А ты думал в сказку попал?

Сложно переубедить кого-то, если он считает, что он прав. А если этот человек ещё и упёртый как баран, то практически невозможно. Ну, а когда таких двое и каждый норовит доказать оппоненту, что тот не прав… в общем, пиши пропало, так сказать. К чему я начала речь о правоте и баранах? А к тому, что Алёнка и Влад были как раз этими баранами, которые пытались вбить друг другу свою точку зрения. Влад считал, что Алёнка должна быть ему благодарна за то, что они живы. Ведь он пошел на это ради этой неблагодарной рыжухи. Может, конечно, это и было архидебильное решение, но всё же игра стоила свеч. Хотя работать на Повелителя-Сказочника, который менял план каждые пять минут, и все равно все шло не так как было задумано, было сложно. А следовать «плану» на основе полной импровизации, идущей по обстоятельствам, ещё сложней. Алёнка же считала Влада мудаком, который творит всякую хрень, а потом оправдывается «лучшими намерениями». Если бы он действительно хотел этих «лучших намерений», то не держал бы её в подвале, или где она там находится. Да и показать то «шоу», где её друзья ноют перед гильотиной, было хреновой идеей. Только ухудшило мнение обо всех, включая Влада. «Я не хочу умирать! Пожалуйста, пощадите! Я буду верна вам!» Ох, Варя, ещё одна благодетельница, которую возненавидели «спасённые ею». А ведь, казалось, ты слишком гордая для этого. Абрикосов вообще предатель, хоть и торговаться не умеет. «Я знаю, как призвать огненную армию!» А как дошло до подробностей, всё! Сразу тупой взгляд и молчание. И что Влад хотел мне этим показать? Что мои друзья нытики и предатели? Спас он меня… от унижения?! Их же все равно не убили, спасибо позору Варюши. — Обязательно меня усыплять, каждый раз? — спросила Алёнка, очнувшись в уже привычных кандалах. Влад промолчал. Не то чтобы место, где они находятся, было столь конфиденциальным, просто с сонной Алёнкой меньше проблем. Он неподвижно стоял минут 10, в своих мыслях улетев в неведомые дали. Девочка почесала друг об друга связанные верёвкой ноги. После того раза Влад решил принять всевозможные меры предосторожности, поэтому в камере ходил только у крайней стены. Неожиданно в памяти Алёнки возник конец их первой встречи тут. Буквально через секунду раздалось идиотское «Гы-гы-гы». Морок взглянул на неё со смесью испуга и непонимания. — Ты чего? — спросил он, мысленно отметив, что смех это хоть какой-то прогресс в их нынешних взаимоотношениях. — А ты наклонись… гы-гы… напомню! — для большего красноречия она пошевелила ступнями. — Выебать бы тебя по первое число… — он заметно помрачнел и приблизился к рыжей, придавив ее связанные щиколотки ногой. Воспоминания данного эпизода вызывали у Морока не особо приятные воспоминания. — Так я тебе я дала! — иронично ответила Рыжова, пытаясь вытащить ноги. — Термин «изнасилование» подразумевает несогласие одного из участников процесса в его участии. — Тоже мне, лингвист… — слегка растерянно произнесла девочка и гордо отвернулась. Она смотрела в стену, ее душу терзали плохие предчувствия, как будто в любую секунду он может схватить её или ещё что-то. Единственное, что произошло, это щёлчок ключа в старой замочной скважине, и её руки, упавшие вниз. Когда рыжик осознавал произошедшее, Влад уже удалился, хлопнув дверью. Алёнка потерла, затёкшие запястья и поспешила избавиться от веревки на ногах. После чего встала и потянулась, испытывая от этого невероятный кайф по всему телу. — «Осталось только выйти отсюда» — принцесса подошла к двери, но она была не заперта. «Или он забыл запереть, или это ловушка» На всякий случай Алёнка взяла с собой бывшие путы и направилась вправо по коридору. Почему-то ей казалось, что нужно идти именно вправо. Коридор был мрачный пустой, камер было мало и все были пусты. Освещением служили редкие факелы. Она шла недолго, и вскоре увидела винтовую лестницу. Она поднялась на этаж вверх. Было темно. Только в одной комнате горел свет. К ней вёл полутемный коридор. Девочка подошла ко входу в комнату. Двери не было, лишь пустая арка. Алёнка аккуратно заглянула в залу, Влад сидел развалившись в кресле спиной к ней. Кажется, он что-то смотрел или читал в телефоне… «Стоп! У него есть телефон?!» Рыжая стала разглядывать предмет у него в руках, не было сомнений. Это телефон. Алёнка пыталась перестать думать об этом факте. Сжав веревку в руках сильнее, она начала приближаться к нему, медленно стараясь не издавать шума, даже не дышать. Каждый её шаг казался слишком громким. Вот она стояла в шаге от него, руки, сжимавшие верёвку, начали трястись. Страх это был или же слишком сильное напряжение мышц, непонятно. — Тебя в зеркало видно. — Морок не поворачиваясь поднял голову и спокойно произнёс. Алёнка ошарашено взглянула на своё отражение. Веревка упала на пол. — Если извинюсь, перестанешь дуться? — он откинул смартфон в сторону и повернулся к ней лицом. — все равно мне ни в чем не переубедить тебя. Так что я признаю, что я бессердечная козлина или как ты там меня еще называешь. Алёнка неуверенно оглядела его. Потом резко прильнула к его губам, хватаясь за его волосы. — «Черт, что творит эта девчонка?!» — подумал Влад, но не стал ничему мешать. Он обнял её за спину и притянул к себе. Рыжая хваталась его за волосы до боли, стягивала его рубашку за воротник. Притягивает к себе и целует до нехватки воздуха. Она лежит на нём, он гладит её по спине, жарко впиваясь в губы. Когда воздуха стало недоставать настолько, что они уже задыхались, в блаженстве, Алёнка укусила его губу до крови и разорвала поцелуй. Пару секунд они смотрели друг другу в глаза и переводили дыхание. — Стокгольмский синдром? — спросил Влад облизывая кровоточащую губу. — Нет… просто… — замялась Алёнка. — Давно хотела. — Меня? Или Ваню? — Морок схватил Алёнку и перенёс на диван, нависнув над ней. — В смысле? Я его один раз видела, через блюдце. — Алёнка расстёгивала его рубашку. — Но я был в его обличии все это время, может, тебе больше хочется Ванечку. М? — наигранно обижено произнёс князь, откидывая её ободок на пол. — Владик, прекрати! — проныла Алёнка, цепляясь за его одежду. Они вновь слились в поцелуе, параллельно раздевая друг друга и откидывали ненужные предметы гардероба на пол, нежно лаская друг друга. Рыжик оторвался от губ князя и начала опускаться вниз к его половому органу. — Что-то ты слишком резвая для первого раза. Или я о чём то не знаю? — ехидно спросил Морок, когда Алёнка попыталась, сделать ему минет. — Сейчас 21 век, а не твоё средневековье. Дети много о чём знают! — ответила Алёнка и, сев к Мороку на колени, уткнулась лбом ему в грудь. — А твоя бабушка в курсе об этом «много чём»? — он провёл руками по ее спине, опускаясь ниже. Вместо ответа рыжая сильно ударила его в бок. Влад прижал её, схватив за руки. Он уткнулся в её волосы, отмечая, что помимо аромата подземелья, они источают какой-то особенный, манящий аромат. Проведя языком по ее шее и оставив на её коже несколько легких поцелуев, Морок решил насладиться ей полностью. Алёнка изгибалась в его руках и впивалась пальцами в его спину, начиная громко стонать ещё при прелюдиях. Если от любви до ненависти один шаг, то у нашей огненной волшебницы эти два чувства давно вылились в страсть. В безумную, словно ее родная стихия, страсть. И вот, почувствовав резкий толчок внутри, она выгнулась кошкой, не сдерживая стонов. После он продолжил двигаться, вызывая у нее громкие звуки наслаждения. Находясь на пике эмоций, когда тело горело от страсти, девочка неожиданно спросила. — А какая… сейчас погода..... В Мышкине — она тяжело дышала и перед глазами все плыло. Похоже, крыша у нее тоже поплыла от наплыва эмоций. — 43… — ответил Влад, не понял он вопроса или что-то еще, непонятно. Простая логика давно перешла в животный инстинкт. — Я про погоду… А не про… возраст спрашивала… А! — рыжая попыталась сказать это злобно, но в этот момент обоих накрыла та самая мощнейшая волна удовольствия, и она просто застонала от эйфории, ощущая, как горячее семя Морока наполняет её. Спустя минут двадцать царевна всё еще лежала на диване и наблюдала за Мороком, собирающим раскиданную повсюду одежду. — Вла-а-адик. — протянула Алёнка, привлекая его внимание. — Отведи меня завтра в город, только по-нормальному. Хорошо? Задумавшись на несколько секунд, Влад кивнул.