Detroit and Potter

      Гарри Джеймс Поттер, — «Мальчик который выжил», «Парень-что-победил», «Сильнейший Светлый Маг», «Второй Мерлин», «Темный маг», «Третий Темный Лорд», «Лорд Блэк», «Лорд Поттер», «Лорд Певерелл», «Повелитель Смерти» и много других, менее популярных титулов, — любил стабильность своей жизни, покой, и ценил разговоры с ворчливыми портретами выше, чем куски золота. Он официально был сильнейшим магом своего поколения, и уже стабильно на протяжении двадцати трех лет является непобедимым Темным Лордом, который иногда появляется возле общественности с советом, кучей артефактов, и «Исчезает в пустыне своего мира», как как-то выразился уже-не-молодой журналист Колин Криви. Гарри ворчливо фыркает, ругается матом на это, и извиняется перед почтенной Вальпургой Блэк за не литературный слог, начиная делать новый артефакт, и читая редкие письма крестника, который стабильно появляется у него на входе в дом Гриммо каждые вторые выходные, чтобы узнать больше, чтобы стать сильнее и еще что-то.       Гарри не спрашивает, честно. Гарри почти плевать, но это его крестник, и он позволяет ему шастать по любимому дому, помогает и объясняет, рассказывает что-то и еще, но Поттер не помнит. Кажется, благодаря самому Гарри молодой оборотень Теодор Ремус Люпин-Блэк умеет пить и не пьянеть.       Ничего удивительного, что Гарри не любит общество. Постоянно прятаться за уже не худенькой и тонкой спиной он не позволит, и сам выпинывает Грейнджер «Ты-должен-Гарри-как-ты-не-понимаешь» и Уизли «Брат-что-не-так-и-когда-свадьба-с-Джинни». Джинни вообще отдельный разговор — Гарри откровенно брезгует девчонкой, которая знакома каждому второму в Хогвартсе, и иногда откровенно бредит. Он, наверное, даже завидует Дадли, который нашел свою любовь в милой маггле, которая готовит ему завтраки и целует в щеку когда провожает на работу. Аманда с радостью знакомится с самим Гарри, стесняется и не дает перейти к шуткам более раскрытого характера, шипит рассерженной кошкой, когда Гарри по привычке ругается матом, а Дадли посмеивается, играя со своим сыном, шестилетним Греем. Грей милашка, и Гарри по секрету показывает ему некоторые банальные фокусы. Петуния давно мертва, Гарри иногда навещает Вернона, но они всегда молчат. Нечего сказать — Гарри все еще винит его в своем ужасном детстве, Вернон винит его в смерти Петти, которая неудачно столкнулась с волшебством.       Иногда он даже приходит в гости к Малфою, чтобы спокойно попить чай с Асторией, поговорить о политике с Люциусом, вновь завести долгий и нудный разговор о прошлом с Драко и шепнуть Скорпиусу о планах Тедди на эту неделю.       И сегодняшний день, — полнолуние, Хэллоуин, — должен был быть спокойным и обычным, как всегда. То есть, должна случиться какая-то хрень. Всегда.       И когда Гарри, — сорокалетний мужчина, короткая щетина, темные связанные в короткий хвост волосы, искристо-изумрудные глаза и шрам на лбу, — сидел и пил чай, полностью вооруженный, чихнул, портрет почтенной Вальпурги понял — скоро все начнется, Слава Магии, он готов ко всему. Мантия на плечах, под курткой, зачарованной так, что и аваду отобьет, небольшой мешочек с самыми разными зельями, в руках он держал чемодан с целым домом внутри, а палочка была в рукаве. Закружился воздух вокруг, где-то пафосно загремел гром, а Поттер по привычке выругался, когда упал с кресла на холодный пол.       — Блять, — емко выразил свои чувства он, оказавшись в совсем незнакомом месте.

***

      Гэвин Рид ненавидел андроидов, людей и самого себя — чуть-чуть. У него был напарник, — гребанный самодовольный, наглый, сильный и умный девиант-кирпич Ричард RK900, — у него был начальник, а еще в отделении был Хэнк Андерсон, гребанный алкоголик, и Коннор, чертов андроид, невинный щенок, и огрызается также. Он недовольно чертыхается, — ему тридцать шесть, а еще полгода назад была революция андроидов, что прошла «Как по маслу», и КиберЛайф обанкротился. И прийти на вызов, когда выходной, из-за того что какой-то шизик решил сделать оккультический клуб на крыше одного из домов, было весьма не круто. Нет, не так — охуеть как не круто.       И вот он, Гэвин, стоит направив ствол пистолета на шизика, Ричард стоит по правое плечо, и пытается говорить. Шизик выглядит как…. Шизик. Всклоченные золотые волосы, круги под глазами, разрисованные лицо, и какой-то балахон. Андроид до этого говорил, что шизика зовут вроде как Леонардо Стак, но Риду плевать, он смотрит на шизика, как на ненормального, краем уха слушая Ричарда, который «Коннор говорил что не все нужно решать силой, а здесь я уверен, что в случае провала с переговорами, успею его поймать».       — Вам стоит отойти и отставить нож в сторону, мистер… — в который раз своим холодным голосом говорит Девятка, и Гэвин закатывает глаза.       — … И пускай придет Смерть, и будет она прислужницей мне! — завопил шизик.       — Да блять! — Гэвин стреляет куда-то вправо от шизика, когда в круг, возле которого шизик стоит, попадает гребанная молния.       — Блять, — зеркалит слова Рида чужой голос, и когда Рид оправляется от вспышки, видит сидящего в кругу на жопе мужика.       Мужик не слишком отличается видом от шизика, — из чего сделана эта, ладно, крутая, куртка? , — но вызывает только желание… Просто желание? Мужик выглядит горячо, и уже не слишком молодо — короткие темные волосы слегка растрепались, но все еще были связаны в хвост, небольшая щетина «Я-вроде-не-бреюсь-но-это-целое-искусство», кожа оливкового цвета, и… Гэвин моргнул, удивленно смотря в не менее удивленные изумрудные глаза, что смотрели из-за стекол круглых очков. Ладно, Гэвин действительно думает, что мужчина выглядит горячо, пускай и появился он…. Как он вообще здесь появился? Застав этот вопрос, и вспомнив что вообще происходит, он направил оружие на, — допустим, ладно? Только допустим, что это, блять, возможно, — призванного мужика.       Тем временем Ричард уже схватил шизика за руки, и повалив того на живот, скрутив руки.       — Я, блять, советую тебе спокойно подняться и не сопротивляться, парень, — произнес Рид, без особой надежды на то, что парень выполнит указ. Никто и никогда не выполнял, и…       — Ладно, э… Офицер? Офицеры? — спросил мужик. — Вы не подскажете, что происходит, и какой год? — Гэвин не мог ничего сказать. Кроме, наверное, «Блять».

***

      Гарри Поттер послушно сдает кровь, послушно смотрит в лицо высокого парня со слишком идеальной прической и лицом, что буквально просит кирпич от своей невьебенной безэмоциональной холодности, шипит, когда у него пытаются отобрать палочку, и делает вид, что все в порядке. Он более эмоционален и пока никто не видит, — или он не видит что кто-то видит, — ругается под нос, потому что сука-блять-охренеть, это другой мир и другое время. 2039 год, время андроидов и людей что живут на равных правах, время, когда Гарри Поттер существует только, — ха-ха! , — в виде старой-старой, почти всеми забытой книги, которая хранится в базах данных только интернета. Гарри в этот момент забавно округляет глаза, откладывает очки, и зарывается в прическу пятерней.       — Охуеть, — шепчет он, смотря расфокусировано. — Мистер Рид, — он вспоминает вроде-как-тактику-и-этикет, обращаясь к первому человеку, которого он здесь увидел. — А дайте почитать, а?       — Потом, — кривится Рид, а Поттер думает, что американский акцент — это круто. И его британский — круто, но американский с хриплым самодовольным голосом Гэвина — круче.       Сам Гарри не ожидал быть перенесенным, и качает головой, когда еще какой-то мужик, — Фаули, если не ошибается, — пытается все-таки забрать его палочку, говоря, что это дохера опасно для окружающих, он — опасен сейчас для всего, сейчас время прогресса и еще что-то, но Гарри шипит на грани перселантанга о том, какой классный сейчас мир, какие интересные андроиды, и не пойти ли вам, офицер, куда-то поглубже и побыстрее, иначе Гарри сам пойдет — неважно куда. На границу Британии переместится, на зло. И разрушит что-то, тоже исключительно на зло. Взгляд Ричарда, — «Девятка», «RK900» и «Морда-кирпич», — несколько заинтересованный, он видимо только что прочел всю информацию о Гарри Поттере из книги, и явно хочет задать вопрос. Не успевает.       К ним подходит еще кто-то, и Гарри сосредотачивает внимание на нем. Мужчина смотрит на него. Лет пятьдесят, волосы серебристые и по плечи, лицо раздраженно-усталое, глаза голубые, и смотрят с прищуром узнавания. Одежда чистая, пахнет порохом — Гарри приподнимает бровь.       — Это что за пародия на Гарри Поттера? — голос у него хриплый. Рид и Фаули подавились воздухом. Гарри протягивает руку.       — Гарри Джеймс Поттер, попал в ваш мир по случайности, приношу глубокие извинения, если особо сильно помешал, — выпаливает на одном дыхании.       — Хэнк Андерсон, — автоматично пожимает руку мужчина, пока брови его грозятся встретиться с кромкой волос.       Гарри Поттер улыбается чуть более скромно, чем до этого — Хэнк импонировал ему много больше, чем Фаули, это было видно сразу.       Гарри Поттер думает о том, что стоит начать изучать новый мир…

***

      — Мистер Рид? — голос Гарри из кухни.       — Блять, прекрати появляться из ниоткуда!       — Мистер Поттер? — голос Ричарда из гостиной.       — Твою мать! — одна из проблем Гарри — он не умеет отслеживать андроидов так, как людей. Ричард исключение из правил.       Гэвин все еще не понимает, почему эти два ублюдка в его доме. Ладно, Девятка — Рид сам позвал его однажды, потому что тот жил в полицейском участке или с Хэнком и Коннором, что не нравилось ни детективу, ни андроиду. Тот воспринял приглашение положительно, пришел, и прижился — Гэвин пробовал его выгнать даже метлой. Сломалась. Пришлось смириться, за две бутылки пива и новую метелку для пыли. Но за месяц жизни в этом мире, и кучу волшебства по типу восстанавливающихся зданий, перемещений в пространстве, и превращения чувака из кафе, который трижды облил Рида кофе, в жабу, Поттер приноровился перемещаться, — «Это аппарация, детектив», — в квартиру Гэвина, которая трех взрослых разумных не вмещала. Сам Рид официально назвал это зоопарком — Человек, Маг и Андроид в одной квартире с гостиной, кухней, спальней и туалетом с душем. Где спал Поттер, Рид не знал — просыпался позже мага.       Того Рид тоже пытался выгнать. Тоже метлой. Итог — метла сама начала вытирать всю пыль, а Гэвин узнал как круто просто висеть в воздухе.

***

      — Я думаю, мне здесь нравится, — шепчет Гарри Хэнку, выпивая пиво в баре.       — Да ну?       — Ага. Не подскажете, что делать, чтобы привлечь внимание Рида, а?