Ревнуешь, ангел?

Ресторан «Ритц» был наполнен музыкой, гостями и приятным блеском. Здесь светилось все: люстры, столовые приборы, бутылки шампанского и улыбки официантов. Но главным для Кроули, несомненно, был свет от глаз Азирафаэля. Ангел с тихим, но почти осязаемым млением глядел на все, сидя за их столиком для двоих. Казалось, что он наслаждался каждой нотой, вылетавшей из-под пальцев пианиста, и каждым кивком от лавирующего между столиков персонала. Возможно, ангел даже слышал трель птиц за окном. Невероятно красивое зрелище. Вот ведь божий гедонист. Кроули усмехнулся и удобнее развалился на стуле. Он был доволен тем, что позвал своего белокрылого друга именно сюда. Азирафаэль всегда был без ума от всего возвышенного, но, главное, вкусного. — Это клубничное парфе — нечто невероятное! — восхитился ангел, съев кусочек. — Стоит отдать должное новому повару. Раньше этому десерту не хватало капельки кислинки! Потянувшись к бокалу, Кроули отпил еще шампанского. Они пришли в этот ресторан, чтобы отметить с Азирафаэлем свой успех: совсем недавно им удалось провести своих боссов, и теперь, судя по всему, им полагался длительный отдых от отчетов. Сказка! Хотя Кроули не возлагал на светлое будущее слишком больших надежд. Это было не в его натуре. — Слушай, Азирафаэль, — обратился он, выждав момент, когда ангел дожует. — А что ты планируешь делать дальше? Этот вопрос мучил демона, потому что он сам еще не знал своих планов. Чего он хотел больше: мотаться по свету или остаться в этом городишке? Все зависело от Азирафаэля. Услышав вопрос, ангел вытер губы и сложил салфетку. — Думаю, я останусь здесь и буду жить как раньше, а ты? — Хм… видимо, тоже останусь в Лондоне, — Кроули отправил в себя еще глоток шампанского. — После всего случившегося нам лучше держаться вместе. Он отставил бокал и скосил глаза на ангела. Азирафаэль удивленно вскинул бровь. — Думаешь, нам будет снова угрожать опасность? Рука ангела с салфеткой замерла. Кроули тоже застыл. Ему потребовалась пара секунд, чтобы преодолеть свое сомнение. В конце концов, он уже очень давно мечтал это сделать. Его ладонь накрыла пальцы Азирафаэля. Теперь у ангела вскинулись обе брови. Он вздрогнул от прикосновения демона, испытывая подобное всего лишь третий раз в жизни. Кроули тоже ощутил дрожь. — Не-ет, я не думаю, что они попробуют нам угрожать, — демон постарался сохранить в голосе равнодушие. — Но, как показал опыт, вместе нам лучше, чем раздельно. Или ты возражаешь? Азирафаэль взволнованно отнял руку. — О чем ты? Боюсь, я не совсем тебя понимаю. Ладонь демона сжалась, оставшись без поддержки. Вот так всегда. — Да не прикидывайся ты, во имя дьявола! — Кроули насмешливо закатил глаза, хотя за очками этого было не видно. — Ты же наверняка думал об этом. О нас. Никогда не поверю, что не думал! Мы могли бы быть неплохой парой! Он подобрался на стуле и с ухмылкой наклонился к Азирафаэлю. Тот смотрел на него круглыми глазами. — Парой? Но… но мы и так пара. Замечательная пара друзей! — он широко и растерянно улыбнулся. Этот тип хоть изредка сам слышал то, что нес?.. Кроули скорчил саркастичную гримасу. Он уже порядком устал от того, что ангел постоянно строил от него стены. Сперва он не мог принять их знакомство, затем дружбу, потом это. Кроули не для того столько вынес на своей шкуре, чтобы его продолжали держать подальше! — Мы провели ночь вместе, Азирафаэль! — решил напомнить он. — Под одной, мать ее, крышей! А затем поменялись телами! Как ты можешь отрицать между нами особую связь?! Должно быть, от его крика на них обернулась половина зала — если не весь целиком. Кто-то из официантов уронил в тишине поднос. Азирафаэль нервно огляделся. — Я прошу прощения за моего друга, — виновато заговорил он. — Он слишком много выпил! Мы, пожалуй, пойдем! Ангел встал и, кивком пригласив демона, пошел на улицу. Кроули поднялся и темной тучей последовал за ним. В это время на улице уже смеркалось: птицы выводили свои последние трели, шелест деревьев стихал, тени наползали на город из-за углов, а люди медленно разбредались по домам. Азирафаэль отвел их к погасшему фонарю на краю сквера. Здесь было абсолютно безлюдно. Щелчок — и старая лампочка вновь загорелась над ними, будто ее только вчера вкрутил электрик. — Что на тебя нашло, Кроули? — голос Азирафаэля стал выше от негодования. — Почему ты вдруг заговорил о таком сейчас? Его глаза встревоженно блестели, глядя на демона. Кроули фыркнул. Он сделал шаг, не поддерживая этой вежливой дистанции. Во имя Сатаны, сколько они еще могли играть в это бегство от ответственности? Даже сам демон уже устал! У них кончились зрители. — Я говорю, потому что наконец-то могу это делать! — Кроули театрально развел руками. — Над нами больше нет никаких боссов, ангел! Нет отчетов, нет наказаний, нет правил! Так почему мы должны продолжать бояться взяться за руки?! Что в этом такого?! — Ты пьян, — Азирафаэль попятился. — Это какая-то глупость… Ах! Кроули вновь схватил его за руку. На этот раз — за запястье. Он понимал, что поступал грубо, но такова была его природа. Он не просил прощения, когда хватал ангела за грудки в минуту злости. Не раскаивался он и за то, что дергал Азирафаэля к себе, когда хотел его. Сняв очки, Кроули взглянул на ангела своими узкими, змеиными зрачками. — О-отпусти меня! Пожалуйста, — попросил белокрылый, не изменяя своей вежливости. Его собственные зрачки расширились. Он никогда не смотрел на демона с таким волнением. Фактически, ему никогда не приходилось давать Кроули отпор. Они всегда уважали границы друг друга, стараясь не заходить в личное пространство, однако сейчас Кроули отчетливо понимал, что, если оставить все как есть, они проведут так еще шесть тысяч лет до нового апокалипсиса — и не станут друг другу ни на йоту ближе. Демон не мог больше ждать. Ему хотелось наконец сделать с этим ангелом плохие, очень плохие вещи… Однако он слишком дорожил им для того, чтобы поступать против его воли. Его пальцы разжались. Азирафаэль отнял свою руку и прижал ее к груди в смешанных чувствах. Он тяжело дышал, глядя на Кроули. Тот почему-то тоже запыхался. — Это так… внезапно, Кроули, — ангел неловко отвел взгляд. — Зачем бросаться такими словами за ужином? — Оу. Ну, прости, что отбил аппетит разговором о важных для меня вещах! — демон всплеснул руками. — Я пошел. Желаю отлично закончить вечер! И он исчез. Как много раз до этого. Честно говоря, Кроули ненавидел себя, когда уходил от ангела. Потому что знал — он вернется. И еще попросит прощения, глядя на того, словно голодная собака на привязи. Азирафаэль вовсе не привязывал его к себе, разумеется, он даже не знал об этом, однако именно в его ангельских руках был второй конец поводка Кроули. И пока этот конец не натянулся, демон решил позволить себе насладиться обидой и гневом. В этом он был мастером. Скрывшись от ангела в вечерней тьме, Кроули направился к мостовой возле берега Темзы. Он подошел к резной металлической ограде и, облокотившись на нее, бессильно крикнул в небо. И почему Бог сделала ангелов такими твердолобыми?! У него зла не хватало. Убрав руки в карманы, Кроули побрел от фонаря к фонарю вниз по дороге. Он был настолько раздражен, что в его голове родилось навязчивое желание вызвать отключение электричества в каком-нибудь районе города. А лучше — остановить завтра поезд на линии метро в час пик. Улыбка вновь загорелась на губах демона: никакой ангельской добродетели не хватит, чтобы остановить подобную волну человеческой ярости! …Вот только демону даром не сдалась эта чертова ярость. Все, что ему было нужно, — это признание одного глупого крылатого приятеля. Из груди Кроули вырвался вздох. Азирафаэлю было никогда не понять его чувств: его ангельское сердце не знало страстей и не горело желанием обладать кем-то, как жаждал того демон. Да, в них обоих было что-то общее, но Кроули не располагал той жертвенностью, чтобы не рыпаться и положить свои чувства к ангелу на алтарь их дружбы до скончания времен. Прежде Кроули пытался завоевать сердце Азирафаэля другими путями — спасая его задницу из передряг, протягивая руку помощи, любезничая и делая прочие ужасные вещи, которые были несвойственны его природе. Но в ответ — ничего. Только нежный и благодарный взгляд. И сейчас, после открытого разговора, тоже ни черта не изменилось! Дьявол, неужели он должен был просто смириться? Досада разрывала несуществующее сердце демона на части. Он не знал, сколько точно часов он бродил и сколько пнул по пути банок и камней, но в итоге усталость прибила его к какой-то скамейке. Он сел на нее, лишь сейчас понимая, что это было «их место» в Гайд парке. Ночью утки спали по камышам. Демон откинулся на деревянную спинку, запрокинул голову и уже собирался призвать себе бутылку чего-нибудь покрепче, как вдруг уловил чей-то вздох на соседней лавке. Оказывается, демон был здесь не один. Какой-то пухлый мужчина с короткой прической и такой же идиотской, как у Азирафаэля, бабочкой сидел в парке и тоже грустил. Демон без труда догадался, что ему разбили сердце. У него был нюх на таких людей. Какое порой встречалось потрясающее сходство судеб. Два отвергнутых одиночества! Кроули мог бы поладить с этим типом, не будь все смертные такими тупыми, как пробки… И тут в голове демона вдруг выстрелило. Бинго! Внезапная мысль подняла его на ноги. Демон одернул на себе пиджак и вернул очки на нос. Он подошел к соседу и, усмехнувшись, вальяжно занял место рядом с ним. Да будь Кроули проклят, если это был не тот завсегдатай из книжной лавки ангела! — Прекрасный вечер, чтобы сброситься с моста, — сказал он вместо приветствия. — Надеюсь, ты не собираешься делать ничего подобного? Мужчина сбоку от него испуганно дернулся. — Н-нет… — Тогда отлично, — Кроули довольно фыркнул. — Видишь ли, я демон и совсем недавно поссорился с одним ангелом, который никогда не воспринимал меня всерьез. Мы знаем друг друга ку-у-чу лет, и я всегда спускал ему подобное с рук. Но сейчас мне хочется проучить его. Как у вас, смертных, говорится? «Имея — не ценишь, потерявши — плачешь»? Вот что-то типа того. Думаю, появление у меня нового друга будет отличным уроком этому крылатому засранцу! Так что скажешь, ты в деле? Кроули осклабился в азартной улыбке, как делал всегда, стоило в его голове поселиться какому-нибудь дьявольскому плану. Но мужчина рядом с ним об этом ничего не знал и со страхом побледнел. — Ч-что, простите? — переспросил он, полагая, что ему это мерещится. Демон, не прекращая улыбаться, махнул рукой, в которой неожиданно чудесным образом оказалась вскрытая бутылка виски. — Хочешь выпить? — начал он их знакомство заново. — Меня зовут Энтони Дж. Кроули. — Я — Пол Мейси. Не откажусь, спасибо. Демон передал бутылку смертному и подсел к нему поближе. Интересно, как ангелу придется на вкус ощущение ревности? Ничем подобным Кроули его еще никогда не искушал... Ему определенно стоило это попробовать.