Лучшая подруга (Лучшее от нас)

Шесть лет. Так мучительно и долго они длились. Мне казалось, что каждая секунда проведенная в тюрьме длится вечность. Время словно жевательная резинка растягивалась и снова слипала в единый комок. Комок боли и обиды. Меня конечно же пытались сломать, ведь я богатенький сынок своих известных родителей, но и тут все потерпели неудачу. Я давал отпор, сидел в карцерах, но ни один человек не услышал от меня и слова, пока я не стал окончательно невидимкой. Я жил все эти лишь с одной мыслью: Как сильно я люблю Билла. Он снился мне каждую ночь. Всегда такой разный и по прежнему хрупкий и нежный. Я прикасался к нему, чувствовал его мягкую и гладкую кожу, вдыхал аромат ванили, целовал его горячие губы, пока не просыпался и не осознавал, что все это лишь сон. Тебя больше нет рядом, я больше никогда не увижу улыбку на твоем лице, никогда не смогу обнять тебя, почему жизнь так наказала меня? За что? Сейчас я лечу на самолете в Германию. Я не хочу больше возвращаться в Лос-Анджелес. Там все напоминает мне о тебе и о том, что я натворил. Я просто не выдержу. Вместо этого я решил вернуться в дом мамы. Да и бабушка Симона и дедушка Гордон, всегда будут рядом, хоть я еще и не готов предстать перед ними. За время, что я провел в тюрьме, я сильно изменился, тело накачал настолько, насколько смог, боль в мышцах давала мне силы, не думать о душевной боли, брейды расплел и теперь у меня были черные длинные дреды, татуировок на теле тоже прибавилось, пусть будут, я хоть и боюсь этой боли, но я хочу помнить каждую гребанную минуту, что пережил тогда. Закрываю глаза и снова вижу Вивьен, выстрелы в окно, падающий на пол пистолет и ее глаза. Они всегда сияли огнем, а сейчас пламя погасло. Ей стало все-равно, что будет с ней, с ее малышом, со мной, с Биллом, с Димой, со всеми нами. В одну секунду, моя сильная сестренка, перестала бороться за все, что так любила. Миру удалось прогнуть ее под себя. Вивьен повернулась спиной к окну, расставила руки в стороны и стала медленно падать. Стекло под ней стало трещать и рассыпаться на миллионы осколков. -Нееет. - закричал я и рванул за сестрой. Но Дима оказался быстрее меня. В два прыжка он преодолел расстояние между Вивьен и ним, и уже держал ее за руку, что бы она не упала. Когда я подбежал, то так же, как и Дима схватил Вивьен за руку. Когда я посмотрел на нее, то даже в тот момент, находясь на волоске от смерти, она выставила вперед руку, что бы не ударится животом, даже в эту секунду, она думала о ребенке, но не о себе. -Вивьен, держись! - кричал Дима. Но она словно кукла повисла над окном и если мы с Димой отпустим руки, она даже не будет сопротивляться. -Тяни ее, Том! Эти слова отрезвили меня. Я не должен так думать. Моя сестра, она моя кровь, она должна жить, как я вообще мог подумать о том, что бы избавить ее от жизни, раз она так не хочет ее. Я тряхнул головой, отгоняя прошлое, чувствуя, что самолет пошел на посадку. Как же тяжело все это. Почему я тогда подумал, что Вивьен стоит освободить от жизни?! Почему я увидел в ее глазах столько мучений? Почему она мне ничего не рассказывала? Я до сих пор не знаю, что ей пришлось пережить, но все эти годы я был уверен, что в этом замешан Дима. Открываю дверь дома. Ключ по прежнему находится на том же месте, что его прятала мама. Она всегда боялась потерять ключи, так по крайней мере мне говорила тетя Джил. Гостиная все так же пуста, но чистая. Видимо бабушка по прежнему периодически убирает дом. Скидываю сумки и сажусь на диван. Осматриваю все. Ничего не изменилось, все так же, как я и помню. Ничего современного, по прежнему старая мебель и техника. Но это дом нашего детства, воспоминаний и надежд. Даже наши с Биллом детские фотографии сохранись. Чуть улыбаюсь, видя нас в обнимку и тут же становится больно. Сжимаю руки в кулаки, что бы не расплакаться. Вижу фото мамы и папы. Как же они были счастливы. Я и не знал, что настолько, пока не прочел письмо отца и дневник мамы. Достаю из сумки потрепанную тетрадь. Да это именно он. Все ее воспоминания. Она писала редко, но я прочувствовал все, все что с ней произошло, хоть она и не описывала свое детство и как они стали знамениты, ее дневник начался именно со знакомства мамы и папы в самолете. Наверное именно тогда она начала жить. Как ко мне попал ее дневник? Просто однажды ко мне в тюрьму пришел неожиданный гость. -Я же просил никого ко мне не пускать! - орал я на охрану, за что получил дубинкой по ногам. -Заткнись Каулитц, - рявкнул на меня охранник. - Эта женщина уже всех достала, у нас связаны руки, у нее видимо есть свои связи, что бы встретиться с тобой. Меня провели в помещение для встреч. Наручники с меня не сняли, лишь посадили на железный стул, стоящий возле стола. -Кто вы? - обратился я к чернокожей женщине, стоящей ко мне спиной. Она была уже не молода, полновата, но с очень пронзительным взглядом. Я готов был поклясться, что где-то уже видел ее, но не мог вспомнить где. -Здравствуй, Том! Давно не виделись. - мягко и с улыбкой, произнесла женщина, тоже садясь на стул, стоящий напротив меня. Я ничего ей не ответил, так как не считал это нужным. Лишь злоба в то время жила во мне. Женщина еще пару секунд подождала и поняв, что я с ней здороваться не намерен, стала копаться в своей сумке. -Ты меня не помнишь Том. Да и это и понятно, - продолжила она. - Меня зовут Эмма, я была много лет подругой твоей мамы, а потом и твоего отца. Глаза мои тут же округлились от услышанного, а руки за спиной сжались в кулаки. Эмма чуть изогнула бровь, когда увидела мою реакцию и смерила меня холодным взглядом. -Я удивлена, что ты их сын! Эти ее слова, словно впечатали меня в стену и раздавили пополам. -Кори и Том были сильными людьми. Я восхищалась ими. Но ты.. Ты Том… Что ты натворил? Почему ты не боролся за свободу? Ты же не виноват в том, что…. -ЗАМОЛЧИ!!! - крикнул на нее я. - ТЕБЯ ТАМ НЕ БЫЛО И ТЫ НИ ЧЕРТА НЕ ЗНАЕШЬ!!! Эмма лишь тихо выдохнула и вытащила из сумки тетрадь и конверт. -Я кое что тебе принесла. - тихо сказала она. - Когда твоя мама была еще жива, она рассказала мне о том, что ведет дневник и в ночь ее смерти, она отдала мне его, что бы я сохранила его для тебя. У меня рот так и открылся от ее слов. -Чему ты удивляешь Том? Кори всегда чувствовала опасность, что грозит ее детям. Поэтому она попросила передать дневник именно тебе и никому другому. Там нет лишь одного листка, самого последнего. Он находится в ее доме. Где? Тебе придется выяснить самому, если ты посчитаешь нужным узнать, что она чувствовала в последний день своей жизни?! После этих слов Эмма встала и направилась к двери. -Почему? - все что смогу спросить я. -Почему я не отдала его твоему отцу? - уточнила Эмма. В ответ я лишь кивнул. Эмма подошла ко мне, погладила меня по дредам и ласково ответила: -Твоему отцу не нужно подтверждение ее любви, он знал это всегда. Больше Эмма не навещала меня, а мамин дневник стал для меня, как путеводитель в ее жизни. Она рассказала в нем обо всем. И обрывался он на том месте, когда она проснулась и обнаружила, на тумбочке документы о разводе отца и Энджи. Я долго думал о словах Эммы и нужно ли мне узнать, что чувствовала моя мама я эту ночь, какое послание оставила мне и Биллу?! Но мои мысли прервал шум на улице и открывшаяся входная дверь. Я резко встал с дивана и уставился на тебя. Я готов был сейчас увидеть кого угодно, но только не тебя. -Билл! - почти беззвучно прошептал я.