Апельсин

Лето — одно из самых прекрасных времен года. Летом на улицах потрясающе пахнет апельсинами и прочими фруктами. Особенно это ощущается, когда ты прогуливаешься по набережной Сорренто, наблюдая за полетом чаек над бескрайним синим простором, наслаждаясь освежающим морским бризом, который обязательно запутается в волосах и создаст какую-то новую и, несомненно, потрясающую прическу. Можно наблюдать за солнцем, сидя на веранде одной из многочисленных кофеен, наслаждаясь вкусом фруктового мороженного или же просто освежающим лимонадом. Можно лежать на пляже, подставляя бронзовую кожу лучам такого ласкового, но горячего солнца. Можно пройтись по улочке, разделяющей две «половинки» города. Дома, возвышающиеся по обеим сторонам будут словно свисать со своих фундаментов, а растения, так удачно выросшие за неведомое количество лет, перенесут вас в висячие сады Семирамиды. А если пройти до самого конца этой улочки, то можно наткнуться на величественное здание, поросшее растениями. Говорят, что ночью там можно увидеть в окнах огонь и услышать страшные, заставляющие застыть в жилах кровь, звуки. Существует множество легенд об этом райском месте. И одна из них гласит, что если оказаться в море, когда луна окрашивает своим светом воду в серебряный, можно услышать песнь сирены. Правда это или нет, никто не знает, да и вряд ли найдется такой самоотверженный смельчак и романтик, который поверит во что-то столь волшебное и рискованное. Тэхен неторопливо спускался по одной из многочисленных вьющихся лестниц, чтобы оказаться как можно ближе к воде. Солнечный день, наполненный запахом морской соли и ароматом Слезы Христа — потрясающее местное вино — заставляли парня растянуть губы в еще более широкой улыбке, чем сейчас. Светлые и чуть вьющиеся от воды волосы трепал ветер, перекидывая с одного бока на бок, медная кожа, скрытая под легкой тканью туники, выдавала в парне местного жителя, а специфический разрез все же сбивал уверенность в этом. И, тем не менее, Ким был итальянцем до мозга и костей, обожающим пиццу, не пропускающим ни одну сиесту, страстным и прекрасным. Кокетливая родинка на носу и под глазом, которая сейчас была скрыта солнцезащитными очками, не могли оставить никого равнодушными или непричастными к этому солнечному парню. Тэхен неторопливо спускается все ниже к скалам и садится на них, ставя рядом с собой уже открытую бутылку вина и наливая багровую жидкость в бокал. Соленые капли разбившейся о скалы волны едва долетали до стоп, охлаждая разгоряченную кожу. Медленно, движение за движением, расстегнуть сандалии, складывая их рядом с собой, а потом вытянуть перед собой уставшие от ходьбы ноги, познавая, наконец, такое долгожданное за весь день расслабление. Все же, работа на ногах почти целый день это утомительно. Нет, Тэхен не жаловался, ему безумно нравилось продавать цветы. Своей работой он словно вносил прекрасное в обычную повседневность. А видеть то, какие прекрасные и счастливые улыбки расцветали на лицах девушек, когда юноши дарили им цветы — очень часто они назначали встречи напротив. Тогда Ким просто подпирал рукой подбородок и наблюдал за чужим счастьем, искренне радуясь за них. Парень налил в бокал немного вина и сделал глоток, прикрывая глаза. Пряная жидкость слегка обожгла горло, а по телу разлилось приятное тепло. Пить прекрасное вино на берегу безумно красивого моря и наблюдать за скорыми сменами красками неба в одиночестве. Может ли этот вечер стать еще лучше? — Arance dolci! Arance dolci! — {Спелые апельсины! Спелые апельсины! } — мелодичный голос раздался где-то позади и Тэхен лениво посмотрел на источник звука. Слова резко кончились, а в горле пересохло. И всему виной молодой парень, который ходил по набережной с коробкой апельсинов. У него был слегка уставший вид, а может это просто так падала тень с широкополой шляпы, но ничего не могло испортить эту медовую кожу, большие глаза, наверняка, удивительно теплого цвета. А еще эта улыбка с чуть выступающими вперед передними зубами, которая заставила сердце бедного итальянца, торгующего цветами и любящего Слезы Христа, на пару секунд замереть, а потом забиться так быстро, что могло показаться, будто его стук услышит все побережье. Тэхен ставит на камень бокал и поднимается со своего места слишком быстро, почти не помня себя и не до конца осознавая такой свой неожиданный порыв. Босые ноги шлепают по нагретым за день камням, которыми выстлана мостовая. Да и не имеет это настолько большой разницы, на самом деле. А вот спина, которая казалась такой большой и сильной — да. — Signore! Aspettare! Per l’amor del cielo! — {Синьор! Подождите! Ради всего святого! } — закричал парень, срываясь на бег. Незнакомец, от которого апельсинами пахло особенно ощутимо, остановился и обернулся, смотря на Тэхена, широко распахнул глаза цвета молочного шоколада. У итальянца подкосились ноги, слишком этот парень перед ним был красив. — Si… signore? — {Си… синьор? } — продавец на пару секунд замялся, смотря на Тэхена, а потом показал на апельсины, лежащие у него в ящике. Взгляд Кима невольно скользнул по сильным, накаченным рукам с четко просматриваемой вереницей вен. Нужно было отвлечься и срочно. — У тебя такие красивые апельсины, — Тэхен нежно улыбнулся, смотря на растерявшегося парня. — Да, я бы купил несколько, вот только, — парень похлопал себя по карманам, а потом чуть ли не застонал от разочарования, ведь все вещи остались на том камне. — Не надо денег, — незнакомец улыбнулся своей кроличьей улыбкой, а итальянец словил микроинсульт. — С прекрасных молодых людей я не вправе брать оплату за фрукты. Тэхену снова показалось, что он умер, когда горячие ладони коснулись его, протягивая несколько апельсинов. Предательский румянец залил щеки юноши и тот только и смог, что поднять взгляд. — Не такой уж я и красивый, — Тэхен смотрел в глаза напротив и, кажется, земля медленно, но верно, начинала уходить из-под его ног. — Ты себя недооцениваешь, — весело рассмеялся продавец, а потом окинул стоящего напротив парня удивленным взглядом. — Почему ты босой? — Что?.. — Тэхен опустил взгляд на свои действительно босые ступни, а потом обреченно застонал. Он облажался перед этим прекрасным иностранцем уже дважды, шансы покорить этого брюнета улетали так же быстро, как и песок со скал в шторм. — О боже, как неловко. Я просто увидел тебя и… — Тогда, я должен взять вину на себя, верно? — смеется парень и ставит на землю уже полупустой ящик, подхватывая ничего не подозревающего Тэхена на руки. Тот распахивает глаза и ойкает — сердце перемещается куда-то в пятки. — Стой! А как же твои апельсины?! Я сам дойду, все в полном порядке, — быстро тараторит Ким, прижимая к своей груди апельсины, и смотрит широко распахнутыми глазами на смеющегося парня. То ничего не отвечает и проносит на руках итальянца до каменистых выступов, аккуратно опуская парня на них. Сильные руки вскользь пробежались по талии Тэхена, а тот и рад. Настоящих — требовательных — прикосновений его сердце бы точно не вынесло. — Теперь ты не поранишься. Впредь будь аккуратнее и приятного аппетита, — шутливый тон не ускользнул от ушей итальянца, но в нем не было ничего неприятного, совершенно даже наоборот. Он был нежным. Незнакомец кончиками пальцев скользнул по тонким пальцам итальянца, чуть сжимая худую ладонь в своей, а потом касаясь ее губами. И Тэхен понял, что попал окончательно, смотря вслед удаляющегося парня, от которого так приятно пахло апельсинами.

***

Ким подпер подбородок рукой и грустно выдохнул, смотря на то, как девушка, с улыбкой от уха до уха, обнимает парня, только что купившего цветы у него, Тэхена. С того недознакомства прошла уже неделя. Парень уже на стенку лез, пытался спрашивать у торговцев фруктами о том парне. Но все только пожимали плечами и виновато улыбались. Ким и не винил никого в том, что они не знают этого апельсинового парня, просто сердце разъедало от тоски и желания вновь его увидеть. И узнать хотя бы имя. Наверняка, оно у него такое же теплое и солнечное, как и он сам. Морской воздух залетел в лавку, заставляя всколыхнуться цветы, стоящие в ближайших вазах, а колокольчик, висящий над дверью, зазвонил, оповещая о новом посетителе. Ничего, нужно собраться с мыслями и сделать счастливой еще одну влюбленную пару. — Benvenuto! — {Добро пожаловать} — Тэхен растянул губы в широкой квадратной улыбке, а потом медленно поднял глаза, смотря на того самого незнакомца. Очевидно, Тэхен выглядел слишком комично с широко распахнутыми глазами, потому что стоящий напротив парень рассмеялся. — Я бы хотел купить что-то красивое для подарка, — незнакомец смотрел пристально, но с его лица не сходила нежная улыбка. — Розы? Пионы? Лилии? — итальянец надеялся, что на его лице не отобразился целый спектр эмоций из разочарования и грусти. И вправду, не бывает так в жизни, чтобы первая влюбленность прошла так гладко, с взаимностью. — Я не уверен, но думаю, подойдут пионы. Белые есть? — парень задумчиво окинул взглядом Тэхена, а затем прилавок. — Вот, — итальянец подошел к вазе, в которой стояли красивые белые бутоны вышеупомянутых цветов. Аккуратно собрав несколько цветков в букет, парень протянул их незнакомцу и только натянуто улыбнулся, когда тот протянул ему деньги. — Акция, парням с очаровательной улыбкой бесплатно. Парень только звонко рассмеялся, смотря на Кима, а потом протягивая тому букет. — Тэхен, такое красивое имя под стать своему обладателю, — итальянец широко распахнул глаза, смотря на парня напротив и ожидая дальнейших слов или действий. Потому что сейчас все очень и очень странно получается. — Мое имя Чон Чонгук, и я могу надеяться на то, что ты согласишься сходить со мной на свидание? И Тэхен понял, что попал окончательно, смотря на Чонгука, от которого так приятно пахло апельсинами.