Лето. Лагерь и Любовь

Кун не думал, что это лето принесет ему столько проблем и столько счастья одновременно. Быть вожатым в лагере он согласился ради своего брата ЯнЯна, который в принципе первый раз в подобном месте. Кун по образованию преподаватель английского языка, сейчас ему 22 и он в принципе ни о чем не жалеет, ну может только о появлении на свет Яняна. «Цзянь Кун – 23 отряд. Возраст группы – от 14 до 17 лет. Смешанная группа» - мем смешной, а ситуация страшная. Кун смотрит на строчку в приказном журнале и просто надеется, что все дети пожалеют его и его бедную молодую душу. В целом, парень справлялся даже неплохо, учитывая, что это его первый подобный опыт. Все дети достаточно воспитаны, парочке пришлось помочь влиться в коллектив, но сделать это было самой легкой задачей для Куна, как для педагога. Но среди всех этих детей был парень, что привлекал к себе внимание, даже если молчал. Было в нем что-то такое, страшно притягательное. Наблюдать за ним Кун не планировал, вышло это само собой. Парня зовут Чэнлэ, тут он уже не первый год и даже имеет некий авторитет «гэгэ». Чжон Чэнлэ школьник, в следующем году закончит школу и это его последнее свободное лето, где ему 17 и где нет еще проблем с родителями, нет проблем с нервами. Но глаза у Чэнлэ почему-то грустные, отчего казались порой пустыми. Парень смотрел на своих друзей и тихо завидовал, по-доброму. Особенно Джено и Донхеку, что вот уже как лет пять точно - счастливы вместе. Чэнлэ тоже хотелось, влюбиться хотелось, и целоваться хотелось, под шум моря, валяясь на песке. Всего подросткового и глупого. Вечерами, когда ребята сидят вокруг костра, он уходит к морю, поет ему песни о любви, уставая ждать. В один из таких дней, когда особенно грустно, появился в его сердце Цзянь Кун. Чэнлэ заметил, какой он высокий только сейчас, когда темная фигура парня вышла на лунный свет. Он подходит к мальчишке и садится рядом, будто так и должно быть. - Почему ты здесь? - Потому что там шумно, да и скучно. - А тут? - А тут спокойно и красиво. Чэнлэ кутается в свою тонкую оверсайз рубашку и тихо всхлипывает. Кун знает, почему он расстроен. Родители Чжона не приехали сегодня к нему, за всю смену ни разу не приедут. Ко всему они разводятся, и это давит на него еще сильнее. У парня сердце разрывается, когда он видит слезу, что катится у Лэ по шее, пропадая за воротником. Кун кладет руку на голову Чэнлэ, успокаивающе поглаживая по высветленным волосам. А мальчишке от этого еще больнее, он разворачивается к старшему и обнимает его, пряча лицо на груди. - Только ни слова об этом… - Хорошо – Кун обнимает его и Чэнлэ наверное счастлив, да, именно счастлив. Никогда не доверяйте детям проводить вечера самостоятельно. Кун был вымотан этим днем, но в обязанности входило посещать каждый вечер. Дети его любили и в целом не доставляли особых хлопот. Он им доверял, но предательство было так близко. Цзянь заходит в спальни в тот момент, когда отряд 23 играет в бутылочку. Джено отрывается от Донхека, окликая Куна: - Хей, папа Кун, давай с нами! - Джено, нет. - Джено, да! – Ли вскакивает с места, тянет Куна в круг и всучает бутылочку из-под колы. Кун вздыхает и под крики ребят «давай-давай» крутит бутылочку. Она крутится быстро и все с замиранием ждут, кто же выпадет красавчику вожатому. Горлышко показывает на Чэнлэ и все замирают. Кун сглатывает: - Чмок в щеку, скажите, что да? - Нет, Кун, у нас тут высокие ставки! - Джено подмигивает Чэнлэ и смеется. Чэнлэ смело встает и подходит к сидячему Куну, тот в свою очередь думает встать, но парень садится на его бедра и ждет. Цзянь немного боязливо оглядывается вокруг, смотрит Чэнлэ в глаза и целует мягко-мягко. Чжон только потом узнает, что только с ним Кун такой. Старший целует медленно, тягуче и сладко. Языки сплетаются так естественно, будто так было всегда. Чэнлэ все равно, что на них смотрят, ему все равно, что подумают родители, если узнают. Кун отстраняется, так не вовремя для младшего. Ему стыдно? – Нет, ни капельки. Чэнлэ долго не мог уснуть в тот вечер, чувствуя привкус чужих губ на своих, Кун долго не мог уснуть в ту ночь, чувствуя, как сердце отчаянно бьется где-то в ребрах. Они больше не остаются наедине, Куна загружают работой и репетиторством и Чэнлэ решает предпринять хоть какие-то попытки поговорить, но не получает ничего. Ноль. Зеро. Чэнлэ всегда добивался своего. За какой либо проеб – идешь к вожатому, а тот должен произвести беседу и промыть мозги. Так что когда часть спальни 23 отряда загорелась, Джено и Донхек не были удивлены и специально доложили Куну. Чэнлэ развалился на кресле в комнате Цзяня. Большой, чистой и светлой, как и сам парень. Кун тяжело вздыхает и надеется, что у Чэнлэ есть хоть одно нормальное оправдание всей ситуации. - Зачем ты это сделал? - Чтобы увидеть тебя, папа Кун. Чэнлэ не врет, это видно и Цзянь, лишь устало падает на кровать, с тихим стоном отчаяния. - Мне… Жаль… Наверное… - Просто посиди здесь час и не создавай больше проблем. Чэнлэ замолкает. В тишине проходит полчаса, и младший видит, что Кун заснул. Он встал со своего места, осматривая комнату и документы, видит расписание старшего. Чжону немного грустно от этого, так мало времени на отдых у Куна, а он еще и масла в огонь подлил. Слеза сама катиться по щеке и падает на пол, разбиваясь, как и сердце Чэнлэ. Он действительно хотел извиниться теперь, потому что знал, что старший наслушался от директора много всего самого плохого. Лэ решает подождать пробуждения Куна. Ложится к нему под бок, потому что сидеть было не очень удобно, да и к тому же, пользуйся моментом. Чэнлэ долго смотрит на лицо Цзяня, которое для него лико ангела. Смотрит и не замечает, как сам проваливается в сон. Когда Чэнлэ просыпается, первое, что он видит – Кун. Такой уютный и сонный, видимо сам только проснулся. Лэ смотрит на него, а старший целует того в лоб и бурчит что-то вроде «за что ты мне такой с неба свалился». Младший смеется. Он с легкостью переворачивает парня на спину, укладываясь на него сверху. - Кун, прости, я не предполагал, что тебе так влетит… - Ничего страшного, правда. - Кун… Ты не можешь так говорить! Я накосячил, очень сильно, например, как в первую неделю, когда влюбился в тебя! - Чэнлэ замирает, кажется, даже не дышит, надеется, что старший этого не слышал, но тот лишь прижимает его к себе. - Никому ни слова, ты понял? И о том, что тут происходит тоже… Кун снова целует Чэнлэ, как и месяц назад. Мягкий и сладкий поцелуй перерастает в нечто большее, а руки давно гуляют по телу. Чжону страшно и приятно одновременно, но он точно знает, что Куну можно довериться. Когда Чэнлэ оказывается прижат к кровати он не помнит, но помнит лишь тихое: «я люблю тебя, больше всего на свете» Конец смены выдался особенно тяжелым для обоих. Куну пришлось резко уехать, он не смог попрощаться со своим отрядом. Мама Цзяна очень сильно заболела, и Кун нужен был ей как донор. Чэнлэ забрали в тот же день, он так и не узнал, где старший. Они не смогли попрощаться. Чэнлэ понимает, что не знает как найти Куна в этом потоке людей вокруг, он просто молит всех и все за еще одну возможность. На сердце паршиво, а душе больно от тех воспоминаний, которые они с Куном прожили за этот короткий август. Чэнлэ плачет по ночам, не веря, что его первая любовь умерла, толком не успев расцвести. Школа подкрадывается к Чжону незаметно, он идет в нее без особого энтузиазма, как впрочем, и раньше. Джено и Донхек учатся в параллели, они редко теперь пересекаются. Так проходит неделя. Все шумят и галдят, а Чэнлэ прячется от всех в толстовке, что когда-то, еще в начале смены, стащил у Куна. Учительница, которая скоро уходит в декрет попросила всех придти раньше, чтобы объявить ее сменщика. - Дети, тише, сегодня я хочу представить вам вашего нового классного руководителя и учителя английского языка… – все поднимают глаза на учительницу и нового преподавателя, а Чэнлэ глазам не верит. - Здравствуйте, меня зовут...

Цзянь Кун

– в унисон со старшим произносит Чэнлэ