***
Роберт спал неспокойно. Ему в который раз снились кошмары. Они были практически идентичными и не несли в себе ничего интересного и важного. В основном, парень видел, как они не успевают спасти девочек и пустота (а в том, что это была именно она, Эвансы нисколько не сомневались) убивает их на глазах у братьев. Разумеется, шатен понимал, что все уже закончилось, они все живы и здоровы, но ужас, испытанный в доме, вцепился в него своими ледяными когтыми и не желал отпускать. Вновь проснувшись в холодном поту, Роберт тяжело дышал. Когда парню удалось хоть немного прийти в себя, он решил чуть-чуть пройтись и подышать свежим воздухом. Поднимаясь с небольшой кучки полупрогнившего сена, шатен с явным неудовольствием отметил, что завтра с утра из-за неудобной позы у него будет болеть все. Тихими шагами младший Эванс быстро преодолел расстояние, разделявшее его и выход. По дороге он с неким злорадством заметил, что Алан спит в не менее неудачной позе и завтра тоже будет страдать. Дейзи же свернулась калачиком на приличном стоге сена и, кажется, чувствовала себя прекрасно. Роберт даже позавидовал девочке, ему не позволяли так сделать размеры тела. В тишине амбара была своеобразная идиллия. Однако кое-что все же заставило шатена насторожится. Привыкший к темноте взгляд быстро выхватывал какие-то предметы, но все никак не мог натолкнуться на еще одного собрата по несчастью. Младший Эванс еще раз внимательно оглядел помещение и тяжело вздохнул. Николь в амбаре не было... Роберт со скоростью звука вылетел из здания и нервно огляделся по сторонам. Это было далеко не первый уход девушки. Она частенько куда-то исчезала ночью, Алан списывал это на то, что, вероятнее всего, блондинка просто лунатила. Однако младший Эванс на своем горьком опыте убедился, насколько опасны могут быть подобные ночные прогулки. Когда шатену было девять, он дружил с мальчиком, кажется, его звали Кевин. Так вот, как-то этот самый Кевин остался у них на ночь. Мальчики играли, дурачились и устраивали шуточные бои. В общем, весело проводили время. Однако счастье длилось недолго. Они легли спать в районе десяти, на этом настояла миссис Эванс. В ту ночь Роберту тоже не спалось. Он проснулся от глухого удара - оконная рама врезалась в стену. Как только шатен распахнул глаза, то увидел Кевина, стоявшего на подоконнике. Окно было настежь распахнуто, а мальчик уже заносил ногу. Увы, тогда Роберт не знал главного правила - нельзя резко будить лунатика. Шатен закричал, желая спасти друга. Однако все получилось не так, как он ожидал. Кевин проснулся и, не сумев соориентироваться, выпал из окна. Все бы ничего, падение со второго этажа не стало бы смертельным, если бы не припаркованная прямо под окнами спальни машина, которая не смягчила падения. Кевин скончался через несколько часов в больнице от внутреннего кровоизлияния в мозг, а Роберт всю жизнь винил себя в его смерти. Именно поэтому он не собирался просто ждать возвращения Николь. Младший Эванс собирался найти ее и аккуратно вернуть в амбар, чтобы девушка провела ночь в относительно безопасном помещении и не нашла себе лишних проблем. Плюс, таким образом он мог совместить приятное с полезным. Роберт поежился, застегивая толстовку, любезно одолженную в магазине. Несмотря на жару, стоящую днем, ночи были довольно холодными. Шатена всегда удивлял подобный феномен. Казалось бы, лето, должно быть тепло в любое время суток. Однако на деле все было куда прозаичней, и по ночам можно было легко превратиться в сосульку на ножках, если не надеть теплые вещи. Парень постоял в нерешительности пару секунд и вернулся за кофтой. Убедившись в том, что он взял все необходимое для "спасения" незадачливого лунатика парень отправился вверх по дороге, которая вела в поле. Брукс нравилось гулять там, и шатен предположил, что она отправилась именно туда. Свою ошибку он осознал лишь тогда, когда полчаса бесцельно протаскался по полю, в надежде, что блондинка обнаружится торчащей из норы какого-нибудь грызуна. Зато познакомился с местным филином, который был не очень рад их поздней встрече. Видимо, он обиделся на парня за то, что тот спугнул его ужин. Раздражение клокотало в горле Роберта. А филин, любезно решивший помочь ему с прической, только подлил масла в огонь. Глухо зарычав, парень сжал кулаки. Однако злость довольно быстро прошла, когда он почувствовал теплую жидкость, стекающую по ладоням. Шатен быстро опустил взгляд, его глаза наткнулись на уже знакомые когти. Он и не заметил, как до крови разодрал собственную ладонь. Из ранок торчали небольшие шерстинки. Смерив руки критическим взглядом и недолго полюбовавшись на матовую поверхность, которая тускло поблескивала маленькими кровяными капельками, он втянул когти. Роберт не собирался давать выход гневу. Парень слишком долго работал над собой, чтобы так легко сорваться. Ну уж нет, сегодня зверь внутри него не победит, Роберт не позволит этому случится. Еще раз мысленно успокоив разбушевавшийся организм, шатен вновь внимательно оглянулся. Вдруг лунатик все же сумел найти неплохое место, где спрятаться, а из младшего Эванса вышел плохой сыщик. Чтобы окончательно убедить себя в обратном, Роберт потянул носом воздух и развернулся в сторону амбара. Ловить здесь больше было нечего. Когда недоспаситель вернулся обратно, Николь уже спала, нежно прижав к себе девочку. В ее светлых волосах застряли сухие травинки, что выглядело крайне забавно. Шатен даже сравнил ее с пугалом, но вовремя осадил себя, вспомнив, чем подобные мысли, так неосторожно озвученные вслух, закончились для него и его щеки, пострадавшей за это. Роберт неопределенно хмыкнул и хотел было пройти на свое место, но обо что-то споткнулся и тихо выругался. Нашарив в темноте брошенный посреди дороги фонарик и мысленно пообещав брату самую жестокую кару, парень неожиданно нажал на кнопку. Луч света выхватил из темноты разброшенные на полу карты. Роберт мог покляться, что Алан убрал их в рюкзак после того, как братья поругались. Шатен подошел поближе и заметил какие-то изменения. Красным карандашом, который парни редко использовали, на карте был обведен небольшой остров. - Кэрнхолм, - шепотом прочитал младший Эванс. - Неужели именно там находится еще одна петля? Удивлению парня не было предела. Он вновь осмотрелся, проверяя, кто бы мог написать такое. Ничего не заметив, шатен внимательно посмотрел на карту. Немного в отдалении слегка витиеватым почерком было написано:"Нужно было лучше учить историю". Роберт усмехнулся. Не будет преувеличением сказать, что парню не нравился этот предмет. Поэтому шатен частенько прогуливал и мало что знал об истории странного мира. А вот Николь знала и знала много. Младший Эванс мог, положив руку на сердце, сказать, что она была не самой примерной ученицей. Однако, несмотря на это из всех воспитанников мисс Синицы она была самая образованная. Видимо занятиям в группе Брукс предпочитала индивидуальные. Конечно, учиться в библиотеке с чашечкой чая куда приятнее, чем в пыльном кабинете. - Ну что ж, Кэрнхолм, так Кэрнхолм, - подвел итог Роберт и отправился досыпать.***
Николь застала тот момент, когда Роберт вылетел из амбара, нервно озираясь по сторонам. Ей не стояла большого труда предположить, что парень искал именно ее. Однако девушка не собиралась помогать шатену в его поисках и просто продолжила сидеть на небольшом выступе крыши амбара, болтая ногами. Блондинка видела, как Эванс метнулся обратно в помещение, а потом вернулся, держа в руках симпатичную кофточку, прикарманенную в том самом торговом центре. По телу девушки разлилось приятное тепло от осознания того, что Роберт так заботился о ней. Брукс проводила парня заинтересованным взглядом, пока он не скрылся из ее поля зрения. Скорее всего, шатен отправился в поле, где девушка частенько гуляла по вечерам. Николь невольно усмехнулась, в который раз удивляясь наивности братьев. Особенно сильно, ее забавлял тот факт, что Эвансы изо всех сил пытались узнать правду о том, что произошло в петле, и раз за разом терпели поражение. В принципе, блондинка могла легко рассказать о том, как пустоты во главе со странным человеком с белыми глаза, что представился мистером Бэрроном, ворвались в их дом. О том, как он после короткого разговора без суда и следствия запихал мисс Синицу в клетку и оставил детей наедине с голодными монстрами. Руки девушки невольно сжались в кулаки. Она вспомнила, как кричал Джейми – мальчик лет девяти, когда шупальца пустоты добрались до него. В тот момент к монстру кинулась Рикки. Девушка-химера в мгновение ока трансформировалась, явив миру свое истинное лицо. Ее острые как бритва когти впились в тело монстра, разрывая ее на куски. Пустота завизжала и на миг выпустила добычу, чтобы лицом повернуться к своему противнику. Рикки взмахнула кожистыми крыльями и ловко вернулась от щупалец, грозивших ее поймать. Еще раз пройдясь когтями по нежной плоти монстра и завершив полет крутым виражом, девушка подхватила Джейми и отнесла на безопасное место. Однако химера не учла одного: пустот было двое. И пока один из монстров верещал от боли, второй, полакомившись глазами нескольких детей, решил помочь собрату. Щупальца монстра быстро обвились вокруг щиколоток Рикки и потащили ее к хозяину. Несколько минут неравного боя, и девушка упала на пол, смотря на мир пустыми глазницами. Она была похожа на бабочку, попавшую в руки к безумному коллекционеру. Николь хорошо запомнила этот момент. Именно тогда она поклялась отомстить проклятому Бэррону и его шайке за то, что разрушили ее итак не идеальную жизнь. Еще немного посидев на крыше и полюбовавшись звездами, блондинка мягко спрыгнула на землю и отправилась спать. Завтра их всех ждал еще один тяжелый день.