Потерпи

Намджун просиживал в офисе уже десятый час. Работы в последнее время накопилось очень много в связи с новыми партнерами, заручившись поддержкой которых, можно не слабо приумножить капитал собственного бизнеса. Кажется, деньги играют чуть ли не самую главную роль в жизни современного человека. Все вокруг можно решить пачкой купюр, и Джун это прекрасно понимает. Посидишь несколько дополнительных часов над разработкой плана — сделаешь приятный сюрприз в виде надбавки к зарплате своим подчиненным. Своих людей учтивый босс Ким Намджун никогда не обижал, говоря самому себе —  «все же люди». И вот, глаза уже слипались, мозг предпочитал подумать о чем угодно, только не о делах, а навязчивое решение проблемы летало в воздухе.   Концентрация — залог успеха, секс — двигатель прогресса. Мелодия телефона сбила взрослому альфе весь настрой.  — Да, — прозвучало холодное приветствие.  — Джун—и, — на другом конце томно протянули его имя. Этот сладкий голосок Ким Намджун узнает и на том свете. Ким Сокджин, очень красивый омега и по совместительству муж Джуна, страдал от недостатка внимания в последнее время от своего альфы в связи с загруженностью того на работе. Он так соскучился по своему любимому, что уже не знал, куда себя деть. Эти несколько дней он получал максимум поцелуй в губы утром и фразу «до вечера, родной, мне нужно бежать». Лет пять назад, когда они только поженились, они проводили процентов семьдесят своей жизни в кровати, занимаясь сексом каждый день и не раз. Как только Джун-и стал подниматься выше по карьерной лестнице, основал свой бизнес и полностью погрузился в дела, Джину стало казаться, что он отошёл уже на второй план. Бешеная искра между ними стала немного угасать, занятия любовью сократились до двух-трёх раз в неделю. Сокджин понимал загруженность мужа на работе, не лез с чрезмерными капризами и радовался тому, что ему не нужно работать. Но сейчас у его мужа отношения со своей фирмой, а не с законным супругом.  — Что, солнышко? Я буду дома не раньше чем через пару часов. Ложись сегодня без меня, прости, — с ноткой грусти и разочарования выдавил из себя альфа, сам понимая, как соскучился за любовью всей своей жизни.  — Знаешь, котик, мне так жарко сейчас, — у Джуна округлились глаза, и он понял, что течка у Джина началась сегодня. Его голос стал более низким и с хрипотцой, что говорило о возбуждении его пары. Альфа сглотнул и понизил степень затяжки галстука.   — Я лежу на нашей кровати и глажу себя, но этого так мало. Мне не хватает твоего тепла, твоего жаркого дыхания и твоих губ. Хах. я хочу твой член, милый, мне так хочется ощутить его в себе. Эта игра принимала новые обороты, альфа чувствовал возбуждение и прилив крови на уровне ниже пояса. В кабинете становилось заметно жарко, последние мысли о работе испарились на несколько дней точно.  — Я так хочу, чтобы ты поставил меня в любую позу и вставил как можно глубже. Я хочу почувствовать всего тебя, милый. Моя дырочка истекает, одних пальцев так мало. Я мечтаю, чтобы ты отодрал меня, как последнюю грязную суку, — омега на том конце уже ныл от возбуждения и ожидания.  — Дай мне десять минут, чтобы приехать домой. Не больше десяти и сделаю все, что ты захочешь, — Джун уже не мог думать ни о чем, кроме как о Джине, лежащем в самой непристойной позе и молящем о большем.  — Это так долго, милый. Мое тело ломит и болит. Особенно мой член, но я не прикоснусь к нему, потому что знаю, как ты не любишь, когда я сам себя удовлетворяю. Я облизываю три пальца и ввожу их в себя так медленно, но мне хочется большого члена в попке.  — Я буду через пять минут, потерпи, я еду, — какие глупые слова для омеги, который сейчас готов на любые блядские вещи, которые с ним будут происходить. — Я держусь руками за спинку нашей кровати и двигаюсь в такт тому, как ты трахаешь меня. вперёд — взад, как будто ты сзади, Джун-и.  — Пару минут и, я трахну тебя так, что ты не сможешь стоять на ногах, — машина неслась по городу, превышая все ограничения. — Успеешь ли? Я заказал нам пиццу, курьер будет с минуты на минуту. тут уж кто быстрее, — омега знает на что давить. — Убью, только пусть подышит рядом, переломаю все кости, — рычал альфа в трубку. — Здесь так жарко в спальне, я весь мокрый везде. Ты знаешь, как я люблю твой член? Я оближу головку, как самую вкусную в мире карамельку. Я буду заглатывать его, он такой вкусный. , — Намджун подъехал к дому, перехватил коробки у курьера и судорожно поднимался на нужный этаж. Ему казалось, что с каждой секундой запах течного омеги обволакивает его с ног до головы. Как же сильно он любит Джина, никто никогда не поймёт. Дверь захлопнулась и закрылась на ключ. Свет горел только в коридоре и из-под полумрака вышел заплаканный от желания омега. Если бы была возможность, Намджун заказал бы несколько картин, на которых был бы изображён его сладкий муж в том виде, что он предстал сейчас. Но этого никогда не случится, потому что альфа убьёт любого, кто увидит его омегу в таком состоянии. Темные волосы взъерошены и растрепаны. Глаза чуть приоткрыты, а губы искусаны до крови и опухли. На лице только одно — секс. На теле — расстегнутая рубашка Джуна. По худеньким бёдрам стекают капли смазки, которые тотчас хочется слизнуть. Джин по-кошачьи подходит к альфе, хватает его за член сквозь ткань брюк. — Я скучал, — прошептал омега. — По мне? Или по моему члену? — По вам обоим, — альфа впился губами в губы омеги. Началось соревнование на право быть главным. Они сплетались языками, периодически покусывая друг друга. Джун подхватил мужа за его очаровательную попку и понёс в сторону спальни.