Please, stop

После того "разговора" Бакуго начал полностью игнорировать мое существование. Даже его привычные угрозы в мою сторону сошли на нет. Если мы шли в одну сторону в академии, то он резко менял направление. Когда я смотрел на него, он морщил лицо и отворачивался. Если нас ставили в пару, то он немедленно менялся с кем-нибудь. В классе он пересел от меня в другой конец на следующий же день. А еще он стал еще более нелюдимым, чем был. Ребята из нашего класса заметили изменения в его поведении, но списали на переменчивый характер. Они ждали, что он вот-вот взорвется. А я ждал, что он хоть что-то скажет мне, потому что сам я пытался первое время его поймать. Но он держался на максимальном расстоянии от меня, а еще он умело прятался. Я чувствовал эту огромную стену, что стояла между нами. Мне хотелось сломать её, но я знал, что на обратной стороне никто не обрадуется моему появлению. Так пролетали дни. Бакуго был в стороне от всех, но если ребятам было дозволено еще как-то контактировать с ним, то меня он просто "не видел". Видимо, ему было так проще. Пропасть, которая начала расти еще с самого детства, сейчас выросла до таких размеров, что её уже ничего не поможет сократить. Самым комичным в этой ситуации было то, что я стал словно живой статуей. Первое время мне было больно, но я как будто привык к такому обращению, поэтому внешне старался никак не проявлять своё внутреннее состояние. Со временем я перестал слышать своё внутренне "Я", поэтому вроде как смирился с положением дел. Жаль только, что у судьбы были свои планы на нас. Последняя неделя учебы перед каникулами выдалась жаркой. Только вот в один из таких сухих дней небо резко почернело. Мы все надеялись, что дождь начнется ночью. Но он пошел как раз после последнего урока. Не знаю почему, но именно в этот день зонтик был при мне. Когда я вышел, большая часть учеников уже успела покинуть здание. Я успел только сделать несколько шагов на встречу ливню, как меня окликнули. - Эй, Деку, стой, - его голос был таким надменным и властным. - Я пойду с тобой, но не делай ничего странного, понял? - я не успел ничего ответить, Каачан уже был со мной под зонтом. - Шевелись или ты собрался тут до ночи стоять?! - зло рыкнул он на меня. Бакуго ткнул меня в бок и пошел вперед. Мне не осталось ничего, как подчиниться. Мы шли в полной тишине, нарушаемой лишь звуками капель, попадающих по зонту. Каачан немного вырос за то время, что мы не общались, если можно было назвать события до этого общением. Поэтому сейчас я слегка касался его плеча своей головой. Когда мы дошли до общежития, он обронил лишь несколько слов в мою сторону, но они крепко засели у меня в голове и даже заставили переехать в другой город после выпуска. - Знаешь, я так долго думал над тем, что ты про меня писал, долбаный Деку, что понял, что ты просто ненормальный. Даже причуда у тебя аномальная. И весь ты аномальный. Я рад только тому, что уже скоро перестану видеть твою бесячую рожу и улыбку во все тридцать два. Так раздражает то, что все в тебе души не чают. Интересно, а что бы они сказали, если бы знали, что ты у нас по мальчикам, а? - усмехнулся он и быстро зашел внутрь. А я остался снаружи полностью опустошенным. В тот момент Каачан оттолкнул меня со всей силы. Показал свое истинное отношение. Вернувшись домой, я заперся у себя в комнате и не выходил несколько дней. Мне не хотелось ни с кем разговаривать и никого видеть, поэтому я притворился больным. Делал вид, что ем еду, которую мне приносят и добросовестно пью лекарства. После того разговора мне перестали сниться хорошие сны, они заменились кошмарами, где Каачан пытается оторвать от меня руку или ногу. При этом он всё время называет меня мерзким и жалким. После таких сновидений я хочу одного: выблевать все свои внутренности, чтобы чувства, что сидят во мне, вышли вместе с ними. К сожалению, этого не происходило. Бакуго продолжал меня игнорировать, а я устроил себе кладбище из нашего с ним "могло бы". Удивительно, как быстро человек может привыкнуть к чему-либо. Стоит только жизни его хорошенько потрясти, как он начинает приспосабливаться. Я вот научился жить с гниющим чувством внутри и холодом. Это просто проникло внутрь меня, и ничего уже не могло отогреть.