбу на плечах: Итэр сидел на плечах Сяо и сошёлся в схватке с Люмин, точно так же воссевшей на плечах Скарамуччи, потому что по росту они были схожи. Остальные свистели и кричали слова поддержки, делая ставки. Почему-то у всех единогласно побеждает Люмин. Сяо хмыкает, пинает под водой голень Скарамуччи, отчего тот оступается и Итэр скидывает Люмин с его плеч. Он радостно треплет Яксу по волосам, а затем поднимает руки вверх в знак победы.       — СЯО МЕНЯ УДАРИЛ, ТРЕБУЮ РЕВАНШ!       Якса помотал головой, не обращая внимания на гневные возгласы Скарамуччи, и поспешил удалиться подальше, чтобы в случае чего им не прилетело.       — На войне все средства хороши.       Остальные на это ещё раз рассмеялись, еле стоя на ногах. Сяо же в это время погрузился под воду, позволяя Итэру слезть с его плеч. Блондин вновь почувствовал песок под ногами и обернулся на парня. Тот чуть приподнял уголки губ в еле заметной улыбке, но Итэру хватило и этого, он схватил его руку и потащил поближе к берегу к остальным.       — Посмотрите, какой закат! — Люмин указала пальцем в небо. Небосвод превратился в одно большое пламя, все больше приобретая алый и малиновый оттенок. В каких-то местах виднелись желтые вкрапления, вытекающие из холодной синевы по другую сторону.       — Альбедо, доставай телефон, нам надо сфоткаться!       Тот сразу же поспешил к лежакам, заодно хватая в руки полотенце, вытирая им волосы, схватил телефон и чью-то сумку, затем кинул ее на песок в качестве опоры для аппарата. Настроив таймер на камере, он поспешил встать к остальным, что уже стояли вместе, кучкуясь и толкаясь. Итэр слегка наклонился вперёд, выставляя перед собой обе руки со знаком мира, широко улыбался, чувствуя, как рядом пристроился Сяо, который положил свою руку ему на плечо. По другую сторону стоял Чайльд, который в последний момент согнулся пополам, потому что ему на спину запрыгнула Люмин, Скарамучча, стоявший рядом, не сдержался и рассмеялся, а Синьора лишь хмыкнула. Кэйа, Альбедо и Венти пристроились впереди всех на корточках — вернее только Венти и Альбедо по бокам, Кэйа же разлёгся на боку, подпирая голову рукой. На фоне заката было сделано ещё множество подобных фото. Они порой между перерывами их водной войнушки сидели на берегу моря, смотря на горизонт, позволяя волнам каждый раз обхватывать их ноги. Они словно пытались утянуть за собой, в глубокие пучины морского дна.       — Кстати, Люмин, — на одном таком перерыве заговорил Кэйа, привлекая к себе внимание. — Итэр говорил, что ты была чем-то занята.       Девушка закивала, радостно улыбнулась и ответила:       — Да, я ходила в танцевальную Академию на прослушивание. Меня зачислили! — все разом захлопали в ладоши, громко поздравляя девушку. — Теперь я занимаюсь танцами профессионально!       — Это тоже надо отметить! — с этими словами Кэйа встал с места, подбегая к рюкзаку Тартальи, где покоились их бутылки с выпивкой. Альберих схватил все сразу, спеша обратно к ребятам, что теперь уже просто стояли по щиколотки в воде.       — За сдачу наших экзаменов, за приезд близнецов, за поступление Люмин! — стоило этому своеобразному тосту прозвучать, как все разом заулюлюкали, подняли свои банки в небо, звонко чокаясь друг с другом. Так, стоя у самого берега моря, смотря на горизонт и заходящее солнце, они весело переговаривались и пили легкий алкоголь.       Музыка с колонки стала играть громче, были слышны стуки бутылок друг о друга, пение, хлопки и танцы. Итэр с улыбкой и наслаждением смотрел на друзей, что веселились в кругу, то и дело поднимая пиво в небо, в честь очередного тоста. В такие моменты блондин присоединялся к ним, восторженно крича. Сейчас он нашёл небольшую палочку и стал рисовать по песку разнообразные узоры. На плечах покоилось полотенце, которое ему любезно отдал Сяо.       — Что делаешь?       Стоило ему подумать о нем, как тот сам, будто прочитав его мысли, оказался рядом. Итэр отмахнулся, показывая, что ничем особенным. Якса пожал плечами и сел рядом, соприкасаясь своими ногами с чужими. Блондин мельком глянул на парня, полностью мокрого, отчего его футболка напоминала больше вторую кожу, нежели одежду. Итэр сглотнул, всеми силами стараясь отвести взгляд от Сяо. Мокрая одежда словно приклеилась к его телу, подчеркивая каждые мышцы и мускулы, а также открывала вид на его татуировку. Итэр наконец спросил то, о чем так часто забывал.       — Кстати, а что у тебя за татуировка? — он кивнул в ее сторону, отчего тот машинально бросил на неё взгляд. — Давно заметил. Она у тебя что, на все предплечье?       Якса кивнул, засучил рукав, позволяя разглядеть ее поближе. Итэр едва ощутимо прошёлся подушечками пальцев по рисунку достаточно необычной формы: она делилась на части, но, если посмотреть издалека, складывалась, словно мозаика, в рисунок… птицы, как кажется Итэру.       — Необычная.       — Ненавижу ее, — выдохнул Сяо, сразу же усмиряя свой пыл, ощущая непонимающий взгляд блондина. — После смерти родителей я где-то с полгода, может меньше, прожил в приюте: Чжун Ли нужно было время, чтобы собрать необходимые документы на опеку, а затем ему пришлось судиться за это право с другими моими родственниками.       Итэр слушал рассказ Сяо, затаив дыхание с неподдельным состраданием. Он говорил о том, что родители оставили ему наследство, которое хотели получить и другие, поэтому за время разборок в суде его отправили в приют. Сяо скривился, стоило ему вспомнить время, проведённое там.       — В этом месте я в полной мере лицезрел, что дети жестоки, особенно когда так одиноки. Тебе нельзя было показывать, что хочется плакать, нельзя показывать страх, нельзя проявлять слабость — иначе тебя мгновенно проглотят, — Сяо перечислял, грустно усмехнувшись. Итэр нашёл чужую ладошку и сжал ее в руках, молча поддерживая. Якса задержал взгляд на их переплетённых пальцах, а затем начал водить по ладошке большим. — Они заставили меня ее сделать, говорили, мол, татуировки только у самых смелых и мы тебя в покое оставим. Я был мелким, разумеется, повелся.       Сяо рассказал, как мальчишки из приюта насильно заставляли его, будучи маленьким мальчиком лет тринадцати, сидеть смирно, пока один из них набивал ему партак, не заботясь даже об основах санитарии. Якса уточнил, что, скорее всего, тату-машинку те украли и им просто хотелось найти человека, на котором ее можно было бы испробовать. Он рассказал, как потом его обвинили в краже этой самой машинки, а доказательством послужила та несчастная татуировка. И в покое его не оставили.       — Позже я стал замечать, что татуировка стала болеть все сильней, поэтому пришлось сбегать ночью из приюта, чтобы найти хоть один тату салон — в больницу было идти страшно. Мастер пожалел меня, обработал ее по всем правилам, закрыл пленкой и дал специальную мазь бесплатно. А потом добавил, что может перебить ее, когда я стану взрослее, — Сяо закончил говорить, но у Итэра такой осадок в душе образовался от услышанной истории. Теперь он понимает, почему Сяо редко показывает эмоции — ему приходилось жить, постоянно скрывая их. Внезапно Якса добавил:       — После того момента я понял, что если так и продолжится, то стану обычной грушей для битья. Поэтому каждую ночь сбегал из приюта, чтобы ходить на бокс. Классные там ребята были, вошли в мое положение и помогали, чем могли.       Итэр поджал губы, не выдерживая и обнимая Сяо. Господи, как же ему жаль, что тому пришлось пережить нечто такое ужасное в детстве, и он был готов на все, лишь бы облегчить его воспоминания о прошлом.       — Теперь все хорошо, Сяо, — прошептал он. — Теперь ты можешь плакать, если тебе хочется плакать, или быть слабым, показывать эмоции. Никто больше не осудит тебя за это. Никогда.       Сяо прижался к Итэру в ответ, зарывшись в волосы, выдохнув тихое спасибо. Теперь, когда Итэр рядом с ним, это не кажется таким уж невозможным.       Их веселье и беззаботность прервал чужой громкий голос, что перекричал даже музыку из колонки:       — Кто там?!       Группа ребят в мгновение застыла, а потом в сумраке они увидели, как по лестнице, но чуть дальше той, по которой спускались сами, шёл мужчина, и хоть всех деталей не разглядеть, Сяо отчётливо видел фуражку на его голове. Только не снова. Теперь будка охранника не казалась чем-то странным, все просто: этот пляж был охраняемым. Итэр с Ли резко встали с лежаков и поспешили к остальным ребятам, что уже собирали вещи, пихая их по рюкзакам.       — Куда ты нас, блять, привёл, Чайльд?! — Скарамучча возмущался больше всех. Синьора недовольно нахмурилась, и все как один разъяренно смотрели на Тарталью. Тот в панике развел руки в стороны, восклицая.       — На пляж! Им владеет моя семья, мы все время здесь отдыхаем!       — ТЫ ПРИВЕЗ НАС НА ЧАСТНЫЙ ПЛЯЖ СВОЕЙ СЕМЬИ?! — пока Скарамучча и Тарталья гневно переругивались, Кэйа, Венти и Альбедо, который успел прихватить с собой Люмин, быстро смылись. Сяо, Итэр и Синьора стояли, будто не совсем понимали происходящее, а потом встрепенулись.       — Хватит орать друг на друга, мы должны бежать!       С этими словами Синьора дала подзатыльники двоим парням, посмотрела на приближающегося охранника и стартанула с места. За ней последовали и остальные. Песок сильно затруднял быстрое передвижение — они то и дело запинались и спотыкались о ноги, но как только почувствовали твердую и устойчивую поверхность металлических ступенек, со скоростью Усэйна Болта устремились вверх на парковку. Однако, каково же было их удивление, когда увидели уже уезжающую машину с парковки, скрывшуюся через несколько минут за поворотом.       — СУКИ! — Скарамучча ошалело закричал им вслед. — Итэр, твои друзья отстой!       Блондин возмущенно взглянул на него и подавился воздухом.       — С ними и Альбедо был.       — Не новость, Альбедо тоже отстой!       Паника охватила всех: им больше некуда было бежать, негде спрятаться. Тарталья постоянно воротил голову в стороны в желании найти хоть какую-нибудь лазейку.       — Погодите, — наконец привлек внимание Сяо, которые уже устал тереть переносицу. — Скажи охраннику, что ты старший сын семьи, которая владеет этим пляжем.       Синьора закивала, поддерживая, а Чайльд потупил взгляд, виновато опустив голову.       — Да, это было бы хорошей идеей, но… я не могу.       — ПОЧЕМУ?! — взорвался Скарамучча, еле сдерживая себя от того, чтобы не избить его прямо на парковке перед охранником. Тарталья неловко почесал затылок, нервно улыбаясь.       — У меня с родителями договор: я не могу пользоваться влиянием семьи в своих целях.       Сквозь громкие ругательства Скарамуччи в адрес Аякса и хлопков по лицу Сяо, Итэра и Синьоры, они услышали копошение снизу — охранник приближался.       — Ну что, поздравляю, Синьора, теперь, ты присоединишься к прогрессирующим преступникам, — Скарамучча поаплодировал. — Что б я еще раз согласился идти за тобой, Чайльд.       Тот шикнул, зацепился за ту самую тележку, что продолжала стоять, а потом перевел взгляд на выезд с парковки, что представлял собой небольшой склон, но достаточный, чтобы они смогли уехать. Он начал дергать за рукава остальных, привлекая внимание.       — Все в тележку быстро, быстро, быстро! — времени думать о том, насколько это отвратительная идея, не было, да и решения получше не находилось. Все быстро сорвались к тележке, Сяо и Скарамучча, не сбавляя темпа, подхватили Синьору, опуская ее внутрь тележки, та сразу поджала ноги, чтобы кто-то еще смог залезть. Якса быстро обернулся, притянул Итэра за руки, а потом обхватил его талию, поднимая и аккуратно усаживая рядом с девушкой. Места больше не оставалось, поэтому они со Скарамуччей запрыгнули по бокам тележки, хватаясь за металлическую решетку. Тарталья схватился за поручень и, не останавливаясь ни на секунду, начал бежать с ними к склону. Итэр пригнул голову Синьоры, накрывая ее своими руками, что мелко дрожали от переизбытка адреналина. Склон становился все ближе и ближе, трепет внутри желудка все больше, и вот Чайльд делает последний толчок и запрыгивает на железные перекладины, к которым прицеплены колеса тележки.       — МЫ БЛЯТЬ УМРЕМ, СУКА-А-А-А-А…       Их крики перемешались между собой, оставляя только непонятный набор звуков. Все надрывно орали, и Сяо не понимает, как он вообще докатился до такой жизни. Тележка не сбавляла скорости, разгоняясь еще сильнее, и теперь их возгласы потонули в ветре, что нещадно бил им в лицо. Но вскоре появилась новая преграда. Поворот.       — Поворот! Там поворот, — Сяо пытался перекричать ветер и заставить Чайльда раскрыть глаза, чтобы он посмотрел вперед. Скарамучча громко выругался.       — Блять, поворачивай!       — Я не знаю как!       — КАК-НИБУДЬ СУКА. ГОСПОДИ БЛЯТЬ НАМ КОНЕЦ!       Скарамучча кричал в небо в полном отчаянии, полностью срывая голос. Почему Сяо вообще ведется каждый раз, когда Тарталья предлагает что-то сделать, с самого начала понимая, что ничего хорошим это не закончится? Никогда не заканчивалось. Он заметил, как Итэр сжался, закрывая собой Синьору сильнее, в ожидании скорого столкновения. Которого долго ждать не пришлось: они на полной скорости так и не успели завернуть, и тележка, встретившись с небольшим бордюром, отправилась в полет. Вместе с ними. Сяо не знает, чей он услышал хруст: собственной руки или нет. В ушах звенело, а затем и загудело, он слышал звуки словно через вату. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что изо лба у него течет кровь. Кажется, он ударился головой. Он не чувствовал тела — кто-то лежал на нем, по иссиня-темным волосам Сяо понял, что это был Скарамучча. Якса попытался повернуть голову в сторону, куда падал Итэр с Синьорой, и с облегченным выдохом увидел, как тот сидит вполне целый и оглядывает несерьезные повреждения девушки. Послышался глухой стон Чайльда откуда-то выше него, Сяо пришлось собрать силы, чтобы наконец спихнуть с себя Скарамуччу, приподняться и оглянуться назад, туда, где валялся Тарталья, прижимающий руку к туловищу. Теперь понятно, чей хруст он услышал. Сяо осторожно попытался пошевелить пальцами ног и рук, проверяя их на целостность, и с отвращением понял, что, кажется, сломал несколько на левой руке. В полной мере не почувствовать боль им помог шок, и надо пользоваться этим моментом. Якса откашлялся, приподнимаясь.       — Итэр, ты в порядке?       Юноша оторвался от девушки, переключая внимание на Сяо.       — Да, возможно немного ушиб колени и ребра. У Синьоры, к счастью, ничего такого нет: пара ссадин и царапин.       Сяо облегченно выдохнул. В целом, они неплохо сохранились, что даже удивительно.       — А я вот свое ребро, кажется, сломал. Как больно, блять, — тяжело выдохнул Скарамучча, морщась каждый раз, когда хотел хотя бы чуть-чуть приподняться. Тарталья не отставал от него, то и дело болезненно стоная. Так вышло, что теперь Сяо, Итэр и Синьора единственные, кто могут более менее стоять на ногах, но и далеко они не уйдут. Уже стемнело — наступила ночь. Охранник, по всей видимости, больше не преследовал их — не было слышно ни чужого копошения, ни угрожающих криков. Наконец Чайльд подал голос.       — У кого-нибудь цел телефон? Нам надо в больницу.

***

      Пустой холл больницы наполнился глухими стонами и грубыми ругательствами. Сяо был как никогда рад, что больницы работают круглосуточно, даже отдел травмпункта. Они сидели на небольших пластиковых сидениях перед самим кабинетом врача, который занимался другим приемом. Видимо, не одни они такие неудачники. Как выяснилось, Чайльд сломал себе руку, Сяо повредил голову и несколько пальцев на левой руке, а у Скарамуччи ушиб ребра, Итэр отделался легким отеком голени, и лишь Синьора оказалась самой целой среди них всех — пара ссадин на лице, несколько на руках и ногах.       — Как вам мое новое общажное правило: мы больше не общаемся с Чайльдом? — гневно зашипел Скарамучча, поддерживая рукой ребра. Тарталья возмущенно засипел, в то время как Сяо с удовольствием поддержал его. — Стоит нам послушать тебя, и во что это выливается?! Мы сидим ночью в чертовом травмпункте!       Итэр не сдержался и громко рассмеялся. Как бы он не пытался скрыть смех все это время, у него не вышло. Несмотря на все обстоятельства, все это до нелепости смешно. Он еще никогда не переживал что-то столь экстремальное. Скарамучча цокнул языком, указывая на блондина.       — Поздравляю, по твоей вине Итэр, очевидно, повредил голову. Платить за его лечение в психушке будешь ты.       Он снова залился смехом, и на этот раз его подхватил и Сяо, что тихо прыснул. Синьора тяжело вздохнула, осматривая свои ногти, а потом повернулась к Чайльду, выставляя их на обозрение всем.       — И заплатишь за мой сеанс маникюра, ибо мои ногти сломались, — ребята поежились, стоило им увидеть окровавленные пальцы девушки: некоторые длинные ногти были отломлены, а на нескольких пальцах и вовсе половины пластины отсутствовало. Чайльд, на которого все внезапно наехали, приуныл. Однако долго горевать не позволил телефонный звонок в его кармане. К счастью, у всех телефоны остались целыми, разве что красовались разбитыми экранами, но в принципе, работали, так что не страшно. Все мигом пристроились рядом с Тартальей, что смахнул кнопку вызова, на котором было имя Альбедо, и поставил на громкий режим. Скарамучча, не церемонясь, закричал в трубку.       — ВЫ БРОСИЛИ НАС ТАМ, УБЛЮДКИ!       На той стороне послышался дикий хохот Кэйи и Венти, и Сяо уже слышал, как они задыхались в припадке.       — Что ж, каждый сам за себя, — со сдерживаемым смехом произнес Альбедо. — Так… с вами все хорошо? Где вы?       — В ТРАВМПУНКТЕ!       На этот раз закричали все они разом, стараясь передать всю свою злость в голосе. Однако люди по другую сторону трубки, Сяо больше не может называть их друзьями, рассмеялись еще громче, даже Итэр мог поклясться, что слышал голос сестры.       — Надеюсь, вы захлебнетесь в своем смехе и умрете в истерике, — выплюнул Скарамучча, отчего чужой хохот никак не мог прекратиться. Итэр вновь не сдержал улыбки: он рад, что может вот так переживать эти моменты в кругу друзей, чувствуя на душе лишь легкость и свободу. Блондин переплел свои пальцы с целой рукой Сяо, положив голову тому на плечо. Якса тут же сжал его ладонь в ответ, наклонился к его макушке и оставил там легкий поцелуй. Он, полный свободы, в кругу друзей и человека, который ему нравится. Больше для счастья Итэру и не нужно. Ровно как и Сяо.

***

жизнь общажная [26 августа, 13:09]

[Сяо добавил нового пользователя — Итэр]