Мной движет сумасшествие

      Если бы можно было обернуть время вспять, то появилась бы отличная возможность начать жизнь с чистого листа. Однако это нельзя осуществить. Как бы сильно ни старался, всё тщетно и бессмысленно. Окружающие говорят, что для того, чтобы изменить что-то в своей жизни, достаточно желания и определённых усилий. Но что может сделать убийца? Ничего. Преступники, пролившие чью-то кровь, уже ничего не способны исправить. И дело вовсе не в жажде крови или мученических криках жертв, а в самой морали жизни. Убийца никогда не сможет забыть совершённого, и общество это ему ни за что не простит. Не сошедший с ума обречён на страдания и вечные духовные скитания. Нигде не будет для него места. Он – изгой, одиночка, кто угодно, но только не часть общества. Такого человека даже человеком назвать сложно. Его руки в крови, сердце часто бьётся, душа не спокойна, а взгляд блещет безумным ужасом. Никакое наказание не спасёт душу убийцы, кроме как смерть или тихое сумасшествие, наступающее в момент изоляции от общества. У всего есть цена, а цена убийству только жизнь.       Под серым небом лжи и недопонимания живёт и Игараши. Отвергнутая миром, не имеющая семьи и смысла жить, девушка влачит своё жалкое существование, надеясь найти спасения, которого нет. Она и сама не знает, почему до сих пор не пустила себе пулю в висок, а ведь так было бы проще. Красноволосая утонула в собственной лжи. Впрочем, судить её за это нет смысла, потому что иного выбора у неё нет. Чтобы хоть как-то заставлять себя жить, ей просто необходимо лгать людям, а потом смотреть, как они сражаются друг с другом или страдают. Всего одна капля лжи убивает так много жизней, что порой кажется, что это что-то вроде вируса, от которого не избавиться, пока жив человек. Кагами прекрасно понимала, на какие жертвы идёт, солгав Акаши. Иначе поступить она просто не могла. Её разборки с бывшими союзниками никак его не касаются, поэтому в целях уберечь детектива от Ёкоты Бенджиро, девушка решила самолично заявиться к старому "другу" и положить конец прошлым ошибкам. Она даже понимала, что может не вернуться, что ставило под сомнения возможность справедливости, которую так жаждет осуществить убийца. Однако Кагами была готова пойти на такую жертву, ради спасения того, к кому не равнодушна во всех смыслах. «Я не могу позволить Бенджиро добраться до Акаши... Не могу позволить ему получить нужную информацию о передвижениях детективных агентств и ещё некоторых вещах, связанных с ними. Иначе быть беде. Я знаю, чего хочет Бенджиро, но не имею права дать это, — подумала Игараши и остановилась перед заброшенным заводом на окраине города. Здесь когда-то производили мотоциклы, так что тут было полно полезного металлолома. — Всегда возвращаясь сюда, я всё больше и больше убеждаюсь в том, что это место просто идеально для базы, — самодовольно улыбнулась убийца и обошла здание. Встав у голой стены, девушка нажала на несколько кирпичей, и впереди отворилась дверь потайного входа. Стоило переступить порог, как дверь резко захлопывается. Красноволосая спокойно прошла по тёмным коридорам, напичканных ловушками, которые были благополучно отключены, так как стоит зайти сюда, как хозяева крепости об этом узнают. Для своих ловушки отключают, а вот чужаки обычно сразу погибают на входе, если это не простые гражданские, конечно же. Кагами вышла в огромное помещение со слабым освещением и осмотрелась. Вокруг было пусто. Видимо, сейчас все обедают. — А здесь ничего не изменилось... Меня не было почти шесть месяцев, но ощущение, что всего-то два дня», — красноглазая улыбнулась, вспоминая прошлые денёчки. Ностальгия одолела её, но лишь до тех пор, пока справа не послышались шаги. Когда неопознанные вышли на свет, красноволосая узнала в них Химуру Тацую и Хороми Рей. Те радостно смотрели на вернувшегося предводителя и переглянулась, кинув друг другу. „Кагами вернулась!” — громко крикнули они, и в большой зал вломились все союзники Игараши, радушно встречая её. — Эй, хватит тут визжать от радости! А ну за работу, лентяи! — гаркнула Комацу, важно прошествовав к "блудной" подруге. Послышалось ворчание, но толпа повиновалась и разбрелась по частям. Химуро и Хороми снисходительно улыбнулись. — Повелеваешь и властвуешь? — усмехнулась Игараши, в шутку подмечая, что её тут сместить хотят. — Тсь! Им только дай волю, всё тут разнесут, — фыркнула Рин, недовольно покосившись на красноволосую. Да, она была рада её видеть, но кое-что синеволосую не устраивало и напрягало в нынешнем поведении предводительницы. — Что? — вопросительно изогнула бровь Кагами. Впрочем, спрашивать было и не обязательно, красноглазая прекрасно знала, что не так. Точнее, частично, ведь она не учла ещё одного немаловажного аспекта. — Тогда и сейчас... Обе наши встречи принесли мне мысли, что ты как-то изменилась, — рассуждала Комацу, начав задумчиво потирать подбородок пальцами. Красноволосая вдруг занервничала. «Чёрт! Я ведь знала, что это произойдёт! Так зачем я позволила ему поселить в моей душе надежду?! — Кагами сжала кулаки, чувствуя давно забытый страх. — Моё хладнокровие... Оно... пропало! — нервно сглотнув, девушка старалась сделать выражение лица уверенным насколько это только можно. — Теперь уже поздно сожалеть о своём спонтанном выборе, так что, просто сделаю то, что должна и покончу с нашими страданиями», — вздохнув, Игараши нахмурилась. — О чём ты? — Ты стала выглядеть счастливой, — эти слова сломали отощавшие барьеры окончательно. Сердце заняло, но разум отчаянно пытался подавить его бунт. Безуспешно. Чувства пробили брешь во льду. Ледниковый период подходил к концу. Душа оттаяла и теперь пыталась разморозить мозг, который отчаянно сопротивлялся этому, выставив своим щитом и мечом самовнушение. «Счастливой?... Что за бред?!», — красные глаза омрачились и воззрелись на Рин с нескрываемым раздражением и холодом. — Я не имею права на счастье, поэтому закончим этот бессмысленный разговор, — беспристрастно отчеканила Кагами и прошла мимо шокированных товарищей. — Мне нужно кое-что забрать, и я вернусь обратно, — сказала она и скрылась за узкой железной дверью, ведущей к лестнице, по которой можно добраться до, своего рода, кабинета, принадлежащего только Игараши. Химуро и Хороми проводили её грустными и несколько тревожными взглядами, а вот Комацу не собиралась мириться с решениями красноглазой, поэтому кинулась за ней, успев проскочить за дверь которая сразу же закрылась. Оказавшись в темноте, девушка нащупала стену и начала осторожно подниматься по лестнице. Вскоре ей удалось нагнать подругу, которая стояла на месте, ожидая её. — Всё-таки пошла за мной, — хмыкнула Игараши и неторопливо зашагала вверх по лестнице. — Скажи, почему ты хочешь вернуться к нему?! — воскликнула синеволосая, сильно сжав кулаки. Кагами ничего не ответила, продолжая идти вперёд. Причина, по которой она промолчала, в том, что убийца и сама не знала ответа на этот вопрос. — Этот детектив такой же, как и те, кто охотился за тобой три года! Ему нужна лишь информация об убийствах, не более! — повышенный тон подруги начал досаждать красноволосой, но она старалась сдерживать необходимость заткнуть её, так как не была уверена, что найдётся оправдание для Акаши. — Когда он узнает, что из всех шестидесяти четырёх убийств тобой совершенно только три, тебя убьют! Почему ты это никак не поймёшь?! — вдруг Игараши остановилась, но не повернулась. Ответ, способный оправдать, всплыл сам по себе. — Он уже знает, — с тихим вздохом проговорила Кагами, прикрыв глаза. В последнее время она себя совсем плохо чувствует. Всё раздражает, хочется реветь в голос и кричать, на душе паршиво, и простая усталость делает тело таким тяжёлым и не подъёмным, а разум постепенно заволакивает молочным туманом. Трудно скрывать свою моральную и физическую истощённость. — И да, он пытался вынести мне мгновенный приговор, но был вынужден передумать, впрочем, по не известной мне причине он был этому рад. Это и ещё несколько последующих случаев делают его отличным от других. К тому же, это уже не важно. Судный день уже через два месяца, так что, вам ничего не остаётся как верить мне и ждать. Я непременно вытащу всех вас из этого болота, в которое сама же и затянула. Вы сможете вернуться к нормальной жизни, и я об этом позабочусь, — она приложила руку ко лбу, устало выдохнув. — А что, если мы не хотим покидать это болото, что, если не хотим возвращаться к нормальной жизни?! — выкрикнула Рин, не желая уступать. Она видела слишком много минусов в данной ситуации, по большей части они были для Игараши, взявшей всю вину на себя и сдавшейся детективном агенству в одиночку. Почему-то Комацу чувствовала, что в конечном итоге счастливы будут все, кроме Кагами. — Зачем нам такое светлое будущее, если там не будет тебя?! — красноглазая вздрогнула и резко развернулась, но её сразу же крепко обняли, не позволяя и слова сказать. — Я не хочу видеть тебя несчастной или не видеть вовсе! — всхлипнула синеволосая. Из красивых синих глаз полились прозрачные слёзы, которые сильным потоком затопили лицо. — Комацу, я... — Пообещай! — воскликнула Рин. — Угх?! — красные глаза распахнулись в изумлении. — Пообещай, что мы все вместе заполним белую страницу новой жизни! — настойчиво требовала Комацу, ощущая необоснованный страх, возникший из ничего, ведь Игараши никогда не говорила ей о детальном исходе своей жизни. Красноволосая не понимала, с чего подруга решила так, раз уж слезно умоляет об этом. — Х-хорошо, — неуверенно произнесла она, обняв в ответ. Простояв в таком положении несколько минут, Комацу наконец выпустила красноглазую из крепких объятий, ясно взглянув на неё. — Ты ведь вернулась не просто так? Что ты задумала? — Хах, ничего от тебя не скроешь, — хохотнула Кагами. В следующую секунду её взгляд омрачился. — Хочу повидать Бенджиро, — она запустила пальцы в отросшую чёлку, безумно ухмыльнувшись. Рин ужаснулась. — Зачем тебе видеться с этим предателем?! Ты же знаешь, что он опасен! Он совершил 34 убийства, а это значит, что он совершенно не отдаёт себе отчёта в этом! Может, тогда он тебя и не тронул, но в этот раз точно убьёт! — Нет, не убьёт, — помотала головой Игараши. — Да с чего ты это решила?! — Если бы хотел уже убил бы! — рыкнула красноволосая. — Ах вот как! А наставленное на тебя дуло винтовки так, шутка, да?! — синеглазая ударила кулаком по стене, гневно воззревшись на подругу. Кагами осеклась. — Тот, кто целился в тебя, всерьёз намеревался выстрелить... Почему ты этого никак не поймёшь?! — Тогда почему стрелок этого не сделал? — спросила Игараши. Комацу вздрогнула и изумлённо уставилась на главную среди убийц. — Он ведь мог и тебя, и Акаши... Мог избавиться от трёх сразу! Но никто тогда не умер, а это значит, что Бенджиро желает встретиться. Впрочем, если бы тебя и Акаши не оказалось бы рядом, мне прострелили бы руку или ногу. — Но как он понял, что ты пойдёшь, если снайпер не совершил ни единого выстрела? — уже спокойно поинтересовалась Рин. — Потому что он знал, что придёшь ты и сообщишь о его набеге, — пояснила красноглазая. — Он знает, где наше убежище, так что, может в любой момент напасть или тайно сдать ментам, — нахмурилась Кагами. — Бенджиро что-нибудь украл? — К несчастью, да, — Комацу опустила печальный взгляд синих глаз. Сердце красноволосой пропустило удар. Почти всё, что находится в её кабинете, – очень важная информация, которая способна убить половину населения Японии, если не мира. Последние разработки учёных, опыты ядерного оружия и где оно находится и многое другое, что не должно оказаться в руках не того человека. Всё это было приобретено во время убийств, и девушка не намерена терять материалы так просто. — Я не могла написать об этом в послании, потому что боялась, что ты можешь случайно обронить записку, и её обнаружит Акаши. — Это понятно, но меня больше волнует, что именно он украл, — злобно прошипела Игараши. — Папку с делом Акаши Сейджуро. — Что? — красные глаза в ужасе расширились. — Что теперь будет? — она схватилась за голову. — Зачем такому человеку, как Бенджиро, информация об Акаши? — девушка судорожно пыталась найти ответы, но в голову ничего не лезло. — Вряд ли он взял эту папку только по тому, что не нашёл другие. Папка о ядерном оружие была спрятана довольно близко, поэтому, думаю, он её легко нашёл бы. По всей видимости, он пришёл сюда именно за тем, что, собственно, и украл, — рассуждала Рин, тоже пытаясь найти причину подобному поступку Ёкоты. Внезапно Игараши осенило. Она медленно убрала с головы руки и рассмеялась. — Эй, ты чего? — Этот ублюдок хочет убить Акаши, думая, что именно он стал причиной, по которой я решила сдаться агентству! — злобно ухмылялась красноволосая, она прямо горела совершить четвёртое убийство, но, естественно, не станет это делать из-за клятвы самой себе. — А разве Ёкота не прав, думая так? — удивлённо вскинула брови синеглазая. — Нет, Акаши тут совершенно ни при чём, я сама решила покончить с криминалом, — фыркнула Кагами и резко сорвалась с места, торопясь добраться до своего кабинета. Без лишних слов Комацу кинулась за ней. — «И Акаши поспособствовал этому лишь отчасти».       Распахнув дверь, ведущую в небольшую комнату, где находился средних размеров покоцанный стол и полки, прибитые к трём стенам. Везде лежали ровные стопки бумаг, причём в алфавитном порядке. Игараши слегка удивилась этому, ведь у неё обычно всё завалено так, что так просто ничего не найдёшь. Девушка развернулась к подруге, вопрошающе смотря на неё. — Это кому там настолько скучно было? — спросила она, а синеволосая лишь усмехнулась, запустив пальцы в рваную чёлку. Рин довольно улыбалась, скосив глаза в сторону. — Видимо, мне, — тихо хохотнула она. Кагами скептически изогнула бровь, её удивил ответ Комацу. — Серьёзно? Ты же с роду не терпела кропотливую работу... — Ну, да! — перебила подругу синеглазая, смущённо отвернувшись. — Просто я подумала, что тебе будет потом легче искать нужные папки и книги, если разложу их по порядку, да и всё равно делать было нечего, — проворчала Рин, стараясь скрыть смущение. Кагами усмехнулась и, подойдя к одной из полок, начала искать папку в стопке под буквой "У". Долго искать не пришлось. Красноглазая довольно быстро нашла желаемую папку. — Бенджиро, не думала, что ты конченный недоумок, — она криво ухмыльнулась, вытащив папку из-под остальных. Она называлась: "Убийство Акаши". — Как можно упустить самую важную информацию, — злорадно хихикнула Игараши и открыла папку, пролистав в ней несколько страниц. Найдя то, что нужно, она положила вещь на место и повернулась к Комацу. — Ты знаешь, что со всем этим делать, — обвела макулатуру взглядом и вышла из кабинета. Ступор Комацу продлился недолго, и она ломанулась следом за подругой. — Зачем?! Разве здесь это всё не в безопасности?! — восклицала изумлённая девушка, стремительно быстро спускаясь по лестнице. — Если уж Бенджиро рискнул здоровьем что-то украсть у меня, то лучше перестраховаться заранее, — холодно отчеканила Игараши и скрылась за железными воротами, оставив Рин думать над тем, как осуществить поручение. Сама же Кагами направилась прямиком в стан врага. Она не позволит никому нарушать её планы. Даже догадываясь, как зол будет Акаши, девушка и не думала поворачивать назад. Дело уже сделано. И неважно, что потом Сейджуро может жестоко её наказать, если красноволосой удастся провернуть задуманное. — „Бенджиро, ты жестоко поплатишься за то, что перешёл мне дорогу!”       Убийца добралась до нужного места после часа ходьбы и спряталась за широким деревом, изредка выглядывая из-за него. Заброшенный склад одежды серьёзно охранялся. „Чёрт, и как мне быть?” — досадно шикнув, Кагами снова выглянула из-за ствола. Вдруг чья-то рука ложится на лицо, зажимая рот, и кто-то протянул к себе девушку, которая начала брыкаться и вырываться. Неизвестный наклонился к уху преступницы, опалив чувствительную кожу горячим дыханием. — Знаешь, твои необдуманные действия могут сыграть с тобой злую шутку в будущем, — хмыкнул голос. Игараши расслабилась и перестала рыпаться. Человек отпустил её, и красноглазая повернулась к нему, ехидно усмехнувшись. — Знаю, но выбора у меня нет, и ты это знаешь, Акаши. — У тебя минута, чтобы объясниться, — проигнорировал слова девушки парень, требовательно уперевшись взглядом в красные, словно пламя заката, глаза. Кагами тяжело вздохнула и умоляюще посмотрела на детектива, но тот был непреклонен. — Мне обязано объясняться сейчас? — скуляще протянула девушка. Ни один мускул на лице Акаши не дрогнул, а вот взгляд стал совсем суровым. — А... Эм, ну... — красноглазая не могла подобрать слов, чтобы хоть как-то сгладить накалившуюся обстановку. Вообще Игараши ожидала, что аловолосый что-нибудь скажет, однако он упорно молчал. Кагами начала раздражаться от этого. — Чёрт! Давай не сейчас! Потом можешь делать со мной, что хочешь, точнее в пределах разумного и гуманного. — Ловлю на слове, — хмыкнул Акаши и обошёл девушку и выглянул из-за толстого ствола дерева. Красноволосая яростно жестикулировала руками и корчила рожи, молча возмущаясь. Когда Сейджуро обернулся, убийца резко опустила руки и сделала лицо нейтральным, как будто она сейчас над чем-то размышляла. — Не обезьянничай, — холодно произнёс он. Преступница взорвалась. — Ты этого кого обезьяной назв... — не дав девушке возможности договориться, Акаши закрывает ей рот ладонью и, прижав к себе, прислонился спиной к дереву. Парень начал прислушиваться, игнорируя тщетные попытки красноглазой вырваться. Дело а том, что если бы Сейджуро не заткнул её сейчас, то их обнаружили бы. Как только всё стихло и убийца более-менее успокоилась, детектив отпустил её и снова взглянул из-за ствола. Он убедился, что угрозы никакой нет и решил, что пора менять укрытие. Вот только стоило ему повернуться, как кулак красноволосый врезается парню в бок. — Угбх! — скривился он, схватившись за точку, изнывающую от боли. — Ты что делаешь?! — прохрипел аловолосый, едва ли отойдя от шока. Игараши равнодушно на него посмотрела. — В следующий раз ножом пырну, если будешь разбрасываться словами необдуманно, — хмыкнула она и прошла мимо скрючившегося детектива. «Обидчивая, — усмехнулся Акаши и нахмурился от болезненных ощущений. — У неё что кулаки из стали?!» — шикнув, он выпрямился и зашагал за девушкой. Они тихо прокрались к чёрному входу и остановились по обе стороны от двери. — У нас есть две минуты, чтобы проникнуть внутрь, прежде чем сюда вернётся караул, — сказал детектив, не сводя серьёзного взгляда с преступницы. Вдруг он медленно протянул пистолет "Glock 17". — Э-это "Glock 17"?! Он же считается лучшим пистолетом во всём мире и является единственной выпущенной моделью из Австрии! Где ты его достал?! — изумлённо прошептала красноволосая, трясущимися руками взявшись за холодную сталь пистолета с девятимиллиметровым калибром. У неё даже глаза светились от восхищения, казалось, что она вообще влюбилась в огнестрельное оружие. Акаши лишь фыркнул. — Для меня не проблема подобное достать, но сильно не радуйся, я заберу его после того, как мы разберёмся с проблемой, — холодно отчеканил парень и открыл железную дверь, пройдя внутрь. «Вот ведь зануда», — подумала Кагами и юркнула следом за ним, тихо прикрыв дверь за собой. Детектив и убийца оказались в плохо освещённом помещении. Они старались идти бесшумно и вглядывались в темноту, пытаясь убедиться, что здесь нет ловушек. Потом оба вышли к серой бетонной лестнице с поколотыми и грязными плитками бежевого цвета. Акаши подал знак убийце, чтобы она пошла первая. — Боишься за свою сохранность? — тихо усмехнулась та, выходя вперёд. — На миссиях я думаю об этом в последнюю очередь. Сейчас же меня волнует только тот факт, что ты можешь нарочно себя выдать, чтобы появился Ёкота, — объяснил аловолосый, последовав за девушкой, когда она прошла первые пять ступеней. — А ты догадливый, — равнодушно хмыкнула Игараши. — Ты стала довольно предсказуемой, не находишь? — ухмыльнулся детектив, видя, как преступница вздрогнула от этих слов. Вдруг она развернулась, уставившись на парня нейтральным взглядом красных глаз. — Правда? — слегка изогнула бровь Кагами, опустив дуло пистолета в пол. — Видимо, ты плохо на меня влияешь, — фальшиво улыбнувшись, девушка пошла дальше, игнорируя тревожный взор алых глаз, сверлящих её спину. Недолго думая, Сейджуро резко сорвался с места и догнал убийцу, впечатав её в перила лестницы. — Что ты... — раздражённо начинает та, но её перебивают. — Я так не думаю, — сказал детектив, имея в виду предшествующие последней реплике слова красноволосой. — Разве плохо, если человек начинает меняться? Разве плохо, что ты постепенно забываешь об убийствах? — Кагами шокированно распахнула глаза. Она боялась забыть об этом грехе, не хотела, чтобы ей всё так легко сошло с рук. Красноглазая начала вырываться в попытке сбежать от внимательного взгляда Акаши, но всё было бесполезно. Сейджуро не собирался её отпускать. — Почему ты так отчаянно противишься возможности нормально жить? — Я уже говорила почему! — раздражённо прошептала Игараши, опустив голову и скрыв мрачные глаза за красной чёлкой. — Общество не примет меня... — парень устало вздохнул и отпустил Игараши. Он пошёл дальше и выставил пистолет вперёд, не забыв снять его с предохранителя. Убийца облегчённо выдохнула и уставилась на медленно удаляющуюся спину детектива, который не заметил, что девушка не пошла за ним. — «Прости», — с сожалением отвела она глаза и двинулась в противоположном направлении. Красноволосая спустилась вниз по лестнице и взглянула на освещённый центр большого помещения, она намеревалась выйти на свет, что, собственно, и сделала. Её тут же засекли и схватили. К тому моменту Акаши добрался до удобной для стрельбы точки и присел. „Будь осторожна, они зашевелились, — сказал он, не подозревая, что говорит это пустоте. Не услышав ни колкой фразочки, ни недовольного фырканья, аловолосый резко развернулся и ужаснулся. Внутри всё похолодело, когда он вновь перевёл испуганный взгляд в центр помещения, увидев, как двое качков тащат брыкающуюся Кагами к стулу, стоящему там, и сажают на него, связав и забрав оружие. Сердце пропустило удар, стоило только дурацкой фантазии нарисовать жуткие картины избиения или, того хуже, убийства. Сейджуро старался успокоить участившееся дыхание, но это было безуспешно. Первым порывом стало желание ломануться на помощь, наплевав на тот факт, что в этом случае погибнут оба, однако всё-таки детективу удалось его сдержать. Он решил подождать и посмотреть, что будет дальше. Естественно, при малейшей опасности Акаши, не задумываясь, выстрелит в обидчика красноглазой, но до тех пор будет тише воды ниже травы. — Воу-у, какие люди! — раздался насмешливый голос из тени. Это был Ёкота Бенджиро, который неспешно вышел на свет. На его лице играла мерзкая ухмылка. Он вальяжно подошёл к одному из подчинённых, схвативших Игараши, и взял из его рук пистолет, принадлежавший Акаши. Брови брюнета слегка вздёрнулись вверх, выказывая удивление. По всей видимости такого он явно не ожидал. — Glock 17? Это так-то ты к старым друзьям в гости приходила? — усмехнулся Ёкота, совершенно не скрывая своего изумления. — Никогда нельзя быть уверенной, что в кругу убийц тебя не убьют, даже если сама таковой являешься. И роли не играет старые мы друзья или нет, всё равно поубиваем друг друга за право "кусать мясо первым", — хохотнула Игараши, смотря прямо в жёлтые глаза Бенджиро. Она выглядела слишком расслабленно, как будто сейчас была не привязанной к жёсткому стулу, а сидела на мягком диванчике, в тёплом и уютном домике. — Как всегда подозреваешь всё, что движется? — самодовольно ухмыльнулся бывший товарищ. — Я подозреваю даже собственную тень. В конце концов, истинный убийца всегда один, — голос омрачился. Красноволосая с угрозой глянула на брюнета, высказывая свою серьёзность. Парень резко стал серьёзным и подошёл ближе. — Хватит бессмысленных разговоров, — тихо произнёс он. — Я ведь позвал тебя не для того, чтобы придаваться воспоминаниям. — Действительно, — хитро улыбалась преступница, зная, что такое повеление выводит из себя Бенджиро. Предатель не любит, когда человек не боится его. — Правда можно было позвать и по-человечески, а не громить мой дом и красть мои вещи, — эти слова Кагами почти прошипела. Лицо выражало презрение и едва заметную ненависть. — Эх, когда-то ты была неудержимой и опасной, даже правительство боялось перейти тебе дорогу, а теперь... — выдержав напряжённую паузу, желтоглазый продолжил. — Ты размякла из-за какого-то там детектива! — рыкнул он и швырнул украденную папку с делом Акаши. Красноглазая посмотрела на папку и подняла скептический взгляд обратно на Ёкоту. — Куда подевалась привычная кровожадность в твоих глазах?! Где та харизма, которая вела всех?! — парень всё больше и больше распалялся. — Зачем тебе спасать того, кто тебя посадит или казнит?! Для него ты не более чем игрушка, так, временное развлечение! Да для Акаши вся жизнь, как игра, где только он бесспорный победитель! — пыхтел брюнет, смотря на Игараши, свесившую голову. Сейджуро, конечно же, всё слышал, поэтому, сев и прислонившись спиной к перилам, он угрюмо смотрел перед собой, соглашаясь со словами Бенджиро. Как бы сильно аловолосый не желал счастья, он всё равно его не получит, ведь та, кого полюбил, отвергла его чувства. — Он – сволочь, не заслуживающая жить! Его судьба стать 64-м! — Хах, ты закончил? — зловеще ухмыльнулась Кагами. — Угх?! — желтоглазый шокированно раскрыл глаза и отшатнулся от "пленницы". Несмотря на то, что она связана, парень боялся её как огня. — А ты не изменился Бенджиро, — оскалилась красноволосая. — Всё такой же жалкий трус, каким я тебя подобрала на улице, — жутко хохотнула девушка. Ёкота вздрогнул. — Зря ты тут распинаешься, — вдруг голос снова переменился, став холодным и в то же время отчуждённым. Кагами вперилась безумными красными глазами в испуганные жёлтые. — Мне плевать на всех! Каждый из вас пешка, которую я использую в своих целях без сожаления и жалости! И Комацу с девчонками, и тебя, и этого жалкого детектива – никого не пожалею! — Кх! Ах ты!.. — воскликнул Бенджиро, наведя курок на бывшую предводительницу. Игараши не испугалась, она продолжала безумно ухмыляться и тихо посмеиваиться. — Ну давай, стреляй, — подначивала его красноглазая. Впервые она была уверена, что сможет выйти из воды сухой, даже если это и невозможно. Брюнет снял курок с предохранителя, как вдруг раздалось два чётких выстрела, убивших двух качков, не дав им и шанса. Бенджиро содрогнулся всем телом, почувствовав холод за своей спиной. Посмотрев по сторонам, где лежали трупы телохранителей, он мысленно ужаснулся, вот только он уже не тот жалкий сопляк с улицы, поэтому быстро собрав всю смелость в кулак, Ёкота резко развернулся, наставив курок на появившегося на лестнице Акаши. Кагами изменилась в лице. Сейчас девушка была шокирована, что аловолосый не ушёл, услышав её жестокие слова. — Гра-а-а! — выкрикнул Бенджиро, собираясь нажать на курок, чтобы отправить пулю в лоб Акаши, и это ему удалось бы, если бы не Игараши. В последний момент верёвки спали с поднявшейся со стула девушки, и нож, освободивший хозяйку, вылетел из её рук и воткнулся в кисть брюнета. — Аг! А-а-а-а! — взвыл желтоглазый, выполнявшего пистолет из рук. Он схватился за руку и свалился на колени, продолжая кричать от боли. Кагами неторопливо подошла к нему, подхватив пистолет, и наступила ему на спину правой ногой, вынуждая приклониться к полу. — Ты правда думал, что я позволю тебе выстрелить из этого пистолета? Святая наивность, — с жёсткой издёвкой проговорила она и забрала папку, валявшуюся неподалёку. Красноволосая выпрямилась, ясным взглядом посмотрев на детектива, чьё лицо выражало холод и хладнокровность. Аловолосый медленно подошёл к девушке, заглядывая в её яркие красные глаза. — Поговорим позже, — сказал он, выдернув папку из рук убийцы. — Идём, — коротко бросил Акаши и пошёл к чёрному выходу. Внезапно разбитый и униженный Ёкота подорвался с места и вытащил из-за спины пистолет — Умри, Акаши Сейджуро! — истерично заорал он, спуская курок. Пуля не долетела до желаемой цели. Сейджуро развернулся именно в тот момент, когда парень нажал на курок. Его глаза расширились, стоило только узреть кровь, брызнувшей из раны. Бенджиро выронил огнестрельное оружие и дрожащими руками схватился за голову, сильно сжав волосы. Он не хотел этого. — Кагами! — выкрикнул Акаши, сорвавшись с места. Игараши лишь улыбнулась ему и свалилась на пол без сознания.