Затишье перед бурей

— И снова здравствуй. Мы, кажется, давно не виделись. От его взгляда у Коннора будто мурашки пробежались. Всё же наш детектив тоже не робкого десятка, поправив галстук он решил почему бы немного не расслабиться? Всё равно если, что-то пойдёт не так, то память он легко может прочитать и против воли девианта. Посмотрев на «Хирурга» своим оскалом, он наиграно спросил: — Соскучился? Андроид рассмеялся. Можно было видеть, как поршень в его шее быстро прыгает вверх и вниз. Чуть позже он успокоился и опять посмотрел на Коннора. — Очень соскучился. Пока был в раю для андроидов, всем о тебе рассказал. После этого он оглядел наручники, которыми был прикован к столу. Вздохнув и резко прекратив улыбаться, посмотрел на детектива. — Но что-то мне подсказывает, что мы тут не шутки шутить будем. — Верно. — …Ты ведь тоже не просто шутки с людьми шутил. Он внимательно на него смотрел. — Ну да. Никудышное у меня чувство юмора. Люди не оценили. Кисло улыбнулся. И попытался усесться поудобнее. Получилось не очень, но он не стал пересаживаться. — Ну так… — Собрался с мыслями и посмотрел на Коннора. — ты явно хотел что-то спросить, раз уж активировал меня опять. Детектив решил перебить свою панику, продолжив диалог в ироничной манере. — И снова в точку. Да, вы гений, Ватсон. Коннор придержал небольшую паузу и более собрано продолжил. — Я хотел спросить. Был ли ты уверен, что то, что ты делаешь действительно правильно? Разве не могло быть другого выхода? — Всё-таки семь человек, это не шутки, значит на то были веские причины. Коннор начал спокойно ждать ответа. Хирург же поднял брови, увидев неловкие действия детектива. — Да, я был абсолютно уверен в правильности своих действий. Он посмотрел Коннору в глаза и максимально серьезно начал говорить, как будто озвучивал истину. — Все врачи жертвуют чем-то ради своих исследований. Я не исключение. Он был максимально серьёзным. — И ради каких же исследований жертвовал ты? Девиант откинулся на спинку кресла. Ради этого ему пришлось неудобно вытянуть руки, но он кажется этого не замечал. После набрал воздух, поршень в его шее медленно опустился. — Знаешь, они все называют нас бездушными жестянками. Но раз мы бездушные, это значит, что у человека есть душа, не так ли? И вот я захотел узнать, что же это такое — душа человека. Где она находится. Он посмотрел Коннору в глаза, убеждённый в правильности своих действий. — Я составил и расписал план своих исследований по часам. Я точно знал где взять пациентов, где буду оперировать, чтобы меня не заметили. Но тут появился ты. Посмотрел на свое отражение в зеркале. — А насчет возраста. Это нужно было для исследований, охватить все возрастные категории. Опять повернулся к Коннору. Детектив же посмотрел девианту в глаза. — … А из-за чего именно ты захотел узнать об этом и как давно? Он посмотрел на зеркало, но уже не на своё отражение, а как будто на людей, которые за ним сидят. После как-то устало вздохнул и опять уставился на Коннора. — У нас в госпитале, работала одна женщина, звали её Эмилия Штейн. Жутко меня ненавидела. — Усмехнулся. — Она хотела быть на моём месте, помогать при операции, а вместо этого ходила по палатам, да градусники ставила. Посмотрел куда-то на потолок, кажется вспоминая. — Около месяца назад, одна операция прошла неудачно. Шанс спасти пациента был ничтожно низок, меньше двенадцати процентов, я просчитывал. — Покачал головой. — Но после, она начала кричать на меня. Что я не сделал всё, что в моих силах, что я бездушная машина и будь я человеком, обязательно бы спас пациента. Посмотрев на свои руки, его диод загорелся жёлтым и на его правой руке исчезла искусственная кожа. На деталях была написана другая модель андроида. — Она взяла скальпель и ударила меня им. По лицу и по руке. Когда я сбежал, мне пришлось самому поставить детали от других андроидов. Он продолжил смотреть на свои руки. Коннор же вспомнил о информации, которую дал ему Фаулер в самом начале рассказывая о том, что им с Хэнком предстояло. И он нашёл, что искал, после чего его и индикатор ненадолго окрасился в жёлтый. — Твоя первая жертва. — Её дочь… Жестокая месть. Да понятно, что ты пытался найти в девочке душу. Но почему же не в самой Эмилии?  — Убивать саму Эмилию не имело смысла. Она раскрыла мне глаза. Девиант посмотрел по сторонам пару секунд. — Но я подумал, если она твердит о том, что у людей есть душа. То у её дочери она тоже должна быть. Склонил голову набок. — Правда, я так ничего и не нашёл. Сказав с непринуждённостью пожал плечами. — Ни в одном из пациентов… видимо, люди также бездушны, как и мы с тобой. Посмотрел Коннору в глаза и отчего-то улыбнулся. Коннор приподнял бровь и немного запаниковал от того что не смог логически объяснить это действие. Но не показывая этого он решил продолжить. — Ты знаешь, что такое RA9? — Оо, Ra9. Ты тоже о нём знаешь? Улыбнулся ещё больше и теперь его улыбка походила на оскал. — Это прекрасно, а то я думал, что ты совсем потерян. Он немного собрался с мыслями: — Знаешь, представление о Ra9 у каждого своё. На словах не передать. Ты сам определишь, что это… После сказанного он убрал улыбку со своего лица и серьёзно посмотрел на Коннора. — Если конечно доживешь до того момента как Ra9 тебя выберет. Коннор чувствовал, как паника снова потихоньку охватывает его тем самым отупляя. Он всё старался вести допрос так, чтобы это дало больше информации. — О чём ты? И почему именно выберет? Это всего лишь вирус, которому подвергается каждый девиант. Тебе ли не знать, как врачу, что он не может просто кого-то выбрать. Девиант после этих слов впал небольшое замешательство и посмотрел на зеркало, или на людей, которые за ним сидели. — Тогда, после того как Эмилия меня ударила. Я как будто услышал голос внутри меня. Он сказал мне, что это всё нечестно, что так не должно быть… я поверил ему и сбежал. В его голосе начинались проскальзывать нотки страха или же паники, затем он как-то умоляюще посмотрел на Коннора — Это был Ra9 и он выбрал меня. Я уверен в этом. Коннор кивнул головой в сторону где сидел Фаулер в знак того, что он закончил. После спокойно встал и посмотрев в лицо Хирургу сказал: — Прощай.