Diabolik Lovers: Russian soul

       Вернулась в особняк я живая, ночь прошла почти без происшествий. Наконец-то я попала на все уроки, но убедилась, что без чашки кофе или даже двух, почти невозможно прожить до пяти часов утра и не уснуть. Особенно, если ты нагружаешь свой мозг большим количеством информации.        А еще я поняла, что математика это не мое, как много лет назад, так и сейчас. Именно поэтому мы с Шу на этом предмете сидели с одинаковыми выражениями лиц. Отличие наше было только в том, что он был в наушниках, а потом и вовсе решил прилечь на парту. Я была просто в полу-лежачем состоянии и даже периодически прислушивалась к монотонному бубнежу учителя про формулы и алгоритмы, ведь у меня, к сожалению, наушников не было.       Оказалось, что у самого старшего Сакамаки заодно и самые отвратительные оценки в школе, а вот Рейджи наоборот считается примером для подражания остальных. По нему и видно. Посмотришь на его очкастую морду и сомнений не останется.        В целом, ночь была по своему хороша, несмотря на позднюю учебу. Возвращаясь в особняк, никто не разговаривал, не ссорился, и даже Аято молчал, хоть и косил на меня злой взгляд. Вчера на ужине, Райто, ехидно ухмыляясь, рассказал, что тому сильно прилетело от Рейджи за выходку с бассейном. Да уж, кажись, я начинаю привыкать к этой ненормальной «семейке Адамс», в которой все со своими причудами. Один — молчаливый меломан; второй — помешенный на манерах, чопорный старик; третий — самовлюбленный эгоист; четвертый — в игрушки еще не наигрался; пятый — извращенец с идиотским чувством юмора, которое я даже начала понимать; 'шестой — …странный какой-то. По крайней мере, он выделяется из всей этой компании и это делает его странным.        — Бррр… — сполоснув лицо холодной водой и прополоскав рот от зубной пасты, я поняла какой бред я несу.       Когда сумасшедший не похож на других сумасшедших — он сумасшедший. Закон жизни в некотором смысле. Кстати, интересно, раз эти вампиры все до сих пор школьники, то у них ведь должны быть родители. Нужно будет узнать об этом у Рейджи, все-таки он пока мой единственный источник адекватной информации в этом доме.       Через полчаса должен начаться завтрак, за это время я успею принять душ и сделать кое-какие другие приготовления. Прохладная вода приятно стекала по телу и придавала бодрости, готовя меня к очередному дню. Накинув на голову полотенце, я на несколько секунд застыла полуобнаженная перед зеркалом. Аккуратно провела двумя пальцами по, почти зажившим, укусам, с которых уже слезли струпья*. Что ж, надеюсь, что новых в ближайшее время не появится…       Выйдя из ванной комнаты, я направилась к шкафу и, сбросив полотенце, надела простую черную майку с брюками голубого цвета. Присев, я достала из чемодана револьвер и, освободив его от кобуры, спрятала в один из широких карманов брюк. Служебный же я засунула в другой карман и решила надеть поверх майки еще и грубую, похожую чем-то на кожанку, армейскую куртку.       Встав перед дверьми и перекрестившись, я дернула на себя ручку двери и вышла в коридор.

***

       — Всем доброго вечера, — заходя через открытые дубовые двери в большую, оформленную по всем жанрам старины, столовую в бордовых тонах, пожелала я — И приятного аппетита.       Вампиры уже уселись за столом и взирали на меня, как обычно: Райто — с похотью; Аято — по собственнически; Шу и Канато не смотрели в мою сторону — один болтал о чем-то с медведем, второй — слушал музыку; Рейджи смотрел на меня с нескрываемой иронией, а взгляд Субару был оценивающим.        — Да-а-а, сегодня он будет приятным, — поправляя шляпу на голове и заправляя рыжий локон за ухо, сказал самый наглый и пошлый из братьев Сакамаки.        — Добрый вечер, Юи, — сказал Рейджи и кивнул головой на свободное место рядом с Субару, в другом конце стола — Садись.       Предчувствие никогда меня не обманывало и сейчас оно непрозрачно намекало — нужно, как можно скорее, приводить план в действие, потому что, кажется, вампиры тоже что-то задумали, и если я хочу уйти сегодня из столовой на своих ногах — мне придется быть просто не на два, а на восемь шагов впереди них.       Я села за стол, привычно располагаясь в удобной для меня позе, взяла в руки приборы и принялась за еду, взглядом из-под ресниц следя за вампирами. Сегодня на обед был какой-то легкий супчик, несколько салатов на выбор стояли на столе, второе блюдо состояло из куска говядины и легкого гарнира в виде тушеных овощей, ну и, конечно же, клюквенный сок. Интересно, кто у них заведует кухней и составляет меню? Не Рейджи ведь этим занимается…       Отложив приборы и, проводив взглядом «каменного» слугу, унесшего тарелки, я посмотрела на Рейджи, который во время моей трапезы ни на секунду не отвел от меня глаз.        — Юи, — начал вампир, складывая руки на столе и принимая «подчиняющую» позу. Ее любил принимать мой начальник, когда нужно было начать совещание по поводу очередной надвигающейся налоговой проверки, а половина сотрудников не дули и в ус во время всего времени работы; но я обычно стояла за его спиной, поэтому это на меня не действовало…        — Да? — отозвалась я. Ан нет, кажись все-таки действует. Голосочек-то у вас дрожит, Варвара Сергеевна, сдаете позиции…        — Как уже обсуждалось ранее, вы прибыли сюда в качестве «жертвенной невесты» и должны выполнять ваши обязанности… — на губах вампира замелькала гаденькая ухмылочка.        — Обязанности, значит… — повторяя за Рейджи конец фразы, я медленно и незаметно опускала руки под стол, засовывая руки в карманы брюк — А не напомнишь ли ты мне, милый друг, что в них входит? — елейным голосочком, почти дрожа от нетерпения и азарта в крови, словно пропела я.        — С удовольствием, — подхватывая мой тон и облокачиваясь на спинку стула, говорил мне вампир — В твои прямые обязанности, как жертвенной невесты, входит предоставлять свою кровь своим владельцам в любое желаемое для них время…       Я чувствовала, что с каждым, произносимым из уст наглого вампира, словом, начинаю медленно закипать. Эта сволочь говорила мне такие вещи с абсолютно каменным, хотя нет, даже чуть довольным лицом, а остальные лишь в открытую усмехались моему злящемуся виду и столь откровенно издевательскому тону их, второго по старшинству, брата… На слове «владельцам» меня окончательно добило и вынесло.        — А гланды тебе повидлом не намазать? — ядовито, так, что любая королевская кобра бы позавидовала, прошипела я этому наглому, чопорному кровососу и медленно сняла пистолеты с предохранителя.        — Чт… — не успел было возмутиться по поводу моего хамства вампир, как пришло наконец его время уклоняться от пули.       В это же мгновенье пуля полетела по направлению к Аято и Райто, а я, свалив стул и, сделав несколько кувырков назад, прижалась спиной к стене, становясь так, чтобы все вампиры были в моем поле зрения.        — Совсем что-ли обнаглели от собственной безнаказанности и бесконтрольности?! Что позволяет вам называть живое существо вещью?! — крикнула я опешившим вампирам, застывшим, как статуи самим себе, в области стола.       Аято свалился со стула и теперь гипнотизировал пространство перед собой пустым, шокированным взглядом. Райто отшатнулся от стола и переводил взгляд от, вошедшей в стол, пули на меня и обратно, тоже не понимая что сейчас произошло. Шу смотрел на меня с напускным спокойствием, сквозь прищур глаз, но в его полу-лежащей на столе позе уже не было присущей ему расслабленности. Канато отвлекся от разговора с медведем и крепко сжал его в руках, повернув ко мне голову. Теперь в его взгляде тоже читалась напряженность. Виновник моего бешенства же сейчас содрал с носа разбившиеся очки, у которых теперь не было одной дужки, и, смотря мне в глаза своими рубиновым, явно злым, взглядом, иронично проговорил:        — И где же это девушка, которая выросла и провела всю жизнь в церкви, научилась так стрелять?        — Там, где учили, уже не научат, — вернула я ему ответ точно таким же тоном.       И правда, перед глазами мелькнула картинка дедушки с ружьем, который каждое лето брал меня на охоту, потом тренера по стрельбе, заставлявшего меня стоять на одной ноге с тренировочным автоматом в руках на протяжении получаса. Так уже никто и никогда не научит.       Заметив краем глаза движение чуть левее стола, я дернула руку в сторону, одновременно нажимая на курок.        — Не нужно лишних телодвижений, Шу, — наблюдая за тем, как на щеке старшего Сакамаки расползается красивая царапина от серебряной пули, сказала я — Уж поверь мне на слово, любого из вас я пристрелю без особых сожалений, да еще и станцую на вашей могилке на похоронах.        — Юи-чан ра-зоз-ли-и-ла-ась, — протянул Канато, вновь возвращаясь к разговору со своим медведем. Аж завидно. Вот у кого тут точно стальные нервы и полное безразличие к ситуации.        — Уоу-уоу-уоу, блинчик, а ты у нас оказывается с огоньком, — пуля полетела в Аято прежде, чем он успел договорить фразу целиком, но вампир увернулся от нее, сделав быстрое движение вниз. Ловкий гаденыш.        — Да-да, а ты сейчас обзаведешься лишней дырочкой в своем теле, — еще одна пуля из «анаконды» полетела в наглого зеленоглазого вампира, который прошлым утром кинул меня одну у бассейна, перед этим кинув в сам бассейн — Ну что ж, Рейджи, дорогой мой, ты не хочешь мне предложить «les pourparlers»?       Вампир изучал французский, мы пересекались на занятиях по иностранному несколько раз, он должен был понять меня, с учётом его идеальных оценок и богатого словарного запаса.       Предлагаю эти переговоры именно я, потому что осознаю, что долго не протяну с двумя пистолетами, хоть и с полными (уже не очень) магазинами. Да пока я только перезаряжаться буду, на меня может ломанутся один лишь Шу, а я и не успею ничего сделать! И сейчас мне на руку играют отвратительные отношения между братьями, иначе они бы выбили у меня из рук пистолеты, скрутили бы меня и валялся бы уже где-то в лесочке хладный бескровный трупик.       На удивление, второй Сакамаки быстро взял себя в руки и, поправив очки на переносице, не сводя взгляда с дула пистолета, беспрерывно перемещающегося от вампира к вампиру, отодвинул стул у края стола и, улыбнувшись краешком губ, сказал:        — Je demande à mademoiselle de s'asseoir.*        — Merci, — коротко ответила я, медленно подходя к столу стараясь не выпускать вампиров из поля зрения.

***

       — Нет! — выкрикнул Рейджи, когда я закончила перечислять мои требования к жизни в этом особняке — Никогда! Такого не бывало и не будет!        — Напомни, милый, что ты сейчас имеешь в виду? — все так же крепко сжимая в руках лежащих на столе ствол револьвера, уточнила я.       Наши «переговоры» привели к тому, что мы уже около часа препирались на тему того, как должны со мной обращаться в особняке. И если по поводу нормальной еды для себя мне удалось договориться с Рейджи в первые пол часа, то по поводу их «питания» мы спорили уже долгое время.        — Это слишком мало! — ударил с другого конца стола кулаком по древесине Аято.        — А что, тебе в кайф, когда у тебя по дому ходит полумертвое обескровленное тело? Или просто лежит без возможности сделать лишнее движение!? — крикнула-прорычала я наглому выскочке — Если у кое кого слишком большой аппетит, то он может заказывать себе кровь в больнице или, на крайняк, в каждом мясном продается животная кровь. Вы что больше предпочитаете, Великий Аято: говядину или баранину? — ядовито прошипела я под конец своей тирады.       Красноволосый вампир обиженно заткнулся и теперь зло рассматривал меня из-под растрёпанной чёлки.        — Так вот, вернёмся к нашему вопросу, — отвернувшись от Аято, я опять посмотрела на Рейджи — Я прошу всего лишь об одном, не нападать на меня несколько раз в сутки. Такое чувство, что ты совсем не знаешь биологию, если вам не хватает одного раза в неделю, то пейте раз в три дня, чтобы я не валялась полумёртвая на кровати или где-то в школе!       Брюнет всё так же зло смотрел на меня из-под чуть съехавшей оправы очков и, наверное, еле сдерживался, чтобы не накинутся на меня.        — Ну, давай предположим, — раздался голос старшего Сакамаки чуть левее от меня, он крутил в руках провод от наушников и совсем не смотрел в нашу сторону — Теоретически вполне реально то, что ты сейчас предлагаешь, — он делал паузы в своей речи, будто и все его мысли перескакивали с места на место, из-за этого его предложения казались запутанными — Каждые три дня?        — Да.       Пытаюсь уловить ход его мыслей, чтобы ненароком не согласится на какую-нибудь хрень. А то прикуют к кровати и пиши пропало.        — Потому что вы… — хотела было я уже начинать отстаивать свою точку зрения вновь.        — Согласен, — двое старших братьев будто вдруг овладели телепатией. Потому что одновременно сказали это, сидя в разных концах стола.       Это было… слишком просто.