Когда любимый босс улыбается...

Тсунаеши улыбается, и сердце Гокудеры пропускает удар. Только Его Босс может так улыбаться – нежно, невинно и ослепительно ярко… Так ярко, что хочется закрыть глаза…но куда там! Пепельноволосый юноша не способен найти в себе силы, чтобы отвести влюбленный взгляд. Босс видит своего подчиненного насквозь — годы, которые они провели вместе, сражаясь бок о бок, дают о себе знать – Десятый Вонгола замечает каждую мелочь, терзающую любого из его Хранителей. Когда на лбу любимого Джудайме появляется пламя Предсмертной Воли, глаза Савады меняют цвет. За все то время, что Хаято является Правой Рукой Вонголы, он так и не смог подавить в себе тот восхищенный трепет, что охватывает его при виде решительного спокойствия – свидетельства истинной силы, которое появляется на лице Тсуны. Хотя взрывной характер Хранителя Урагана и подначивал его на постоянные ссоры со спокойным Хранителем Дождя, Гокудера считал Такеши хорошим парнем, на которого можно положиться в сложной ситуации. Вот он и положился… в самом прямом смысле. *** Хаято не был девственником, но с парнями до этого никогда не спал. После одной из стычек мафиозных семей, где Тсуна, как всегда впрочем, заставил воспринимать его всерьез, Гокудера, возбужденный решительностью золотых глаз, отправился в ванную – холодный душ не раз спасал ситуацию. Дальше в планах на вечер было снять какую-нибудь девку посимпатичней и выплеснуть сексуальное напряжение. Стук в дверь, заглушенный шумом воды, так и остался не услышанным. Почувствовав руку на возбужденной плоти, Хаято резко обернулся – перед ним стоял Ямамото. Голый. — Что за хуйню ты творишь? – Гокудера следил за своей речью только в присутствии Савады – остальные, увы, этой привилегии были лишены. — Я хочу предложить тебе кое-что… В первый раз Такеши было больно – хоть он этого и не показал, но Гокудера знал точно. Откуда? Ямамото шипел на него, хотя никогда ни на кого не шипит… ну и не последнюю роль сыграло то, что мечника давно никто не имел, а неопытный в подобных делах Хаято, зашел в него сразу на всю длину и без подготовки… «Он это сам предложил!» — сам на себя рявкнул Хранитель Урагана, и начавшая было ворчать на следующее утро совесть успокоилась. В тот момент его занимал немного иной вопрос – откуда, черт возьми, на его шее красовалась вереница ярких засосов?! Он же точно помнил, что не позволял себя целовать, и тем более – кусать!!! «Я знаю, что ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь!» — фраза, произнесенная Джудайме, после того, как Гокудера переспал с Ямамото в первый раз, сначала поставила в тупик. Когда гений Вонголы разобрался в хитром предложении и даже придумал достойный ответ, то говорить было уже некому – Босс скрылся у себя в кабинете. Не идти же к нему оправдываться… тем более в чем? Клятвы о воздержании он не давал – значит, ни в чем не провинился… так откуда тогда это давящее чувство вины?! *** Полностью удовлетворенный, Хаято лежал в кровати, глядя в белый потолок. Хотелось курить, но чтобы это сделать, необходимо было подняться и пойти на балкон, в то время как по телу расползлась приятная усталость. Рядом сонно зашевелился Такеши, но Гокудера не обратил на него никакого внимания – пока тот не потянулся к нему за поцелуем… Быстрый удар в челюсть остановил поползновения в сторону губ Урагана. — Ты с ума сошел? – привычная, немного глуповатая улыбка на лице бейсболиста пропала…так же как и остатки сна. — Не смей меня целовать – это часть договора, — отчеканил подрывник. — Ты…ты единственный, кому больно! — Не единственный…, — многозначительный взгляд в ответ и усмешка, отдающая горечью. — Переживу как-нибудь! – бросил мечник, выходя из комнаты, — Хватит! «Дверь хотя бы мог за собой закрыть!» — фыркает Правая Рука, — «Будто мне больше всех надо!» Из открытой двери потянуло прохладой ночи, из-за которой Хранитель зябко поводит плечами. «Ну, хотя бы покурю…» — делает логичный вывод парень и выходит из комнаты, направляясь в главный зал – там ему нравилось больше всего. Открыв застекленную дверь балкона, пепельноволосый выходит на свежий воздух – прохладно, но ему нравится. Глубоко затягиваясь, Гокудера думает о том, что это все происходящее сейчас – как-то странно. Ему двадцать лет, а он никогда в жизни не целовал сам и не позволял целовать его. Разве он похож на какую-то сопливую девчонку, которая восторженно талдычит о «первом поцелуе», о том, что «первый поцелуй должен принадлежать самому любимому» и прочих глупостях?! Естественно нет! Так какого хера, он его так бережет?! Возмущенный поток мыслей обрывается теплыми руками, осторожно опустившимися ему на плечи. — Гокудера-кун… — Джудайме…что вы здесь делаете? – не оборачиваться. Сказать очень тихо, боясь, что это просто накопившееся отчаяние измученного сомнениями разума. — Интуиция, — тихий смешок, — Так ты повернешься ко мне? Не выполнить приказ босса невозможно, и Гокудера разворачивается. Тут же его губы оказываются в плену губ Савады. Тсуна настойчив, а влюбленный Хранитель и не думает о сопротивлении – его захватили новые, непривычные ощущения – горячий язык, острые зубы босса творили с ним что-то невероятное. Хаято чуть было не задохнулся от собственного просящего стона – такого он никогда не издавал. Затуманенные вожделением зеленые глаза, казалось, не замечали ничего кроме ласковой улыбки босса и его горящих карих глаз. И, как ответ на его немой вопрос: — Да. Я и так слишком долго ждал. Ночной воздух холодил поясницу подрывника там, где язык Тсуны оставил влажный след. Босс Вонголы растягивал тугое колечко мышц своего Хранителя с явным опытом – «Не думать об этом!!!» — прикрикнул сам на себя Гокудера. «Больно!» Было чертовски больно, но Хаято не отстранился – не хотел терять то чувство полноты, не хотел отдаляться от своего Джудайме даже на сантиметр – ведь он здесь и сейчас прижимает его к себе, задыхаясь, шепчет его имя. Разве ради этого не стоит потерпеть адскую боль, разрывающую его изнутри? Гокудера откидывает свою голову назад, оставляя белую шею незащищенной – Тсуна же, воспользовавшись этим, кусает тонкую жилку, оставляя там красный след. «Хочу шрам от его зубов!» Задрожав всем телом, Ураган кончает в руку Савады, а вслед за ним оргазм достигает и Тсунаеши. Восходящее солнце вызолотило русые волосы Вонголы, который все смотрел на бессознательное тело своей Правой Руки. «Я, наверное, слегка перестарался» — немного виновато думает Небо, но никакое чувство вины не может перекрыть радостное удовлетворение – наконец-то Ураган принадлежал ему. Целиком и полностью. Десятый босс Вонголы улыбается, щурясь на яркие солнечные лучи, а за застекленной дверью балкона стоит очень похожий на него мужчина. Он был здесь давно, но не смел показаться – иначе Тсуна никогда бы его не простил… «Примо, сколько можно там торчать? Хватит за ними подглядывать!» «Завидно?! Я уже возвращаюсь, Джи…» «Извращенец!» «Десятый и впрямь перенял мою волю…и мои вкусы» «…..!»