Happy Draco's Birthday

Драко поправил съехавшие очки на нос. Роговая оправа была слишком широкой для его носа. И как Поттер вообще с ними ходит? Драко тут же поставил себе на заметку присмотреть ему новые очки. Перелистнув страницу, он расслабленно запустил пятерню в мягкие запутанные ото сна волосы Поттера. Пока он спит, Драко может себе это позволить. Сбоку послышалось сопение и Драко почувствовал тяжесть на своем бедре. Поттер во сне перевернулся и улёгся на него своей макушкой. Малфой закатил глаза. Уму непостижимо, как он может так спать? Ласково (пока Поттер не видит) перебирая тёмные пряди, Драко увлечённо читал, и совершенно не ожидал, что Поттер может внезапно проснуться. — Драко, тебе очень идут мои очки. Малфой подскочил, вытащив руку из лохм ухмыляющегося Поттера. — Очень смешно, Поттер! Драко сдернул очки, пытаясь за грубостью скрыть смущение. Гарри прижался ухом к бедру Драко и погладил его по резко втянувшемуся животу. — Мне очень нравится, только если ты мне их не вернёшь, тебе придётся быть моим личным поводырем. Навсегда. Согласен, Малфой? Пробормотал Гарри ему куда-то в пах, на последних словах поднимая голову и уже серьезно смотря на него из-под челки. Драко испытывающе хмыкнул и резко дернул Гарри за плечи на себя. — Ещё чего. Целоваться с Поттером было одним из его любимых занятий. Его лицо после поцелуев всегда было таким, будто… будто его только что хорошо оттрахали. И сделал это обязательно Драко. Запуская руки в волосы чуть слышно постанывающему Поттеру, Драко вылизывал его рот, а тот, в ответ, опрокинув Малфоя на спину, запустив руку ему в трусы, которые Драко, в отличии от некоторых вчера ночью не поленился надеть после привычного ночного занятия любовью. Гарри страстно отвечал уже совсем потерявшему последние остатки гордости Драко, который нетерпеливо хныкал в нежный и в то же время жаркий поцелуй. Поттер схватил руку Драко и направил в нужное место. Тот в ответ одобрительно фыркнул и продолжил терзать его губы и синхронно с Гарри двигать рукой.

***

 — Поттер.  — Ммм? Гарри мирно посапывал у него на груди, пуская слюни. Если бы это был кто-то другой, Драко с отвращением отскочил бы и сказал этому человеку никогда к нему больше не приближаться. А в Поттере он находил это весьма… милым?  — Какое сегодня число? — как бы между прочим спросил Драко, позволяя себе маленькую слабость и нежно гладя Поттера по макушке. Он не обязан знать. Они встречаются с ним всего лишь полгода. Но Драко уверен — они проведут с друг-другом все свои годы оставшейся жизни. Потому что он хоть никогда и не признается, но всей душой и телом любит этого невозможного идиота.  — Мммм… Пятое июня? — на груди у Драко послышалось ещё одно нечленораздельное мычание.  — Точно. Драко перестал гладить его по голове. Было обидно. Хоть он и понимал, что он не обязан знать это, но не услышать проснувшись утром в свой день рождения поздравления от самого дорогого тебе человека — не очень приятно.  — А это значит, что мы сейчас дружно поднимаемся с кроватки и идём получать подарки. Да, Драко?  — Ты...ты знал? Недоумению Драко не было предела. Так же как и счастья. К радости, Поттер уже поднялся с кровати, балансируя на одной ноге и чуть ли не падая. Вы спросите почему к радости? Да потому что если бы он этого не сделал, Драко от нахлынувших чувств напрыгнул и зацеловал бы его.  — Штаны хоть надень, герой! Драко счастливо фыркнул, кидая в него свои трусы.  — Спасибо, обойдусь без них, надо же тебя сегодня радовать! — весело воскликнул Поттер, ловко ловя боксеры и засовывая их себе под подушку. Потом как-нибудь пригодятся. Может, когда Драко опять пойдёт готовить ужин. В следующую секунду Малфой вскрикнул. Поттер подхватил его под колени и поднял на руки.  — Поттер, чтоб тебя, ты что творишь?! Пусти меня! — Драко не сильно шлепал его ладошками по плечам, смотря в довольные зеленые глаза, спрятанные за линзами очков. И когда успел?  — Поттер, дай мне одеться!  — Не дам! Голый сегодня будешь ходить, мне тоже сегодня должен быть хоть какой-то подарок!  — Тебе то за что? Разбежался!  — За то, что терплю и люблю тебя, вот за что! Уже восемь лет, между прочим! От переизбытка чувств Драко прижался к груди Поттера ухом, боясь ляпнуть что-нибудь не то, что крутилось на языке. Поттер никогда ему такого не говорил…  — И я тебя.... Чуть слышно всё-таки пробормотал он, что крутилось на языке. Гарри от неожиданности чуть не уронил его.  — Драко? Мне послышалось?  — Ты слышал. Больше повторять я не намерен.  — Ну-ка. Драко? — Гарри аккуратно приподнял его голову, чтоб посмотреть ему в глаза. У Малфоя были красные щеки и румянец грозил расползтись и на шею. Драко отчаянно прятал взгляд, стараясь не смотреть на Поттера. Гарри заботливо прижал его макушку ближе к себе, целуя в трогательно покрасневшее ухо.  — Я правда люблю тебя, Драко. И пусть ты не хочешь говорить этого, я знаю, что ты любишь меня настолько же сильно. Драко тихо выдохнул ему в шею и сжал руку на шее в знак подтверждения. Когда-нибудь он скажет это. Он обещает. Через несколько минут Драко узнает о том, что Драко Малфой-Поттер — красивое сочетание. И что он совсем не против сменить фамилию. Главное на фамилию какого человека. Остальное — неважно.

***

23 года спустя POV Лили Малфой-Поттер. Сегодня у папочки день рождения. Мы с Алом, Джеймсом и Скорпом уже поздравили его. А вот отец только что принёс домой гору зелёных яблок (по его словам их там тысяча одно, сам считал) и букет папиных любимых белых лилий. Папа Драко старался скрывать слезы радости, но у него это не получилось. Отец слишком хорошо его знает. Он увёл его в их спальню и они не выходят оттуда уже как два часа. Я однажды услышала как папочка кричал. Когда я спросила его об этом, он почему-то странно покраснел и сказал, что у него было вывихнуто плечо, а отец его ему вправлял. Папа Гарри почему-то ухмыльнулся и положил руку папе на коленку, отчего тот зашипел на него, но руку оставить позволил. Знаете, братья рассказывали мне о том, что обычно после таких громких стонов, которые сейчас слышны в их спальне, обычно появляются маленькие братья или сестры. Я этого всего не видела, ведь я самая младшая. Папа Драко издал какой-то слишком громкий крик. Они что там ему ноги вправляют? Нет, вы не подумайте, я не подслушиваю! Просто все слишком громко! Вдруг дверь резко открылась и папа в легком халатике, почему-то зажимая себе рукой рот, выбежал по направлению у туалету. Отец подорвался и совсем без одежды побежал за ним. Они голые там что ли кости себе вправляют? Я зажмурила глаза. Видеть папу Гарри без ничего, как говорит Джеймс, может только папа Драко. Я побежала к ним, схватив по дороге своё полотенце.  — Папочка! Он сидел на унитазе и рвано дышал через нос. Было видно что ему плохо. Я отдала стоящему перед ним на коленях отцу своё полотенце, чтоб он им укрылся. Но он даже не обратил на него внимания, было видно, что он беспокоится за папу.  — Драко, воды? Потерпи, хороший мой, сейчас все пройдёт. Где ты мог так отравиться? — отец болезненно смотрел на него, будто переживал эту боль он, а не папа.  — Придурок. Ты что так и не понял? — Папа Драко слабо улыбнулся ему, глядя в обеспокоенные зеленые глаза. — Я беременный. Глаза отца стали похожи на блюдца, когда папа это сказал. Он подхватил папу Драко и прижал ближе к себе. Тот только счастливо рассмеялся в ответ. Папа перестал скрывать от нас свои чувства.  — Любимый, ты не представляешь, сколько я ждал этих слов! Гарри радостно прижался к папе, опускаясь на колени и целуя его ещё плоский живот.  — Малыш, ты меня слышишь? Вылезай скорей, мы с папочкой тебя очень ждём!  — Поттер, придурок, ему же даже наверное и месяца нет! —вопреки словам он счастливо засмеялся. — ребёнку лучше дай посмотреть! Лили, иди сюда! Я заворожённо положила руку папе на живот. Выпуклость была видна, но не сильно. Папа Гарри словно не хотел отлепляться от папочки и прижался ему к бедру, поглаживая меня по голове.  — Как будут звать твою сестренку?  — Гарри, ну почему сразу сестрёнку? — Потому что мне так кажется, Драко. Отец поднял глаза на папочку и улыбнулся до того искренне и счастливо, что папочка опустился к нему рядом на колени и обнял его.  — Я люблю тебя, Поттер. Отец, видимо не ожидая таких слов, широко раскрыл глаза и в следующую секунду из них потекли самые настоящие слёзы. Дождался А через девять месяцев у нас родилась сестрёнка. Мы назвали ее Нарцисса Даниэль Поттер — Малфой. А ведь отец оказался прав!