Сквозь

Вино даёт о себе знать и следующий алкоголь идёт на подходе. Хёнджин достает из своего тайника две бутылки коньяка. Крупные дистанции? Кому какая разница, сейчас весело и младший влюблен в него, а это значит, что надо отметить по-крупному. Он наливает в стакан сначала чуть-чуть каждому, а спустя некоторое время они уже пьют с горла бутылки. Если бы кто-то их увидел, то обязательно бы сказал, что они пьяницы. Чонин расплывается в улыбке и тянется к своему рюкзаку, достав что-то, он направляется к хёну. -Хён, а Хён, — мурчит в предложениях Ян и обвивает руками шею Хвана. -Что мой сладкий? -интересуется Хёнджин. -У меня есть пакетик кое-чего, давай попробуем, а то мне интересно насколько эффективна эта штука, -предлагает Ян. Хёнджин улыбается кошачьей улыбкой, чмокает в губы и ехидно соглашается. Чонин следует на кухню изучая все: возможные косяки лбом, баланс сейчас точно против него. Он находит два чистых, ну или ему так кажется, стакана. Высыпает содержимое и заливает алкоголем. После чего возвращается той же походкой к Хвану и предлагает «необычный» коктейль. На опустошение стакана уходят считанные секунды, а затем происходит эффект. Сначала чувствуется небольшое головокружение, а затем просто происходит расслабление. Возможно алкоголь играет больше роль, чем наркотик. Чонин расплывается в улыбке, садиться на колени Хвана и кусает того сильно за шею. Хёнджину больно, но приятнее намного, заводит. Хван своими тонкими, длинными пальцами ерошится в волосах Чонина. Чонин отвлекается от шеи и быстро приближается к губам, целует неосторожно и горько. Чувствуется горечь от алкоголя, который остался на губах младшего. Ян вводит в игру свой язык и проникает в чужой рот как хозяин, он со обладает с языком владельца и сплетается в тягучий, жаркий танец. Поцелуй продолжается минут пять, затем они оба берут перерыв. Мокрая челка Хёнджина так украшает его сейчас, почти расстёгнутая рубашка и пот, что стекает по ключицам. Хёнджин смотрит прямо в глаза Чонина. -Я хочу есть, солнышко, -говорит Хван. Чонин расплывается опять в своей солнечной улыбки и встаёт с колен Хвана. Он кивает знак, что все понял и идёт на кухню, все ещё не забыв врезаться лбом в дверь. Войдя на кухню он думает, чтобы приготовить, но на ум ничего не лезет. Он осматривает кухню и видит водоросли, ему так кажется. Он берет рулон дорогих зелёных обоев, разбирается с ним, нарезая легко, словно это лист водорослей, достаёт рис из шкафа. Варит он его час, хотя для него прошло только двадцать минут. Затем закручивает в лист и не забывает полить соусом, только вот руки путаются и глаза играют с ним в игры, он достает супер клей и поливает сверху. -Мое блюдо готово, — говорит Чонин, вбегая обратно в комнату. Он сует Хёнджину в рот свое творение, а быть точнее обои с рисом и суперклеем, а захлопывает ему рот. Особенный соус остаётся на губах, считанные минуты и Хван больше не может их открыть. -Надеюсь тебе вкусно! Я старался, — улыбается Чонин и добавляет: — я принесу добавки! Пока Чонин бродил до кухни, Хван хватал весь свободный воздух носом, но его не хватало, ноги не слушали его и идти до кухни он не мог. Хёнджину больно, ему трудно дышать. Кислород окончательно покидает его.