Объятья и какао

— Кира, ну там дождь, — пытался вразумить её Арт. — Ты промокнешь! — Я возьму зонт, — сказала Кира, уже застёгивая тёплую куртку. — И тем более я половину пути проеду на маршрутке. — Ки-и-ир, ну может ты дома останешься или я схожу, — не оставлял попыток Арт. — Нет, я же не маленькая, — Кира и взяла с полки над вешалкой зонт. — Чувствуй себя как дома, я не долго, — сказала она и потянулась за поцелуем. — Шарф хоть надень, — Артём взял с тумбочки серый вязаный шарф и надел его на Киру. — Придешь мокрая — греть и сушить не буду, — строго наказал он и поцеловал её в щёку.

***

      Просмотр фильма нередко пробуждает желание сладенького. Вот и Кира, после пятиминутного разговора с Артом под какой-то боевик, захотела горячего какао с маршмеллоу. И, как ни странно, первое быстро нашлось в одном из кухонных шкафчиков, а главный ингредиент — нет.       Глаза Киры засверкали, чему очень удивился парень, а потом она стала собираться в магазин, не пуская с собой Арта под предлогом «секретного места». Вот он и остался в пустой квартире в режиме «Хатико», но предупредил, что и пальцем не пошевелит, если она придёт вымокшей до нитки. Девушка только рассмеялась — безбашенная душа требовала сладенького, а значит нужно его найти, пусть и шёл ливень.

***

      Кира шла по улице, крутя головой по сторонам. Шаловливый ветер то и дело вырывал зонтик из рук, практически выворачивая его в другую сторону. Дождь лил стеной, оставляя на асфальте громадные капли. Хорошо, что остановка была совсем близко, куда и заскочила девушка, не задумываясь. — Плохая идея, плохая идея. Я что маленькая что ли и сама до магазина не дойду? — пародировала Кира Арта, кривляясь, но, огласившись с собой, кивнула       Она посмотрела на часы: маршрутка должна была прийти десять минут назад, а это значило, что ждать уже не стоит. Кара сначала решила вернуться, а потом вспомнила слова Арта, стряхнула с зонта воду и пошла пешком. Людей было совсем немного: все прятались по домам. А вот машин проезжало намного больше, в основном они плелись еле-еле из-за мокрой дороги, но один из автомобилей Кира заприметила ещё в начале дороги. Он вылетел на улицу, задние колёса немного повело в сторону.       Девушка сначала дёрнулась в сторону: мало ли, а потом водитель промчался мимо, задев колесом лужу. Брызги полетели во все стороны, как мысли Киры: не самые цензурные. Хотелось бы высказать это в лицо, но машина уже скрылась за поворотом.       Она оглядела себя с ног до головы — зрелище не из приятных. С воротника до подола капала грязная вода и, кажется, затекла за шиворот. Только волосы были относительно чистые и то потому что успели спастись под зонтом. — Ну просто замечательно! — прошипела Кира. — Чтоб у тебя мусора остановили! — она показала кулак пустой дороге.       Арт неожиданно появился в мыслях с победной ухмылкой, как раз в тот момент, когда Кира собралась поворачивать. Она собрала всю волю в кулак: до секретного места оставалось совсем чуть-чуть — и пошла дальше. — Девушка, а девушка, — весело проговорил проходящий мимо парень. Он появился как будто из ниоткуда, а если точнее, из ближнего переулка. «Местная гопота, » — подумала Кира и одарила незнакомца презрительным взглядом. — Девушка, а что это вы такая грязная? — спросил он и посмотрел на свои насквозь мокрые кроссовки.       Кира фыркнула, решив не обращать на него внимание. Зря. Незнакомец, со словами «ну раз так он вам не нужен», вырвал зонт из рук девушки. Кира схватилась за край и потянула на себя, пытаясь как-то навредить противнику. Зонт жалобно затрещал по швам и разошёлся по середине.       Парень, поняв что ничего кроме увесистых ударов ему ничего не светит, поспешил скрыться в ближайшем переулке. Только что убежал ещё один повод материться. Кира уже было решила развернуться и пойти домой, сомневаясь, что её пустят в её секретное место в таком виде, но, вспомнив кто там работает, она продолжила свой путь.       Слова Арта превратились в реальность: за неимением зонта девушка вымокла. Вода была… да где она только не была! Каждое волокно пальто, волосы, остальная одежда. Она текла по позвоночнику и хлюпала в резиновых сапогах.       Пройдя злосчастный поворот, Кира наконец увидела вывеску: «Сoffee and cosiness» и забежала под козырёк. Уважительно вылив воду из сапог, она зашла внутрь.       Внутри было тепло и пахло кофе. На стенах висели милые зелёные занавесочки, по всему периметру стояли столы с белыми скатертями и чёрные кованые стулья. Стены увешаны картинами, что хорошо выделялись на фоне чёрно-зелёных обоев. За барной стойкой, неизменно уже года два, стоял парень с рыжей шевелюрой. — Привет, Илья, — радостно сказала Кира, подходя ближе и оставляя за собой мокрый след из капель. — Что-то как-то пусто, — заметила она, оглядевшись. — Так дождь, — разъяснил Илья, не поднимая головы, а потом посмотрел на девушку. Удивлённый присвист вырвался сам собой. — Ох-хо, Кира, как это тебя угораздило? — он разглядывал девушку с ног до головы. — А, немного не повезло, — ответила она, слукавив про «немного». — Я вообще пришла за тем.       Она выразительно на него посмотрела, поле чего Илья нырнул под барную стойку. — Пакетик лучших маршмеллоу для прекрасной сеньориты, — сказал парень, приседая в шутливом реверансе и протягивая ей полиэтиленовый кулёк. — Ох, вы так любезны, синьор, — хихикнула Кира. — Пошли, привожу тебя хоть, мне ещё вытирать тут, — Илья направился к двери. — Пусть Арт лучше сушит! — крикнул он на прощание и закрыл дверь.       Кира шла по улице и лучилась от счастья. Наконец она сможет выпить горячего какао за книгой, укутавшись в плед. Плед ей несомненно понадобится, ведь возможность заболеть возрастала с каждой минутой: она промёрзла до костей.        Дорога обратно прошла быстрее. Квартира показалась впереди уже через семь минут. Миленькая, маленькая, тёпленькая и, самое главное, с Артёмом внутри.       Кира тихо повернула ключ в замке и так же тихо закрыла за собой дверь. Не помогло. Арт уже стоял в коридоре и с особым интересном наблюдал за грязной лужей, стёкшей с Кириной одежды. Его взгляд так и говорил «а я предупреждал!». — Кира, — измучено простонал он. — Вот это ради этого? — сказал Арт, сначала показав на грязь и мокрую Киру, а потом на пакетик. — Да, — спокойно сказала она, разглядывая выражение лица парня, оно доставляло ей истинную радость.       Она поставила маршмеллоу на шкафчик, возле двери и собиралась гордо прошагать в ванну, чтобы гордо выжать из себя всю воду. Но не тут-то было. — Стоять, барышня, — сказал Арт и выставил руки вперед в знак протеста.       Он забрал пакетики унёс его на кухню, пока Кира стояла в коридоре. Лужа вокруг неё образовалась не маленькая. Арт пришёл с большим маховым полотенцем. Сняв с Киры пальто и сапоги, он увидел ещё один слой мокрой одежды. — Понятно, — парень ушёл куда-то в спальню.       Девушка всё так же стояла у порога, время от времени хихикая и понимая, что Арт в любом случае не выдержал бы и принялся ухаживать. Вернувшись из спальни, он подошёл к ней и закутал в полотенце. Кира почувствовала, как ноги оторвались от земли: Артём понёс её в ванную, как заботливая мама ребёнка. Причитал он, между прочим, тоже как мама.       Мокры волосы спали ему на плечо, а сама Кира прижалась сильнее, пригреваясь. В объятиях было тепло и уютно. Жаль, что до тех пор, пока ноги не приземлились на холодную плитку. По телу побежали мурашки и девушка съёжилась. — Во-от, я говорил! — снова сказал Арт. Или он говорил это в мыслях у Киры? — Мой голову и переодевайся, вещи на шкафчике.       Он ушёл, закрыв за собой дверь, и Кира смогла вдоволь наулыбаться и похихикать — ей всегда нравилась его забота. Он всегда помогал ей, несмотря на то, что пред этим по десять раз повторял «и пальцем не пошевелю!».       Выйдя из ванны, Кира почувствовала себя человеком. По крайней мере, чистым человеком. Волосы, высушенные феном, разметались по плечам и приятно пахли её любимым шампунем. Она заглянула в зал. На диване под пледом лежал Арт и смотрел какую-то программу. — Какао на кухне, на столе, — как будто почувствовав, что она стоит сзади, сказал он.       Как только Кира прикоснулась к кружке, тепло просочилось под кожу. Пальца, ещё плохо сгибавшиеся, оттаивали. Не зря она под дождём мокла. Терпкий запах корицы заполнил всю кухню, делая её уютнее. Хотя сейчас всё, что теплее девушки на пару градусов казалось, ей приятным и горячим.       Девушка прошла в зал и, покосившись на диван, где сидел Арт, умостилась на кресле. Плёд был приятным, но не настолько, чтобы отогреть, какао тоже быстро кончилось. Кира всё сильнее начала кутаться в одеяло, доходя до состояния куколки, но было как же холодно. — Иди сюда, лягушка, — усмехнулся Арт, откидывая край своего одеяла, — согрею.       Кира уже представила тепло его тела и с широкой улыбкой направилась к дивану. На её лице так и читалось: «я же говорила, что ты не устоишь». Она забралась под одеяло и прижалась к Артёму всем телом. Гаденько хихикая, когда грела ноги о его.       Голова очень кстати лежала на его груди, а руки и ноги лианами оплелись вокруг тела. Арт не устоял и поцеловал её в макушку, задержавшись на пару минут.

Она — взбалмошная и энергичная, часто попадающая в неприятности. Он — спокойный и рассудительный, часто вытаскивающий её оттуда. Противоположности притягиваются, и рано или поздно он обязательно оградит её от всего миро своим теплом одним осенним вечером.