Секретное досье

Чунмён прихватил свой бокал и бутылку и молча вышел из кухни. В гостиной он включил телевизор, устроился на диване и с наслаждением вытянул ноги. После горячего душа и простого, но сытного ужина в сон клонило просто ужасно. Чунмён подсунул маленькую подушечку себе под спину и принялся листать каналы, не зная точно, чего именно он хотел. За временем он не следил, а минут через пять и вовсе думать забыл о том, что Чонин возился на его кухне. Налитые свинцом веки закрывались словно сами по себе. Чунмён нашёл «Евроньюс», сделал звук комфортным и буквально на секунду прикрыл глаза. Когда Чунмён очнулся, телевизор всё так же мерно и ровно гудел, по тысячному кругу рассказывая о новостях в Европе и мире. Под боком у него спал Чонин, прижимался щекой к груди и дышал глубоко и ровно. Чунмён посмотрел на смуглую руку поперёк своего живота и вздохнул. Спать здесь было нельзя. Спину и шею уже ломило, а к утру он и вовсе рисковал не разогнуться. Можно было, конечно, выскользнуть со всей осторожностью и уйти в свою спальню, оставив Чонина, но Чунмён не был уверен, что у него всё получится. В конце концов, он же не юнец пятнадцатилетний, чтобы спасаться бегством. Он не боялся Чонина и вполне себя контролировал. А ещё он был достаточно сильным, чтобы ему не составило труда перенести продолжавшего спать Чонина из гостиной в спальню. С местами для сна Чунмён погорячился. Как раскладывать диван в гостиной, он уже забыл, а больше кроме его постели ничего и не было. Видимо, спать с Чонином входило у него в привычку. Не лучшее, что с ним случалось, но и не худшее. По крайней мере, это не вредило его здоровью. Кое-как пристроив Чонина на постели, Чунмён подумал немного, а потом стянул с него джинсы. Ещё не хватало пускать в свою постель кого попало в уличной одежде. Забравшись под одеяло, Чунмён выключил лампу и задумался. Уже в который раз за два дня он отступал под натиском Чонина. Тот вбил себе в голову какую-то чушь – а может, и правда влюбился, кто ж его знал – и теперь атаковал Чунмёна, искал его взаимности и позволял себе то, что тот же Чондэ не позволял никогда. Думать о Чондэ в постели с Чонином было странно. Впрочем, даже просто нахождение Чонина в его постели было странным само по себе. Как так получилось? Они проводили вместе вторую ночь подряд. Взрослый, самостоятельный, уважаемый главный редактор «Чосон Ильбо», который буквально пару часов назад решал, как бы получше распорядиться информацией, способной вызвать политический кризис в стране, и молоденький стриптизёр, мальчишка, не поступивший в хореографический колледж. Если бы кому-нибудь стало об этом известно… Впрочем, Чунмён с ним не спал в том самом смысле, в котором Чонин этого хотел, а значит, его совесть была чиста. Чунмён вообще предпочитал не иметь никаких дел с юнцами, у которых в голове бурлили гормоны. У Чонина они не просто бурлили, а переливались через край. Он нёсся навстречу проблемам со скоростью курьерского поезда и совершенно не думал о последствиях. С другой стороны, у него могли быть корыстные мотивы. Эта мысль подействовала на Чунмёна как ведро ледяной воды, вылитое на голову. Да, Кёнсу оказался прав, как и Минсок с Бэкхёном. Да, Чонина не нужно было спасать из лап похитителей людей, у него был паспорт и свобода передвижения, то есть, ничего общего с несчастными украинками, которых пачками продавали в дешёвые стриптиз-клубы и бордели. Однако, кое-какие нужды были и у Чонина. Он хотел поступить в хореографический колледж, следовательно, он мог хотеть помощи. И мог даже красиво это обставить. Если бы у него получилось, Чунмён бы влюбился в него, потерял бы голову и непременно нашёл бы способ побаловать любовника. Если бы у него получилось, да. Но у Чонина не получилось. Чунмён, конечно, поддавался местами, позволял приближаться к себе, но толком ничего Чонину не давал. Не мог же он считать своими победами несколько жалких прикосновений. - Господи, да когда же вы уляжетесь! – сердито и сонно пробормотал Чонин и прикрыл голову подушкой. – Невозможно же, мёртвого подымете! - Так и спал бы дома, - огрызнулся Чунмён, но потом встал, нашёл на кухне сигареты и распахнул окно навстречу ночному городу. Обалдеть! Этот мелкий нахал ещё и из постели его выставил! Это просто невероятно! Чунмён некоторое время злился на полном серьёзе, а потом встряхнулся, засмеялся. Как так получилось, что Чонин неплохо его завёл. Именно встряхнул, как удар электрического тока, как укол адреналина в сердце. Чунмён выпустил в окно красивое ровное кольцо дыма и задумался о работе. Шансы проверить информацию на приёме в китайском посольстве были мизерными, если не сказать больше. Если Тао был прав насчёт посла, то стоило готовиться к худшему. То есть, к новому раунду переговоров с советом директоров и членами правления. Чунмён не переставал удивляться тому, как взрослые и даже разумные люди, бизнесмены, не понимали элементарного. Информация во все времена была оружием. И это оружие било абсолютно во все стороны. Чунмён обязан был обезопасить газету и себя самого, прежде чем пустить это в печать. Он примерно догадывался, что было истинным мотивом спешки. Другие издания запросто могли и сами получить подобные конверты с информацией, которую в «Чосон Ильбо» считали эксклюзивной. И они точно так же могли рыть землю в поисках подтверждений, а могли и готовить публикацию в печать. В данный конкретный момент времени люди были подготовлены. То есть, они были достаточно раздражены и раздосадованы действиями правительства, чтобы статья получила максимальный резонанс. Сейчас люди могли бы выйти на акции протеста, оппозиционные политические партии – инициировать разбирательства. Политикам, занимавшим высшие государственные посты, пришлось бы многое объяснять. Начались бы отставки, возможно, даже судебное преследование. И члены совета директоров опасались упустить это смутное время, которое они отлично умели использовать для собственного обогащения. Если упустить момент и дать народу успокоиться и отвлечься, ничего может не получиться. Чунмён понимал это не хуже дельцов, за деньги готовых на всё, включая гражданскую войну. Сам он гражданской войны не хотел, хоть и понимал, что правительство в своих поступках зашло слишком далеко. Рано или поздно чаша народного терпения должна была переполниться. И его публикация могла стать этой самой последней каплей, соломинкой, сломавшей спину верблюду. - С вами спать невозможно, а без вас ещё хуже, - сонный Чонин появился на кухне, чтобы вскоре уткнуться Чунмёну в плечо. – Ну вот что вы здесь стоите? - Курю. - А до утра никак? - Никак, - Чунмён покачал головой. – Мне нужно было подумать. - Подумали, - Чонин обнял его со спины. – У вас такое лицо было, словно вы собирались с подоконника спрыгивать. - С чего бы вдруг? - Вот и я подумал, с чего бы? – Чонин вздохнул. – Пойдёмте в постель, скоро утро будет, а вы почти не спали. - Я привык. - И что? Это не значит, что вы всё делаете правильно, - Чонин словно случайно скользнул пальцами за резинку пижамных штанов Чунмёна. - А ты? - А я стараюсь, чтобы всё было правильно. - И ты думаешь, у тебя получается? - Потом видно будет, - Чонин повёл плечом. – В конце концов, я вторую ночь в вашей постели, значит, я не так уж и не прав. - Ты в моей постели, потому что мне лень тебя вышвыривать оттуда. - Ну конечно же, - Чонин улыбнулся. – А теперь давайте уже туда вернёмся. - Чонин, ты же понимаешь, что продолжения не будет? – Чунмён вздохнул и закрыл окно. – Завтра я отвезу тебя в больницу, Кёнсу сделает тебе рентген, обработает швы – и мы попрощаемся. В моей жизни сейчас начинается такой период, вернее, он уже начался… У меня совершенно не будет времени разбираться с твоими капризами и прихотями. - У меня нет капризов и прихотей. - И спонсором твоего светлого будущего я тоже быть не собираюсь, - продолжил Чунмён. - Так я вас и не просил, разве нет, - Чонин не стал скрывать удивления. – Мне ваше спонсорство до одного места. Что вы мне можете предложить? - А ты думаешь, не могу? - Я думаю, вы слишком мало отдыхаете, и поэтому вам в голову лезет всякая ерунда, - Чонин практически дотолкал Чунмёна до кровати и заставил лечь. Сам он рыбкой скользнул Чунмёну под бок, обнял его и прижался щекой к плечу. – Закрывайте глаза. Чунмён заснул, когда пытался придумать достойное возражение. Утром он впервые проснулся с ощущением того, что он выспался. Когда Чунмён взглянул на часы, он понял, откуда у него взялось такое ощущение. На часах была половина первого. - Чонин! – Чунмён пробкой из-под шампанского вылетел из кровати. – Лучше сам прыгай в окно, потому что иначе я тебя убью! - Не надо орать, завтрак готов, можем садиться. Только кофе сварите, у меня пока так не получается, - совершенно спокойно заявил Чонин, когда Чунмён нашёл его на кухне. - Как это понимать? – Чунмён был в бешенстве и не пытался это скрывать. – Какого чёрта, Чонин? Ты мне кто, чтобы такие вещи устраивать? А если у меня было важное совещание? Или встреча? - Их не было, - Чонин пожал плечами. – Я звонил вашей секретарше. Кстати, хотел спросить, с ней вы тоже спите время от времени? - Я не сплю с женщинами, - Чунмён неожиданно растерял свой тон, сбитый с толку сменой темы. – Тем более, со своими секретарями. - А кто разодрал вам спину? - Какое твоё собачье дело? – снова начал заводиться Чунмён. – Как тебе это вообще в голову пришло? - Если бы вы чаще заглядывали в зеркало, вам бы тоже пришло, - Чонин поставил перед Чунмёном тарелку с яичницей с беконом и фасолью. – У вас мешки под глазами до плеч. А вы ещё по ночам стоите и курите одну за одной, вместо того, чтобы спать. - Не помню, когда я просил тебя стать моей мамочкой. - Вы скоро имя своё забудете, - Чонин даже ухом не повёл. – Ничего страшного не случилось, что вы один раз поспали столько, сколько вам было нужно, а не сколько осталось. - Это не тебе решать. - Если больше некому, могу и я, - Чонин совершенно спокойно смотрел Чунмёну в глаза, чем раздражал его невероятно. – Так что насчёт кофе? Вы сварите? - Чонин! - Я уже восемнадцать лет Чонин, - тот пожал плечами. – И вы могли бы сказать мне «спасибо». - Ага, как ты мне, - Чунмён выдохнул. В конце концов, плюсы в этом тоже были, он выспался. Он и правда уже забыл, каково это – просыпаться по собственному желанию. В последние несколько лет такой роскоши у него даже в выходные не наблюдалось. – Ты даже не представляешь, как сильно я хочу вышвырнуть тебя вон. - Ничего, это пройдёт, - Чонин сохранял невозмутимость. – Я приму душ, а вы сварите кофе. И постарайтесь курить поменьше, запах уже въелся. - О боже мой, - Чунмён закатил глаза. Вот тебе и украинка без паспорта. Правы были парни. Такой психопат и правда мог наслаждаться своими танцами на сцене и считать стриптиз искусством. Но как вышло, что Чунмён оказался втянут в это? Кто позволил этому юнцу распоряжаться Чунмёном? «Да ты сам и позволил!» - вдруг весело подумал Чунмён, и его отпустило. По крайней мере, гнев отступил куда-то в глубину, оставив на своём месте только удивление. Чунмён в самом деле сам это позволил. Он допустил, что Чонин смог подобрать к нему ключи. Конечно, пока только по мелочи, но многим до него и этого не удавалось. Вот и сейчас Чонин ушёл, оставив Чунмёна выполнять свою прихоть. Чунмён задумчиво варил кофе и размышлял, как ему быть. Стоило, наверное, позвонить Дахён, а лучше сразу поехать в офис. Всё равно без него номер нельзя было пускать в печать. И с Минсоком он собирался встретиться… Чёрт, Минсок! Сдвинув турку с огня, Чунмён нашёл свой телефон и торопливо набрал номер друга: - Мин! - Горим? – сонно осведомился Минсок. - Ты спишь? – с удивлением спросил Чунмён, который привык к тому, что в это время друг уже бодрствовал, потому как единственный работал днём, а не как придётся. - Сплю, - он согласился. – До трёх часов мои орлы сдавались. - Сдались? - С переменным успехом, - Минсок зевнул. – Давай, может, вечером встретимся, а? Я сейчас просто не встану. - Так я потому и звоню, я проспал… - Молодец, давно пора было, - неожиданно заметил Минсок. –Тебе бы, конечно, недельку не помешало бы отоспаться, но даже один раз лучше, чем ничего. - Мин, я начинаю подозревать, что эта лихая стриптизёрша – это ваша идея, - Чунмён озвучил мысль раньше, чем сам успел её осознать. - Какая стриптизёрша? - Кай. Это он выключил мой будильник. - Однако, - Минсок помолчал. – И давно вы спите вместе? - С первого дня знакомства, - Чунмён нахмурился. – Ты действительно не имеешь к этому отношения? - Действительно, - Минсок ответил даже слишком поспешно. – Ты знаешь, для меня это слишком хитрый план. Да и для Кёнсу тоже. Нам проще пристегнуть тебя к кровати. - Да, как это я сам не подумал, - Чунмён потёр переносицу. – Ладно, отдыхай, увидимся вечером, - он сбросил вызов, сел на стул и задумался. У него не было причин не доверять Минсоку. Но что-то царапало его, напрягало и не давало покоя. Он не мог поверить, что Чонин влюбился в него просто так. Увидел со сцены и влюбился – какая чушь! В конце концов, он не был телезвездой, чтобы его можно было заметить раньше. А политические издания и светскую хронику Чонин читал едва ли. - Вы отвезёте меня в больницу к вашему другу? – Чонин появился на пороге кухни и эффектно отбросил назад влажные волосы. - Отвезу, - Чунмён побарабанил пальцами по столу. – Ещё какие будут пожелания? - Пожеланий не будет, - Чонин разлил кофе по чашкам, взял свою и уселся с ней на подоконник, прямо у Чунмёна за спиной. – Будет совет. - Какой ещё совет? - Не сопротивляйтесь, - Чонин улыбнулся. – Я не сделаю вам ничего плохого, вы ещё скажете мне «спасибо». - Ага, двадцать раз. - Можете даже тридцать, - Чонин снова улыбнулся. – Неужели вы так против того, чтобы в вашей жизни появились стабильные отношения? - С кем? Со стриптизёршей? - А что, стриптизёрши, по-вашему, на отношения не способны? Только на секс за деньги? Хорошо, тогда можете мне заплатить. - Я не собираюсь с тобой спать! - Это вы сейчас так говорите, - Чонин легкомысленно поболтал ногой. – Пейте кофе, он очень быстро остывает. - Что бы я без тебя делал? - ехидно заметил Чунмён, выпил кофе в один глоток и вышел в коридор: слишком велик был соблазн вытолкнуть этого настырного паразита в окно. Чонин о его кровожадных мыслях, по всей видимости, не догадывался, потому что продолжал сидеть и думать о чём-то своём до тех пор, пока Чунмён не закончил сборы. – Я уезжаю! – он крикнул из коридора, и Чонин тут же появился рядом. Он смерил Чунмёна таким взглядом, от которого у Чунмёна волосы на загривке встали дыбом. Это ещё что такое было? Чонин смотрел так, как хищник смотрит на свою жертву. Он словно загнал Чунмёна в угол. - Я готов, - Чонин взял свою куртку и сунул ноги в растоптанные кроссовки. - Хорошо, - подумав, Чунмён оставил ключи от мотоцикла дома, а взял те, что были от «мерседеса». В обычные дни он не любил на нём ездить, потому что «мерседес» казался ему огромным и неповоротливым. Но сейчас ему не хотелось, чтобы Чонин всю дорогу к нему прижимался. – У меня планы на вечер. - Я буду иметь в виду, - Чонин улыбнулся и первым вышел на лестничную клетку. – А вы не дадите мне запасные ключи? - Может, мне на тебе сразу жениться? – огрызнулся Чунмён, которого невероятная наглость уже даже не удивляла. - Если хотите увидеть меня в платье, просто попросите. - Грехи наши тяжкие, - пробормотал Чунмён и с ужасом понял, что покраснел.