Сделка с Ангелом

— Я могу тебя спасти.

***

      Полупустая комната в коммуналке, завявший цветок на подоконнике, грязный матрас на полу и куча проблем на плечах. Чонгук слишком горд, чтобы просить о помощи. Да и просить то особо некого. У его лучшего друга Тэхёна свои заморочки в жизни, а Джин по работе переехал в другой город на некоторое время. На фамилию Чон приходят всё новые счета, лучшие родители в мире оставили сына разгребать их дерьмо. Сложно винить покойников, но у Чонгука это хорошо получается.       Школу он давно бросил, в университет и не пытался поступить. Две работы, ни одной свободной минуты. Усталость, стресс и голод. Практически вся зарплата идёт на покрытие долга. На доброту людей уже давно Чонгук не рассчитывает.       Поэтому слова незнакомого парня размазывают его по стенке. Ведь Чон знает, спасти его уже невозможно. Но парень напротив радостно улыбается, чуть ли не светясь от доброты. Он протягивает ему свою ладошку и ждёт реакции Чонгука. Тот пытается не дышать, надеясь, что это всего лишь сон.

***

      Сегодня был один из тех дней, что попадает под понятие «плохой». Впрочем, как большинство дней в году для Чонгука. Но этот побил все рекорды.       В расписании вышла накладка, и парень теперь бежал, чтобы успеть на свою смену в кафе. Босс там был нервный, мелких пиздюков, как Чонгук, он не любил, но терпел. Ведь официально устраивать их не надо, а значит и налогов никаких.       Пока парень изо всех сил спешил, как назло, портфель зацепился за забор, делая огромную дыру, откуда все вещи вывалились на тротуар. Кошелёк с последними грошами покатился на проезжую часть, и когда Чонгук хотел было сделать шаг к нему, уже собрав и держа в руках все свои вещи, то машина на полной скорости проехалась по нему, порвав тонкую ткань. Купюры разлетелись в разные стороны, плавно поддаваясь потокам ветра.       Весёлые дети собирают последние деньги Чонгука, пока тот стоит и безучастно смотрит на сие представление. Резко повернувшись в сторону кафе, под ногами он услышал хруст. Уже ожидая чего-то подобного, он опустил голову и приподнял правую ногу. Разбитый экран телефона весело зарябил, давая сдвинутую в бок картинку.       Тяжело вздохнув, он присел на корточки и спрятал сломанный телефон в карман. Вещи засунул в порванный портфель и взял его на руки, неся перед собой, как мешок. Он не проронил ни слова, ни единой слезинки. «Сильный и стойкий — такой должен быть настоящий мужчина» — сказал ему как-то отец. И он свято верил его словам.       На пороге кафе уже стоял босс, гневно высматривая незадачливого работника. Уже подходя ближе, Чонгук знал, что сейчас ему скажут. Уволен. Вот так просто. Парень смотрит в спину уходящему вглубь заведения мужчине. Сердце сжимает невероятная обида, будто весь мир разом настроился против него. В городе не так много мест, куда берут без образования. Но Гук не собирался сдаваться так просто, он уже понял, что в этом бездушном мире нет места слабости.       К своему дому он добрался, когда уже было темно. К двери подъезда приклеен листок, уведомляющий, что здание куплено под снос. Просьба жильцов съехать до конца недели.       Чонгук усмехается себе под нос: «Ну да, куда ж без этого.»       Проходит на второй этаж в свою комнатушку, закрывает за собой дверь и кидает вещи прямо на пол, устало разминая плечи. Пришлось идти через весь город пешком, карточка на проезд была тоже в кошельке.       Внезапно Гук понимает, что в комнате находится не один. Свет не горит, он давно за него не платит, слишком темно, чтобы рассмотреть хоть что-то. Но он слышит тихое дыхание из угла комнаты. — Кто здесь? — тупой вопрос, если это кто-то из банды Юнги, которому он должен деньги, то ему не выбраться отсюда живым.       Под потолком начали загораться маленькие светлячки, мягким тёплым светом наполняя комнату. Чонгук невольно задрал голову и изумлённо уставился на сие чудо. Затем услышал тихий шелест и резко повернулся в сторону звука. Светловолосый парень легко поднялся с пола и сделал шаг в его направлении. Он был одет в какие-то белые ткани, завёрнутый в них на манер древних римлян. В глазах безграничная доброта, а его тело будто излучает некое тепло, которое чувствует Чонгук, стоя аж в метре от незнакомца.       Парень внимательно обводит его взглядом с ног до головы, будто изучая. Затем пристально вглядывается в грудную клетку Чонгука и слегка хмурится, будто что-то неприятное увидел. Гук опускает голову и смотрит туда же, но на футболке ничего нет, даже какого пятнышка. — Я могу тебя спасти, — мягким голосом произносит незнакомец, наконец, посмотрев парню в глаза. — Но услуга за услугу. — Что за… — Гук не знает, возмущаться ему и прогнать странного типа или всё же выслушать. Но незнакомец берёт инициативу в свои руки. — Я спасу твою душу, твою жизнь. А взамен мне нужна помощь от смертного, как ты. Что скажешь? — он протянул свою ладошку Чонгуку.       Почему-то ему хотелось верить каждому слову, которое произносят эти пухлые губы. Он сказал, что сможет «спасти» Чонгука. И тому впервые в жизни захотелось по-настоящему заплакать. Упасть на колени и зарыться в одеяло, и чтобы кто-то обнимал за плечи и тихо убаюкивал. Это желание было недостойно мужчины, но как же ему хотелось… — Ты правда сможешь? — соскальзывает с его губ вопрос, а глаза всё же предательски наполняются влагой. Рука медленно тянется к протянутой ладошке парня. И когда блондин кивает, то Чонгук уже уверенно закрепляет контракт в рукопожатии.       Незнакомец мягко улыбается, делает ещё шаг и второй рукой обнимает парня, кладя руку ему на спину. Прижимает к себе и тихо шепчет. — Теперь можешь поплакать, — он будто прочитал мысли Чонгука, нежно прижимая того к себе, как дитя.       И Чон хватается за белые одеяния незнакомца, как мальчишка, рыдая в голос. Он зарывается лицом ему в плечо, полностью переставая сдерживаться. Вся скопленная боль этого брошенного ребёнка выливается наружу. И совершенно незнакомый парень, которому сейчас хочется доверять больше всех на свете, принимает Чонгука таким, какой он есть. Принимает его боль и дарит в ответ тепло и успокоение. Они плавно осели на матрас у окна, светлячки медленно кружат, один за другим угасая, погружая помещение во мрак. Незнакомец мягко поглаживает Чонгука по голове и тихо что-то напевает, убаюкивая, отгоняя кошмары и одаривая самыми нежными чувствами.       Незаметно даже для самого себя, Гук засыпает в объятиях блондина и, впервые за долгое время, видит самые прекрасные сны.

***

— Господин Мин, мы засекли его, — с грацией кошки, игривой походкой, молодой парень подошёл к столу ближе и манерно указал пальчиком место на карте. — Всё, как вы и говорили. Наконец, они клюнули на приманку. — Эти чистоплюи такие предсказуемые, — ухмылка не сходит с лица босса преступной группировки. — Какой следующий шаг, Господин? — парень кокетливо присел на край стола. — Думаю, надо поприветствовать нашего гостя, как подобает, — мерзкий смешок, и кончик острого ножа резко вошёл в столешницу, протыкая обозначенное место на карте.