Крем-брюле

       Сумерки. Поздняя осень. Негромкое шуршание листьев за окном. И двое мужчин, лежащих на кровати. — Грег, не думаешь, что нам нужно рассказать про наши отношения твоей команде? — тихо спросил Джеймс. — Мы ведь столько раз пытались, а они принимали это за «просто гейские шуточки». Но мы донесем до них, что это правда. И у меня даже есть план как, — посмеиваясь, сказал диагност, — А теперь спи, а то твои любимые пациенты без тебя будут умирать как мухи, уже налетевшие на сладкое варенье.       Джеймс улыбнулся, и хотя этого не видно в темноте, Хаус почувствовал эту улыбку, и, повернувшись лицом к Уилсону, нежно поцеловал его в лоб.

***

      На следующий день, Джеймс как обычно встал раньше Грега, приведя себя в нормальный вид, приготовил завтрак и позвал диагноста к столу. — Привет, — онколог чмокнул диагноста в нос, — Как спалось? На завтрак омлет и какао. — Доброе утречко. Отлично, — Хаус вымыл руки и сел за стол, — Всю ночь думал о том плане. Поделишься? -допивая какао, спросил Уилсон. — Что? А, вспомнил. Конечно поделюсь… — доедая омлет сказал Хаус, — и так, — Уилсон встал, хотев помыть посуду, — Только сядь.       Онколог послушно сел за стол. — И так. Нам нужно «поссориться» на глазах у Кадди и моих ребят. А потом, через пару дней мы помиримся у них же на глазах.       Джеймс поднял одну бровь. — Скорее всего они подумают, какие мы хорошие друзья, — удивленно сказал Уилсон, — чем пара. — Это по моей части, оставь на меня, — заверил его Хаус. — Ну, хорошо. На какую тему поссоримся? — смеясь и наконец-то встав для мытья посуды, сказал Уилсон.

***

      Команда очень переживала. Такая ссора на ровном месте…       Кадди вызывала Грега с Уилсоном по очереди в свой кабинет, но от последнего она услышала, что он не собирается мириться первым, а от первого только «иди к черту, я не прогнусь, я не макаронина.»

***

      Через 3 дня, созвав всех в свой кабинет, Грег принял 2 таблетки викодина. Уилсон вошел внутрь, в то время как Хаус стоял у окна. Он решил поздороваться, но диагност был быстрее.       Он встал на одно колено, и держа в одной руке кольцо, а в другой мороженое, сказал: — Я, Грегори Хаус, предлагаю тебе, Джеймсу Уилсону, руку, сердце и мороженое. Согласен ли ты, Джеймс, стать моим законным супругом?       Кадди и команда опешили.       Джеймс, чуть ли не расплакавшись, сказал «Да». Зрители удивились еще больше. Встав с колен, Хаус нежно поцеловал будущего мужа, а затем, отдав ему мороженое и надев кольцо ему на безымянный палец, спросил наконец, как поживает пациентка.