Везение черной кошки

Дорога до Магнолии, на удивление, прошла для путешественников спокойно. Им приносили все самое лучшее и даже выделили лучшее купе, хотя билетов у них не было. Без способностей Гейла тут не обошлось... Но Люси даже не думала его останавливать, когда он приказал надоедливой проводнице плеснуть себе горячий кофе в лицо. Она мило улыбалась, сказав, что он прав. Девушка сделала так, как он просил. Или приказал? Хартфилия уже не понимала, когда он приказывает, а когда просит. Она уже не видела разницы между обычной просьбой и приказом. Выйдя на вокзале Магнолии, Люси завороженно смотрела на такие знакомые здания, даже рассмотрела здание гильдии вдалеке. Ее сердце тут же заныло, требовало бросить все и побежать туда, к друзьям. Но тело не слушалось. Она покорно взяла Гейла под руку и они направились по улицам города, идя в смутно знакомом для волшебницы направлении. Смотря на знакомые дома, но не видя знакомых лиц, что был к лучшему, она шла вместе со своим мужчиной. Девушка смотря на брусчатку углубилась в свои мысли, воспоминания. Она не замечала рядом идущего Гейла, который увидев Люси в таком состоянии усмехнулся и приобнял её за талию, но блондинка только крепче схватила его за руку. Хартфилия где-то глубоко в сознании билась в истерике и пыталась подчинить своё тело. Она хотела к друзьям, к любимой семье, хотелось бежать по знакомым, родным её улицам и кричать: "Я здесь! Я дома!". Люси взглянула на свою правую руку, где на тыльной стороне её ладони был знак гильдии, её любимой гильдии. Заклинательница сейчас мечтала открыть пинком дверь здания самой безбашеной семьи и сказать, со слезами на глазах: "Я вернулась". Но её желанию не суждено было сбыться потому что, мужчина, о котором она забыла, произнёс: — А вот и нужный дом. Милая, постучись, — приказал Гейл, а Люси, кивнув, подошла к двери и постучала, но, не рассчитав силы, она с первого же стука выбила дверь, которая упала на пол с ужасным грохотом. — Молодец. Гейл, пропустив Люси, зашёл в дом, а в прихожую как раз выбежала некая женщина. Ее белые волосы было подстрижены под каре, а алые глаза удивлённо смотрели на нежданных гостей, в которой Люси узнала свою старую хозяйку квартиры. Женщина хоть и изменилась внешне, но стиль одежды остался тот же, как и ее питомец на шее. Только она собралась что-то сказать, как ее прервал мужчина: — Одевайся! Женщина, ничего не сказав, молча взяла свое пальто в руки и надела на себя, скинув с шеи свое животное. Она молча стала, ожидая чего-то. — Нам нужен некий рецепт, который ты отказалась продать Нюре, — сказал Гейл, осматривая растения, которые были в доме беловолосой. — Где он? — Спрятан в заброшенной церкви. Я могу вас провести, — сказала женщина, сжав руки в кулаки, будто ещё сопротивляясь и смотря на Люси, ожидая от нее помощи. — Проведи! И не забудь молот, — сказал Гейл, наблюдая, как хозяйка Люсиной квартиры достала из шкафа кувалду и протянула Гейлу, но ее взяла Люси. — Идём. Выйдя из дома, беловолосая направилась в сторону заброшенной части города, где и находилось нужное здание. По пути в ту часть города никого не было. Никому не было смысла туда идти. А зачем? Там ведь давно заброшенные здания, точнее церковь и дома. Придя к нужному зданию, Гейл попытался открыть дверь, но она была закрыта. Сказав Люси открыть ее, он отошел, а Хартфилия подошла к двери и пару раз ударила по ней, сломав засов на той стороне и открыв дверь. Пройдя в церковь, она посмотрела на мужчину, как бы говоря, что тут никого нет и все безопасно. Вместе с женщиной пройдя в церковь, Гейл брезгливо сморщил лицо. — Мама! Ты что здесь делаешь? — прозвучал детский голос за спиной компании и те, когда обернулись, увидели маленького мальчика, который обнял хозяйку квартиры, где жила Люси. — Зачем ты пришла сюда? Ты ведь говорила, что сюда никогда не придешь. — Ребенок? Как мило. Закрой свой ротик и стой возле мамы молча, — приказал мужчина, а мальчик, который хотел еще что-то сказать, промолчал, прижавшись к матери, с явным страхом смотря на незнакомого мужчину и женщину с кувалдой. Посмотрев на беловолосую, мужчина сощурил глаза и чуть улыбнулся, после чего задал вопрос: — Где рецепт? — В фундаменте. В центре здания, — ответила женщина, прижав сына к себе, будто надеясь защитить от влияния этого человека, который явно не для добрых лет хочет получить ее дневник, где описан важный рецепт. — Люси, достань рецепт, — приказал Гейл, посмотрев на свою девушку, которая кивнула и подошла к центру здания церкви, начиная кувалдой разрушать пол здания. Мужчина молча сел на одну из целых скамеек, начиная наблюдать как после каждого удара в полу образовывалась дырка, а после уже был виден и фундамент, который так же не выдерживал невероятной силы девушки, которая была так хрупка по внешнему виду. Он видел, как ее золотые локоны с каждым ударом, с каждым применением силы становились угольно черными, с сожалением отметил, что ее грудь таки стала меньше, а глаза будто потеряли цвет, стали серыми, как бетон. Люсьена, заметив какую-то коробку в фундаменте, откинула кувалду, начиная руками разгребать бетон, а после достала коробку. Подойдя к Гейлу, она протянула коробку ему, а тот, открыв ее, обнаружил там нужный дневник. Уточнив, на всякий случай, хозяйки вещи, это ли тот дневник, а после получив подтверждение, усмехнулся. — Разберись с ними, — приказал Гейл, пряча дневник в карман своего пальто, а после посмотрел на стены церкви, по которым уже шли трещины. — Убей их, Люси! Хартфилия, подойдя к женщине с ребенком, посмотрела ей в глаза. Сжав руку в кулак, она со всей возможной силы ударила беловолосую в грудь, услышав треск костей, заставив ее пролететь добрые три метра, а после врезаться в стенку. Для ребенка хватило смачного удара по голове. Гейл с довольной улыбкой осматривал дневник, а Люси, в которой что-то в очередной раз сломалось, которая уже лучше слышала голос своего разума. Подойдя к телам женщины с ребенком, она присела рядом с ними, смотря на бледные лица, с ужасом осознавая, что она сотворила. Она убила людей. Посмотрев на свои окровавленные руки, она видела не кровь из ран, после работы с бетоном, а кровь людей. Встав на ноги, она начала идти из здания церкви, чуть шатаясь. — Люси, ты куда!? Вернись! — крикнул Гейл, увидев что его дама куда-то уходит, и сделав шаг в ее сторону, однако она, посмотрев на него, даже не остановилась, идя дальше. — Люси, вернись сейчас же! Но Люси едва слышала его. Уши заложило. Покинув здание церкви, она услышала какой-то грохот и увидела, что здание обвалилось. Надеясь, что тот, кого она недавно называла своим мужчиной, тот, кто оказался чудовищем, умер. Ведь тогда больше никто не попал бы под его влияние. Скинув с себя грязный плащ, перед этим достав из него деньги, Хартфилия направилась в сторону вокзала. Она не готова возвращаться в Магнолию, не готова оставаться здесь. Пока не время возвращаться.