your eyes are beautiful

«Можешь остановиться у меня, если хочешь.»

Эта фраза не выходила из головы Азирафаэля всю поездку на автобусе. Было ли это неожиданно? Это было чертовски неожиданно! Он все еще пребывал в растерянности, когда автобус неспешно увозил их прочь от остановки. Кроули опустил голову к окну, скрестив руки на груди и расставив ноги в привычной манере. Кажется, он закрыл глаза и дремал. Азирафаэль вглядывался в окно, даже в сумрак наслаждаясь видом за ним. У них получилось. Не без помощи других, но они сделали это. Они спасли этот мир, который так сильно любили. И сейчас Азирафаэль был счастлив простой поездке на автобусе и мысленно благодарил каждого, кто был причастен к спасению планеты. Автобус покачивался, и нога Кроули то и дело задевала ногу Азирафаэля, пока окончательно — нарочно или нет — к ней не приклеилась. Ангел глядел на профиль демона, на его прикрытые глаза, спущенные на нос круглые очки, слегка оттопыренные сомкнутые губы, и понимал: тот бы никогда и никого так запросто не позвал к себе домой на ночь, а сам Азирафаэль никогда бы не остался на ночь у кого-то другого. Он питал к Кроули особо нежные чувства и понимал, что они взаимны, но просто не верил в это. Ни в то, ни в другое. Никогда не верил. Но раз уж они смогли порушить ход Великого Замысла, то, может, стоит верить в, казалось бы, невозможные вещи? К тому же, Азирафаэль больше не сомневался в нем, не после недавних событий. Теперь он был абсолютно уверен, что доверил бы ему хоть свою жизнь, хоть целый мир. Кроули бы никогда не подвел его. Более того, ангел только сейчас осознал, кого тот имел в виду, когда говорил о смерти лучшего друга. Азирафаэль не мог представить свою жизнь без Кроули. Демон, которого по-настоящему не любил никто и никогда, но который заслуживал этого больше всех — ему хотелось подарить всю свою любовь. Вызывать его улыбку и укрывать крылом от дождя. Ангел уже заранее был согласен даже ездить вместе с ним на машине. Как будто услышав его мысли, тот встрепенулся: — Наша остановочка. Азирафаэль не мог сказать точно, удивила его квартира Кроули или нет. Наверное, всё-таки, нет, но некоторую экстравагантность он ожидал. Он растерянно побрел по дому, оглядываясь по сторонам. Его взгляд зацепили на удивление зеленые и слишком уж идеальные растения в горшках. Азирафаэль протянул руку и погладил большим пальцем один из листьев, рассматривая его и чувствуя легкую необъяснимую тревогу. — Знаешь, ангел, у меня никто никогда не бывал, так что не могу сказать, отыщу ли тебе полотенце, — сказал Кроули, начиная копаться в идеальном минималистичном шкафу. Азирафаэль отогнал прочь мысли о цветах и зашагал в сторону Кроули. Прямо сейчас демон вел себя до нежности по-домашнему, что заставило Азирафаэля нервно сглотнуть. Он знал эту сторону своего приятеля, но никогда не видел ее так близко и явно, никогда так сильно не желал прикоснуться к ней и никогда еще не чувствовал, что не может отвести взгляд. — Да где же они? — ругался Кроули. — А, вот, держи! — он протянул ангелу полотенце, выглядя при этом совершенно повседневно. Азирафаэль смотрел на него странно. И загнанно, и решительно. И еще, может быть, удивленно? И нежно? Тогда, крича его имя в горящей книжной лавке, Кроули понял, что сделал бы что угодно для этого ангела. Что угодно, лишь бы он не смотрел так загнанно. Хотелось просто быть рядом и знать, что с ним все в порядке. Чертов ангел! Из-за него Кроули уже давно послал подальше все свои демонические принципы и ничуть не жалел об этом. Азирафаэль сделал осторожный шаг в сторону демона, протянул руки к его очкам и медленно стянул их с его лица. Это нашло на него внезапно, но остановиться он бы уже не смог, даже если бы захотел. Кроули смотрел на него так же, как и пару часов назад на остановке, когда напомнил ему о пожаре в несчастной лавке: ранено и… ласково? — У тебя красивые глаза, — прошептал Азирафаэль, завороженно смотря на демона. Брови Кроули поползли вверх, больше никак не прикрывая выражение удивления и нежности на его лице. Ангел (подумать только, ангел!) сказал, что у него (у демона!) глаза красивые! Слова звучали так откровенно и интимно, что сердце Кроули сдавило до боли знакомое и вечно отторгаемое чувство. Больше не думая ни о чем, он подался вперед, положил ладонь на щеку Азирафаэля и аккуратно прикоснулся своими губами к его. Азирафаэль застыл на месте. До сегодняшнего дня в его голову никогда бы не пришла мысль о том, что Кроули может сделать вот так. Демон мягко провел большим пальцем по щеке Азирафаэля и продолжил оставлять легкие поцелуи на его губах. В этот самый момент ангела накрыло чувство любви, переполнявшее их обоих. Он чувствовал ее везде в обозримом пространстве, и эта мысль заставляла его пальцы подрагивать. Очки с негромким стуком упали на пол, и Азирафаэль протянул одну руку к плечу Кроули, а другую — к его талии, с твердым намерением не отпускать ни при каких обстоятельствах. Демон с облегчением выдохнул, когда тот неожиданно начал отвечать на поцелуй. Он откинул полотенце в сторону, не глядя отправляя его на кресло, и освободившейся рукой порывисто притянул Азирафаэля к себе за талию, прижимаясь крепче и так же поглаживая по щеке. Азирафаэль все еще не мог перестать беспокойно дышать от ощущения ладони Кроули на своей щеке и его тонких губ, мягко целующих его собственные. Происходящее было настолько невообразимым, что ему казалось, будто он бредит. Он крепко держался за него, за единственное родное существо, отдавая ему всю ту нежность, которую копил тысячелетиями с самого первого дня. Никто из них не торопился углублять поцелуй, наслаждаясь первой в жизни близостью. Шесть тысяч лет игры в прятки и отчаянных стараний быть исключительно хорошим или исключительно плохим закончились с предотвращением Армагеддона совместными усилиями. Они сумели отстоять этот удивительный мир, потеряв свою сторону, но обретя друг друга. Кроули отстранился и взглянул на Азирафаэля. Удивление в глазах, легкий румянец смущения на лице и едва заметная улыбка на губах — его невозможно было не любить, будучи даже трижды демоном. Кроули провел большим пальцем по его скуле, наблюдая, как тот блаженно прикрыл глаза и коротко вздохнул. Это было уже слишком. — Ох, ангел, — прошептал Кроули на выдохе, утягивая Азирафаэля в объятия. Он уткнулся носом в его шею, прижимая к себе и вдыхая его запах. Запах, который хранил в памяти тысячи лет и не перепутал бы ни с каким другим. К черту любые правила! Он хочет быть счастливым и позволит себе это. И сделает счастливым своего ангела. Чувствуя на себе дыхание Кроули, Азирафаэль думал о том, как же глупо было все это время не признавать свои чувства. Надеяться, что там, в Раю, точно знают, что правильно, а что нет. Но правы оказались они с Кроули. Не нужно быть хорошим или плохим, нужно лишь стараться быть нормальным. И Азирафаэль радостно принимал свою нормальность, стоя здесь и утопая в объятиях Кроули. Ведь он знал это с самого начала — он любил демона. Самого лучшего демона. Демона, который всегда был и будет рядом. У него нет никого ближе, да и больше ему никто не нужен.