Дачные страсти: Эпизод 1. Май, или Здравствуй, дача!

Было темно, сыро и зябко. Под ногами хлюпала вода. В воздухе витал неприятный запах. - Мы в дворцовой канализации, - Калеб схватил за руку Тарани, собиравшуюся было щёлкнуть пальцами. - Не зажигай огня: нас могут заметить. Проводник прекрасно видит и в темноте. Он нас выведет. - Зато я не вижу! - прогнусавила Ирма, зажав нос. - Не бойся, аммиак не огнеопасен. Кажется. - Ей сегодня с этим везёт как никогда, - хихикнув, сообщила Хай Лин, рискуя получить от подруги. - Тссс! - Калеб на фоне мерцающего лазурью портала знаком попросил её замолчать. - Вперёд! Но не успели Стражницы сделать и пару шагов... - А вот чисто из научного любопытства... Здесь что-нибудь водится? Ну, в смысле такое, хищное... - Ты имеешь в виду - кроме Проводника и трёхметровых змей? - ААА! Меня что-то схватило за ногу!!! - Что?! - Где?! - Бланк бояться! Бланк очень бояться! - Вот тебе, вот!!! - раздался глухой звук ударов и какое-то странное шлёпанье. - Получай, зараза!.. Надо же - не отцепляется ещё! - Ой-ой-ой! - Чё ты ойкаешь! Авось не сожрёт!.. Пустите меня, я попробую! - Слышь, только давай целься лучше, а не как в прошлый раз - прямо мне по копыту! - Ну и как? - Кажись, уже не шевелится... - А чё это ваще было? - Холодное... Фу! - И мокрое. - Дура, это ж простыни!!! - ...Да-а, в таком виде они уже точно не нужны моей маме. - Ну что там у вас?! - Калеб растолкал девчонок и выпучился на Ирму, нога которой так невовремя "обнаружила" Проводницкий "схрон". Ирма выпучилась в ответ. - Понабросали дряни! - она в отчаянном дёрганьи сбросила склизкую ткань с ноги. - Из-за тебя все кроссовки устряпали! Что я теперь скажу родителям?! - Не волнуйся, нас и так прекрасно сдадут, - Корнелия взглядом поискала, обо что бы ей вытереть руки. - Да кому там сдавать! - Ирма отстранилась с видом "Только не о меня!" - А "мартышка"?! В катакомбах зависла нехорошая тишина. - Скажете, что ходили гулять и упали в лужу. Все впятером... Если мы вообще отсюда выберемся, - глава повстанцев весьма "обнадёживающе" взял инициативу в свои руки. - Идём! Живей! Остальным не нашлось, что ответить. Стражницы двинулась следом под "аккомпанемент" живота пропустившей ужин Ирмы, громко "жалующегося" на жизнь. Сама обладательница "разговорчивого пуза", оправившись от недавнего происшествия с тряпкой, мужественно топала за всеми, размышляя о том, что, на их всеобщее счастье, на дачу, вместо её младшего брата Криса, которого в этот раз так и не смогли оторвать от компьютерных игр, с комфортом поехал Наполеон (очевидно, предполагалось, что от кота там будет больше пользы). Иначе вообще стало бы туши свет! Процессия "юных диверсантов" миновала несколько десятков метров, держась за стену, и завернула за угол. Темнота понемногу стала рассеиваться. Бланк вывел к решётке канализационного стока в подвальных каземетах. Калеб прислушался. Вокруг было спокойно. "Партизан" осторожно вынул расшатанный прут и помог девочкам выбраться наверх. Блуждая по хитросплетениям коридоров, они пару раз чуть было не наткнулись на стражу, дозором обходившую покои замка. Наконец, Проводник остановился у какой-то низенькой створки, обитой железом. - Воображаю, - приглушённым шёпотом язвила Ирма, пока Корнелия возилась с замком, используя магию, - сейчас она распахнётся - и принц Фобос встретит нас с растпростёртыми объятьями! Хотя, судя по обшарпанности помещений, принца на этот ярус можно было загнать разве что пинками. - Всё, - Повелительница Земли отошла от двери. Калеб нажал плечом и "семеро смелых" ворвались внутрь. Это была небольшая, плохо освещённая комнтака без окон - чулан, с низковатым потолком и каменным полом. В переднем углу лежал ворох соломы, тряпьё, какие-то странные приспособления. Напротив, у стены стояли алебарды. В книгах, валявшихся тут же, Корнелия, к своему вящему ужасу, опознала библиотечный многотомник сочинений Ильича, порядком уже потрёпанный. Калеб присел и с виноватым видом принялся запихивать фолианты в поднятый рядом мешок. - Надо смываться отсюда, и чем быстрее, тем лучше, - Вилл огляделась по сторонам. - Напрасно торопитесь, Стражницы! - прошипел у неё за спиной знакомый голос. - Вы настолько редко у нас бываете, что было бы просто невежливо отпустить вас не попрощавшись! Чародейки вздрогнули и обернулись. Бланк тут же полез в мешок, маскируясь под книги. Калеб вскочил на ноги, а Ирма схватилась за алебарду. - А ну пш-ш-ш-ол отсюда! - выкрикнула она, замахнувшись лезвием наперевес. Наг, так некстати появившийся в дверях, покачал хвостом. Из его груди вырвалось глухое утробное рычание. - Я вижу, вам неймётся, Стражницы! - оскалился он. - Значит, будем разговаривать по-другому... *** Был тихий майский вечер. Солнце уже начинало садиться и, ласкаясь, нежило землю. Местный сторож дядя Ваня вышел на лавочку за домом, чтобы погреться в его уходящих лучах, помыслить о своём. Осторожно достав из-за пазухи бутылку, он положил карамельку в обросший щетиной рот, хлебнул и довольно крякнул. Изба стояла на взгорье. Внизу лениво расстилалась река, виднелись притулившиеся к ней коровники и сараюшки... Вдруг двери одной из бань распахнулись, выпустив огромный клуб пара, и из них с громкими криками выбежало двенадцать голых мужиков, хорошенько поддатых, что виделось по их "спринту". За ними семенил пацан в плаще и сапогах, с тяжеленным мешком за плечами. Потом выкатились пять не совсем пристойно одетых девиц. И только когда из дверей, начисто их снеся, показалась огромная зелёная страховидла, дядя Ваня понял, что пить ему уже хватит. Вся "компания" вскарабкалась по угору и скрылась в ближайшем березнячке. *** Поздним вечером к воротам хейловской дачи подкатила "скорая". Из неё неспешно вылезли два дюжих санитара. Корнелия и остальные расправляли постели, Ирма уже посапывала в обе дырки, устав от дневных переживаний, когда барабанная дробь в пару кулаков раздалась со стороны входной двери. Дремотное состояние девчонок мгновенно улетучилось. Ирма забилась под одеяло. - Это Седрик! - донеслось из-под подушки, куда она затолкала голову. - Стопудово... Вот настырная змеюка! Мы же от него убежали. Вместе с "партизаном" и мужиками... А как он узнал, где мы живём? Значит, выследил. - Так мы же его сами подвозили! - Может быть, сделаем вид, что нас ещё нет дома? - Поздно! Мама пошла открывать! - Одну минуточку! - Элизабет Хейл, накинув лёгкий халат, спускалась из лоджии. - Кто там? - однако, рассмотрев в окно машину с красным крестом, не переспрашивая, взялась за ручку. Щёлкнул замок, и дверь распахнулась. На пороге стояли санитары. Из-за их широких спин робко выглядывала баба Настя. - А-а... мы вас не вызывали. - Мы сами пришли, - буркнул один медбрат. - Где ваш этот... "Наполеон"? "Мадам" Хейл поняла, что спорить здесь бесполезно. - Д-дома, кажется... Корнелия, сходи за Наполеоном, - крикнула она в залу. - А вообще я не понимаю, по какому поводу? У нас все прививки поставлены, документы имеются... А если вы насчет рыбы, которую у соседей украли, то это не наш. Наш и рыбу-то толком не ест... Тут на веранде появилась Неля, держа под передние лапы заспанного кота. - Это вы кого нам притащили? - Наполеона! - Кота?! - Кота!.. Родословную показать?! Теперь пришла очередь опешить санитарам. - А нам кота не надо... Бабушка, Вы разве на крыше кота видели? - Какого кота! - старушка в отчаяньи постучала себя по голове. - Говорю - чулавека! Видать, следом полез!.. Сарай - ихний, значит и Палеон - ихний! "Мадам" Хейл рассвирипела. - Ну, вы меня за полную-то дуру не считайте в три часа ночи! Мне ещё только этого не хватало: за каждой кошкой по крышам скакать! Для абсолютного счастья!.. Да у нас, если хотите знать, даже антенна у телевизора напольная! Ситуацию, конечно, мог прояснить Гарольд Хейл или Калеб, вконец "испиленный" по возвращению в дом своей "боевой подругой" за книги. Однако за ними никто послать не догадался. "Работник Минздрава" лениво поскрёб в затылке. - Ну, что, Петро - оформляй ложный вызов, - сказал он. - Да какой ложный! - напустилась на них бабуся. - Вам лишь бы балду гонять да казённую соляру жечь! А я своими глазами видала! Стоит, значит, Палеон на крыше, как живой, - в сапогах, с треуголкой. А плащ на нём развеватца, развеватца... Санитары переглянулись - и под белы рученьки повели бабушку к машине. А на посёлок опустилась тихая майская ночь.