Bad Golden Boy

Твои глаза горят ненавистью и сейчас они совсем не прозрачные. Неужели ты умеешь что-то чувствовать, Малфой? Ты бьешь меня кулаком по лицу. Нет, мне не больно, я привык. Привык получать от тебя только боль. А ещё я привык к твоей ненависти. Заношу руку и хочу ударить тебя в ответ, но она меня почему-то не очень слушается. Что со мной черт возьми происходит? Я ведь ненавижу тебя! Ты прижимаешь меня к стене, и я представляю как я наверное глупо выгляжу со стороны. Снова хочу занести руку для удара, но она вновь отказывается мне подчиняться. Но знаешь, я не собираюсь сдаваться! Не хочу проигрывать. Только не тебе, Малфой. Кому угодно, но не тебе. Ты ударил меня слишком больно, заставив чувствовать все это. Отправил в нокаут. Мое сердце обливается кровью, когда я вижу твои мучения. Ты не можешь убивать людей. Ты ведь не убийца, Малфой. Я давно это понял. После того, как увидел эту щемящую боль в твоих горящих расплавленной сталью глазах. После того, как я увидел твои истинные чувства в туалете. После того, как влюбился в тебя. Рон с Гермионой говорят что я помешан. Может они и правы, мысли о тебе не выходят из головы уже как весь этот год. А возможно и больше, просто я не придавал этому должного значения. Ты видимо замечаешь что-то в моем взгляде и хмуришься, а в следующую секунду до меня доходит, что ты что-то говоришь. — Тебе совсем мозги отшибло, Потти? Видимо я слишком сильно приложил тебя к стене. Ты привычно кривишь губы в язвительной ухмылке, но я вижу в твоих глазах тревогу. За этот курс я научился читать все, что ты думаешь по твоим глазам, Малфой. Я злюсь. Кроме тебя никто не может рассердить меня настолько сильно как ты. Даже Волан де морт. Кроме тебя никто не может пробудить во мне все эти эмоции, что я ощущаю с рядом с тобой. Можешь гордиться, хотя бы в чём-то ты преуспел.  — Похоже их отшибло тебе, Малфой! В очередной раз заношу руку, но в следующий момент оказываюсь ещё сильнее прижат к стене. Пытаюсь вырвать кисти из твоей стальной хватки, но все мои попытки проваливаются с треском. Лягаю тебя ногой, но ты тут же зажимаешь ее своими. Моя нога слишком высоко. Я не хочу думать что находится ещё выше.  — Пусти меня, Малфой.  — И не подумаю, Потти. — ты горячо выдыхаешь мне в ухо, отчего я чувствую, как на моих щеках выступает румянец. Я снова злюсь. И снова пытаюсь вырвать свои бедные руки, но ты сжимаешь их ещё сильнее и вновь горячо шепчешь, как будто знаешь о моей эрогенной зоне. Я и сам не знал, что она у меня есть. Но, судя по всему, все мои места до которых могут дойти твои руки (и не только), станут эрогенными.  — Сам ведь виноват, Поттер. Нечего было за мной следить. Ты думал что я настолько тупой, что не замечу этого? Тогда ты очень ошибаешься. Я заметил это с момента, когда ты залазил на крышу Горбина и Бэрка. Я тогда уж было подумал, что ты опять решил башкой шибануться. Ах да, еще. Ты не умеешь шифроваться, Поттер. По крайней мере от меня. Отлипнув от моего уха ты смотришь в мои глаза. Я не могу себя контролировать. Я устал изображать одну ненависть. Ты, видимо, это замечаешь, потому что твоих глазах появляется какой-то незнакомый огонёк. Что это?  — Всегда знал что ты течёшь по мне как сучка, Поттер. Я же прав?  — Отпусти меня, Малфой! Я начинаю выбиваться из твоей мертвой хватки, но ты ещё сильнее прижимаешь меня к стене и хрипло смеёшься:  — Помнишь, что я говорил тебе в том году? В поезде? Что накажу тебя если замечу, что ты плохо себя ведёшь? Так вот. Ты был ужасно непослушным мальчиком, Поттер. Ты смотришь на меня как лев на добычу, готовый прыгнуть в любую секунду. Но на удивление, я не чувствую кроме сильного возбуждения ничего. Я не боюсь тебя, Малфой. Хрипло дышу, ярко пылая красными щеками:  — Что ты хочешь от меня, Малфой?..  — Сдаётся мне, Поттер, — выдыхаешь мою фамилию мне в рот, плавно перекатывая последнюю букву на языке. Я возбуждаюсь от одного твоего вида. Твои щёки ярко горят, так же как и мои, а челка растрепалась и свисает иголками, мокрыми от пота, на твои глаза, которые внимательно следят за моим языком, собиравшим слюну с губ, внезапно появившуюся от твоего вида. Слышу словно сквозь туман твой голос:  — Сдаётся мне, что… слова: «Что» и «От» в твоём предложении явно лишние… И в таком случае мой ответ будет положителен. Я уже на грани и готов кончить лишь от одного твоего вида, а твои слова совсем не помогают снять мне возбуждение. Но я собираюсь с силами и вырываюсь из твоей хватки, кажется победа так близко, но в последний момент ты напираешь и прижимаешь меня к стене уже всем своим телом.  — М-малфой, пусти меня, черт тебя дери! Что ты себе позволяешь?!.. В голову ударяет осознание. Малфой понял все. Все до единого кусочка моей памяти, моих мыслей, мечтаний о нем. Понял, что я испытываю далеко не только ненависть.  — Малфой, чтоб тебя гиппогриф задра… В следующую секунду я чувствую на своих губах что-то тёплое. А ещё это что-то безумно приятно пахнет. Яблоками… Язык шаловливо лезет сквозь губы, ласково обводя их по контуру. Я что-то неразборчиво стону в поцелуй. Уму непостижимо меня целует Малфой! И самое главное что мне это нравится! В то время Малфой времени зря не терял, это я понял, когда почувствовал как мокрый язык трется об мой, словно приглашая поиграть. Мой, видимо, не имеет такой же силы воли как его хозяин, поэтому сразу же соглашается, вступая в замысловатый танец с малфоевским. Меня ведёт. Буквально. Никогда в жизни я не чувствовал ничего подобного. Язык Малфоя уводит меня на верх блаженства. Никогда бы не подумал, что целоваться с кем-то настолько приятно. А особенно если понимаешь с кем. Драко с рыком резко притягивает мои бёдра к своим. Я ощущаю, что сейчас кончу. Издаю глухой стон в поцелуй и обхватываю Малфоя за шею, притягивая ещё ближе к себе. Хотя казалось бы, что ещё ближе уже невозможно. В меня упирается что-то твёрдое. Это что-то безумно большое. И в голове пролетает иррациональная, но такая привлекательная мысль, о том, как же хочется увидеть это что-то вживую. Драко утробно стонет мне в рот, и мне хватает только этого, чтобы достигнуть пика блаженства. А ещё понимания того, что Малфой хочет этого не меньше меня. Хочет меня. Судя по рыку в мое ухо, (как бы снова не кончить!) и укусу (весьма ощутимому!) в местечко над ключицей, Малфой тоже, находится там же где и я. Судя по ощущениям мы в Раю. Он отстраняется от меня, но из рук не выпускает, ласково (он и так умеет?!) смотря в мои глаза. Стараюсь не отводить взгляда, но все мое нутро готово в любую секунду взорваться от смущения. Малфой деловито фыркает, а через секунду уже заливисто смеётся. На корке сознания пролетает мысль, что этот смех очень приятный. И мне просто жизненно необходимо слышать его каждый день.  — Что ты смеёшься? Малфой? У тебя истерика? Он только отмахивается, продолжая смеяться.  — Хей, кончай, Малфой, сейчас Филч придет и нам обоим не поздоровиться!  — Да, ты прав, — смех резко обрывается и Драко уже с посерьезневшим взглядом смотрит на меня. Что происходит? Это уже серьезно начинает напрягать. Может он понял с кем чуть было не трахнулся, и это был и вправду истерический смех? Тогда почему он продолжает крепко держать меня за талию? — но если Филч и придет, не беспокойся, Поттер, своего парня сдавать ему я не намерен. В голове была каша. Все из-за его присутствия. Слишком близко. Постойте-ка… Парня? Он сказал парня?!  — Парня? Я недоуменно смотрел на Драко, пытаясь найти подтверждение того, что я все правильно понял.  — Послушай, Малфой, если ты сейчас шутишь…  — Я не шучу, Поттер. Может я и мразь, но подобные шутки явно не по моей части. Только не над тобой, Поттер. Над кем угодно, только не над тобой. Я не мог поверить. Сам Малфой, Малфой, который доставал меня все эти годы, сейчас буквально признаётся мне в любви. А я веду себя как младшекурсница, увидевшая своего кумира. Отвратительно.  — Я. я согласен?.. — пробормотал я, неуверенно поднимая глаза и боясь встретить привычно насмешливое выражение лица и издевательство в глазах. В глазах, которые я уже успел полюбить. Никогда ему в этом не признаюсь. Но его там не оказалось! Там было что-то другое? Что это? Я видел это когда он понял, что я на самом люблю его?.  — А тебя спрашивали? Драко хмыкнул и прижал меня к себе. Я почувствовал теплоту и умиротворение, захотелось вжаться носом в это местечко под ключицей и сладко уснуть.  — Малыш? Ты там уснул что-ли? Сердце сладко екнуло от прозвища, которым назвал меня Малфой. Я не хочу больше сопротивляться своим чувствам…  — Нет, папочка, просто обхаживаю свою собственную территорию. Чувствую малфоевские руки на моей заднице. Смущенно поднимаю глаза и пытаюсь отцепить наглые руки от своей пострадавшей пятой точки. Твои глаза хитро блестят. Что ты опять задумал?  — Малфой!  — Можно просто «Драко», а вот с твоей фамилией тебе скоро придётся попрощаться… Чего?! Мы этот вопрос ещё обсудим, теперь я знаю все способы как уговорить Малфоя, и собираюсь воплотить их в жизнь. А вот за все годы насмешек тебе прийдется отдуваться. Примерно всю оставшуюся жизнь. Ой, да не кочевряжься ты, Малфой, по глазам же вижу что согласен!