Чужие крылья

1. Его крылья, они часто снятся мне ночами. Его глаза никогда не смеются, хотя сам он ржет над собственными пошлыми шуточками так, что уши режет. Я всего несколько раз видел его лицо не скрываемым затянутым наглухо капюшоном. В нем нет ничего необычного, такое же, как и у любого в нашем городе. Но все-таки он другой. Не такой, как все… Пусть даже считается, что все люди уникальны, они слишком одинаковы в этой своей уникальности. А он другой. Он всегда вроде с нами, а вроде и сам по себе. Но, наверное, я не прав, мои размышления слишком ограничены, в конечном счете, в нашей компании мы все сами по себе. И только потому что я хочу видеть его ближе, я ощущаю то, насколько он далек. Стэн поднял голову от тетради. Над ним висел Кенни, он ехидно ухмылялся. — Что? – Стэн немного протянул слово, словно не в первый раз задавал этот вопрос. — Когда у нас экзамены? – пожалуй, чересчур радостно спросил Кенни. — Две недели, чувак. Осталось только две недели. — О! Целых две?! Это хорошо! – воскликнул Кенни. – Я как раз успею все подготовить! — Не успеешь, — со странной меланхолией заметил Стэн. Он безразлично подумал, что после выпуска их с Кенни дорожки разойдутся. А может, они вообще не встретятся вновь. Это была будто мысль о смерти. Да, мы все умрем, но позже, не сейчас. Поэтому это не так и страшно. — Ты можешь мне помочь? — Могу, — отозвался Стэн. — Но ведь не будешь, — захихикал Кенни. Смех, конечно, выражает радость, но сейчас Стэн слышал в нем нотки обреченности. — Буду, — скорее чтобы опровергнуть сказанное, чем из желания помочь, произнес Стэн. — Но при условии, что ты перестанешь маяться всякой хренью и начнешь заниматься. — Знаешь, у меня дома заниматься никак не выходит... — отмахнулся Кенни. — Тогда приходи ко мне, — спокойно сказал Стэн. Кенни замер и удивленно посмотрел на него. Потом по его глазам стало видно, что он улыбнулся. — Ладно! Остаток дня и без того достаточно флегматичный Стэн провел словно в прострации. Иногда он ловил взгляд Кенни, и ему казалось, что тот улыбается ему. — Чел, ты чего такой хмурый? — спросил Кайл. Он только что получил очередное «отлично» по астрономии, и теперь его итоговой оценке по данному предмету точно ничего не угрожало. Он улыбался во весь рот, и даже если бы у Стэна сейчас умер дедушка или еще кто-нибудь из родных, наверное, Кайл все равно не смог бы заставить себя перестать радоваться. — Я не хмурый, я просто уставший, — проговорил Стэн, чтобы Кайл отвалил от него. — Так ты же нихрена не делал! С чего ты устал? — логично заметил Кайл и рассмеялся. Стэн посмотрел на друга презрительным взглядом, но тот и ухом не повел, хлопнул его по плечу и сообщил, что опаздывает на тренировку. Из класса уже все ушли, так что теперь надо было вставать и тоже валить домой. — О! Стэнли! Я и не думал, что ты меня здесь ждать будешь! — в кабинет ввалился Кенни. Он говорил слишком громко и радостно, так что в какой-то момент Стэн решил, что Кенни находится под воздействием какой-нибудь дряни. — Ты пьян или просто укурился? — хмуро спросил Стэн. — Ты слишком высокого мнения обо мне. Я не настолько скоростной, — по-идиотски захихикал Кенни. — Тогда чего ты ведешь себя как придурок? — Я? – неподдельно удивился Кенни. — Я просто безумно рад, что ты взял меня под свою опеку! — Если не прекратишь выделываться, сам готовиться будешь, — отрезал Стэн. Кенни сразу же стал серьезным. Веселье как рукой сняло. — Без вопросов, чел. Видишь, я уже молчу. Стэн понял, что уже не отмажется. Он действительно хотел помочь, но абстрактно, а как дело коснулось реальных действий, все благородные порывы оказались слишком обременительными. Наверное, это действительно всего лишь усталость, накопленная за все прошедшие годы... 2. Экзамены сдавались вместе с одиннадцатиклассниками, которым повезло, и они не застали выхода новой суперсовременной Сони Плейстейшен, из-за которой все жители Саус Парка напрочь позабыли о каких-либо важных делах. Конечно, были те, кто пытался образумить остальных, но и они быстро сломались перед огромным ассортиментом разнообразных игр. Тогда город вымер почти на полгода. А теперь приходилось расхлебывать последствия… Стэн тяжко вздохнул. Ну почему вся хрень в этом мире словно концентрируется в их городке? Хотя, возможно, у других тоже не лучше. Они шли по весенней улице под теплыми лучами солнца. Среди радостных, веселых людей, которые уже не могли сидеть по домам, потому что наконец-то зима ушла и свет заливал все вокруг. Оживление и всеобщий позитив были так сильны, что даже апатия Стэна начинала постепенно отступать. Кенни шел рядом и молчал. Наверное, страшился, что Стэн передумает. — Ты что-то совсем притих, — усмехнулся Стэн. И ткнул Кенни локтем. — Не бойся, подготовим мы тебя. Сдашь ты всю эту школьную хрень, а потом — свобода! Стэн прокричал последнее слово, но оно потерялось в остальных шумах города. — Конечно, чел, — согласился Кенни. — Именно так все и будет. Впервые за долгое время Стэн не отказался от обеда и ответил согласием, когда мать предложила им поесть. — А вообще, нам круто повезло, что Шелли уехала в колледж. Она бы меня сейчас так встретила! — сам не понял зачем сообщил Стэн. — А что, она учится? — поинтересовался Кенни. — Не думаю. Мне иногда кажется, что в колледжах учебой вообще не занимаются. Только по тусовкам и ходят. Но, возможно, это все комедии врут. — О да! — заржал Кенни. — А еще они там все массово наглядную анатомию изучают! — То, что ты не был в колледже, не мешало тебе заниматься тем же! — подметил Стэн. — Конечно! Буду я из-за всяких пустяков упускать классных девушек. Стэн хотел что-нибудь ответить, но не придумал, и оба снова стали серьезными. Кенни молча жевал, а Стэн тупо разглядывал содержание своей тарелки, словно видел впервые и был очень удивлен, что это вообще можно есть. Самое обидное для Стэна было в том, что он совершенно четко понимал — для Кенни все равно, какие он получит оценки. И не потому что не хочет учиться, просто ему это ни к чему. Толку от того, какие отметки в дипломе, если его нельзя применить. От этих мыслей Стэн снова помрачнел. — Эй, чел! — голос Кенни вырвал его в реальность. — Если не хочешь есть, дай мне. Стэн поднял на него взгляд. — Доесть.... — Если хочешь, возьми добавки. — Да не, не хочу. Я пошутил, — Кенни широко улыбнулся, но Стэну почудилось, что это было скорее по инерции. — Идиотская шутка. — Многим нравится, — пожал плечами Кенни. — Я — не многие, — мрачно подметил Стэн. — Знаю... Стэну не нравился этот разговор. Ему казалось, что речь шла о чем-то важном и подтекст был очень глубок, но сам он его не чувствовал и потому ощущал себя глупо. Он встал и направился в свою комнату. Он не обернулся, когда Кенни окликнул его, и тому пришлось вскакивать и догонять Стэна. — Чел, ты что, обиделся? — спросил он на ходу. — Я что, идиот? — спросил в ответ Стэн. До вечера они занимались исключительно уроками. Кенни настолько отстал в учебе, что не мог решить и простейших заданий. 3. В ту ночь Стэну снились белые крылья. И перья, разлетавшиеся в разные стороны, будто снежные хлопья. Он поймал одно и держал на ладони, но оно слишком быстро растаяло. Кенни приходил каждый день, кроме тех, когда у Стэна были тренировки в футбольной команде, куда Кенни не попал из-за разгильдяйства. Но каждый раз возвышенные размышления Стэна о том, как чудесно будет провести вечер с Кенни, пусть и недоступным, но так нежно любимым, натыкались на мерзкую реальность, в которой Кенни страшно тупил с уроками и рассказывал похабные анекдоты про девок. Иногда Стэн проклинал себя за слабость и неспособность вышвырнуть этого придурка прочь из своего дома. В конечном итоге ему было бы легче потом презирать себя за отказ в помощи, чем мириться с такой ужаснейшей пародией на тот светлый образ, что он сам себе придумал. — Стэн, — окликнул его Кенни. — Чел, будь другом, помоги с заданием. — Не буду, — меланхолично отозвался Стэн. — Оно решается по аналогии со всеми предыдущими, которые я тебе уже сделал. Кенни издал недовольный звук и снова уткнулся в тетрадь. Он очень симпатичный в такие моменты. Когда молчит и сосредоточен. Стэн прикрыл глаза, чтобы не видеть его четко. И уже по памяти стал восстанавливать черты размытого силуэта. — Стэн? Ну как? — Кенни вытянул шею вперед и почти соприкоснулся своим кончиком носа с его. — Что?! — ошалело спросил Стэн. — Я тебя спросил, я тебе нравлюсь? — Кенни игриво прищурился. — Не понял... — пробормотал Стэн, которому казалось, что он слышит не то, что должен. — Давай сделаем это. Я же знаю, что ты хочешь. На губах у Кенни играла шальная, почти сумасшедшая улыбка. И в глазах сверкал блеск. Нехороший, словно Кенни вел себя так назло кому-то. Стэн медленно приподнял руки и положил их Кенни на макушку, потом опустил ниже, к подбородку. Кенни смотрел на него удивленно, почти обескуражено. — Успокойся, — спокойно и медленно произнес Стэн. — Во-первых, чего я хочу, тебя совершенно не касается, даже если это и впрямь ты. Мне от тебя ничего не нужно. А во-вторых, давай заниматься. Это и полезно, и проблем не приносит. Договорились? Кенни кивнул. — Вот и отлично, — сказал Стэн. — Что там у нас? Физика? Что ж, давай возьмемся за физику, может, пока тебе помогать буду, и сам чего пойму. И Стэн полез за книгами, радуясь предлогу хоть недолго не смотреть на Кенни. 4. И на моей ладони остается перо, кипенно-белое. Я смотрю вверх. Его снова не стало. А ведь мне всего лишь надо привыкнуть к одной простой мысли — не что Кенни всегда умирает, а что он всегда возвращается… Стэну отчего-то начало казаться, что Кенни стал реже с ним разговаривать, или это он сам перестал давать ему такую возможность? Зачем его слышать? Кенни слишком живой, хотя иногда представляется, что с каждой своей смертью он должен что-то оставить там, за гранью. Слишком живой... Звучит достаточно странно. И у Стэна начало складываться впечатление, что все это — напускное. Что как люди, волею судеб оказавшиеся в другой стране, чересчур отчаянно цепляются за то, что так или иначе напоминает им о родине, так и тут, слишком много жизни... В школе ему пришлось самому отыскивать Кенни, чтобы выяснить, когда тот соизволит явиться к нему. И не потому что хотелось помочь, и даже не из желания видеть его рядом. Просто в момент, когда Стэн думал о жизни и смерти, он понял, что сам он, пожалуй, чересчур мертв... И апатичен. — Здорово, чел! — он махнул рукой перед носом Кенни. — Здорово! Как жизнь? – Кенни жизнерадостно подал голос из-под парки. — Все зашибись. Придешь сегодня? — Стэн сам себе казался противным от своей наигранной радости, но постепенно от осознания, что ему радуются в ответ, он прогнал мрачное настроение и веселился уже искренне. — Нет. Стэна как холодной водой окатили. — А что случилось? — Да ничего, — пожал плечами Кенни. — Сегодня и завтра отцу помогать буду, так что не приду. — Понятно, — проглотил обиду Стэн. — Удачи. Как же каждый раз удивительно осознавать, что мир крутится не вокруг тебя. Вот и Стэн сейчас начинал лихорадочно думать, что, наверное, это он что-то совсем не так понял, и тогда Кенни не пытался его соблазнить, а может, вообще рассказывал о чем-то совершенно невинном, например, о еде. «Стэн, давай сделаем это», — может быть, Кенни предлагал ему приготовить ужин... — Твою ж мать! — громко крикнул Стэн, чем навлек на себя гнев коридорного смотрителя. 5. Одна из соучениц устроила у себя дома вечеринку, на которую среди всех был приглашен и Стэн. Он даже не знал имени этой девушки, вероятно, она его тоже, и пригласила просто потому, что он был капитаном сборной школы. Вроде как знаменитость. Куда же без него. Стэн мог приволочь с собой кого-нибудь из друзей. Поразмыслив, он решил идти один — пацанов если звать, то всех разом, а на их рожи он и в школе насмотрелся. А девушки воспринимают такие вещи слишком серьезно, и тут же вешают на пригласившего ярлык «мой парень». Поэтому Стэн и решил тусить с теми, кто там уже будет. Встретит своих — круто, нет — и так хорошо. Близких знакомых не было, зато прямо с порога прицепилась одна девчонка, о которой можно было сказать две вещи: не очень умная и с хорошей фигурой. Стэн поймал себя на мысли, что Кенни бы такая точно понравилась. И он оставил новую знакомую при себе. Во-первых, наверняка даст, а во-вторых, другие лезть не будут. «Интересно, будь я красивой девушкой, у меня что-нибудь склеилось бы с Кенни?» — подумал Стэн, но тут же прогнал эту мысль, вспомнив пошлые шуточки и слащавые взгляды объекта своего воздыхания. Ничего бы не вышло. Спутницу Стэна звали Клэр, и она оказалась очень шумной и навязчивой, хотя у нее нашлось одно положительное качество — с ней Стэн отлично напился. — А потом эта чувырла говорит мне: ты спала с моим парнем! Представляешь, с ее парнем! Ты его видел? — чересчур громко и сбивчиво вещала Клэр. — Нет, я не знаю этого чувака, — даже не пытаясь никого вспоминать сказал Стэн. — Ну как же! Я же тебе рассказывала! Он два года играл в рок-группе «Бухло, много бухла»! — Да-да! Теперь вспомнил! — тут же поправился Стэн и продолжил дальше не слушать. Они вышли во двор, где оба собирались хоть чуток протрезветь, и где, как надеялся Стэн, ему явно должно было перепасть. Но сбылось только первое. — Ты, урод! Ты увел мою девушку! — и не успел Стэн обернуться на крик, как ему по лицу со всей силы приложились кулаком. — Ой, Крис, зачем ты это сделал?! — воскликнула Клэр, и Стэн был готов поклясться, что в ее голосе прозвучала радость. — Он пытался увести тебя у меня, — заявил здоровый парень в черной косухе. Стэн стоял рядом, держась за ушиб, и не мог отойти от неожиданности удара. — Ах, Крис, так ты оставил ради меня свою банду? — теперь радость девушки была слышна совершенно отчетливо. — Нет, мы грабили дом тут неподалеку, и я решил заехать к тебе. Смотрю, мудак какой-то к тебе клеится, — при этих словах парень еще раз со всего маха двинул Стэну, и тот упал на землю. 6. Стэн поднялся и, посмотрев вслед воссоединившейся парочке, пошел домой. Сам он уже окончательно протрезвел, а вот на скуле явно синяк останется. Дома он, ничего не ответив на расспросы матери, сразу отправился спать. Но уснуть не смог до самого рассвета и с чего-то думал о том, будь он девушкой — дал бы он Кенни или нет. И все его мысли почему-то сводились только к тому, что в качестве девушки он бы вел себя как наивная идиотка и мечтал бы о красивых романтических отношениях, на которые Кенни, конечно, способен не был. В школе его встретили любопытные взгляды и девчачий шепот за спиной. Стэн ощупал лицо. Судя по всему, синяк намечался знатный. — Ты в порядке? — к Стэну подошли Кайл и Венди. — Да, все хорошо. Венди коснулась синяка и сказала: — Тебе сразу нужно было наложить компресс, но сделай это хотя бы сейчас. Иначе потом будет еще хуже. — И, знаешь, не стоило влипать в драку из-за этой девчонки, — заявил Кайл. — Говорят, она шлюха. У Стэна разве что челюсть не отвалилась — его бывшая девушка и лучший друг не просто холодно отнеслись к его разбитому лицу, но и как-то уж слишком схоже. — А вы что, встречаетесь? — недоумевающе спросил Стэн. — Мы? — удивилась Венди. — Мы общаемся. В конце концов, мы учимся в одном классе и имеем право иногда тусить вместе! — излишне сильно вспылил Кайл, но быстро замолчал под тяжелым взглядом Венди. Эта маленькая сценка показала Стэну, что он не ошибся. Лучше бы ему еще раз разбили лицо. — Стэн, — Венди положила ладони ему на грудь. — Дорогой, тебе надо отдохнуть, вылечиться. Стэн? Стэн, ничего не ответив, развернулся и побрел из школы. Его бесило это тупое чувство ревности. Причем к обоим. Кайл так или иначе нашел бы себе девчонку, а Венди — парня. И Стэн, наверное, нормально отреагировал бы, если бы это были кто-то со стороны, но вот так... Пожалуй, это был слишком тяжелый удар. 7. Стэн бездеятельно провалялся в постели все дни вплоть до выходных. Опухоль сошла относительно быстро, но лиловый цвет грозил поселиться на его лице надолго. Кенни пришел утром в субботу и был очень хмурый и, кажется, расстроенный. Стэн не стал спрашивать его о причине плохого настроения. Он только что проснулся и совершенно не хотел выслушивать чужие трагедии. Весь день они в мрачной тишине решали, писали и читали. И даже продуктивно. За этот день они сделали намного больше, чем за полторы недели до этого. И даже смогли нормально подготовиться к истории и математике. Остальные предметы тоже немного подтянули. Может, этому помогло то, что Кенни уже многое выучил прежде, может, что он не прикалывался и не паясничал, а может, что Стэн не витал в облаках и максимально четко формулировал свои мысли Так или иначе, в полдесятого вечера Кенни уходил от Стэна с головой, забитой новыми знаниями. — Завтра тоже приходи, — проговорил Стэн. — Надо добить английский и как следует заняться литературой и физикой. — Что, и завтра так?! — воскликнул Кенни. — Конечно. Первый экзамен уже в четверг, — Стэн обреченно вздохнул. — Надо хорошо подготовиться. — Как скажешь, — недоверчиво пробормотал Кенни. — Ладно, я пошел. — Я с тобой до магазина дойду. Стэн накинул куртку и вместе с Кенни вышел на улицу. — Я заскочу с тобой, — бросил Кенни. Но стоило только стеклянным дверям супермаркета открыться, как Стэн нос к носу столкнулся с Крисом. — Вот дерьмо! — вскричал Стэн, когда к его ногам рухнул обезглавленный труп Кенни. Но в ту же секунду к его лбу приставили холодный металлический ствол. — А, это ты! – произнес бандит. — Тот парень, который уводит чужих девушек! Ну что же, хочешь оказаться там же, где и твой дружок? Стэн отчаянно замотал головой. — Вот и хорошо. Теперь входи и веди себя тихо. 8. Стэн сидел подле других заложников и никак не мог оторвать взгляда от окровавленного трупа Кенни. «Он всегда возвращается, он всегда возвращается, он всегда возвращается», — бубнил себе под нос Стэн, но почему-то это не помогало — труп так и лежал, а вот Кенни не появлялся. Не прошло и трех минут с убийства Кенни, как магазин окружила полиция. Не долго думая, преступники открыли огонь по машинам и попытались сбежать через черный ход. — А ты, мистер «я уведу твою девушку», идешь с нами как заложник, — Крис схватил за шкирку перепуганного Стэна и, прикрываясь им как щитом, бросился к запасному выходу, отстреливаясь на ходу. Стэн думал, что помрет от страха или шальной пули, но ему повезло, его благополучно дотащили до бандитской машины и запихнули в багажник. — Они схватили Джонни! — закричал кто-то из бандитов. — Мы не можем его бросить! — Позже мы обменяем его на заложника! — крикнул в ответ Крис, которого Стэн узнал по голосу. — Отлично придумал, чувак! Когда Стэна связали и бросили в каком-то сарае, он уже не мог бояться. Он попытался уснуть, но, несмотря на усталость, ничего не получалось. Стэн попробовал пошевелиться, однако связали его профессионально. Он уставился в потолок, тускло освещаемый одинокой лампой без абажура. Он думал, что Кенни просто обязан вернуться. Что было бы так до обидного глупо возвращаться каждый раз и не вернуться на этот. А он, Стэн, опять оказался эгоистичным глупцом, как когда боялся прийти в больницу к умирающему. Да, впрочем, как всегда. Стэн размышлял о том, как Кенни смотрелся бы в роли ангела. Как ему подошли бы чудесные белые крылья. Стэн уже почти дремал, погружаясь в фантазии, когда его тихо окрикнули по имени. Он быстро вскочил и увидел… — Боже мой! Кенни! Ну какого хрена?! – воскликнул Стэн. Мало того, что его наглым образом вышвырнули из романтических мыслей, так и сам их объект с радостной и наглой рожей стоял тут и портил всю атмосферу отчаяния и обреченности. — Разве так встречают своих спасителей? – Кенни встал в гордую позу и заулыбался, словно голливудский актер на вручении «Оскара». — Какой ты к чертовой матери спаситель?! – прошипел Стэн. – Ты сдохнешь раньше, чем сможешь что-либо предпринять! Проваливай туда, откуда пришел! Я доверю свою жизнь спасателям, ФБР, полиции, правительству, алкашам из бара, да кому угодно, только не тебе. Пошел вон! И получил сильную пощечину, почти удар по и без того больной щеке. — Прекрати истерику, — потребовал Кенни. Стэн промолчал. — Сейчас я тебя развяжу, и мы тихо сбежим, понял? Стэн кивнул. 9. Кенни никто не поверил, и только поэтому он пришел спасать Стэна в одиночку. По крайней мере, он так сказал. Стэн не возразил, но не поверил. Он сидел на полу, разминал затекшие конечности и смотрел на Кенни, такого благородного и такого единственного. И, вероятно, впервые Кенни из мыслей Стэна и он же настоящий не контрастировали, а взаимодополняли друг друга. — Спасибо, что пришел за мной… — пробормотал Стэн и встал. — Да не вопрос, чел, — отмахнулся Кенни. — Я очень рад, что со мной тут именно ты, но я не хочу, чтобы ты погиб, — Стэну тяжело давались слова, но он буквально заставил себя сказать, что думает. – Постарайся не умирать. — Не парься, — ухмыльнулся Кенни. – Пойдем, я проведу тебя так, как прошел сюда сам. Стэн взял его за руку и сказал: — Веди. Они выбрались из сарая и теперь аккуратно пробирались к воротам вдоль высоченного забора. — Надо только выбраться за них, и мы в безопасности, — прошептал Кенни Стэну на самое ухо. Но только они подкрались к выходу, зажегся яркий свет, и громкий голос произнес в рупор: — Вы окружены! Сдавайтесь! Отпустите заложника и выходите по одному, в противном случае мы откроем огонь! Стэн и Кенни оказались между полицией и в мгновение ока вооружившейся бандой. Началась перестрелка. Стэн схватил Кенни и рухнул вместе с ним на землю, подмяв его под себя, потом пополз вперед, таща Кенни за руку. Тот что-то хрипел и пытался вырваться, но в шуме и рябящем свете Стэн не мог услышать, что он хотел ему сказать. И лишь когда Стэн вытащил их обоих за пределы боевой зоны, то понял, что от Кенни осталось почти решето. Он хрипел и откашливался кровью. — Прости, чел, — пробормотал он, — Кажется, я все-таки умираю… Стэн сидел над ним, вцепившись в руку, за которую вытянул, и плакал. — Прекрати… — Не могу… — твердил Стэн. – Мне страшно, что однажды ты не вернешься… А я так… я… Я не могу без тебя… Кенни произнес что-то совсем нечленораздельное и стал страшно кашлять. — Заложник! Он тут! — прокричал кто-то над самым ухом Стэна, и сильные руки поволокли его прочь. — Кенни! – попытался вырваться Стэн. – Там Кенни! Помогите ему! Но подошедший врач вколол ему что-то, и он вырубился. Когда Стэна все-таки отпустили, он, не заходя к себе, бросился к дому Кенни. — Он скоро вернется, — сказала миссис МакКормик и попросила подождать Кенни в его комнате. 10. Стэн сидел на диване и листал журнал с голыми женщинами. — Нравится? – в комнату вошел Кенни. Стэн взглянул на него. — Так себе. Могли быть и лучше. Он отложил журнал и посмотрел на друга. Придурок. Честное слово, Стэн уже ругал себя, что пришел. Спрашивается, зачем? Чтобы увидеть, что Кенни жив-здоров и просто излучает свою идиотскую радость? Стэн ненавидел его в такие моменты, потому что они в пух и прах разбивали и уничтожали тот возвышенный образ Кенни, который он так бережно хранил в памяти. Скорей бы уже закончить школу и разбежаться каждый в свой мирок. Тогда можно будет снова хранить каждое воспоминание, словно драгоценные камни. Стэн закрыл глаза. — Чувак, ты что, уснул? Какой мерзкий голос! Стэн решил не реагировать. Что бы ни случилось, он не должен портить себе впечатление о, наверное, последнем пребывании в гостях у Кенни. Потом он почувствовал чужие руки на своих плечах. «Только ничего не говори, только ничего не говори, только…» — словно мантру мысленно повторял Стэн, но Кенни ничего и не говорил, его руки всего лишь касались его плеч. Затем Стэн ощутил дыхание Кенни у своего лица, он рефлекторно выпрямился, но глаза так и не открыл. Он чувствовал, как Кенни сел к нему на колени, чувствовал, как тот дышит прямо в губы, но все равно страшился открыть глаза. Слишком сильно боялся спугнуть этот момент. И только когда их губы соприкоснулись, он позволил себе увидеть. Увидеть, как близко лицо Кенни, как дрожат его ресницы, и что он сам закрыл глаза. Наверное, тоже боялся. Стэн аккуратно положил ладони Кенни на талию и стал приподнимать его парку. Тот оторвал губы и очень внимательно посмотрел на Стэна. — Только не говори ничего… — Стэн убрал руки и улыбнулся. Глупо, так, словно ему и обидно, и не хочется показывать этого. А Кенни все сидел на его коленях и в кои-то веки действительно молчал. Не пошлил, не ржал, не ухмылялся, а просто сидел, и лишь руки его так и лежали на плечах Стэна. — И что будем дальше делать? – не выдержал Стэн. — А ты чего хочешь? – тихо проговорил Кенни. — Я? – Стэн немного смутился. Его не покидало чувство, что все ему только кажется, и на самом деле он спит или бредит. – Я не знаю… А ты что? — Я бы совсем не хотел после окончания школы терять тебя из жизни, — Кенни улыбался, но не так, как всегда, а тепло и по-доброму. Он наклонился и прижался лбом ко лбу Стэна. – А ты? — Я тоже, — Стэн сжал Кенни в объятиях и, уткнувшись носом тому в ключицу, тихо засмеялся. – Я же столько раз говорил тебе, что никуда не отпущу, что люблю тебя! Кенни встрепенулся. — Не, правда, я впервые это слышу. — Главное, что все-таки слышишь… Образ Кенни из мыслей Стэна окончательно слился с реальным. И теперь было совсем не важно, что белые крылья оказались призрачными, что настоящих, возможно, вообще не существовало. Главное, что Кенни вернулся и что сейчас он здесь, со Стэном. И что это по-настоящему.