Чёртовы Поттеры

      В Годриковой впадине сегодня было ветрено. Ветрено и дождливо. Мерзкое сочетание, не правда ли? Хотя день был в разгаре, казалось, что уже смеркается, тучи закрыли солнце, не позволяя лучам осветить деревню.       Сириус Блэк неспешно припарковал на заднем дворе Поттеров свой горячо-любимый чёрный матовый мотоцикл, на боку которого был изображён какой-то бешеный рисунок.       В доме Джеймса и Лили призывно горел свет почти в каждом окне, в кухне промелькнула чья-то тень, и Сириус, достав очередную игрушку из кармана, на который было наложено заклятие Незримого расширения, постучал в белую дверь.       Ему никто не ответил. Чуть нахмурившись, Сириус настойчиво и громко стукнул пару раз по двери. Острый, благодаря анимагии слух Бродяги, услышал топот ног. Так спускается только Джеймс. Как будто на копытах, честное слово. — Это Бродяга, господин Мародёр приветствует господина Сохатого! — громко прокричал Сириус, когда хозяин дома стоял у двери, судя по всему, держа в руке палочку. — Привет, Бродяга! — Джеймс тут же открыл дверь и, крепко пожав руку другу, пропустил того в дом. — Вовремя ты зашёл! Поможешь?.. — Я уже боюсь, Поттер, что там? — с опаской спросил Сириус. — Лили уходит на весь день, а мне сидеть с Гарри! — с ужасом пролепетал Джеймс, отчего Сириус едва не расхохотался. — Ты боишься ребёнка, а, Сохатый? — хмыкнул Блэк. — Недооцениваешь ты врага, Бродяга, — Джеймс хлопнул себя ладонью по лбу и сокрушенно покачал головой. — Гарри — твой враг? — фыркнул от смеха Сириус. — А где мой любимый крестник? — радостно воскликнул он, стоило ему зайти в гостиную, где в гордом одиночестве на мягком ковре сидел Гарри и, агукая, что-то… ломал. — Мерлиновы подштанники… — простонал Джеймс. — Гарри! — воскликнул он, забрав какую-то пластмассовую «штуковину», как это окрестил Блэк. — Репаро! — Лили уже ушла? — спросил Сириус, потрепав Гарри по вихрастой макушке. — Собирается, — вздохнул Джеймс и махнул рукой на лестницу. — Она идёт к Алисе, у них там ремонт или что-то вроде того, она попросила Лили помочь, зная, что Лил хорошо разбирается в этом деле.       Сириус, стянув мокрую кожаную куртку и, откинув ее на спинку кресла, сел на красный ворсистый ковёр и прислонился спиной к дивану. — На диване сидеть — слишком просто, да? — с философским видом спросил он и чуть покивал, глядя на Гарри, который сидел рядом. — Гу-у-у… — пролепетал Гарри и, звонко хохоча, провёл машинку по аристократичному лицу крестного. — Что один Поттер, что второй… — невнятно пробурчал Сириус, не понимая, как Гарри счёл его лицо подходящим для шоссе. — Слушай, дружище, может будем на чём-нибудь другом машинки катать? А то у нас дорога какая-то вся неровная, в дырках как в России, ещё и двигается… — НЕТЬ! — закричал маленький Поттер и, сжав губы, начал плеваться, водя машинкой по бедному скривившемуся Блэку. — Джеймс!!! — Сириус начал дергаться, протягивая руку к бессовестно ржущему другу. — Вот что ты ржешь, а?! Твой сын — садист! — Ну что ты? Он же лапочка! — просюсюкал Джеймс и, глянув на чуть покрасневшее лицо друга, снова рассмеялся.       По лестнице спустилась Лили, которая, узрев картину, чуть приподняла брови и усмехнулась. — Привет, Бродяга! С каких пор ты подрабатываешь дорогой? — сказала она, поцеловала Блэка в щеку, из-за чего на неё едва не наехала машинка сына. — Привет, Лил. Сам не понимаю, как так случилось. Сейчас тёмные времена, подрабатываю, как могу! — прошипел Сириус и попытался шутливо укусить руку крестника. — Гарри!       Но Гарри его не слышал. Что-то бубня под нос, он тыкнул Сириусу в щеку фигурку оленя. Игрушечные рога едва не кольнули Блэку по глазу. — Так, всё, ну вас! — воскликнул он, вскочив. — Нет! — предупреждающе произнёс он, наткнувшись на зеленые глаза Гарри. — Нет, Гарри! Я должен делать щенячьи глазки, а не ты! Ну хватит хныкать, Поттер! Олень маленький. Вот что ты ревешь? Лечь?       С мученическим видом Сириус лёг, послав уничтожительный взгляд на веселых родителей малыша. — Чёртовы Поттеры… — проворчал он, когда маленькая рука крестника вновь провела машину по его лбу.