biotic symbiot

      Я снова в своей камере. Надо мной снова ставили эксперименты, снова накачивали нулевым элементом и наркотиками, твердя, что я будущее биотики, надежда для всего человечества. Но всё, что мне достаётся — это боль, мучения и издевательства.       Я лежу на кровати, обняв подушку. В голове никаких мыслей; хочется просто, наконец, помереть и забыть все произошедшее со мной как страшный сон. На улице снова дождь, бьет по крышам. Плачет вместе со мной и здешними детьми, будто знает, что мы здесь переживаем.       — …Подопытная Ноль — приоритет номер один. Если кто и сможет взаимодействовать с образцом, то только она.       — Вы уверены? Она ведь ребенок и даже младше некоторых других подопытных...       — Но сильнее всех вместе их взятых. Вспомни, что она учудила на прошлой неделе и все поймёшь.       В коридоре слышны голоса, приближающиеся к моей камере. Я знаю, зачем они идут. За кем. Потому просто сажусь на кровати, готовая их встретить. В моих глазах плещется ярость, а кулаки сжимаются до побеления костяшек.       Дверь с противным шипением открылась, и в комнату вошли двое мужчин.       — Как дела, Дженнифер? — притворно дружелюбным голосом спросил мужчина, вышедший вперед. Он подошел еще немного ближе, но держался на безопасном расстоянии. — Ну что, пойдем? От своей судьбы ведь не убежишь, — с наигранной улыбкой проговорил он.       — А я попытаюсь, — прошипела я, вставая с кровати, и, сконцентрировав энергию, направила правую руку на стол, подняла его и швырнула прямо на этого урода. Он мгновенно отлетел к стене, смачно ударившись спиной, — я даже слышала, как у него что-то хрустнуло — а после ему в живот прилетел и стол.       — Ах ты… сучка… — хрипло выронил первый мужчина, перед тем как отключиться.       — Тихо, Ноль, спокойно, — всполошился второй, когда я перевела на него озлобленный взгляд. — Мы не причиним тебе зла.       — Да неужели? — смотря на него исподлобья, я медленно шла ему на встречу, наслаждаясь его отчаянными попытками отступить и спасти свою шкуру.       — Всю свободную охрану к камере подопытной Ноль! Срочно! — истерично прокричал он в рацию, разворачиваясь и убегая.       — Далеко собрался? — брошенная мной ударная волна, смела мужчину с ног и заставила его поцеловаться с окном, которое он выбил своей же тушей. Я довольно усмехнулась и, вытерев выступивший пот, пошла вперед. Пусть попробуют меня остановить.       Практически сразу же, как я вышла из камеры, по всему корпусу зазвучала сирена. Специальная, оповещающая всех, что на свободу вырвалась Подопытная Ноль и нужно прятаться, иначе от тебя останется лишь мокрое кровавое месиво, если ты просто попадешься мне на пути.       — Подопытная Ноль, вернись в свою камеру во избежание неприятных инцидентов. В противном случае против тебя будут приняты контрмеры, — раздался из динамиков раздражающий голос директора, старающегося решить все мирным путем.       — Завали свою вонючую пасть, — агрессивно выдала я, посмотрев прямо в объектив камеры, после чего я снесла ее небольшим биотическим зарядом.       — Ты снова вынуждаешь меня, Ноль, — прогремел разочарованный голос, но я не обратила на него внимания, продолжая идти вперед. — Привести в исполнение протокол 67.       После этих слов моя сирена замолкла, от чего я даже остановилась и мельком осмотрелась. Я находилась в небольшом пролёте, ведущем к лаборатории, где надо мной ставили эксперименты. Вокруг не было ни души, не было слышно ни шороха, будто мне вставили беруши. Протокол 67? Впервые о нем слышу. Неужто директор приобрел новые игрушки в надежде меня остановить? Я сделала пару шагов в сторону главного, как неожиданно все проходы запечатались стальными клапанами. Это что-то новое.       — Ты думаешь, что меня это остановит? — с вызовом спросила я, концентрируя энергию в руках, и после направила ее мощной волной в ближайший клапан. С довольной усмешкой, что сейчас эту перегородку просто разорвёт, сделала еще шаг вперед, как вдруг моя же атака сметает меня с ног и отбрасывает к стене. Я ухнула, ударившись спиной, и рухнула на пол; боль от столкновения мгновенно разошлась по телу.       — Эти клапаны снабжены отражающим барьером, — снова услышала я голос директора, — рассчитанным на твои мощные атаки. Не сопротивляйся, Ноль. Иначе будет еще хуже.       — Да пошел ты! — прохрипела я, сплевывая на пол и медленно поднимаясь.       — Я не хотел этого. Активировать систему.       Динамики противно заскрежетали и замолкли, но вскоре я услышала какое-то гудение и металлический треск. Посмотрев вперед, я увидела, что в клапане появились воздушные отверстия. Когда пластины полностью открылись, раздался короткий звуковой сигнал и из них пошел какой-то дым, стремительно заполнявший закрытое пространство, и сознание начало меня покидать.       Очнулась я в кресле в одной из закрытых лабораторий, прикованная ремнями к сидению. За бронестеклом, где находился пункт наблюдения, собрались практически все ученые, что-то яро обсуждая, но, заметив, что я очнулась, замолкли и включили микрофон.       — Как твое самочувствие? — учтиво поинтересовался директор, выйдя вперед.       — Завались.       — Вижу, все хорошо, — притворно улыбнулся он. — Заносите образец.       Открылась дверь и двое мужчин, одетых в защитные костюмы, вкатили в помещение контейнер, в котором плескалась непонятная чёрная субстанция, цепляясь за стеклянные стенки. Поставив контейнер напротив меня, люди спешно покинули комнату и закрыли за собой все двери. Я еще раз посмотрела на контейнер и перевела взгляд на недобро улыбающегося директора. Поймав мой сверлящий взгляд, он что-то нажал и контейнер открылся, привлекая мое внимание.       — И что ты задумал на этот раз, больной ублюдок? — поинтересовалась я, наблюдая, как чёрная хрень вылезает наружу. Мужчина ничего не ответил, лишь усмехнулся и выключил микрофон.       Эта субстанция, казалось, была живой. Она ползла по полу, прямо ко мне, от чего становилось немного не по себе. Я попыталась вырваться, разорвать ремни, как делала это раньше, но у меня не получилось, попыталась применить биотику, но тоже не сработало — будто меня лишили всех сил и все, что мне оставалось — это смотреть, как эта херня приближается ко мне. Я продолжала брыкаться, дергать ногами и руками, пытаясь ослабить хватку ремней, вот только попытки были тщетны, а эта чернота уже вплотную подобралась ко мне и прыгнула на мою ногу.       — А ну свалила! — выкрикнула я и дернула ногой, пытаясь стряхнуть эту штуку, однако она оказалась цепкой и поднималась выше. — Да что это…       Субстанция практически добралась до груди. Странно, но я не чувствовала липкости или жжения после нее, было лишь что-то неприятное и мерзкое. С тревогой и страхом я наблюдала за этой дрянью, остановившейся в районе груди и уже через мгновение она начала всасываться внутрь меня, исчезая на глазах. Я не смогла произнести и звука, шокированная таким поворотом. Не оставив после себя никаких ощущений, эта хрень просто исчезла и все. После исчезновения субстанции, держатели ремней щелкнули, оповещая, что мои конечности теперь свободны. Воспользовавшись этим, я резко вскочила с кресла и уже была готова ударить биотикой по стеклу, как внезапно у меня заболел живот, а голова закружилась. В глазах начало темнеть, ноги задрожали и, в конце концов, я рухнула на пол, услышав напоследок, что эксперимент провален.       И вот я снова в своей камере. Голова жутко болит, перед глазами все плывет, а тело ломит, будто меня хорошо так избили. Я осторожно села на кровати и оперлась головой о руку. Жутко хотелось пить и есть. Медленно подняла взгляд на стол, где обычно оставляли для меня еду — там стоял разнос с тарелкой и кружкой. Встав, я, пошатываясь, подошла к нему и посмотрела на содержимое своего обеда: хлеб, каша и витаминный напиток. Недовольно фыркнув, потянула руку к кружке.       — Еда! — вдруг послышался голос. Рука остановилась возле посуды, а я замерла, в надежде, что мне это показалось, и зажмурила на мгновение глаза. — Ну и чего остановилась? Я вообще-то голодный.       — Кто здесь?! — выкрикнула, поворачиваясь назад и оглядывая комнату. — Покажись, чтобы я могла размазать тебя по стенке! — я стукнула кулаком по столу, придавая весомости своим намерениям — Обещаю, твоя смерть будет быстрой.       — Кроме нас здесь никого нет, — вновь раздался голос. — Ну, так что, ты покормишь меня? А то я уже не против полакомиться твоей печенью.       Я обошла всю комнату, но так никого и не нашла. Галлюцинации? Но ведь голос отчётливо слышался и даже отвечал мне.       — Попадись мне и от тебя ничего не останется, — негромко проговорила я, возвращаясь к столу.       — А у меня есть другое предложение, — будто мурлыкая, сказал голос.       Я почувствовала легкое жжение в районе груди, но после него произошло немыслимое для меня: чёрная субстанция, которая до этого всосалась в меня, сейчас вылезла, приняв форму головы. Большие белые глаза смотрели на меня, а пасть с острыми зубами расплылась в довольной улыбке.       — Что ты такое? — опасливо спросила я, пятясь назад, но эта хрень была прикреплена к моей груди и следовала за мной.       — Я — Веном.