Повелитель в мире Мальчика-Который-Выжил!

Ожидая полуночи, во время которой произойдёт отключение серверов Иггдрасиля, Сатору Судзуки с горечью заплакал. Всё же, как он теперь будет дальше жить? Точнее, в какой другой игре сможет отдыхать от кошмара наяву? А так же не было ли бредом пообещать товарищам «встретиться в другой игре», ведь они все покинули гильдию и в целом игру по своим различным причинам. Кто-то из-за работы, будь она не ладна, кто-то по семейным обстоятельствам, кто-то по состоянию здоровья, а некоторые просто устали от рутины. На счёт последнего пункта, Сатору не спорил, ибо и сам последний почти целый год практически в одиночку тянул их гильдию, трудясь в поте лица, словно на работе. Однако, между этим и работой в реале была существенная разница – его собственное желание и любовь к тому, что он делал. Но без членов гильдии ему не с кем было поделить плоды своих трудов и тем самым разделить свои самые светлые чувства. Да, в полном одиночестве даже то, что ему нравилось ныне стало до горечи омерзительным. Он сам не покидал игру и гильдию только по двум причинам. Ещё надеялся, что кто-то да вернётся, а также ему не хватало духу бросить всё то, что они с таким трепетом и трудом создали вместе. А теперь всё было бессмысленно и не нужно, просто кучка пикселей, которые вот-вот исчезнут со всех носителей… В последний раз он испытывал подобную боль только тогда, когда умерла мать. В какой-то степени сейчас на грани смерти было ещё нечто, что было дорого, как семья…нет, слишком высокопарно. Как необходимый наркотик и утешение в этом мире, где человечество довело себя до кризиса. За развитие технологий они заплатили жизнью самой природы на планете. Еда была синтетической, настоящей растительности почти не осталось, они все жили в городах окружённых куполом, защищающих их тщедушное тело от радиации и прочих последствий-прелестей капризов всей расы в целом. И так по всей земле. И хоть правительство мнимо заботилось о гражданах, но на самом деле они все были винтиками в системе, где если ты не работаешь, то подвергаешь само существование своё и остальных риску исчезновения. Самых ретивых подвергали промывке разума, чего Сатору избежал, хоть и был рьяно против. Смирившись и ненавидя общество, в котором он живёт, Судзуки находил утешение в Иггдрасиль вот уже десять лет. А теперь отчаяние и апатия с новой порцией слёз накатывала в душу мужчине средних лет. О да, ему меньше тридцати и жить бы дальше, да только мучительно-то как! А надо, если он хотел себе хорошую старость на пенсии. Это вам не двадцать первый век, где надо было значительно меньше работать. Хорошо жилось людям в то время, но глупые были, не ценили того что имели!... Когда циферблат дошёл четырёх нулей обозначающих миг конца старого дня и начала нового, Сатору почувствовал что-то странное. Точно не зная, что творится, Судзуки открыл глаза и изумлённо понял, что всё ещё в игре… А в игре ли? Новые ощущения, незнакомые, пусть и слабые ароматы, другая чёткость картинки, и даже звуки, всё указывало на два возможных варианта! Или новый патч, в котором доработали виртуальную реальность, или…мир игры стал реален! Как в мангах о попаданцах! Мужчина с беспокойством осмотрел себя, посох гильдии и дворецкого с горничными в главном зале. Было странно осознавать, что чёрные кости его аватары теперь являются настоящим телом, а уж двигаться в нём словно,…это было естественным и вовсе шокировало сознание человека. Едва не начав паниковать, Момонга почувствовал, как на него нахлынула волна спокойствия и безразличия, позволив ещё более ясно и здраво размышлять над полученной информацией. -Владыка Момонга, что-то не так? – с беспокойством обратился к нему дворецкий по имени Себас. Тот факт, что нип говорил как живой и явно выражал наличие воли и личности, говорило в пользу его перемещения в мир игры. Если, конечно же, это была Иггдрасиль, которую Момонга знал. По крайней мере, он сам и Назарик точно соответствовали тому, что было в его памяти. -Себас, выйди за пределы Назарика и осмотрись в радиусе ближайших нескольких километров от него. В конфликты не вступай без острой необходимости, а лучше всего установи с кем-то мирный контакт, - с удивительным спокойствием и хладнокровием приказал Сатору, и был рад тому, что смог и голосом и речью соответствовать образу своего Аватара. Едва Тиан покинул зал, как Момонга задумался над ещё некоторыми фактами. Во-первых, он отчетливо ощущал некую связь со всем сущим в Назарике. Почему-то не было сомнений, что все существа в Великой Гробнице связаны с ним узами творца и творения. «Но как это возможно? Ведь добрую половину создал не я, а только лишь троих! Вероятно, сама система перебросила связь на меня, как последнего члена гильдии, иначе кто знает, как это отразилось бы на нипах» - сделал он некоторые выводы, возможно и преждевременные, но проверить их собирался в ближайшее время. Во-вторых, то волшебное «мертвецкое» спокойствие, похоже, было ничем иным, как пассивным свойством нежити, на которую нельзя никак воздействовать с ментальной точки зрения: ни усыпить, ни напугать, ни подчинить и прочее в таком духе. «Если работают мои пассивные умения, то надо проверить ещё кое-что» - с этими словами Момонга провёл некоторые манипуляции с одной из горничных и результат несколько не обрадовал игрока. «Только этого не хватало. Теперь возможен огонь по своим. Всё-таки реальная жизнь то ещё дерьмо. Всё больше я зол на того, кто проектировал эту хреновую игрушку, но зато дал заповедь «не убей». Как смешно!» К счастью, всё это «добро» наносящее союзникам урон могло быть отключено, что Сатору и сделал в первую очередь – деактивировав «тлетворное касание», немного позже ещё подумает, стоит ли отключать ауру первого уровня – страх. В-третьих, насколько работа Назарика соответствует тому, что он помнил по игре. Вызов консоли не работал, но при помощи трона Момонга ощущал некую власть над всей гробницей и отчётливо осознавал, что может творить с его структурой всё, что душе угодно. На счёт свободного перемещения, то тут особенно помогало гильдейское кольцо. Отпустив горничных, Момонга отправился на шестой этаж к близнецам тёмным эльфам в их Колизей, чтобы проверить, как в реальности работает магия и не изменилось ли чего. Уже оттуда Сатору попробовал через сообщение связаться с Демиургом – главой всех стражей и велел ему позвать их на шестой этаж, для экстренного совещания. А пока томился в ожидании – тестировал свою магию… * * * Мир на поверхности казался странным. Они оказались посреди какого-то небольшого поселения, но местные не встревожены. На небе была глубокая ночь, а потому Себас отчасти ощущал облегчение и в то же время был насторожен. Вход в Великую Гробницу оказался рядом с каким-то домом, к которому мужчина решил подойти ближе и осмотреться. В непосредственной близости Тиан почувствовал применение магии, но у неё был какой-то неизвестный оттенок, да и излучаемая сила не казалась всесокрушающей. Определённо сравнивать её с мощью магии стражей или же Владыки поистине смехотворно. Наблюдая в окно за разворачивающейся трагедией, в которой некто пришёл и начал убивать сначала главу семьи, а затем погнался наверх за женщиной с ребёнком, Себас подпрыгнул наверх и бесшумно вцепился в стену, заглядывая в окно второго этажа. -Только не Гарри! Пожалуйста! – услышал дворецкий Назарика сквозь тонкую раму окна. -Отойди, мне нужен только он! – промолвил незваный гость в ответ. -Нет, умоляю, только не Гарри, - повторила рыжеволосая женщина. -Авада Кедавра, - после слов человека в чёрном облачении, с его тоненькой палочки сорвался зелёный луч магической энергии и умертвил женщину. «Должен ли я вмешиваться? Мне приказано не вступать в конфликт, но напротив, постараться наладить контакт. Это означает, что мне нельзя вмешиваться в чужие склоки, но…» - дальше Себас не стал размышлять и ворвался внутрь. Человек изумлёно обернулся и послал ещё одно не особо мощное магическое заклинание, которое Тиан заблокировал при помощи энергии «ки». Будучи мастером во владении этой силой, Себас без труда обезвредил менее сильного оппонента, но не убил. «Надеюсь, что Владыка простит мне эту вольность, но я…не мог поступить иначе» - подумал дворецкий, поднимая ребёнка на руки и, прежде чем малыш заплакал, усыпил его при помощи духовной силы «ки». Из дома находящегося в месте, которое позже стало известно жителям Назарика, как «Гордикова Лощина», исчезли две фигуры, а внутри остались только два мёртвых тела. * Войдя в Назарик, Себас прежде всего отдал монстрам-охранникам человека в чёрном облачении и велел отнести к Нейронисту на пятый этаж, и передать его слова о том, чтобы дознаватель установил барьер блокирующий магию выше шестидесятого уровня. С ребёнком на руках Тиан отправился на шестой этаж Великой Гробницы, где сейчас и проходило собрание всех стражей. Ему необходимо отчитаться перед Владыкой и смиренно принять наказание, если его своеволие было не к месту. Тем временем на шестом этаже Момонга дождался, пока явятся все стражи, и убедился в некоторых вещах. Каждый нип созданный не им теперь имел полную лояльность к нему, словно именно Сатору создал того. При этом никто не утратил своей индивидуальности, которую вложили их создатели, а также памяти о них. То есть Шелтон ссорился с Аурой, ведь их творцы тоже частенько конфликтовали по мелочам в реальной жизни. И это всколыхнуло не нужные печальные воспоминания, от которых он смог с лёгкостью отгородиться благодаря такому подарку как становление нежитью. Подобное чувство облегчения всё больше и больше соблазняло отбросить человеческое мышление и наслаждаться поистине новой жизнью. И Судзуки был близок к тому, чтобы перестать себя называть своим человеческим именем. Что до магии, то тут-таки нашлись кое-какие отличия от Иггдрасиль. Во-первых, весь призыв обрёл некое подобие свободы перемещения и свободы действий, если призыватель отдавал чёткие команды, что было продемонстрировано на вызванном Первородном Элементале Огня. Тварюшка вела себя немного не так как в игре, но в целом делала то, что приказывали, однако с новыми не характерными движениями. Во-вторых, магия контроля потеряла игровые условности и некоторые заклинания теперь имели перманентный эффект. Снять можно было очищающей магией жрецов соответствующего уровня или чтобы заклинатель сам отменил их. Также теперь по-другому работает его расовый навык «Чёрный Маркер». Раньше он влиял только на монстров, сводя их с ума, дабы они перебили друг друга, чтобы затем восстали как покорная ему некроморфная нежить, теперь мог медленно воздействовать и на разумных существ. Из-за того что Аура жаловалась на головную боль, Момонга отключил воздействие этого пассивного навыка, не желая, чтобы девочка сошла с ума и, или убила брата, или саму себя, только бы «стать единой». А в-третьих, он ещё точно не проверял возможности предметов мирового класса (ПМК), один из которых был алой сферой в его грудной клетке и собственно отвечал не только за то, чтобы спасти от неминуемой гибели один единственный раз с откатом на ближайшие сутки (последняя услуга, сработает эффективней, если будет призыв монстров, которые ещё и восстановят часть здоровья), но и теперь усиливала его расовые навыки. Как теперь работают другие предметы? Надо спросить у стража Заратоса, который при себе имеет меч «пожиратель душ» чрезвычайно опасный предмет мирового класса способный убить стоуровневого игрока за один удар, от копий даллахана за три удара по количеству копий. И то же самое узнать у Шэнкая, с его цепью «вечная ненависть», которая могла на время помутить рассудок стоуровневому игроку, заставляя сражаться на стороне обладателя цепи. В общем, впереди много работы, которая не только увлекательная, но и жизненно важная. Момонге до азарта это начало нравиться в какой-то степени, если бы так не огорчала мысль, что в этой версии игры есть «конец игры». Проверить бы этот факт, осталась ли механика воскрешения за золото или нет. Жертвовать кем-то из нпс? Хоть он и нежить, безразличная к судьбам живых, но только не в отношении творений своих друзей. Впрочем, можно проверить на низших монстрах, и если они будут именно что воскрешены, а не создана точно такая же фауна, тогда и на них подобное будет распространяться. Например, вездесущих кинжало-пауков, которых точно не жалко, как кого-нибудь из нипов его товарищей или собственных творений. Последними сюда явились трое сотворённых им стражей, посему можно было считать, что практически все в сборе, осталось дождаться возвращения Себаса и всем вместе послушать его отчёт о разведке. -Владыка Момонга, стражи всех этажей пришли на ваш зов. Просим, поведайте нам причину, по которой вы нас позвали, - промолвил за всех Демиург и преклонил колено. Все повторили за главой стражей этот жест, разве что Даркрай помедлил, не сразу припомнив, что может создать себе подобие ног из теневых придатков нижней части своего чёрного естества. -Дело в том, Демиург, что около часа назад, я почувствовал нечто неладное. Точно описать не могу, но я послал Себаса наружу для разведки. Если окажется, что мы больше не на болоте, а то и вовсе не в Иггрдасиле, тогда вам всем нужно привести свои этажи в повышенную,…нет сверхмеры боевую готовность. Я предчувствую, что скоро нам предстоит столкнуться с чем-то неизвестным. Чем-то, что может оказаться фатальным. Раньше бы я обсуждал это с товарищами, но теперь… - при словах о покинувших членах гильдии Айнз Оал Гоун, Момонга опять ощутил разъедающую душу печаль и только пассивный навык нежити уберёг того от излишней плаксивости, присущей всему живому. Определённо отчасти Судзуки сейчас ещё и винил их всех за то, что он теперь в одиночку вынужден разбираться со всеми проблемами. Будь Сатору физически человеком, то быстро бы сломался и захотел сбежать от навязанных трудностей. Но бытие нежитью позволяло морально выстоять и принимать взвешенные решения. -Владыка Момонга, другие Высшие Существа поступили эгоистично и не разумно, бросив вас – их лидера! Но мы - стражи Великой Гробницы Назарика, вас не покинем и готовы отдать свою жизнь! Да простят меня остальные стражи, но я бы высказал пару ласковых господину Ульберту и другим Высшим Существам, за этот трусливый побег! – гневно с ноткой фанатичности промолвил Демиург. -Не стоит, я также согласен с тем, что господину Перерончино необходимо вырвать пару перьев за столь неподобающее поведение, - высказался Шелтон, коварно усмехаясь. -Я.Также.Согласен.С.Тобой.Демиург, - лаконично озвучил свои мысли Коцит, гневно клацнув мандибулами. -Пожалуйста, только не бросайте нас так же, как госпожа Буку-буку Чагама, - резко попросил Марэ. -Эй, Марэ, ты, что такое говоришь!? – обеспокоено прошептала Аура, хотя было заметно, что юную эльфийку точно также беспокоила эта мысль, как и её брата. Всеобщий галдёж чуть не подхватили и трое стражей, которых создал Момонга, но едва Высший Лич поднял руку, как все утихли. -Признаю, мне тяжело было оставаться, когда остальные ушли. Но теперь прошлое не имеет значения. Великая Гробница Назарик всё ещё твердыня гильдии Айнз Оал Гоун! Я буду защищать её до конца! И ради того, чтобы вы не подвергали сомнениям мои слова, я даю клятву на имени гильдии, что никогда не покину вас и это место! Ибо я сам Айнз Оал Гоун! Вся гильдия будет в моём лице ЖИТЬ! Каждое его слово было наполнено твёрдостью и неким ликованием? О да, Момонга ликовал от того, что заново обрёл хотя бы тень того, что так любил. Пусть это лишь тень, но он даст ей новую форму и, заново будет жить ради гильдии в Новом Мире! -Слава Айнзу Оал Гоуну! Слава лидеру сорока Высших Существ! – единым хором промолвили все стражи, а затем произвели нечто вроде хлопков в ладоши, ибо у некоторых были не гуманоидные руки. Как раз под эти бурные аплодисменты его эмоциональной речи из портала вышел Себас. Что ж, пора продолжить собрание и определиться с планами после отчёта Тиана. В глаза сразу бросилась ноша на груди дворецкого. Благодаря тому, что он более не человек и не склонен рубить с плеча, только поэтому Момонга сдержано спросил. -Себас, что это такое? Объяснись, перед всеми нами, - повелел Айнз.

***

***

***

Немного справочной информации и в целом от автора слово В момент перемещения волей гм автора точнее той силы, что перенесла Айнза, произошли следующие изменения: 1. Уровень новой расы – Чёрный Маркер 15 уровня. И новый класс – Повелитель Некроморфов – 10 уровня. В сумме Момонга 125 уровня и главное в памяти есть знания об этом, как и спокойное отношение, словно он сам это выбрал и качался в этом направлении. 2. Кости Момонги полностью чёрные и украшены алыми рунами. 3. В памяти Сатору будет сидеть цепь неприятных воспоминаний, из-за которых тот возненавидел человечество, а потому становление нежитью для него благо, и желание истребить всё сущее будет естественным. 4. Стражи стали лояльны к Момонге так, словно тот их создатель, ибо привязка перешла с «умерших» на него. 5. Изменён каноничный состав стражей на: Глава стражей – Демиург (Альбедо нет вовсе). Шэлтон Бладфолен (а не Шалтир) Вместо Актёра Пандоры – даллахан Заратос (без стихов) Также Момонга создал ещё одного огненного призрака – Шэнкай, а также тёмную сущность – Даркрай (да простят меня читающие, недавно был всплеск любовь к фандому Покемон, но как видите по стилю моих работ, «детский» фандом был сильно искорёжен мною и осквернён злом). Также нет Виктима (его место занял Даркрай на восьмом этаже, а два буйных призрака сидят в сокровищнице вместо Актёра Пандоры). Вроде пока всё. Новая информация будет сюда добавляться по мере необходимости и новых придумок автора. Если всё не загнётся на двух-трёх главах или вовсе не скатиться в быстро законченную историю, как было с фанфиком про Гарри-Дементора. Ссылка на эту работу: https://ficbook.net/readfic/8162517 *шепотом* а ведь может...