Близость

С Ло Бинхэ очень приятно обниматься: она большая, теплая и мягкая, прямо как плюшевый мишка. Правда у мишки есть клыки, но это тоже неплохо. Клычки эти совсем небольшие, по ним приятно проводить языком при поцелуе. А ещё Бинхэ любит кусаться, оставляя следы, которые проходят довольно быстро, хвала регенерации заклинателей, но вот отметины от клыков остаются на весь день, смущая. И целоваться ей тоже нравится до безумия. Им обеим нравится, на самом деле. У Бинхэ невероятно нежные губы, очень умелые. А язык-то какой ловкий, только диву даёшься, когда она демонстрирует, что им может. Где эта паразитка такому научилась, Шэнь Цинцю могла только догадываться, а спросив однажды напрямую, получила честный, но очень расплывчатый ответ про какую-то познавательную литературу, которую потом ей предложили почитать вместе. Получив вежливый, но решительный отказ, Ло Бинхэ не расстроилась, а продемонстрировала изученное на практике. У Шэнь Цинцю потом ноги дрожали весь день. Вот и сейчас Шэнь Цинцю сидит на бедрах Ло Бинхэ, обнимая ту руками за шею, а ногами – за талию. Шея же самой Шэнь Цинцю подвергается атаке наглой девицы с огромными глазами, которые могут становиться ещё больше и наполняться слезами за считанные мгновения. Когда Бинхэ переходит в этот режим, отказать ей становится совершенно невозможно. Шэнь Цинцю не выдерживает и тихонько скулит: Бинхэ одновременно кусается и чувствительно проводит костяшками пальцев по ребрам этой бедной старушки, и это до странного приятно. Ло Бинхэ чуть отстраняется и всматривается в лицо Шэнь Цинцю, которая закусывает губы так, что они белеют. Девушка улыбается и принимается стаскивать с заклинательницы платье, да так рьяно, что почти рвет его. Нижние одежды тонкие, полупрозрачные, от изучающе-хищного взгляда не спасают. Тело оригинальной Шэнь Цинцю больше похоже на хлыст: она высокая, очень худая, по-юношески угловатая. Поначалу это смущало, но Ло Бинхэ, смотрящая на нее в полном восхищении, быстро стирала чужую неуверенность. Сама же Ло Бинхэ прекрасна: превосходна, что в одежде, что без неё. Так хороша, что руки Шэнь Цинцю сами тянутся, пробегают по плечам, поглаживают шею, вытаскивают заколку из волос, позволяя им рассыпаться по плечам и скрыть силуэт Ло Бинхэ, словно пологом. У Ло Бинхэ невероятно сильные руки, она без особого труда может ломать кости, но также руки её могут быть удивительно нежными. Особенно, когда она поглаживает ими бедра Шэнь Цинцю, поднимается выше, по бокам, по животу, по груди, заключает в объятия. Целует так, что кажется, сейчас искры посыпятся, так от этого жарко. Ло Бинхэ разрывает поцелуй, любуется, как тяжело дышит Шэнь Цинцю, на достигнутом не останавливается, спускается ниже, к уже и так измученной шее, груди... Поцелуи её горячие и влажные, с ними сбитое дыхание восстановить невозможно. Нахальная девчонка знает, что делает с остатками хрупкого самообладания Шэнь Цинцю и совершенно довольна этим. Она опрокидывает наставницу на спину, сама же устраивается между её бедрами. Шэнь Цинцю не знает, от чего плавится сильнее: от чужого обжигающего взгляда или от не менее жаркого прикосновения пальцев. От особо удачного движения она выгибается дугой, разводя ноги ещё шире, подаваясь вперёд. Ло Бинхэ смотрит на открывшуюся ей картину с нескрываемым трепетом и обожанием. Шэнь Цинцю пунцово-красная и от охватывающего её жара, и от смущения, что, кажется, до конца не пройдет никогда. Она уже давно не может нормально дышать, только тихо всхлипывает, хватается руками за Ло Бинхэ, притягивает её ближе к себе. Целует, находит языком чужие клыки, может себе позволить. Она снова выгибается, уже от разрядки. Опадает, подрагивая от удовольствия, Ло Бинхэ из объятий не выпуская и поцелуя не разрывая. Шэнь Цинцю довольно улыбается, отстраняясь от Ло Бинхэ. Есть всё-таки в близости с любимым человеком что-то несравненно прекрасное.