Вор с крышесносным запахом

      Мокрый, с влажной возле ворота футболкой и выступившими маленькими капельками пота на лбу, к которому по бокам прилипли золотистые волосы, Чимин лежит распластанный на кровати с белоснежными простынями и тяжело вздымающейся грудью. Комнату пронизывает слабый лунный свет из окна, оттеняя на простынь полосочки от жалюзи, которые делят ткань на темные и светлые участки, и частично освещает то, что находится прямо перед парнем. Изящная миниатюрная ручка сжимает пухленькими пальчиками мягкую ткань постельного белья, в то время, как глаза омеги раскрываются до невозможных размеров. Кажется, сегодня полная луна, и мягкий серебристый свет приземляется на верхушку волос омеги и отдаленно освещает половину его комнаты, включая кровать и часть компьютерного стола. Но Пак не успевает этого заметить, потому что больше озабочен тем, что видит перед собой. Вернее, кого. А этот кто-то заставляет его сердце стучать в бешеном ритме, потому что своим видом нагоняет и страх, и жуткое любопытство.       Перед ним стоит парень среднего роста, в белоснежной рубашке с закаченными по локоть рукавами и голубых джинсах, в карманах которых он держит руки, упираясь большими пальцами в стежки для ремня. Незнакомец стоит посреди комнаты так, что свет из окна освещает только его тело, не захватывая лица, и Чимин отчаянно пытается рассмотреть, кто перед ним, потому что его распирает любопытство и одновременно он чуть ли не дрожит от страха перед незнакомым человеком, который непонятно что забыл в комнате омеги посреди ночи.       Парень достает из карманов руки, по которым витиеватыми переплетениями вьются набухшие венки, и красивыми длинными пальцами цепляется за рубашку, начиная расстегивать пуговицы одну за другой и открывая омеге вид на рельефное спортивное тело, которое словно блестит во свете луны. Чимин громко сглатывает, потому что внизу живота начинает неистово тянуть, провоцируя влагу сзади. А он уже и так еле держится, чтобы не дрожать, а незнакомец только раззадоривает. Пак смотрит большими глазами на то, как парень снимает с себя рубашку, откидывая на мягкий пуфик, замечает хорошо прокачанные мышцы на животе, груди и руках, и не может и слова выговорить, то и дело открывая рот в немом удивлении, и снова закрывая.       — Ты звал папочку, — утверждает незнакомец, расплываясь в улыбке, что слышно по голосу. — Я пришел.       Не успевает омега и глазом моргнуть, как парень оказывается сверху, придавливая Пака к кровати своим весом, а его суперские руки оказываются на талии и одна двигается вниз к бедрам, а другая вверх к голове. Одной рукой парень притягивает к себе лицо Пака и с невероятной жадностью впивается в пухлые губы, засасывая и облизывая языком нижнюю, а другую кладет на пышненькую задницу, сжимая в руке одну половинку.       Чимин резко вскакивает с постели словно ужаленный и пару секунд не может понять, что происходит. Омега оглядывает свою комнату, в которой засыпал, и судорожно перебирает руками по телу, касаясь кончиками пальцев губ. Всё было в точности как и до этого, только незнакомца рядом не хватало. Пак вытирает рукой мокрый лоб и пытается успокоить учащенное дыхание, понимая, что это был сон, так едко граничащий с реальностью, и незнакомый парень растворился, стоило ему открыть глаза, но отдаленно ощущает банановый запах и слегка пугается. Златовласый ещё раз оглядывается по комнате, убеждаясь, что в ней больше никого нет, и замечает под собой огромную мокрую лужу.       — Да чёрт бы тебя побрал, банановый вор! — ругается омега, швыряя в стену напротив мягкую игрушку с постели. Потому что течка дала о себе знать и теперь внизу живота начинает скручиваться болезненный комок, пока из задницы не прекращаясь сочится смазка. Чимин кое-как поднимается на ноги и достает с полочки подавители, запихивая в рот сразу несколько таблеток и шлепая босыми ногами по полу, плетется в душ, проклиная всех альф и наперекор себе же думая, что ему всё-таки стоит завести своего, хотя бы ради члена.

∙◦•◉•◦∙

      Юнги стоит на крыше соседнего дома, держа руки в карманах плотных джинс, и засматривается в приоткрытое окно, которое по логике вещей должно принадлежать комнате омеги. Зачем он сюда пришел — он понятия не имеет, ведь если только вчера здесь было ограбление, наверняка мэр позаботился об усилении охраны. Но ему просто захотелось ещё разок посмотреть на парня, возможно, убедиться, что всё в порядке. Хотя на подсознательном уровне Мин всё-таки надеялся увидеть, как тот будет играть с игрушками и испускать томные стоны, раз уж проводит свою течку без альфы, а на самом деле Юнги видит только макушку его волос, потому что лицом омега не поворачивается, да и жалюзи на окне мешают виду, а альфа уже и не помнит очертания его лица, потому что вчера было слишком темно. А то, что он проводит течку без альфы, Юнги понимает по чистому, доносящемуся к нему с ветром яркому запаху молочного коктейля, к которому ничего не было примешано, и это почему-то его радовало, хотя и заставляло сжимать челюсти, потому что его альфья сущность не могла не реагировать на течного омегу.       Развернувшись на пятках, альфа натягивает на лицо темную маску, думая, что всё-таки не стоит провоцировать судьбу на встречу с полицией. Хотя на него у них бы ничего не нашлось, сын мэра мог составлять фоторобот грабителя, а он бы по всем параметрам подходил, особенно, хорошо запоминающиеся волосы об этом бы говорили, а парень их точно видел. Мин натягивает сверху на голову капюшон, бросая последний взгляд на окно и думая, что это первое дело, где они так тупо облажались.       Открывая железные двери специальным лазерным ключом, альфа проходит внутрь квартиры, в которой они чалятся до срока сбыта товара, и заваливается в мягкое кресло, шастая по новостям в интернете. Ведь новость о том, что ограбили такого знатного человека должна была быть сегодня на первых строчках всех газет и в заголовках статей, но ничего не было, будто и их там вчера не было. Наверное, откупились от прессы, чтобы не встревать в дела с полицией, потому что нечисты на руку, вот и молчат все. Как же ему осточертели все эти богачи, которые наживаются на других добропорядочных людях, а потом они все такие хорошие, много чего делают для страны. Да стране без вас было бы в тысячу раз лучше, поэтому Мин без зазрения совести может забраться в любой дом и открыть замок любой сложности, чтобы потом богатеи поплакали над своим развороченным посреди их жилья кладом.       Намджун, как добропорядочный поставщик, отсутствовал, так как занимался делами сбыта и обмена камешков на денюжки. Хоуп с Чонгуком рубились в плейстейшн на полу возле экрана, толкаясь между собой локтями и не давая друг другу честно выиграть, а по доносящемуся из кухни ароматному запаху, Юнги понимает, что на кухне колдует Джин. А колдует именно потому, что для Мина готовка на кухне — волшебство, которое дано познать только избранным. Даже Джун не заходит туда лишний раз, чтобы не спровоцировать катастрофу кулинарного масштаба.       — Ты всё ещё переживаешь по поводу дела? — спрашивает Джин, стоит альфе появиться на пороге кухни. Юнги всегда удивлялся, как тот может так проницательно чувствовать все его переживания, потому что другие никогда не могут прочитать его настроения.       — Да-а, — приземляется на стул светловолосый, принимая от омеги чашку с горячим напитком. — Наверное, стоит изменить цвет волос. Этот — слишком заметный, — указывает пальцем на голову альфа.       Джин стоит молча, облокотившись поясницей на темную столешницу и задумчиво уставившись в окно.       — Эй, хён, — зовет его Мин, обращая на себя внимание, — это не твоя вина. Никто от такого не застрахован, тем более, я сам виноват, что снял с себя маску, как только вошел в дом.       Джин шумно вздыхает и отворачивается к плите, совершая волшебный обряд в виде помешивания еды в сковороде.       — Кстати, — окликает его Юнги, — я хотел у тебя посоветоваться, потому что это, вроде как, больше по омежьей части.       Ким разворачивается слегка удивленный и кивает, ожидая вопроса.       — У тебя есть какой-нибудь знакомый врач, чтобы выписал хорошие подавители запаха?       — А тебе зачем? — выпучивает глаза омега, явно не понимая намерений младшего.       — Он слышал мой запах. Мне нужно от него избавиться или хотя бы притупить или изменить, — объясняет Мин.       Джин стоит пару секунд в раздумьях, а потом соглашается с альфой.       — И-и, раз уж дело на то пошло, поможешь мне перекрасить волосы? — делает милую моську Юнги.

∙◦•◉•◦∙

      «У этого, по всей видимости, большой, а у того, что стоит рядом, явно поменьше, но для начала и так сойдет», — размышляет омега, сидя за обеденным столиком на перерыве между парами. Рядом пристроился попивающий холодное фраппе Тэхён, который яростно изучал ленту в инстаграме. Уже прошел месяц с дня ограбления и течка Чимина давно закончилась, а желание быть хорошенько оттраханным так и осталось неудовлетворенным. «Хотя первый не такой симпатичный, как второй, к тому же пахнет лимоном», — Чимин изучает взглядом альф в столовой, присасываясь губами к трубочке из стаканчика кофе. «А может сразу втроем?» — озаряется омега, выпрямляя осанку.       — Ты в курсе, что смотришь альфам гораздо ниже лица? — задает очевидный вопрос Тэ, отвлекаясь от смартфона.       — А как на вид определить, у кого больше? — пропускает мимо ушей замечание Чимин и переходит взглядом на следующего альфу.       — Ну, у кого больше, тот ведет себя увереннее, — как знаток отвечает Ким, а потом очухивается, — эй, а ты что, всё-таки решился? Ты знаешь, у меня есть пару вариантов для тебя, начнем с… — воодушевленно потирает ручками омега, но его перебивают:       — Ничего я не решился, просто всё ещё хочу большой член, желательно у себя в заднице, — хмурится Чимин, потягивая кофе.       — Но для этого ведь не обязательно с кем-нибудь встречаться, — парирует Тэхён, откладывая телефон на стол. — Тем более, я уверен, что тебе достаточно изъявить желание и рядом очередь построится.       — Вот поэтому-то я и не хочу так. Зачем мне куча случайных связей? Я не собираюсь брать на себя ответственность за запятнанное имя своих родителей. А оно запятнается, если я начну вести беспорядочную половую жизнь, да и мое здоровье мне дороже.       — Ты просто боишься признаться, что тебя зацепил тот банановый альфа, — легонько толкает кулачком в плечо, посмеиваясь с надувшегося Чимина.       — Он украл у моих родителей семейную реликвию на сумму больше триста лямов, конечно он меня зацепил! — вскидывает руками Пак. — Но причем здесь секс?       — А притом, что ты теперь ни о чём другом, кроме него, не думаешь. Ты бы посмотрел на свои запросы в гугле! Одни мошенники, воры да преступления. А думал бы о своих потребностях, уже давно бы нашел себе альфу, а с ним и постоянный член, — восклицает Ким, размахивая руками. А потом вспоминает, что они всё-таки в людном месте, и решает поубавить свою громкость.       — Если такой умный, чего же себе не заведешь постоянный член? — огрызается Чимин. Отчасти от того, что Тэхён прав, но он не хочет, чтобы младший читал ему нотации.       — Потому что как только родители узнают о моем «постоянном члене», сразу выдадут замуж от греха подальше. Они уже давно мечтают свинтить меня в руки какому-нибудь богатому альфе-бизнесмену, просто подходящего пока ещё не подвернулось. А я замуж ни ногой, ты же знаешь, — открещивается омега и встает.       — Знаю, — устало вздыхает Пак и оба плетутся на оставшиеся пары.

∙◦•◉•◦∙

      Между очередными размышлениями об обстоятельствах, связанных с чередой безнаказанных ограблений, омеге проходит на ум замечательная, как он считает, мысль. Раз уж разоблачить ему нужно вора, то нужно и мыслить как вор, и крутиться в тех же кругах. А чтобы самому не быть пойманным, нужно хорошо замаскироваться. Просто быть под прикрытием, это ведь легко. Он это изучал, тем более у него есть связи в полиции, поэтому проблем не должно возникнуть. Но прежде всего, он должен избавиться от слишком заметного запаха, иначе так дело в гору не пойдет.       Чимин обращается в специализированную клинику, где проведя ряд определенных анализов, ему составляют на заказ персональные подавители, которых омега заказывает сразу пару блистеров. Используя тот же запах и мило побеседовав с детективом в полицейском участке, Пак выуживает жизненно необходимую информацию про места сборов, штаб квартиры и некоторые имена для своих омежьих целей.       Тэхён очень долго спрашивал его, уверен ли омега в том, что делает, перед тем, как повести его к своему парикмахеру и попросить полное преображение. Укороченная челка, которая аккуратно спадает на лоб, переливающиеся на свете серебряным цветом волосы, по которым Чим проводит руками, откидывая назад, и немедленно слетающее с языка «Ну как?» — таким застает Ким своего друга после его «тотального преображения».       — Тебе, однозначно, идет, — оглядывает его со всех сторон омега, — но что это, — принюхивается младший, — яблоко? Серьезно?       — Я подумал, что если совсем не будет запаха, то будет подозрительно, поэтому купил себе такие духи. Плохо? — интересуется Чимин, поглаживая рукой шею.       — Нет, — отрицает омега, — предусмотрительно, и даже пахнет естественно. Прошу тебя, Чим, будь осторожен. Ты ведь знаешь, что в случае чего, ты можешь на меня положиться. Я для тебя любую инфу добуду через отца, только не лезь в самое жерло вулкана, как бы он тебя не испепелил.       — Как это ты меня не останавливаешь? — усмехается Пак.       — Я просто уже заранее знаю, что ты меня не послушаешь. Ты же заноза в заднице, которая физически не может сидеть на одном месте. Какой смысл тебя останавливать? Тем более, может, ты там всех этих воришек и пересажаешь. Представь, какая у тебя будет репутация в судовом кругу, — воодушевленно вещает Ким. — Почему ты не сын моего отца, — внезапно ноет омега, — он бы тебя за такое всеми существующими и не существующими орденами наградил.       — Да я ведь ещё ничего не сделал, — отмахивается Чимин.       — И вот пока ты ещё ничего не сделал, давай собирайся, сегодня мы едем хорошенько отдохнуть в клубе, — вручает ему косметичку, подгоняя к зеркалу.       — Но я ведь… мы ведь… — теряется омега, потому что Тэхён как всегда внезапно тянет его куда-нибудь.       — Ты можешь проучиться хоть десять курсов юридического, защитить сотни клиентов и переспорить тысячу прокуроров, но у тебя всё равно не найдется весомых аргументов не идти со мной в клуб, — бросает Ким и скрывается за дверью гардеробной.

∙◦•◉•◦∙

      — Омежки, омежки, омежки, — подлетает к Юнги Чонгук, останавливаясь возле кресла с альфой. — Хён, пошли за омежками.       — Ты так говоришь, будто предлагаешь сходить в супермаркет, а не в клуб, — отрывается от развернутого на столе плана банка Мин.       — А разве это не так? Они ведь покупаются за деньги. Светишь перед ними купюрами и через пару секунд они у тебя на коленях. Так что же я сказал не так? — с усмешкой интересуется Чон.       — Есть такие, которые на тебе виснуть будут только от твоего запаха и твердой альфьей ауры. А есть такие, что и за деньги не согласятся. Такие ищут себе пару, а не парня на ночь. Впрочем, тебе для такого рано, так что пошли, — соглашается альфа. — Давно уже не были.