Глубина

      Легенды не врут. Чонгук на собственном опыте убедился, что миф про русалок - чистейшая правда. Ты существуешь, даже живёшь теперь рядом, прямо под боком, но какой ценой ему предстояло это узнать? Капитан Чон стоит за штурвалом, и его корабль идёт строго по курсу. В голове у брюнета до сих пор вертится ваш разговор. Честно говоря, он был ошарашен узнать, что тот самый Тэхён, о котором ты последнее время стала чаще упоминать, приснился тебе в твоём первом сне. Ты Чонгуку напоминаешь младенца, который только учится ходить, привыкать, так сказать, к суше. За тобой наблюдать забавно, особенно когда ты пробуешь что-то новое, не только касаемо еды. Брюнет тебя не трогает, во всех смыслах. Желание тебя трахнуть где-то в груди теплится, маленьким угольком подпитывается, но тот пока не хочет думать об этом. Ему хватает того, что ты льнешь к нему, ищешь тепло, во сне ближе к груди прижимаешься и словно дышать перестаёшь. С самого первого дня на корабле «Кицуне», ты спишь в одной каюте с капитаном. Несмотря на его холодный взгляд и полное безразличие ко всему, он чётко дал тебе понять, что ты будешь рядом с ним везде. Для него оправданием на первом месте, естественно, стоит то, что ты забрала его душу, но что же считаешь ты? У Чонгука к тебе тяга, этого отрицать просто невозможно, потому что парень постоянно тебя рядом с собой держит. Никуда одну не отпускает, и даже иногда позволяет себе вольность - засмотреться на тебя, когда ты переодеваешься. В тебе стеснения нет ни капли, если хочет, то пусть смотрит, тебе скрывать нечего, а твое пристрастие спать без всего, для парня и усладой для глаз служит и провокатором. Удивительно, что у вас не дошло все до секса, а вопрос об этом никогда не поднимался. Хотя, если вспомнить то, как за непослушание парень тебе угрожал изнасилованием, ты только и делала, что призывно ноги раздвигала в длинной сорочке и пальчиком к себе манила. Но Чонгук на твои провокации лишь ухмылялся и покидал каюту, чтобы прихватить с собой пару бутылок рома. Ему нужно было время разобраться в том, что за чувства он испытывает теперь. Или же он путает потребности с чувствами, не различая их вовсе? — Чонгук, куда мы плывем? — ты подкрадываешься сзади, из-за спины через плечо выглядываешь и цепляешься за парня пальчиками, любопытными глазками смотришь на закат и переводишь взгляд на профиль мужчины. — К тому, кто поможет мне достать одну занятную вещицу, — поворачивая штурвал чуть вправо, парень не сводит взгляда с горизонта, — и узнать, что от тебя хочет твой ненаглядный. — Насчёт Тэхёна, — встаёшь перед молодым человеком и указательным пальчиком тыкаешь ему в грудь, — не нужно про него что-то узнавать и тем более спрашивать у кого-то про его личные намерения. Ты только его провоцируешь, — приподнимаешься на носочки и долго в глаза напротив всматриваешься, тонешь в чёрных омутах, что-то нечеловеческое видишь и после опускаешь глаза на губы, приближаешься ближе и мимолетный поцелуй оставляешь в их уголке. — А мне все равно, — пожимает тот в ответ плечами, — ты, наверное, забыла, что мне все стало безразлично, ничто уже не имеет для меня весомой цены. — Ошибаешься, — хмыкаешь и поворачиваешься к брюнету спиной, хватаешься за штурвал и смотришь на скрывающееся солнце, — даже в бездушных есть свои ценности. Чон хмыкает, смотрит на твои волосы и в недоумении хлопает ресницами, аккуратно берет локон и завороженно рассматривает переливающиеся пряди. — Твои волосы стали каштановыми, — слегка поворачивая штурвал вправо, молодой человек убирает твои волосы с шеи и наклоняется ближе, — до этого они были чёрными.