Новый мир - твои проблемы

— Те, кто слаб, живут из запоя в запой, Кричат: «Нам не дали петь!», кричат: «Попробуй тут спой!» Мы идем, мы сильны и бодры… Замерзшие пальцы ломают спички, от которых зажгутся костры… И вправду, с песней веселей идти, да и не такой страшный лес уже, вроде. Чистый воздух, ритмичный шаг и пройденные метры успокоили мои «железные» нервы и дали снова ясно мыслить — теперь я тот самый Вова, что и прежде, словно никаких разумных пони и в помине нет. Теперь самое главное — не считать ворон и быть готовым ко всему, в том числе и к атаке хищников… Но ведь не зря же я ношу гордое имя: человек разумный? Мой интеллект и есть моё оружие. Каждый вздох наполнял мои лёгкие чистым воздухом и запахами леса, едва уловимыми для обоняния человека, но такими приятными, словно я в детство вернулся. И тут же мысленно рассмеялся, ведь мне всего двадцать один год, и, по сути, я просто ребёнок, прямо как дедушка, ведь тот, несмотря на свой возраст, вёл себя как подросток или юноша. Так и говорить сейчас, что это было давно и где-то далеко, немного глупо. Есть у меня ещё шансы вернуться домой и без помощи белой лошадки. Вот так, с приподнятым духом, я начинаю искать себе стоянку. Вода, еда и защита — вот что мне сейчас нужно. Начнём с воды. Я уверен, что где-то должна быть звериная тропа к водопою, не в пустыне же.

***

Кто ищет — тот всегда найдёт. Поиск занял примерно час, и сейчас у меня под ногами была та самая тропа. Бредя по этому странному лесу и разглядывая причудливые растения, в том числе и незнакомые ягоды, я пытался приметить и местную фауну, но кроме нескольких птиц, отдалённо похожих на коршунов, и зайцев вдалеке, мой глаз так и не смог ничего приметить. Минут двадцать — и показалась поляна с небольшой речушкой. Пройдя её вдоль до поворота, я обнаружил небольшую кучу веток вокруг некрупного бревна или очень длинной чурки. Интересно, кто оставил заготовку для костра? Ведь не само бревно пришло из леса? Видно, здесь есть ещё разумные, которые живут или отдыхают в лесу. Осмотрев близлежащую территорию, я никого не нашёл, что в принципе было логично. Поэтому, сняв кроссовки и закатав штаны, я вошёл в воду, попутно напившись ею. Она оказалась не такая уж и холодная, да и тому же с дном, покрытым водорослями, — вот это везение. Отойдя от берега на пару метров и расставив ноги пошире, я наклонился над кристально чистой водой в ожидающей позе. Ну, ловись рыбка, большая и маленькая.

***

Через некоторое время, я выкинул уже пятую рыбку на берег. Рыба была похожа на речного окуня моего мира, и поймать её было трудновато. Но это того стоило. Теперь, по идее, нужно развести костёр. Эх, жаль, что я не курю, сейчас бы спички или зажигалка ой как пригодились. Придётся как древнему человеку добывать огонь, то есть — вручную. Выйдя на берег, я сразу приступил к работе. Выкопав неглубокую ямку для кислорода, я пошёл собирать трут. Мне повезло — он был почти везде, а также обнаружилось немного птичьего пуха. Выбрав более сухие, я отнёс добычу к «лагерю» и принялся рыться в заготовке для костра, чтобы найти небольшую плоскую деревяшку и тонкую, прямую палку. Мои старания были вознаграждены. Отнеся всё это к яме, я принялся ковырять отверстие в деревяшке острым камешком, благо их здесь было много, и точить саму палочку. Поместив деревяшку в яму и насыпав трута и пуха, я принялся вращать палку в отверстии…  — Гори, гори ясно, чтобы не погасло, — приговаривал я, когда трут разгорелся. Теперь пора подкинуть топлива из заготовки. Взяв и наломав некрупные ветки, я сунул их в костёр.  — Что за чертовщина?! — вскрикнул я, когда заместо оранжевых языков пламени, взвились ярко-зелёные. — Опять магия? Костёр так и горел зелёным пламенем, и, в принципе, больше ничего другого необычного, вроде всяких духов и демонов, не появилось. Обойдя этот чудный костёр вокруг и подождав ещё с одну минуту, я пожал плечами и решил рискнуть жарить на таком. Поэтому, подбросив ещё веток, я пошёл чистить рыбу. Надеюсь, не с синей или зелёной кровью.

***

Спустя полтора часа я почистил и пожарил рыбу. Теперь можно приступить к трапезе. Помыв руки песком, за отсутствием мыла, я взял ещё горячую жареную рыбу и вгрызся в её белое мясо, попутно размышляя о будущем. Первое — нужно раздобыть денег. Можно украсть, но это в крайнем случае, ведь до такого опускаться нельзя, да и в кутузку могут кинуть. Отметаем. Второе — заработать. Вопрос — где и как? Местные вряд ли доверятся чужаку, а значит, на нормальную подработку и сумму можно не рассчитывать. Это плохо. Третье — продать что-нибудь. А чтобы продать что-то ненужное, нужно сначала купить это что-то ненужное. А у меня денег нет ни гроша. Ожидать, что у местных окажется банкомат, или хотя бы получить обмен валютой я даже не рассматриваю. Это будет настолько невероятно, что я вернусь к такой простой теории как галлюцинации и кома. Ну кому нужны бумажки, на которые в этом мире ничего не купить? Вот и я о том же. Ладно. Оставлю этот острый вопрос на завтра. А сейчас доедаю и спать. Надо только костёр подготовить, да лапника натаскать. Ведь как ни крути, а всё же я здесь гость. И хищники, определённо, есть. А то, что мне никто не повстречался, так это сам зверь обходит человека. Мало ли, вдруг опасен.  — Спасибо этому лесу, — поблагодарил я природу и пошёл готовить всё ко сну. Кто рано ложится, тот рано встаёт.

***

Меня разбудил волчий вой. Резко вскочив, я подкинул дров в огонь и взял свою дубинку, заготовленную с вечера. Огонь осветил поляну зловещим зелёным светом. Зная, что волки обычно не нападают летом, так как у них есть еда, я не сильно опасался нападения. Вряд ли они захотят рискнуть и подойти к огню и человеку, если только голод не погонит на смерть. Посмотрев на местную Луну, я откинулся на свою лежанку из лапника. Снова ложиться спать было опасно, да и после такого вряд ли сразу уснёшь. Выдохнув вместе с воздухом тревогу, я напряг свой слух. Рядом журчала речка да потрескивали горящие ветки, лишь где-то вдалеке можно было разобрать шум погони. А что я? А я стал размышлять, что же я ещё встречу на своём пути. Ведь не останусь я с лошадьми навсегда. Может, за лесами, морями, горами я найду то, о чём ещё с детства мечтал. Свой замок, который охраняет огнедышащий дракон, кучу золота и море приключений. «Маленький» такой принц, сто девяносто три сантиметра. Мои думы под светом костра прервал шум со стороны леса. Повернув голову в сторону, откуда доносился шум, я быстро подскочил и засунул свою дубину в огонь, готовясь к возможному нападению. Секунд через пять на поляну выбежало существо, похожее, опять-таки, на пони, но в ограниченном свете до конца определить, кто это, было невозможно. Вслед за «пони» вторил волчий вой, и на поляну полукругом выбежали волки. Их было тоже не разглядеть, но зелёный свет глаз говорил о том, что это какие-то неправильные волки. Я успел насчитать семь волков, пока пони, теперь уж точно — пони, бежал к моему костру. Чёрт! Если волки не получат добычу, они останутся рядом и будут ждать удобного нападения. Ведь от добычи они редко отказываются. А прогнать не получится — нет ружья. Вот и придётся выбирать между моралью и жизнью… Эх, двум смертям не бывать, а одной не миновать. Вытащив уже огненную «палицу» и взяв как можно поудобней такое неудобное и импровизированное оружие, я тут же встал в боевую стойку, готовый броситься в бой. Пони же за пару секунд пересёк расстояние до меня и вошёл под мою и костра защиту.  — Фу, пошли прочь, псы облезл… — выкрикнул я и сразу проглотил остальные слова, уронив челюсть. Волки были от слова совсем уж неправильные. Они, ну, или пародии на них, были похожи на плохо собранный конструктор из бревна и палок. Прям как моя заготовка для костра… Вот чёрт, это что, я только что сжёг деревянного волка? Тогда почему он не стал как они? Одни вопросы. И ни одного ответа… Эх-х, была не была. Волки как будто меня не замечали, их взгляды были устремлены на пони, что сейчас дрожал у меня за спиной. Хотя самого страх пробивал заорать, как девчонка, и броситься бежать подальше от этого места. Но я понимал, что если я побегу, волки обязательно бросятся за мной вдогонку. Заглушив страх яростью и мгновенно выплеснувшимся в кровь адреналином, я начал обходить волков с правого фланга, если они решили меня игнорировать. Обойдя первых трёх волков слева, я стал выискивать среди них вожака, что обязательно должен быть первым. В неровном свете костра мной была примечена особь крупнее своих собратьев в полтора раза. «Вожак» встал напротив костра в пяти метрах от цели и начал готовиться к броску. Остальные же стали постепенно окружать пони, при этом на меня не обращая никакого внимания. Они что, слепые? Или я и вправду для них невидим? Надеюсь, иначе идея не выгорит, а я буду разорван на части. Бросившись к вожаку, я, что есть силы, треснул по деревянной голове огненной палкой. Башка волка треснула, а через мгновение взорвалась. Что-то острое резануло по моей щеке. Но в такой ситуации обращать на какие-то царапины — просто глупо и опасно. В это время, пару секунд спустя, и остальное тело стало разваливаться на запчасти. Оставшиеся шесть волков, увидев смерть вожака, начали отступать обратно к лесу. А после — и бежать со всех ног с поляны.  — Вот это я везунчик, — громко выдохнул я, обрадованный такой быстрой и бескровной победой. Ну, почти бескровной. Кстати, как там этот пони? Что он здесь делал ночью? Эти же, травоядные, обычно не живут в лесу, они ведь степные животные. Хах, вот это мы сейчас и узнаем.  — Выходи. Волки уже ушли, — начал я звать пони. Если бы я сейчас взглянул на себя со стороны, то ужаснулся бы тому блеску в своих глазах. Навстречу вышла пони. Расцветка зебры, украшения на шее и на ногах в виде золотых колец, как у некоторых африканских племён. Или это и есть зебра? Тогда какого хрена она забыла в лесу, они же в саванне живут. Или в этом мире не так? А-а-а, как всё запутанно и сложно. Зебра, перестав бояться каждого шороха, осмотрела меня с ног до головы и как-то странно цокнула языком.  — Таких, как ты, не видала я в Эквестрии и-и-и… — начала было зебра, но неожиданно, даже для себя, запнулась.  — И-и-и? — протянул я эту букву как дурак.  — Я не могу говорить стихами, — как-то панически известила меня полосатая. Что? При чём здесь, чёрт тебя подери, стихи?! Я совсем потерял нить той логики, что ещё была со мной, но, видно, и она потерялась в ночи этого леса.  — Ну и что?! Я тоже не Пушкин. Разговаривай, как все, — с нотками обречённого на непонимание, ответил я. — Лучше коротко и ёмко.  — Да нет же! Разговаривать стихами — это магия слов, каждая зебра так говорит. И она почему-то не действует на тебя. Не действует магия слов? Это ещё что такое? У них что, все зебры — поэты? Ничего не понимаю.  — Ну, не действует словесная магия на меня. И что? Панику из-за этого устраивать? — прорычал я от негодования.  — Э-э-э, нет, — или просто такому, как я, перечить не надо.  — Ну вот. А теперь расскажи мне, что делает зебра ночью посреди леса? Насколько мне известно, вы водитесь в южной части полушария.  — Звать меня Зекора. Я живу в этом лесу, ведь местные пони меня боятся, да и к травам ближе. А сегодня я шла с солнечных лугов, что в полуденном переходе отсюда, только там растут цветы, что мне нужны для моих особых зелий. Вот и задержалась. А ночью древесные волки с высшим, на которого не действует мазь для их отпугивания, напали. Вот и гнали меня, пока я не увидела свет твоего костра, — коротко, как я и просил, рассказала мне свою историю Зекора. — Так кто ты? В Вечнозелёном лесу таких я ещё не видала. Спасибо за открытость, если это была она, но мою историю тебе знать рановато, отшельница-травница.  — Человек, зовут Владимир. Я не местный — с Севера пришёл, да на мир решил поглядеть, — откровенно стал врать я.  — Не была я на Севере. Но о человеках ни в одной из книг или рассказов путешественников не слышала.  — Так я тоже не видел таких, как ты (ага, в зоопарке). Из-за моря я пришёл.  — Хорошо, путешественник Владимир. За моё спасение я хочу отплатить тебе тем же: ты можешь всегда рассчитывать на кров у меня, я никогда не прогоню тебя. Такова моя плата тебе за мою жизнь. Отказаться от такого я не собирался. Если госпожа Удача, такая ветреная дама, даёт тебе очень щедрые подарки, то надо брать их, пока их дают. Шансы, что это может оказаться ловушкой, настолько ничтожны, что я скорее поверю в управление Солнца и Луны… Хотя нет, в такое я не поверю ни за что.  — Спасибо. Дома всяко лучше, чем в лесу, — согласился я на такую доброту этой отшельницы.  — Тогда иди за мной, — уже развернулась в сторону леса Зекора. — И не забудь потушить костёр из древесного волка.  — Значит, всё-таки волк, — пробормотал я с ухмылкой. Я явно не смогу понять логику этого мира, населённого разумными животными и деревянными големами. Ха, и что дальше? Ещё больше бреда? Чем же ты меня удивишь, мир фантазий и несбывшихся мечтаний? К сожалению, на этот вопрос способно ответить лишь только время. Затушив огонь «жизни», я, совершенно уставший и переживший за эти неполные сутки больше, чем за последний год своей жизни, побрёл вслед за зеброй. Несмотря на ночь, тьму рассеивал свет звёзд и Луны, проникавший даже сюда, во мрак и совершенно другую жизнь леса. Незаметно мы вышли на едва видимую тропу, петляющую среди «жутких» изваяний деревьев. Вскоре она нас вывела к огромному дереву. Неожиданно, но это опять оказался дом. Видно, это популярно среди местных. А может, просто дёшево и сердито. Снова войдя через лилипутскую дверку, мы оказались в центре этой хижины. Тут же, как по волшебству, загорелся тусклый свет. Маски, большой котёл и куча разных склянок. В воздухе витал запах сушёных трав и корешков — зельевар. Подойдя к котлу, она ловким движением копыта зажгла поленья под ним. Цвет огня был обычным — оранжевым. Не то, что у меня.  — И что едят человеки? — поинтересовалась у меня полосатая. Меня так и подмывало ей ответить: мяско молоденьких и свеженьких кобыл. Но…  — Во-первых: во множественном числе не человеки, а люди, — решил позанудствовать я.— А во-вторых… Да почти всё, кроме травы, конечно.  — Ладно. Значит, овёс ты ешь?  — Нет. Овёс я не ем.  — Но ты сказал, что кроме травы всё ешь, — притопнула от возмущения чёрно-белая кобыла. Это было настолько по-детски, что сдержать улыбку было невозможно.  — Нет. Я сказал — почти всё, а это значит — не всё, — увернулся я от ответа.  — М-м-м… О, этот взгляд… Взгляд того, кто не упустит возможности загнать меня в словесную ловушку. Ну, это мы ещё посмотрим, кто кого.  — Ясно, что ничего не ясно? — подмигнул я с неким намёком.  — Верно. Так что ты ешь? — вернулась к теме моего питания Зекора, кормительница человеков.  — А что у тебя есть? — внаглую спросил я. Ох, я слишком фамильярен с ней, словно она моя подруга с детства. Надо держать свой остренький язычок для более противных лиц… Теперь ещё и морд.  — Яблоки, картофель, сыр, яйца… — начала перечислять Зекора содержимое своих кладовых.  — Яйца?! Сыр?! Вы же травоядные. Вы не едите животный белок, — искренне удивился я.  — Это ещё почему? — так же искренне не поняла меня «неправильная» лошадка.  — Э-э-э… — Ну-с, логику этих существ мне определённо не понять, по крайней мере в первые месяцы. — Что ж, один-один, полосатенькая. А так… Сыр, если можно.  — Хорошо, — улыбнулась мне кобылка и победно тряхнула своей гривой. Скрывшись за небольшой дверкой в стене, Зекора вытащила маленькую корзинку с головкой сыра.  — Спасибо, — поблагодарил я, взяв корзинку изо рта полосатой. Неудобно поди ртом всё брать… И, конечно, противно.  — Пожалуйста. Должна же я хоть чем-то отплатить, — по-доброму на меня взглянула мини-зебра. Быстро перекусив довольно вкусным сыром, я почувствовал, что меня опять стало клонить в сон. Как-никак, ночь давным-давно, а я так и не поспал нормально. Посмотрев на мои попытки скрыть зевоту, Зекора предложила лечь спать на полу, так как я попросту не влезал в кровати местных. Хоть матрац, предложенный ею, тоже не отличался большими размерами, но я был рад и такому. Постелив себе на полу, я тут же завалился спать, не раздеваясь. Только я закрыл глаза, а веки окончательно сомкнулись, как моя приютительница легла прямо мне на грудь, но уже с распущенными волосами и без колец. Что. За. Фигня?  — И что, мой спаситель не захочет даже принять благодарности от спасённой кобылки? — томным голосом спросила меня Зекора. Я, словно пропитанный насквозь энергетиками, был в состоянии зомби — хочу спать, но не могу. Тело, ранее не знавшее любви от пони или зебры, действовало против своего командного пункта — мозга. Я просто не мог контролировать свои действия. О, ужас, она что-то подсыпала, гнида полосатая… — попытки вызвать внутреннюю ярость и злость не увенчались успехом. Более того, мозг наполняется мыслями… Ох, чёрт! Нет, я не хочу! Нет! Пелена, что застилала глаза молодого человека, была от не очень обычного порошка, так ловко добавленного в сыр… Но ведь Володе везёт?