Ты не такой уж и холодный...

Алый диск скатился вниз по розовой вате, и на небе воцарил месяц. Наши герои не решились передвигаться в темное время суток и заночевали в небольшой квартирке пятиэтажки. Как же сладко спал федерация. Это пленяло Совета и тот, словно завороженный, поглаживал сына по спине. Впервые за долгое время он чувствовал себя спокойно и так радостно. Эти нежные, пухленькие губки, слегка румяные щеки и тихое дыхание. Как бы хотелось, чтобы это длилось вечность. Союз, смотря на своего сына, даже и не отрицал, что поуши влюблен в него. Будучи уже мертвым, он все же испытывал угрызения совести за это, но не мог устоять перед таким котиком…        Он нежно, незаметно целовал спящего Роса в лоб, щеки, нос. Докасался губами до шеи и плеч. Такие прилюдия приводили холодное тело в состояние экстаза, казалось, что остаток сердца стал отмерять удары, а на щеках вновь горел румянец. Как жаль, что это лишь ощущение. На яву он все тот же труп. Отец хотел дарить ласку и тепло своему приемнику. Хотел проводить пальцами по его торсу и ощущать его жар. Да, такие мысли и правда заводили Совка, но остановиться он уже не мог.        Сколько времени он нежил своего сынка поцелуями? Не известно. Может час, а может больше, только наконец-то он заметил, что Россия больше не спит так спокойно… Его что-то тревожит? Кошмары? Или что-то болит?! Болит… Союз вспомнил о странных бинтах на плече, которых еще день-два назад не было. Интерес, беспокойство и какой-то страх за свое чадо нахлынули на него. Как можно аккуратнее своими костлявыми пальцами Союз снял бинты. Подсохшая кровь и относительно свежий… Укус?! Нет-нет-нет! «Он скрывал это от меня?! Боже, а если он заразиться?! Нет! Почему я раньше не увидел?!» — паника нахлынула на Совка. Что может быть хуже? Если Россия превратиться в зомби — он врядле обретет разум и… Просто на просто погибнет! Такие мысли изводили отца. Через пол часа, отчаявшись, союз стал придумывать отговорки по типу: «может его пес укусил?» — но он прекрасно понимал, что укус был оставлен челестью человека. Да, эту челюсть он бы сейчас с радостью вырвал и засунул куда подальше в зад обидчика сына. Злость переполняла труп, а позже пришло понимание того, что если они не доберутся до лаборатории как можно раньше, черт знает, что случится с Рашей.

***

Недожидаясь глубокого утра, СССР разбудил россию сразу, как появился намек на солнечный свет. РФ был сонный и, еле жуя яблоко, слушал крики отца, о том что тот должен был сразу рассказать о укусе.        — не переживай, отец, я промыл и обеззаразил рану, — зевая мямлил Раша- так что все нормально… Яд не успел впитаться — идиот! Почему не позвал меня?! Почему я узнал об этом сам, а не ты рассказал?! — он был зол, хотя Рос знал, что отец просто волнуется. — я не хотел волновать тебя по пустякам. Ты и так… Не в форме…- федирация виновато смотрел в пол.        Союз было хотел продолжить спор, но увидев эту виноватую мордашку моментально сдался. «Прощаю, но впредь рассказывай мне обо всем!» — с такими словами Совет отвернулся от столь прекрасного зрелища.

***

На улице дико жарко. В обед солнце жарило так, будто хотело позавтракать свеже жареным мяском или хотя бы гнилью. Опираясь на карту, что союз нашел в квартире, они «крались» по теньку до лаборатории. Идти оставалось около 3-4 часов. Боль России не унималась и становилась все сильнее, хоть он всем видом и пытался это скрыть. Снова зомби, снова кровь, кишки и мясо, снова города, поселки, грязь, пыль… Как это уже остачертело! Но на радость Союзу и РФ они впервые наткнулись на бар. Союз хотел пройти мимо, но окончательно заебавшийся Рос уговорил заскочить хоть не на долго. Если бы знал Союз, каким алкоголиком вырос его сынок — отпиздил по самое не балуй.

***

Рюмка за рюмкой с перерывами на кусочек сыра, что Раша нашел в холодильнике на кухне, и бутылка улетела. Союзу пить не было смысла — все вылелось бы через дыру в животе, что за последние пол часа стала ему ненавистной. — папочка~, а ты знаешь, как я по тебе скучал?..- начал новый разговор уже пьяный русский. — знаю… Боже, не стоило тебе давать выпить столько…- союза больше волновало состояние Роса, нежели слова — папочка, я люблю тебя- на удивленый взгляд союза алкаш лишь приблизился к отцу и прикрыл глаза, ожидая действий со стороны альфы. — что ты творишь? Это не правильно! — нехотя, больше из-за отцовского долга, возмущался Совок. — да что ты говори-и-ишь… -на лице парня появилась злая, хитрая улыбка- я же чувствовал вчера твои ласки~ ты меня так возбуждал…