К чему приводит отсутствие чая

Перед застывшим в дверном проёме Ацуси предстала поистине удивительная картина. Он даже охотнее списал бы всё на галлюцинации от нервного потрясения и стресса. Мог ли он представить, что будет встречен сотрудниками, окружившими стол и с восхищением смотревшими на девочку, которую Ацуси так хотел спасти, на этом самом столе, крутящуюся в симпатичном платье, вместо традиционного кимоно и поддерживаемую под руку другой девушкой, в своё время подсказавшую, как тому поступить? Определённо нет. Ацуси протёр глаза и даже ущипнул себя, чтобы в очередной раз убедиться в том, что ему не привиделось и с ума он не сходит. Вот здесь то Тигр, кажется, окончательно потерял связь с реальностью и отправился постигать глубинные просторы собственного разума. Попялив несколько секунд на весёлую компанию, он всё-таки решился узнать, а какого тут, собственно, происходит, но не до конца отойдя от шока, единственным что он смог выговорить был логичный вопрос: — Что? Как? Откуда? Почему? Ну, несколько вопросов. Кёка кивнула Ацуси в знак приветствия, и пусть выражение её лица не изменилось, я готова была поклясться, что видела едва-едва приподнявшиеся уголки губ. Может, мне просто показалось. Ну и поскольку Тигр всё ещё ждал ответа, а наши коллеги были слишком заняты созерцанием Кёки, инициативу пришлось взять мне: — Ацуси, — немного наклоняюсь в его сторону, не забывая придерживать Кёку, — хорошо, что ты цел. А на твои вопросы могу ответить по порядку. Что? — Модный приговор. Как? — Ну, Кёке подходит любая вещь, у Танидзаки много фотографий, если попросишь, думаю, он не откажет. Откуда? —  Естественно, из моей квартиры, не на улице же её бросать. Тем более прямой приказ начальства. Почему? Видишь ли, Кёка всем приглянулась, особенно Рампо-сану, да и президент её лично пригласил. Что-то ещё хочешь узнать? Ацуси, кажется, готов был расплакаться. Не ожидала я, конечно, что на мой честный и искренний ответ получу такую реакцию. И, похоже, не только я это заметила. Со стороны Танидзаки-младшей раздался звонкий смех. Я бы, может и обиделась, но лицо Ацуси действительно того стоило, я и сама чуть не прыснула. Но всё же сдержалась, спрятав улыбку за кашлем. — Всё же, — Ацуси сделался серьёзным, — это нормально, что Кёка в Агентстве? Полиция… — Полиция действительно выделила несколько команд для расследования, — к разговору подключился Куникида, — но её личность не раскроют, пока того не захочет мафия. Хотя всего лишь вопрос времени, когда за девочкой начнётся официальная охота. Ацуси напрягся. Он понимал, как и любой другой, что это правда и что шансов на успешный выход из этого положения почти нет. — Однако если я за неё поручусь, дело примет совсем другой оборот, — в офис вошёл директор. Действительно. Сейчас директор — единственный шанс. Если Кёка станет частью Агентства, то сможет частично сбросить с себя оковы Мафии и правительства. Как-никак наш президент довольно важная фигура, с которой принято считаться. Совершенно на ином уровне.  Кёка не глупая, а потому, наверняка, поняла, что сейчас тот самый момент, когда пора идти ва-банк. — Прошу, разрешите мне остаться! — голос звучал тихо, но при этом уверенно и твёрдо, что доказывало серьёзность её намерений. — Я сделаю что угодно. — Даже не думай! — как  обычно Куникида успел раздражиться. — Это не из-за твоего прошлого или потому что нам некуда тебя деть. Просто забудь. Мир не настолько добр. Эти слова почему-то подействовали на меня как удар под дых. Просто забыть? Мир не так добр? И это вы говорите человеку, ребёнку, прожившему несколько лет в Мафии, видевшему смерть родных и убивавшему? И теперь, когда, наконец, у неё появился шанс начать всё по новой, измениться и остаться с возможно единственным человеком, который всегда был за неё, вы говорите ей просто забыть? Да даже я нахожу это несколько абсурдным! Интересно, а что бы со мной было, если бы тогда мне тоже сказали: «Просто забудь. Мир не так добр»? В этом мире у меня нет ни прошлого, ни будущего, нет никого и ничего, что могло бы крепко привязать меня к этому месту, ни единого человека, ни вещи. Всё что я имею — это  настоящее, лишь каждый момент проживаемый здесь имеет в этом мире ценность. Утро, вечер, день, ночь, полная кошмаров, работа, коллеги, общение, ответственность, посиделки в кафе на первом этаже и даже постоянная угроза жизни, проклятьем нависающая со всех сторон — всё это происходит сейчас и только это и важно. А что бы я имела, если бы тогда мне отказали? Абсолютное опустошающее одиночество, да мои знания, совершенно бесполезные, если действующих лиц нет. Моя жизнь со временем вернулась бы в привычное русло. Устроилась бы на полставки на две-три подработки, приобрела бы небольшое жильё и каждый день проходил бы на повторе. И так до смерти, ранней или поздней. Унылая жизнь для унылого человека. На большее я была бы просто не способна, только не в одиночку. Чтобы двигаться дальше, нужна поддержка близких друзей или родных. Но что делать, если ни тех, ни других не имеется? Смогла бы я спокойно жить в этом мире, осознавая, что всё вокруг — плод фантазий одного человека? Постоянно развивающийся, обрастающий новыми подробностями и сюжетами, но всё же придуманный мир. Вряд ли я сошла бы с ума, да к одиночеству я привыкла, но осознавать, что был другой путь, при котором у меня действительно могли быть настоящие друзья, и остаться при этом одной, было бы невыносимо. С другой стороны…возможно, откажись я от тесных связей с Агентством, жила бы более спокойно, не боялась умереть. Ну да ладно. В общем то сейчас уже не так это и важно. Нет смысла думать о том, что в любом случае не поменять. Сейчас передо мной стоит человек, чьи перспективы во много раз печальнее предоставленных мне: либо полиция, либо мафия, либо жизнь в бегах от тех и других — и всё это в полном одиночестве. Да, конечно, есть канон, чётко прописанный давным-давно, но есть я, которой изначально не было. Возможно, всё уже начало меняться. Или же, что более вероятно, я просто пытаюсь придумать оправдание собственным желаниям и действиям, однако сейчас почему-то совсем не могу успокоиться. Я подошла к Кёке и положила ей руку на плечо. Я отлично отдавала себе отчёт в том, что делаю и на что добровольно подписываюсь, когда произнесла: — Директор, прошу Вас принять Изуми Кёку в Вооружённое Детективное Агентство, как работника на испытательный срок, под мою полную ответственность. — Д-да! Я тоже прошу…пожалуйста… — Ацуси сделал шаг вперёд. — Мы можем разделить ответственность! Мы поклонились. Одной этой просьбой я пошла наперекор и наставнику и директору и прибавила себе дополнительных хлопот, и я это понимала. Мда, похоже не только у Дадзая  талант к неудачным попыткам суицида. Эх, а ведь изначально я собиралась просто тихо отсидеться в стороночке, плывя по течению канона. Но сделанного назад не воротишь, да и я сейчас не испытываю ни сожаления, ни страха, что удивительно. Хотя и этому есть объяснение. Возможно, неоднократно пережив попытки убийства и подвергаясь абсолютному ужасу, я постепенно перестаю воспринимать что-либо другое, как источник страха, по крайней мере тот, что мог бы относиться непосредственно ко мне. Разумеется, чем сильнее будет ужас, тем более спокойно станут восприниматься остальные вещи. В конце концов и с эмоциями можно совладать, но пока это мне не по силам. И всё ж суровому взгляду директора ответствовали три пары умоляющих глаз. Видимо, тот не ожидал, что в этом году новички будут отбитыми настолько, что даже гляделки с начальством им нипочём. Поглядев на нас секунд тридцать, директор, по-видимому, решил, что проверка на прочность пройдена и воскликнул: «Нанимаю! Ацуси, Кира, присмотрите за ней». И под шокированные восклицания Куникиды вышел. Мы с облегчением выдохнули. На удивление, выдержать взгляд директора было легче, чем я предполагала. Впрочем, оно и понятно. Фукудзава хоть и строгий, но честный, в отличие от того же Дадзая, по выражению лица которого невозможно определить, о чём он думает или когда он на самом деле говорит серьёзно. Такой человек настораживает и пугает куда больше. Я улыбнулась Кёке. Теперь на одну причину для беспокойства меньше. Эх, и всё-таки это напряжно, аж в горле пересохло. Снаружи, справа от офиса недалеко по коридору находился кулер. А иногда простое созерцание льющейся воды действительно расслабляет. Закончив набирать кружку, обернулась и чуть не подскочила, расплескав при этом примерно треть набранной воды. Прислонившись к стене, слева от меня стоял Куникида. Вашу мать, я его даже не заметила! В такой ситуации я просто выпалила первое, что пришло на ум: — А…эээ…Налить Вам тоже? — я как-то нервно потянулась к кулеру. И только потом до меня стало доходить, что второй кружки я с собой не брала, а значит и наливать не во что. Куникида как-то снисходительно посмотрел на меня, а потом произнёс: — Не стоит, спасибо. Мне стало интересно, почему ты вступилась за эту девчонку? Ты ведь не из тех людей, кто лезет на рожон или кому нравятся лишние проблемы. Паренька я ещё понял, но ты с чего вдруг? Разве не предпочтёшь остаться в стороне, если есть такая возможность? Кажется, ты в наибольшей степени осознаёшь, что все мы здесь — обычные люди с обычными желаниями, страхами и пороками. И всех спасти не можем. Признаться, вопрос действительно застал меня врасплох. Не содержанием, нет, но то, кем он был задан, меня удивляло. Мне казалось, наш мистер идеал не из тех, кто задаёт лишние вопросы или интересуется чем-то таким. Хотя, возможно, я до сих пор смотрю на него через призму отведённой ему роли. Любому человеку присуще любопытство, тем более, мы коллеги, да и он, как наставник, имеет полное право этим интересоваться, это ведь относится к работе. К тому же, нельзя отрицать, что Куникида и правда всё подмечает и неплохо понимает мои убеждения. — Просто вспомнила одну ситуацию, — я развела руками. — И… Вы правы, мне до жути не нравятся лишние проблемы. Не знаю, понял ли Куникида о чём именно я говорила или нет, но больше он меня не расспрашивал. А ведь мне самой смешно от своих слов. То же мне «не нравятся лишние проблемы». Странно слышать такое от человека, по доброй воле вступившего в полную эсперов организацию, занимающуюся работёнкой потяжелее полиции. Не человек, а ходячее противоречие! Действительно смешно… Через минуту, как я вернулась в офис, к нам нагрянула полиция. Помяни чёрта… Хотя пришли то они по другому вопросу, так что беспокоиться не о чем, не считая того, что, передав отчёты, внимание парочки, состоящей из офицера, который вёл дело на нашем задании с Рампо, и девушки-помощницы, переключилось на Кёку. — Эта маленькая девочка, — полицейский указал на Кёку, — Она сотрудница? Она очень похожа на ту разыскиваемую девчонку. «Сиротка стала убийцей» что-то такое. Так, — Минора, так его звали, наклонился к девочке, — где твои родители? У тебя есть какие-нибудь документы? Кёка не удостоила полицейского ответом, и это стало её ошибкой. Лицо Миноры посерьёзнело. У Ацуси нервно задёргался глаз. Пытаясь придумать хоть какое-то оправдание, он начал нести чушь о правительственном задании, пользе пшеницы и народных танцах. Звучало это конечно, как дичайший бред, который даже для отвлечения внимания бы не подошёл. Я судорожно пыталась сообразить что делать и как исправить ситуацию, застыв рядом с Кёкой с совершенно каменным выражением лица. — Она моя внучка. — Оу… И как я могла забыть, что нас в очередной раз спасёт директор? Но его поступок так или иначе доказывает, что за Кёку он уже почти готов поручиться. Даже детектив Минора, только раз взглянув на мужчину и девочку, словно по одной форме слепленных, спорить не посмел и, бросив ещё один короткий взгляд на нас с Ацуси, вместе с помощницей удалился. Директор вышел следом. — Теперь понимаете, какую ответственность вы на себя взваливаете, обещая присматривать за этой девочкой? — недовольно потёр переносицу Куникида.– В будущем у всех вас могут возникнуть с этим проблемы. Кроме того, у двоих из вас нет документов, а те, что имеются у Киры, весьма сомнительного качества. С этого момента будьте предельно осторожны, не доставляйте Агентству лишних проблем. Доппо наградил нас тяжёлым взглядом, после чего отвернулся к Кенджи и начал изучать отчёты полиции. Я даже не стала возмущаться по поводу качества моих документов, сейчас это было неважно. Куникида был прав: нам нужно серьёзно об этом подумать и не влипать в ещё большее количество неприятностей, помимо тех, что нам предписаны судьбой. Вряд ли, конечно, это у нас получится будучи дуэтом, состоящим из главного героя и недоразумения из другого мира. Нам словно предначертано быть бочками для каждой затычки, коих бессчётное множество. Сейчас вот, например, такая затычка представлена совместным делом с Кенжи, который просто сгрёб нас в охапку, торжественно объявив непонятно кому, что мы команда…

***

Я, Кенжи и Ацуси пришли на место преступления. Отчёты по нему и приходил передавать Минора.  Кёка осталась в Агентстве, поскольку наставник, то бишь Куникида, не хотел отпускать девочку туда, где она в лёгкую может спровоцировать полицию. И это было разумным решением. Дело же, по которому мы пришли сюда, заключалось в следующем: грузовик, перевозивший некий товар, внезапно взорвался прямо во время движения. В результате этого, от груза не осталось даже пыли, а уцелевшая часть авто оказалась вбита чуть ли не под самую крышу небольшого офиса. Водитель погиб на месте, прихватив с собой ещё пятерых. Ранено было в общей сложности человек двадцать, считая мелкие повреждения. Судя по всему, кому-то очень нужно было избавиться от этого груза. От убитых не осталось ничего, по чему можно было бы их идентифицировать. Отсутствие улик и неопределённость мотивов и позволили военной полиции привлечь к этому делу нас, сотрудников Агентства. Но отправлять на такое серьёзное дело трёх человек, почти малолеток, одному из которых нет и шестнадцати, а второй не имеет Способности? У меня есть несколько вопросов к логике этого мира. Нет, разумеется, раз уж мы работаем в вооруженном детективном агентстве, наши способности априори должны превосходить способности среднестатистического человека, но…ПРОБЛЕМА В ТОМ, ЧТО МОИ — НЕ ПРЕВОСХОДЯТ! Способности нет, интеллект посредственный, а из оружия у меня с собой только нож. Нож! Даже у Ацуси пистолет, хотя ему вообще это не нужно. Стрелять я, конечно, не умею, но с этим всё равно больше шансов выжить, чем с перочинным ножиком. А хотя ладно. В конце концов оставлю драки на парней. Пусть я и старшая, но точно не самая сильная, битва — не мой удел. Но вернёмся к делу. Среди мотивов, предложенных в отчётах, наиболее часто фигурировали разборки банд якудза и частный контрабандный случай, напрямую связанный с правительством. Слава канону, что это всего лишь разборки двух мелких группировок. Представляю, какой скандал был бы, окажись это привязанным к правительству. Наверняка, тогда бы у Агентства были большие неприятности. Осмотрев ещё раз место преступления и поспрашивав дежуривших офицеров, мы ничего нового не узнали. Это было досадно, но за этим нас и позвали: найти информацию, выйти на след, скрутить преступников, передать их полиции, предоставить отчёт. Общий план был ясен как день. Вот только детальной проработкой действий мы, увы, не располагали. Нет, конечно, у Агентства имелись неплохие связи с парочкой не последних по значимости научно-исследовательских лабораторий с большим количеством отделов и направлений, включая отдел криминалистики, но вот доступ к ним имели далеко не все. Двум новичкам и малолетке в силу неопытности  уж точно не позволили бы использовать сотрудников криминального отдела в своих целях. А все, кто имел доступ в лаборатории были заняты, поэтому рассчитывать приходилось только на свои силы. Максимум, что мы могли сделать — обратиться в морг, но вряд ли результаты будут стоить потраченного времени. Да и полиция, что военная, что обычная, помогать бы не стала: она всегда посматривала на Агентство с высокомерием и даже ноткой презрения. Оно и неудивительно: всё-таки поведение многих сотрудников оставляет желать лучшего. Да и кому понравится, что операцией будут руководить какие-то малолетки, у которых преимущество всего-то в Способности, и то не у всех? Мне бы тоже не понравилось. На их месте я бы сразу отказалась пускать троих детей без сопровождения старших сотрудников на место преступления и ни в коем случае не дала бы в руки отчёты. В городе, где наравне с правительством правит мафия, мало кому действительно можно довериться. Не даром Йокогама — гангстерский рай. Преступные группировки, большие и маленькие, давно пустили свои корни, крепко цепляясь в подкорку города и проникая во все сферы общественной жизни. И правительство, стоит заметить, не отстаёт от тенденций: из-под крыла тайных организаций выходят первоклассные тройные агенты. К тому же беспорядки вызванные незаконным применением Способностей, внешние и внутренние проблемы тоже доставляют городу немало хлопот. И на фоне всего этого наша троица была сейчас  похожа на потерявшихся детей, которым дали наводки, но не объяснили, как их использовать. Вопросов у нас было много. Где же искать информацию? Куда идти, что делать? Даже мои знания тут не помогут: конкретного местоположения этой банды я не знаю. — Мы просто спросим у нескольких моих знакомых в этом районе, я думаю, кто-нибудь нам точно поможет! — с самым невинным выражением лица заявил Кенжи. Нет, я, конечно, всё понимаю, но разве это так работает? — Кенжи-сан, вы уверены? — ну хотя бы Ацуси проявляет ростки здравого смы… — Зови меня просто Кенжи. И да, я уверен, всегда так работаю! — Тогда я готов, ведите! …А нет, показалось. — Постойте. — А? Что-то не так? — мальчик вопросительно посмотрел на меня. — Да, не так. — Я выдохнула. — Ты уверен, что это действительно то, на что нам сейчас стоит тратить время? Разве не должны мы углубиться в изучение отчётов, подготовленных для нас полицией и поискать дополнительные зацепки? Нам стоит изучить природу взрывчатого вещества и передать образцы на экспертизу. Как могут нам помочь обычные люди? Кенжи слушал с улыбкой. Казалось, он привык, что его методы ставят под сомнения и нисколько не обижался. — Звучит разумно. Но зачем всё усложнять? У меня ведь очень много знакомых в этом районе, и они готовы помочь, как не раз делали до этого. — Информаторы? И Агентство, похоже, о них не в курсе, не так ли? — Даже не знаю, почему эта странная мысль пришла ко мне в голову. — Хм, — Кенжи улыбнулся ещё шире, — возможно… Так, что, навестим нескольких моих друзей? — А? Что?! — Прекрасно! Идём! Кенжи. Этот ребёнок с сияющим взглядом и невинной улыбкой, но твёрдым уверенным голосом кого угодно мог убедить в чём угодно и даже не понять, что перевернул чьи-то моральные устои и представление о жизни. С самой беззаботной улыбкой он открыто говорил вещи, потрясающие до глубины души остальных, и не находил в этом ничего необычного. Он на равных общался и с ребёнком и со взрослым не взирая на пол, возраст, расу и вид деятельности; с убийцей Кенжи вёл себя ровно так же, как с продавцом сладостей, а с моделью, как с обыкновенной девушкой. Кажется, для Кенжи добро не слишком то отличается от зла, он просто рад общаться с людьми, добиваясь от них правды, какой бы она ни была… «Таким он был описан в оригинале. Но сейчас… Что-то не так. Это странно. Определённо. Но я даже не могу понять, что именно меня настораживает: его ответ на моё предположение или то, каким тоном он это сказал? Но Кенджи не способен на хитрость. Это ведь честный добрый малый, наивный даже. Или, может, он был таким? Что-то изменило его? Но что и когда? Или в нём изначально скрывалось то, что никто бы не подумал приметить вначале Боже, слишком много вопросов, ненужные мысли».

***

Мы уже какое-то время занимались расследованием, а точнее просто гуляли по Йокогаме, осматривая местные чудеса градостроения. Хотя ничего примечательного не было. Аккуратно посаженные ровным рядом деревья перед стремящимися в небо высотками: довольно обычный вид. Мимо иногда мелькали магазины и лавочки, небольшие забегаловки и чайные, раз даже было ателье и потрепанного вида бар. Петляя по множеству переулков, я не заметила, как высотки превратились в старенькие малоэтажные дома, некоторые из которых сохраняли остатки традиционного стиля и являли мобой нечто среднее между современными условиями жилья и атмосферой давней эпохи. Мы ещё немного прошли, прежде чем услышали радостное восклицание: — Ах, Кенжи, дорогой! — нас окликнула пожилая дама добродушного вида. — Та свинина была просто замечательна! А это твои друзья? Не хотите зайти на чай? Мой муж будет очень рад гостям. — А, тётушка, прости, сейчас никак. Мы на работе, но я обязательно загляну к тебе на неделе! — Ох, так это твои приятели с работы? Как здорово, у тебя и на работе столько друзей. Представишь нас? — Конечно! — Кенжи ни секунды не мешкался. — Это Ацуси и Кира и они, похоже, не любят неприятности, но постоянно в них влипают! Вот уж от кого таких слов нельзя было ожидать! Да ещё и с такой невинной улыбкой произнесённых. Но в целом, Кенджи довольно точно описал наш дуэт новичков, вечно находящих проблемы на свои глупые головушки. Да не просто проблемы, а с сильнейшей криминальной организацией Йокогамы. А ведь ещё и двух недель не прошло с первого нашего дня работы… А Кенжи, улыбаясь, продолжил: — Ацуси, Кира, это тётушка Маэда, она всегда очень добра! — Приятно познакомиться! — тут же поклонились мы. — Ах, ну что ты, совсем засмущал тётушку, — госпожа Маэда притворно погрозила мальчишке пальцем. — Какие воспитанные у тебя друзья, Кенжи, дорогой. Но не стоит так официально.  Я тоже очень рада познакомиться с такими чудесными людьми. Ах, совсем забыла, вы же работаете! Неужели снова какое-то сложное дело подвернулось? Расскажете тётушке? — госпожа Маэда подошла чуть ближе. «Это и есть один из возможных информаторов? Если да, то, пожалуй, глупо отказываться от предложенной помощи. К тому же, необязательно вдаваться в детали». — Мы расследуем дело о взорвавшемся на ходу грузовике. Вы что-нибудь слышали об этом, тётушка? Назвав её неформально, я чётко определила нас как хороших товарищей, надеясь даже если не на открытое сотрудничество, то на косвенную поддержку извне или приятное общение. В конце концов, что плохого в заведении парочки нужных знакомств? — Я…– она запнулась. Затем подошла к нам почти вплотную и уже шёпотом продолжила: — Трудно об этом не слышать: весь район только про грузовик этот и судачит. Район то у нас тихий совсем, любое происшествие будет на слуху. Муж говорит, что это скорее всего была контрабанда. Да не для абы-кого, а для важной шишки. Может даже из самых верхов. Да только, по его словам, дело запахло жареным, вот свидетелей и устранили. Представляете, вот так взяли и под чистую! Что же нынче в мире творится…– тётушка покачала головой. — Точных подробностей я не знаю, да и муж только на теориях да слухах основывается, но он предполагал, что ваши ребятки возможно этим займутся. И ведь как в воду глядел. Поэтому передам вам его совет: найдите Кэнсина, он, должно быть, располагает большей информацией, чем пара стариков. — тётушка вновь улыбнулась. — Хмм, Кэнсин?.. В последнее время он так занят работой, что я даже не знаю, где он. — Кенжи в задумчивости склонил голову. Вся эта ситуация не могла не настораживать. Странное поведение Кенжи, внезапное знакомство со старушкой, чей муж вполне разумно соображает в полицейских делах и неплохо осведомлён в политической и, возможно, преступной сфере. Да и о делах Агентства строит довольно точные предположения. К тому же, кажется, Кенжи в его работе довольно часто выручают эти люди. «Те самые информаторы? Судя по всему…» Не думаю, что у этих стариков есть какие-то скрытые мотивы: в конце концов они уже давно могли сделать свой ход. Да и что пожилая пара может противопоставить вооружённой организации людей со Способностями? Если только все старики Йокогамы не объединились в свою собственную банду и стремятся подмять под себя весь преступный мир города. А руководит этой группировкой таинственный муж госпожи Маэды и… всё, меня унесло, пора возвращаться. К тому же два эспера с боевой Способностью и мои быстрые ноги и умение спихивать самую сложную часть на Ацуси точно помогут в сражении против не слишком сильного соперника. Но что волнует меня больше, а точнее кто, так это Кэнсин. Ясное дело, в каноне он не упоминался, а если и был, то в качестве эпизодического персонажа, которого я точно не запомнила. Но судя по словам тётушки, это очередной информатор, причём более осведомлённый, чем она сама и её муж, и способный дать нам ключ к раскрытию преступления. И, надо полагать, у Кенжи с ним хорошие отношения. Это сыграет нам на руку. Пока я размышляла, тётушка ответила на вопрос: — Насколько мне известно, Кэнсин сейчас где-то в производственном районе. Думаю, на юге. Попробуйте поискать его там. — Большое спасибо! — хором воскликнули мы. Тётушка с некой опаской посмотрела по сторонам и, поправив вязаный платок, засеменила обратно к дому. Уже стоя около двери, она вернула непринуждённую улыбку, пожелала удачи и затем вошла в дом. «Производственный район? Не так далеко отсюда…»