Армагеддонская рапсодия

Любой, кто хорошо знал Кроули, без особых проблем ответил бы на вопрос, какая любимая музыкальная группа змея-искусителя. Даже любой, кто хоть раз слышал, как тот проносился мимо на своей полуразваленной, но каким-то чудом всё ещё работающей тачке. «Конечно же, Queen!» Правильнее было бы сказать, «любой, кто думал, что хорошо знает Кроули». Ему нравилась мысль, что никто ни на Земле, ни в Небесах, ни в Преисподней не знает его достаточно, чтобы дать верный ответ. И потому он не спешил разрушать свой имидж квиномана — впрочем, у него всё равно не было выбора. На взгляд же самого демона в машине неблагопристойного служителя Ада должно играть что-то вроде «The Litanies of Satan» или хотя бы «Highway to hell», но оставалось лишь наслаждаться жалкими на фоне вечной жизни двумя неделями, которые ему благодушно дарила каждая кассета перед тем, как с адским хрипением переродиться в нечто с виду вполне земное, но по сути — демоническое.        Тук. Тук. Тук. Ту-ту-ту-ту-ту-тук. Тук. Тук. Тук. Ту-ту-ту-ту-ту-тук. Этот ритм порой звучал в его кошмарах. Именно его с натужным гудением выдували иерихонские трубы. Именно он слышался в падении града и в плеске вод кровавых морей. Лучше бы это был чёртов «два притопа и прихлоп»! There are plenty of ways that you can hurt a man and bring him to the ground… Этим голосом с ним говорил Хастур, объясняя, как нужно вести себя на Земле непристойному демону. Как планомерно, неправильно и нечестно уничтожать людей. За тысячелетия Кроули выработал свою собственную стратегию, в которой не последнюю роль играло Соглашение с неким ангелом, но дьявольское провидение, похоже, считало нужным напоминать о главной его задаче на Земле каждый раз, когда он садился за руль. You can beat him, you can cheat him, you can treat him bad and leave him when he's down… Разные кассеты воспроизводили песни в разном порядке, но эта всегда была первой. И её невозможно было перемотать. Кроули даже пробовал, интереса ради, некоторое время поездить на другом автомобиле, но не помогло. Иногда — крайне редко — он с тоской вспоминал конные упряжки. Ездить на них было скучно, медленно и неудобно, но хотя бы начальство не пыталось с ним пообщаться посредством лошадиного ржания. «А жаль, — ещё реже думал Кроули. — Это сделало бы скачки куда интереснее…» Однажды он собрался с силами и стёр группу Queen с лица мироздания и из анналов истории. Но проклятые кассеты никуда не делись, а ещё Кроули довелось столкнуться с негодованием сразу двух высших инстанций, что несказанно его удивило.        — Зря ты так, мой дорогой, — с мягким упреком произнес появившийся из ниоткуда Азирафаэль. Появившийся в любимом кресле Кроули как раз за пару мгновений до того, как демон собирался туда усесться. Оставалось благодарить натренированную реакцию — если бы он всё же свалился ангелу на колени, высшее руководство бы точно не одобрило. Листья растущего рядом фикуса тут же потянулись к Азирафаэлю — их не смутил даже предвещающий скорое засыхание на свалке взгляд хозяина. — У них были весьма недурные песни. То есть дурные, конечно, тоже были, — быстро исправился ангел, сообразив, что выбрал не самый удачный аргумент, — но мне всё равно нравились. — Нравились? — Кроули заинтересованно сощурился, вмиг передумав ревностно защищать неприкосновенность частного имущества. — Хочешь сказать, ты их слушал? Это не совсем, хм… музыка небесных сфер. — Почему же? «Who wants to live forever», или «Love of my life» например, очень светлые и, — ангел сделал вид, что готов всплакнуть, — душевнейшие композиции. Мне казалось, ты любишь эту группу. Who-o-o waa-a-ants to li-i-ive… — затянул он. Листья неодобрительно поникли. Кроули поморщился. — Тебя надо записать на кассету и включать вазонам, когда они плохо себя ведут. Хуже наказания не придумаешь, — съязвил он, а про себя подумал: «Интересно, кассета с ангельским пением тоже способна мутировать?» Эксперимент был бы интересным, но, взвесив мизерные шансы «за» и воющие далеко не ангельским вокалом «против», Кроули предпочёл и дальше слушать Queen в оригинале. Группу пришлось вернуть на место. Не без помощи Азирафаэля — а затем, повинуясь гласу истощенного сотворенным чудом ангела, отвезти его в ближайшее кафе. Надежды на то, что свежекупленная кассета ещё сохранила первозданный вид, лопнули после первых же звуков, и Кроули мысленно закатил глаза, представляя, что скажет его внезапно зафанатевший по Queen спутник, прослушав стартовый трэк. — Лучше закрой уши на… — он взглянул на экран, — три с половиной минуты. Дальше будет лучше. Но Азирафаэль молчал. Молчал и внимательно слушал. А под конец даже улыбался краешком губ. Another one bites the dust! Another one bites the dust! Another one bites the dust! — повторял проигрыватель, словно заведенный, и Кроули вторил ему той самой фразой, что уже несколько лет не давала ему покоя: — Another world bites the dust! — Не стоит издеваться над песнями, — тихо сказал Азирафаэль, и Кроули уставился на него ошеломленным взглядом. Неужели эта армагеддонская рапсодия и правда понравилась ангелу? — But I'm ready, yes I'm ready for you, I'm standing on my own two feet out of the doorway the bullets rip repeating to the sound of the beat… — пропел ангел, наслаждаясь каждым словом, точно изысканным блюдом. — Разве эти строки не дарят тебе надежду, мой дорогой? Надежду на то, что даже под свистом пуль можно выстоять, сберечь себя, остановить это безумие? С такой точки зрения Кроули уж точно никогда не оценивал эту песню. «Ещё один мир повержен в прах!» всё ещё звучало в его ушах, хотя проигрыватель давно включил «The show must go on!» Эта песня куда лучше подходила под описанные ангелом переживания, но Азирафаэль не вслушивался в звучащую музыку — он испытующе смотрел на Кроули, явно ожидая ответа. — Не дарят, — буркнул демон в ответ. — Зато теперь я буду знать, что они дарят её тебе. Может, эта песня ещё сможет мне понравиться… Азирафаэль улыбнулся с чувством выполненного долга. — А насчёт издевательств — имею право. Я, вообще-то, руку к рождению этой группы приложил. — Мы сделали это вместе, — возмутился Азирафаэль, — но я не позволяю себе подобной наглости! — Да не в том смысле, — отмахнулся Кроули. — Когда они только начинали, я им подкинул несколько текстов. Думал, будет круто. Вот и песня, которая только что играла, тоже моя — только теперь ничерта не весело! — Он легко стукнул ладонью по рулю — машина ответила недовольным бибиканьем. — Ты? Но я думал, это наши… Наблюдать за тем, как челюсть ангела отвисает чуть ли не до сидения, Кроули мог бы вечно, но он помнил, что Азирафаэль любит ворчать о необходимости хоть иногда смотреть на дорогу, сидя за рулём. Выслушивать воспитательную тираду в очередной раз — Кроули уже сбился со счёта — вовсе не хотелось. — А кто из ваших придумал бы «I'm in love with my car»? — фыркнул он, лихо объезжая очередного пешехода, осмелившегося переходить дорогу в положенном месте. Более вопиющего нарушения НДДС — Не-правил Дорожного Движения Сатаны — и придумать нельзя! — Я думал, ты сразу узнаешь мой стиль. Don't stop me now, I'm having such a good time! — весело пропел он стоящим на обочине полицейским. — Don't stop me now! If you wanna have a good time, just give me a call! — широко улыбнулся Азирафаэлю. Песня ангелу определенно нравилась, хотя она тоже не была похожа на музыку райских арф. Наверное, в этом и заключалось всё её очарование. — We are the champions, my friend, — доверительно сообщил ему в ответ ангел, и Кроули не удержался от ехидства: — And we'll keep on fighting till the end? Азирафаэль блеснул улыбкой, словно изначально ждал такого ответа. — When you're through with life and all hope is lost, hold out your hand, because friends will be friends — right till the end… — нежно пропел он, и на этот раз Кроули совершенно не хотелось затыкать уши. Быть может, Queen и правда не так уж плохи.