DNYL

Неловко. Очень неловко и страшно заходить в комнату, где тебя встретят совершенно незнакомые люди. Ты не знаешь, кто там может быть, хорошие они или плохие, остаётся только надеяться на первое. Китаец уже несколько минут стоит перед дверью, держась рукой за ручку. Отступать поздно, для себя он давно решил, ещё тогда, когда обнаружил листовку клуба в своём шкафчике. Тогда он понял — это то, что ему нужно. Парень резко выдыхает, дёргает ручку и робко приоткрывает дверь, спрашивая разрешения войти. — Да, конечно, проходи. Я знал, что кто-нибудь да придёт, — другой парень, чуть выше и на вид старше, встретил его тепло, с улыбкой. Это даже немного успокаивает. — Ты хочешь вступить в клуб? Присаживайся, я запишу тебя, задам несколько вопросов, мы познакомимся, а потом я расскажу тебе о клубе. Он, не дожидаясь ответа, усаживает новенького на белый диван посреди просторной светлой комнаты, заставленной книжными шкафами и растениями в белых горшках, и достаёт всё необходимое для записи, пока его гость рассматривает комнату. Два дивана с кофейным столиком, в котором стопками сложены тонкие журналы, большой телевизор на стене, перед ним на полу лежит приставка и несколько джойстиков, минималистичные картины на таких же белых, как и вся комната, стенах, множество книг на полках и небольшой холодильник в углу комнаты. Идеальное место для отдыха в компании друзей. — Так как тебя зовут, говоришь? — Хуан Жэньцзюнь. А говорить китайское имя или корейское? Президент клуба даже не успевает расслышать имя, но понимает, что проще всё-таки будет на корейском. — Корейское. — Хорошо, я Хуан Ренджун. Можно Рен. — Приятно познакомиться, Рен. Я Харви Ли Кантуэлл, но можно просто Харви. Ренджуну начинает нравиться эта атмосфера, что создаёт Харви: лёгкая, дружеская и непринуждённая беседа, тёплые улыбки на лицах парней и лёгкий июньский ветерок из приоткрытого окна. — Итак, Ренджун, можешь ли ты мне рассказать, почему решил вступить в этот клуб? Губы Рена сжимаются в тонкую линию; он неосознанно кусает нижнюю, опуская голову и растягивая тишину. Ему совсем не хочется вспоминать. — Меня бросили, этого достаточно? Харви пытается заглянуть в его глаза, и вот он уже видит, как в уголках начинает скапливаться солёная жидкость. — Я тебя понял, — он кивает, отвечая этим знаком на его вопрос, что-то чиркает в тетради карандашом и достаёт небольшой листок бумаги. — Так, смотри, это правила клуба. Клуб называется "Не нужна твоя любовь". Ну, ты понимаешь, почему такое название. Здесь такие как мы с тобой могут общаться, заводить новых друзей, и всё это без какой-либо любви. Сейчас лето, прекрасное время, чтобы повеселиться, и здесь, в этом клубе, будут те, кто не хочет тратить это время на отношения и чувства. Харви протягивает Рену лист с правилами: "1. Не говорить о любви. 2. Не плакать. 3. Здесь не существует понятий "моя девушка" и "мой парень". Мы просто друзья 4. Смотреть фильмы в одиночестве. 5. Загружать свои селфи в социальные сети. 6. Просто думать о себе. 7. Вечеринки каждый день (не только по пятницам). 8. И последнее. Быть счастливым." Хуан улыбается, глядя на эти правила. Кажется, что они такие простые, но в то же время такие необычные и заманчивые. Ему определённо нравится. — Можешь забрать себе и повесить в комнате, они твои. Ренджун аккуратно складывает листок и засовывает в задний карман джинс. Главное, не забыть потом его там и не постирать случайно. — Спасибо, — он благодарно кивает и встаёт с дивана. — Ну, мне пора, до завтра. — Увидимся! Дверь тихо закрывается, означая, что Харви теперь в комнате один. Он разваливается на диване, смотря в потолок и затем поворачивая голову в сторону окна, через которое видно футбольное поле. И парня, что лежит на нём, купаемого в солнечных лучах. — Эх, Джемин, скоро и ты придёшь ко мне. Я соберу вас вместе, и вы все будете счастливы, — улыбка, посвящённая его собственным мыслям и фантазиям, не покидает его лица.

***

Остаётся всего один урок отсидеть в стенах этой школы, и Ренджун сможет идти домой. Он не рад здесь находиться с тех пор, как расстался со своей девушкой, Миён. Это случилось сегодня утром, перед началом учёбы, после чего подавленный парень, как по звону колокольчиков, услышал по школьному радио об открытии нового клуба. "Совпадение?" — думал он. Мысли о клубе не покидают его головы последние минуты урока, чуть не оставив его одного в классе. — Хуан, ты можешь идти домой, звонок уже был. Голос учителя вернул юношу к реальности: — А, да, спасибо, учитель Ким, — он спешно собирает тетрадь и письменные принадлежности и на секунду задумывается. — Вы слышали что-нибудь о новом школьном клубе? Учитель только серьёзно смотрит, будто Рен ляпнул какую-то глупость. — В последнее время новых клубов не открывалось, но, если ты хочешь вступить в такой, я советую тебе клуб фотографии. Ты умеешь видеть прекрасное, и это определённо нужно научиться применять. — Хорошо, спасибо, учитель, — после этих слов он спешно покидает кабинет. Стыдно перед учителем за то, что спросил. Остаётся только вопрос — если клуба нет, то что это было пару уроков назад, и кто такой этот Харви? Ренджун не замечает, как оказывается возле библиотеки, откуда доносится смех парней. Он бы тоже хотел иметь таких друзей, веселиться с ними и смеяться после учёбы. У него, приехавшего издалека, не было никого, кроме второй половинки, а теперь, оставшись один на один с самим собой, он чувствует то самое одиночество, что было с ним рядом всё детство. Пустой школьный вестибюль всё дальше провожает его до выхода из здания, пока в плечо не врезается высокий брюнет, и он явно не в духе. — Смотри по сторонам, для чего тебе глаза? Хуан успел разглядеть только широкую спину в красной куртке, что мгновенно исчезла за углом в конце коридора. Улица, освящённая лучами палящего солнца, по которой гуляет прохладный ветерок. Он освежает голову и прогоняет ненужные мысли. Это как раз то, что Рену нужно. Погода идеальна для прогулки от школы до дома, поэтому он направляется прямо к небольшому домику чуть дальше по улице. Семья Хуан живёт в Сеуле всего несколько месяцев, но эти улицы уже стали для него родными, а люди, что каждый день видят его утром и вечером, уже не вызывают недоверия. Всё стало таким родным и близким сердцу. А, может, это Ренджун такой наивный и доверчивый? Дома его встречает аромат любимого шоколадного печенья, что печёт его мама. Обыденную тишину нарушает шум работающей духовки. — Мам, я дома! — кричит он из прихожей, чтобы его услышали на кухне, где полным ходом идёт готовка. Женщина небольшого роста с короткими чёрными волосами выбегает к нему с кухни, вытирая руки о полотенце, чтобы обнять сына. Эти объятия для него самые родные и тёплые, теплее солнца. — Как дела в школе? — Всё хорошо, мам, — опускает он взгляд, чтобы не выдать внутренние переживания. Мама в хорошем настроении, когда готовит, и он не хочет ей его портить своими очередными неудачами. Женщина вздыхает и недоверчиво смотрит на него, пытается заглянуть в глаза сына. — Я вижу, что что-то не так. Ты грустный, это видно по твоему лицу. Что случилось? Рен поджимает губы, но не говорит ничего. Он боится, что мама расстроится, ведь она уже почти приняла Миён как члена семьи. Они были вместе на протяжении нескольких лет, ещё до переезда парня в Сеул. Раньше их общение ограничивалось переписками и редкими встречами, когда Хуан приезжал к ней в город. И Миён была одной из главных причин, почему он хотел жить здесь. В это же мгновение на его телефон приходит СМС-ка от неизвестного номера:

"Расскажи ей про девушку, не ври ей и не скрывай. Харви"

"Это что, шутка? Откуда он знает?" — Рен ничего не понимает, секунду сомневается, но решается согласиться с тем, что нужно рассказать всё матери. Он никогда ничего не скрывал, и сейчас не хочет. — Миён меня бросила, мам. Он смотрит на неё, как казалось бы другим людям, обычным взглядом, но мать видит ту печаль в глазах, которую не увидел бы никто. — Ну, мой мальчик, — женщина подходит ближе, чтобы заключить парня в своих объятиях. — Эх, а я так ждала, когда ты снова с ней придёшь к нам на ужин, — она берёт его лицо в свои ладони и смотрит в глаза сына, которые блестят от наворачивающихся слёз. — Ничего страшного, значит, не твой это человек, найдёшь ещё свою любимую, даже лучше. Как мама, я тебя всегда поддержу, ты же знаешь. Мама является тем, кто словами залечивает его душевные раны. И этих слов достаточно, чтобы Ренджун почувствовал себя чуть счастливее. — Поднимайся к себе в комнату, переодевайся и возвращайся есть печенье, я много настряпала, — она потрепала сына по волосам цвета горького шоколада с редкими фиолетовыми прядями, улыбаясь. И Ренджун не может не улыбнуться ей в ответ. Парень поднимается вверх по лестнице в свою комнату, где стены выкрашены в холодные пастельные цвета, сочетающиеся в мозаике со странными узорами. Мебель в ней такая же светлая, как и кабинет клуба DNYL, поэтому Хуан там чувствовал себя как дома. Он бросает школьный рюкзак на кровать и подходит к стене напротив неё, доставая из заднего кармана сложенный листочек. Тёмная крафтовая бумага контрастирует со стеной цвета лаванды, привлекая к себе всё внимание. Теперь комната не выглядит такой пустой. Рен задумчиво смотрит на одинокий список правил на стене и решает выделить эту стену для своих фото с новыми друзьями, будущими членами клуба. Он оборачивается в сторону окна, где под подоконником в большой коробке лежит небольшой фотоаппарат моментальной печати. Несколько лет он лежал там без дела, забытый и ненужный, а сейчас он наконец-то может быть полезен, стать источником чего-то красивого и дорогого сердцу. Именно его Ренджун будет таскать с собой повсюду, чтобы запечатлеть красоту этого лета.