Оставишь меня себе, Том?

      Драко, задумавшись о чем-то, смотрел на макушку Поттера. Если бы ему пару дней назад сказали, что он будет помогать гриффиндурку, то он отправил бы этого человека в Мунго. Однако сейчас эта ситуация не казалась такой абсурдной, хотя он всё ещё не мог в это поверить.       Сегодня Гарри выглядел точно так, как и во все остальные дни; только вид его был более живой что ли: всë время смотрел в одну точку, кажется, размышляя, и писал что-то в свой чёрный кожаный блокнот. Профессора иногда дергали его и задавали разные странные вопросы по лекции, но Гарри совершенно бессовестно говорил, что не знает, и даже не поднимал глаза от своего блокнота.       Когда закончилась очередная нудная лекция по истории магии, на которой даже Гермиона чуть не уснула, все студенты тут же быстро испарились из кабинета. Гарри был одним из первых. Гермиона и Рон так же быстро собрались и последовали за парнем, в последний момент успевая перехватить его.       — Гарри, да постой же ты! — крикнула Гермиона, понимая, что ничего больше его не остановит.       Тот остановился, быстро спрятал свою блокнот под мантию и развернулся, встречаясь глазами с обеспокоенным взглядом Гермионы. Внутри всё сжалось, когда он вспомнил сон, где она громко с болью кричала, когда на еë глазах пытали еë родителей. Гарри дёрнулся и сделал шаг назад.       — Что такое, Гермиона? — тихо спросил он, стараясь не встречаться больше глазами ни с ней, ни с Роном.       — Что происходит, Гарри? — девушка сделала шаг вперёд, потянулась к его плечу, но Гарри резко отошёл от них и безразлично посмотрел на протягиваемую руку.       — Это вас не касается.       — Дружище, что случилось? — спросил Рон, пытаясь приобнять Гарри за плечи, отчего последнего передернуло.       — Ты не разговариваешь с нами, не появляешься на лекциях, даже не играешь в квиддич! Может, это все хорек и его змеи? Они тебе что-то подмешали?       Рон усмехнулся, оценив свою шутку, а Гарри лишь кинул на него косой взгляд, махнул рукой и скрылся за углом, кинув на последок:       — Это явно не ваше дело, — с невозможной холодностью медленно развернулся и направился прочь.       Как только он отошёл на безопасное расстояние, Гарри выдохнул и медленно осел по стене, чувствуя как ноги подрагивают. Он посмотрел на дрожащие руки и прикрыл глаза. Сердце бешено колотилось.       — Прекрати так быстро биться, — со злостью прошипел парень, постукивая по грудной клетке.       Он сделал несколько глубоких вдохов и облегченно выдохнул, чувствуя, что сердце пришло в норму, а ноги перестали так сильно дрожать.       — Чего тут расселся, Поттер? — раздался голос сверху.       Гарри поднял глаза и увидел перед собой Малфоя, который с прищуром смотрел на него.       — А, это ты, — тихо прошептал брюнет, опуская голову обратно на колени и прикрывая глаза.       Драко хмыкнул от такой наглости и медленно опустился рядом. Он с опаской огляделся по сторонам, проверяя, нет ли кого, но всё было тихо. Не дай бог его кто увидит сидящим на полу в коридоре Хогвартса, ему точно потом влетит от отца за такую вольность.       — Что ты тут делаешь, Малфой?       — Пришёл спросить как ты, принцесса? — усмехнулся блондин, вспоминая, что Гарри упал недавно в обморок. «Принцесса» повела плечом и невесело улыбнулась; на вопрос, конечно, отвечать не собиралась.       Тут он неожиданно что-то вспомнил и достал блокнот, пролистывая несколько исписанных страниц. Драко скосил глаза, стараясь рассмотреть, что там, но ничего не понял из-за мелкого и неразборчивого почерка.       — У меня есть план, который поможет тебе, — начал Гарри. — Твои родители ходят по очень тонкой грани между уважением Лорда и смерти, — выдержав недолгую паузу, юноша продолжил, параллельно смотря на что-то в тетради: — Эта идея пришла мне совсем недавно, — сказал Поттер, смотря на бумагу. — Ты, преданный слуга Темного Лорда, докладываешь ему, что я сквиб и собираюсь на этой неделе в Хогсмид. Темный Лорд отправляет туда Пожирателей с целью схватить меня. И — вуаля! — я уже в его лапах. А ты таким способом перетащишь своих родителей подальше от той грани, на которой они находятся.       Между ними в очередной раз воцарилось молчание: Малфой пораженно уставился на сидящего рядом парня, совсем не понимая, что твориться у него в голове, а Поттер задумчиво уставился на пергамент, прикидывая, что не может пойти не по плану. Шанс выжить один на миллион.       — Ты сумасшедший, — шепча, выдал вдруг блондин. Гарри вскинул на него обиженный взгляд и насупился.       — Сам такой.       Он тихо хмыкнул, снова утыкаясь в свои записи и подумывая уже над планом побега от Тёмного Лорда. Сама идея и правда была безумной до чёртиков, но Гарри уже это всё так надоело, что ему было всё равно, главное, что его друзья будут в безопасности. Главное, он знает, что ему нужно сделать, когда он увидит Нагайну и когда найдёт остальные крестражи.       — Ты согласен?       Спустя бесконечные минуты безмолвия Драко наконец тихо выдал:       — Зачем тебе это, Поттер?       Зелёные глаза задумчиво сощурились, и Гарри посмотрел на свои руки, представляя, сколько крови нужно будет пролить за спокойствие. Где-то вдалеке доносились голоса, о чем-то переговаривающиеся и громко-громко гогочущие.       — Проще отправить одного человека на смерть, чем обречь миллионы, — тихо сказал Гарри.       Потом он оторвался от стены, развернулся спиной к Драко и направился прочь. А блондин так и остался смотреть в спину удаляющемуся гриффиндорцу.

***

      Волан-де-Морт, а точнее Том Марволо Риддл, ныне Мракс, с интересом смотрел со своего трона на маленького мальчишку, который стоял перед ним, подогнув колено и преклонившись. Тот немного нервничал, но держался гордо. Темный Лорд хмыкнул и подпер рукой острый подбородок.       — Что же тебя привело ко мне, Драко? — спросил Лорд мягким, чуть хриплым баритоном, растягивая имя парня.       Тот вздохнул и, переборов страх, посмотрел на этого неземного мужчину. Совсем недавно Том собрал несколько крестражей, которые до этого перепрятал от Дамблдора, соединил кусочки своей души с помощью одного ужасно сложного ритуала и стал больше походить на человека. Теперь черные густые волосы вьются небольшими кудрями-волнами, а правый висок аккуратно выбрит; бледная кожа была не похожа на ту, змеиную, и придавала лишь красоты лицу Риддла; карие глаза, в гневе становившиеся кровавыми, извечно метались по окружающим его людям и предметам; чуть острые уши, казалось, могли услышать все на этом свете; и прекрасное накаченное тело. Лорд выглядел лет на тридцать, и, по правде говоря, Белла все чаще стала пытаться соблазнить его. Да и остальные женщины-Пожиратели вместе с некоторыми мужчинами пускали слюни, глядя на такого далёкого и прекрасного, но не менее опасного Темного Лорда.       Драко вздрогнул, отогнал свои размышления прочь и снова посмотрел на Волдеморта.       — Мой Повелитель, — пробормотал младший Малфой, склонив голову к самому полу, — я прибыл сюда, чтобы сообщить Вам просто прекрасную новость, — увидев заинтересованость в глазах мужчины, он продолжил: — Гарри Поттер потерял всю свою никчёмную магию. Я подумал, что это просто отличный шанс покончить с ним, поэтому проследил за ним. Он собирается на этой неделе в Хогсмид, — медленно, как будто растягивая удовольствие, сказал Драко и поднял в исступлении голову.       Лорд удивлённо приподнял бровь, а после задумчиво оглядел парня.       — Что же, очень интересная информация. Ты хорошо постарался, Драко, — растягивая имя, прошептал Лорд, опасно сверкая своими глазами и предчувствуя вкусную добычу. — Можешь идти, Драко. Будешь и дальше следить за ним.       Юный Пожиратель глубоко поклонился Лорду, быстро встал с колен и пошел на выход из поместья, радуясь исполнению Поттеровского плана и чувствуя облегчение.

***

      Медленно день шел за днем, и Гарри чувствовал принятие Наследия все ярче и ярче. По ночам он не мог заснуть из-за ужасающей боли, которая разрывала грудную клетку и распространялась дальше по всему телу. Он корчился, пытался преодолеть эту боль, но заглушить ее получалось только ответной физической болью. Никакие зелья ему не помогали, как и заклинания, ставшие получаться у парня все хуже.       Сначала Гарри царапал кожу, глуша боль, но потом уходил в Выручай-комнату, где начал тренироваться в рукопашном бою. Иногда это не помогало, и рука сама тянулась к ножу и очередной пачке сигарет. Так Гарри и провел всю неделю. Он был ужасно бледен, под глазами залегли черные круги, на уроках он спал, за что получал все самые ужасные оценки. Дамблдора в школе не было, поэтому его никто не вызывал в кабинет поговорить и не отправлял к мадам Помфри. Профессор МакГонагалл была занята, как и остальные учителя, готовясь к Хэллоуину.       Малфой с опаской поглядывал на Поттера, который не обращал никакого внимания на происходящее вокруг. Он следил за ним, однако тут не было никакого скрытого контекста; просто хотел убедиться, что с этим придурком все хорошо.       Но вскоре в Хогвартс вернулся законный директор школы, и Гарри первым делом вызвали в его кабинет.       Узнав об этом, Поттер неспешно брел по коридору к главному страху последних недель — Дамблдору. Сзади раздались знакомые голоса, и парень тут же накинул мантию-невидимку. Рядом с ним прошли Рон и Гермиона, разговаривая непосредственно о Гарри, что беззвучно ступал по их следам.       — Надо директору сказать, что Гарри нас не слушается, и зелья никакие на него не действуют, — сказала Гермиона, быстро шагая вперед.       — Конечно. Он должен быть только с нами, Герми, — нахмурившись, пробурчал Рон, — Мы же не можем отдать его Пожирателям, правильно? Правильно. Надо понять, что вообще происходит. Это очень всё подозрительно и странно, честно говоря.       Гарри удивлённо слушал разговор людей, не понимая, что только что услышал и как он должен реагировать на это. Что за зелья? Какие ещё зелья они там ему подсовывали? Гарри остановился, облокачиваясь на стену. В глаза всё поплыло, а руки снова мелко задрожали. Его снова начало потряхивать. Гермиона с Роном скрылись за углом, так что юноша скинул мантию, вдыхая свежий воздух. Пару минут он стоял, пытаясь привести свои мысли и эмоции в порядок, а потом продолжил дорогу в сторону кабинета директора.       Там его уже ждали. Добрый старичок Дамблдор сидел за столом и пил чай с лимонными дольками. Он доброжелательно улыбнулся парню и указал на кресло перед столом. Гарри кивнул, натянуто улыбнулся и сел.       — Мальчик мой, как я рад тебя видеть, — начал директор. — Что у тебя стряслось? Выглядишь просто ужасно. Милый директор покачал головой и сочувствующе посмотрел на Гарри.       — Ничего страшного, профессор. Просто не высыпаюсь, — как можно доброжелательнее сказал Гарри, пытаясь не выдать своей злости.       Альбус покачал головой, задумчиво смотря на парня и искренне улыбнулся.       — Чаю не хочешь?       Гриффиндорец отрицательно покачал головой.       — Профессор, а можно мне завтра сходить в Хогсмид? — спросил Гарри, молясь всем существующим и несуществующим богам на согласие старика. — Я бы хотел купить подарки своим друзьям, а то мы как-то перестали хорошо разговаривать, а я не хочу терять дорогих мне людей, — Гарри красиво врал и совсем не краснел. Наигранно всхлипнул, опустил глаза в пол и сделал вид, будто прямо сейчас зайдется в плаче.       — Конечно, мальчик мой, — ласково, приторно ответил Дамблдор. Поттер мысленно скривился от обращения, но засиял ярко-ярко, дабы не выдать себя случаем.       — Я тогда пойду; надо выбрать, что я подарю, — мягко-мягко, как плюшевый василиск, сказал Гарри и, дождавшись одобрительного кивка директора, отправился в родную Выручай-комнату.