Ночной Токио

      По коже прошлась лёгкая дрожь, разливая волну удовольствия, пока стек передвигался от паховой области и до рёбер, обводя соски, поглаживая шею и остановившись на подбородке. «Госпожа…»       Девушка с длинными розовыми волосами, стояла перед своим сабмиссивом, в откровенном сексуальном наряде: черный, обтягивющий тонкую талию, леотард со шнуровкой, оголяющий сочную грудь четвёртого размера; на изящные и нежные руки одеты такие же чёрные, длинные, по локоть, тонкие перчатки, сшитые из мягкого бархата; ноги украшают ажурные, кружевные, капроновые чулки на подтяжках, прикреплённые к поясу; стояла девушка на черных высоких лабутенах, с серебряными шипами на каблуках. «Время развлечься, братик…» — властно протянула доминантка, сохраняя в голосе нотки нежности. Хищно ухмыльнувшись и облизнув алые губы, она сверкнула своими янтарными глазами в полумраке.       Сабмиссивом являлся до невероятности женственный парень, по другому таких называют трапами. У него были такие же, как и у доминантки длинные розовые волосы, заплетённые в косу, украшенную черной лентой и завязанной в бантик. Он покорно стоял на коленях, на мягком белом ковре, изящно выгнув спину; его руки крепко связаны за спиной верёвкой узлом «стрекоза»; на глазах черная повязка, плотно прилегающая к коже, а во рту кляп-кольцо. В проколотые соски вдеты золотые кольца, соединённые цепочкой. Эрогированный член трапа туго скован специальным поводком по всей длине. «Да… Госпожа…»       Дверь в тёмную комнату слегка приоткрылась и внутрь тихо вошла девушка… на первый взгляд девушка.       Высокая брюнетка встала у порога, поставив руку на стройную талию. Её каштановые волосы струились по оголенным нежным плечам. На талии идеально сидел бордовый корсет с чёрными ремешками, который ничуть не прикрывал, а наоборот, выделял мягкую сексуальную грудь третьего размера. На изящные ножки одеты капроновые чулки с кружевами, на подтяжках, а поверх — короткая клетчатая мини-юбка, из-под которой виднелась… головка члена. Итак, сексуальная брюнетка оказалась футанари.       Её карие глаза моментально устремились на доминантку с рабом, а те в свою очередь даже не посмотрели в её сторону. — Опаздываешь, Нина, — пропела розововолосая, замахиваясь стеком и с силой опустив его на упругих ягодицах своего младшего брата. — Ах, Исуке, извини уж, меня задержали… — томно протянула футанари, — я всё ещё могу присоединится? — медленно шагая на шпильках спросила она. — Безусловно, мы только тебя и ждём! Правда, Сунао? — Исуке потрепала нижнего за щёку, получив от него тихий стон и короткий кивок, — Чего же ты ждёшь, Нина?       Футанари похотливо прикусила нижнюю губу. Грубо схватив трапа за чёлку, она приподняла подол своей юбки и пару раз провела рукой по члену, после чего одним толчком вогнала его в рот нижнему, упираясь в самые гланды. Нина резко и властно двигала голову Сунао, взяв её за волосы обеими руками.       В это время Исуке взяла рядом лежащий вибратор с пультом управления. Опустившись на колени, она вставила виброяйцо в уретру сабмиссиву, примерно на половину, а затем включила на максимальную мощность. Это заставило Сунао сдавленно стонать и ещё больше выгибаться в спине.       Брюнетка вытащила член изо рта трапа, позволяя тому отдышаться. Футанари легла на пол, пошире раздвинув ноги и кивнув Исуке. Последняя же надавила на голову сабмиссива, опуская его к прелестям Нины. Розововолосая сняла кляп со рта брата и ткнула его к киске Нины, расположенной под членом. Сунао начал работать языком, тщательно вылизывая всё, проникая внутрь, иногда нежно покусывая клитор, или поднимаясь выше и облизывая головку, а то и заглатывая член целиком, делая всё возможное, чтобы как следует ублажить свою вторую госпожу.       Ему так же не давал покоя включённый на максимум вибратор в уретре, из-за которого он то и дело ёрзал. Это не очень нравилось его сестрёнке. Поэтому она подняла его таз и раздвинула ему ноги, несколько раз со всей силы ударив по попке ладонью. Исуке взяла со столика длинный страпон, она надела его и принялась обильно натирать смазкой. Уцепившись руками в мягкую задницу своего братишки, Исуке грубо, резкими движениями начала двигаться внутри трапа, время от времени шлёпая нижнего, постепенно наращивая темп.       Комната наполнялась стонами, полных удовольствия, воздух становился горячей, каждый из участников сего действа был на пределе своих сил. Первым не выдержал Сунао, мощный поток его спермы выбил виброяйцо, выливаясь на ковёр. После него, кончила Нина, запачкав милое личико трапа. Исуке через несколько секунд вытащила страпон из ануса сабмиссива и сразу сняла его с себя. — Неплохо, очень даже неплохо, — сказала Нина, снимая повязку с глаз нижнего. — Благодарю, госпожа Нина, — тонким голоском отозвался Сунао. — Ну, а ты, сейчас на работу пойдёшь? — обратилась Нина к Исуке, которая развязывала своему братцу руки. — Да, — она слегка усмехнулась, — а вы меня здорово разогрели, думаю, сегодня вам даже можно пойти со мной. — Можно подумать, если я захочу придти, мне нужно будет твоё разрешение, — Нина, поднялась с пола, опуская юбку. — А разве нет? В любом случае, не важно, я побежала, подойдёте чуть позже, адрес знаете, люблю обоих, — протараторила Исуке, после чего поспешно удалилась из комнаты. — Фьех, почему она всегда так делает? Бесцеремонно, просто ушла. Даже не поцеловала, — Нина немного обиженно надула губы и скрестила руки на груди. В ответ Сунао лишь молча пожал плечами, разминая затекшие руки. А в прихожей был отчетливо слышен звук захлопнувшейся входной двери. — Шустро она, однако, — только и сказала футанари, — Чтож, милый, давай одевайся, подходи ко мне в комнату, я тебя причешу, — она нежно потрепала трапа по голове и пошла к выходу, оставив его в одиночестве.

***

Исуке шла пешком по ночной, освещённой фонарями, улице, а пешком, потому что идти не очень далеко, да и подышать ночным воздухом приятно. Она шла, слегка поёжившись, было прохладно, а она ещё одета крайне легко: короткий чёрный топ, совсем едва ли закрывающий грудь, поверх которого растёгнутая джинсовка, которая даже поясницу до конца не закрывает; мини-юбка в обяжку, ну уж очень короткая, стоит лишь чуть-чуть наклониться вперёд и будет видно всё, что эта самая юбка, по сути, должна закрывать. Увидев такую девушку на улице, любой добропорядочный гражданин примет её за особу лёгкого поведения и окажется прав. Работает Исуке Инукай проституткой-официанткой в борделе, а по совместительству стрип-баре, но не в каком попало, а в довольно роскошном, куда ходят в основном состоятельные клиенты. Многие люди убеждены, что в проституцию торговать своим телом идут либо от полной безысходности, либо от собственной глупости, ведь «мозгов ни на что путёвое не хватает». Однако в случае с Исуке это не так. Она работает там, лишь потому что попросту любит это дело, да чтобы пожёстче. Чтож поделать, такая она нимфоманка.       А вот и совсем уж как родное здание с яркой неоновой вывеской «розовый дым». Девушка зашла внутрь через служебный вход и направилась прямо по коридору.       Исуке вошла в раздевалку и поставила сумку с одеждой на скамейку. В комнате никого не было, потому что по плохой привычке, та всегда приходила последней. Она неспешно раздевалась, напевая случайную мелодию себе под нос, параллельно доставая из сумки рабочий костюм.       Девушка стояла голая перед большим зеркалом. Бросив на себя короткий взгляд, в её голове мелькнула мысль: «В чем смысл каждый раз переодеваться, если потом, всё-равно раздеваться? Ох уж эти правила…» Посмотрев на себя ещё несколько секунд, она начала одеваться в рабочую одежду. Сначала она надела чёрные тонкие стринги, настолько тонкие, чтобы их не было видно под остальной одеждой. Затем натянула на свои аккуратные стройные ножки капроновые колготки в сеточку. После, в ход пошёл розовый леотард с блёстками, без бретелек, с большим вырезом на спине, чуть ли не до копчика, на месте которого, кстати, находился мягкий круглый шарик, тобишь заячьий хвост; леотард держался только засчёт груди и локтей, придерживающих его по бокам, поэтому лучше всего держать спину ровно, если не хочешь, чтобы леотард свалился раньше времени; Теперь черные короткие перчатки с белыми манжетами, сшитые из мягкого шёлка, плотно облегая вокруг ладоней. Далее, галстук-бабочка на голую шею, такой же розовый, как и леотард, с белой каймой по краям. Ну и наконец длинные заячьи ушки на ободке, по стандарту одно ушко всегда загнуто, а второе торчит прямо. Осталось обуть розовые балетки с пушистыми шариками на носках и… Готово!       Исуке посмотрелась в зеркало, критикующе разглядывая своё лицо, думая, стоит ли нанести макияж или нет. Наконец, она пришла к выводу, что немного косметики всё же не повредит. Она достала из сумки косметичку и подошла ближе к зеркалу. Сперва тушь на ресницы, чтобы сделать их чуточку длиннее, пышнее и ярче. Ярко-алая помада равномерным слоем легла на и без того красные губы. А напоследок немного румян на ровные щечки. Теперь она неотразима и может приступить к работе.       Исуке вышла в главный зал. Пол зала был выложен чёрно-белыми кафельными плитами, железобетонные стены поклеены однотонными обоями сиреневого оттенка, а так же украшены крупными картинами с эротическим содержанием. Окон в зале не было. Розовые прожектора светили тут и там, а вместе с многочисленными увлажнителями воздуха, создавался эффект розового дыма, что полностью оправдывало название.       В центре располагается невысокий подиум, по краям которого светила неоновая подсветка, с шестом, на котором активно крутилась стриптизерша, изящно выгибая спину, демонстрируя превосходную растяжку, показывая всё красоту женского тела. Вокруг сцены собралось небольшое количество зрителей, в основном мужчины, но изредка можно было встретить девушек или футанари. Подле подиума стояли любители смотреть ближе, или же особо щедрые клиенты, отдающие танцорше немалые деньги. Остальные же наблюдали со своих мест. Смотреть на подобные танцы Исуке любила, но сама не танцевала, не то чтобы не умела, просто предпочитала более «серьёзные» дела.       По краям стен находятся специальные лакированные столики для клиентов, за которыми они могли выпить, пообщаться с официантками, а может и немного пошалить. Справа и слева от Исуке находится VIP-зона. От других столиков она отличалась тем, что была занавешана полупрозрачными шторками, внутри находились мягкие диванчики (хотя за обычным столики сидели на пуфиках) и места там порядком больше, собственно и стоило это намного больше, но именно внутри, можно откровенно трахнуть любую официантку или заказную шлюшку       В углу, справа от главного входа, находится барная стойка, где можно взять разнообразные алкогольные напитки и закуски, там же можно заказать девочку, а может и не одну, а может и не девочку. «Розовый дым» славился своим разнообразием выбора. Здесь было место любому фетишу (кроме некрофилии и зоофилии, увы), клиент может заказать себе кого угодно, будь то девочка, мальчик, футанари или трансвестит. За необходимую сумму денег, с выбранной персоной можно уединиться в специальной комнате и делать всё желаемое. Безусловно существует и свод правил, которые клиент обязан соблюдать, во избежание несчастных случаев, но сейчас не об этом.       Исуке плавной походкой направилась к барной стойке, за которой стоял бармен, один из её многочисленных друзей. У него блондинистая кудрявая чёлка, в то время как затылок и виски выбриты. Его лицо имело вытянутую форму, глаза глубокого серого цвета, выражающие крайнюю томность (а ещё усталость), у него прямой нос и тонкие очаровательные губы. Одет он в: белую рубашку, с закатанными по локоть рукавами, идеально выглаженную, без единого изъяна; черную расстегнутую желетку, и классические чёрные брюки; иными словами, стандартный костюм бармена. Сейчас, он полировал столешницу, как обычно, стараясь сделать её идеально гладкой. Завидев Исуке, он приостановил своё занятие и оперевшись на руку, косо поглядел на неё, вместо привычной улыбки. — Опять ты приходишь позже всех, зайка? — спросил бармен с язвительной усмешкой. — И тебе привет, Татендза-кун, нальёшь мне чего-нибудь для настроения? – игриво отозвалась девушка. – Ну ты же знаешь, птичка моя, не положено, – ответил бармен, вернувшись к протиранию столешницы, – всё, иди работай, рыбка, время деньги... – Бубубу, какие мы сегодня серьёзные, – пропела девушка, – признавайся, с Сами-куном не клеится, да? – колко спросила она, прикусив нижнюю губу. – Исуке Инукай! Клиенты сами за собой убирать не будут. – сурово произнёс Татендза, залившись ярким румянцем, но после совсем тихо добавил, – позже расскажу, всё иди-иди, – он протянул ей поднос и отправил в зал, на что розововолосая лишь звонко посмеялась.       Девушка легкой походкой пошла к столикам выполнять свои обязанности. Она забирала пустые бутылки и посуду. Мужчины жадно пялились на неё, нагло лапая везде, куда дотягивается рука. То может быть лёгкий шлепок по упругой попке, нежное поглаживание бёдер и промежностей, кто-то хватал её за грудь грубо и бесцеремонно, кто-то с долькой нежности; особо наглые хватались за край одежды, и пытались раздеть, таких она аккуратно била по ладоням и говорила что-то вроде "сначала заплатить", а после укоризненно качала головой. Но всё равно Исуке особо не сопротивлялась, это ей наоборот нравилось. Ей нравилось, когда неизвестные мужчины трогают её в самых откровенных местах, смотрят желающими глазами. Ей нравилось утопать в грязной похоти и разврате.       Вскоре, собрав полный поднос, розововолосая понесла его к стойке. Поставив поднос на столешницу, она с нетерпением глянула на своего друга. – Что? – непонимающе отозвался Татендза, взяв в руки поднос, он понёс его за дверь, которая находилась недалеко от полок с алкоголем. Когда он вернулся, Исуке, всё так же смотрела на него и наконец сказала, – Рассказывай давай, что там с Сами-куном, мне же интересно! – Ты ведь теперь и не отстанешь, да, котика? – бармен вздохнул, – ладно, в общем, ты ведь знаешь, что Сами работает только с Вип-клиентами, да? И он ни с кем не трахается, только приватные экзотические танцы, к нему даже прикасаться без разрешения нельзя! – Татендза-кун, ближе к делу! – Не торопись. Так вот, казалось бы, что может помешать нашим отношениям, так? Но оказалось, что препятствие всё же есть... И оно такое огромное и непреодолимое... – парень уронил голову на столешницу. – То что он немой? – Это вообще не помеха! Мы прекрасно можем понимать друг друга и без слов. – А что тогда? – Ни что, а кто... Кинанджи-тян... – обречённо сказал он, хмыкнув. – Серьёзно? И каким образом она вам мешает? – Она называет меня "испорченным пошляком", "больным извращенцем" и тому подобное, к тому же даже близко не подпускает меня к её драгоценному братику. Я в отчаяние. – А разве она не права? – Исуке тихо посмеялась, – вот только не говори мне, что собираешься так просто сдаваться. – Конечно же нет! Сами-кун слишком сильно запал в моё сердечко, – Татендза драматично приложил руку ко лбу. – Не сомневаюсь, – отозвалась девушка, накручивая прядь волос на палец.       В это время за барную стойку сел солидный мужчина в строгом костюме, с прилизанной причёской и в очках. – О боже, кого я вижу, Фоок-сан, неужели это вы? – воскликнула Исуке, изумлённо глядя на мужчину, – вам как обычно, или что-то обновите? – Как обычно, – коротко ответил клиент, кивнув бармену. Бармен сразу же принялся готовить два алкогольный коктейля. – Где вы так долго пропадали, Фоок-сан? – игриво спросила Исуке. – Уезжал в командировку, – ответил мужчина, выкладывая на столешницу заранее заготовленную сумму денег. – Оу, вы как всегда занятой человек, Фоок-сан! Вы и небось скучали по мне~ – Ну как же по тебе и не скучать? – мужчина слабо улыбнулся. Татендза сложил деньги в кассу и записал клиента в специальный журнал. После чего на небольшой поднос он поставил два бокала с алкоголем, и ключ от комнаты и презерватив. – Пожалуйста, – с улыбкой проговорил бармен. Исуке взяла поднос в руки и вульгарной походкой направилась к одной из дверей, а мужчина шёл рядом, придерживая её одной рукой за талию, другой держа в руке небольшой чемоданчик.