Опасные намерения

Он успел уладить все свои дела, даже помирился в который раз с хозяйкой бара. Помогло природное обаяние, трезвый вид и обещание отработать следующую смену бесплатно. Он вернулся в дом Бонни, чтобы собрать свои вещи. К счастью, их было не так много. Открыв бутылку прохладительного пива, он с замиранием сердца посмотрел на часы. Хотелось успокоить свое волнение приятным алкоголем, но вкус самого дешевого пива слегка обжег его горло. Он тут же выплюнул в раковину низкосортный алкоголь, невольно вспомнив о роскошной и редкой коллекции напитков своего отца. Сейчас он бы отдал последнюю рубаху, чтобы ощутить вкус того самого крепкого шотландского виски. Помнится, это последнее, что он пробовал в прошлой жизни. Парадоксально, но те слова отца оказались пророческими. Ведь отец так и наказал – запомнить вкус того дорогого напитка, потому что больше его любимому сыну не доведется купаться в роскоши. Отец был прав. Однако слова отца только еще больше раззадорили Кола. Он будто увидел перед собой победную улыбку Майкла с осуждающим взглядом. Он словно сидел перед ним в своем любимом кожаном кресле, тыкая презренно в него пальцем. По телу пробежался неприятный холодок. От злости, доказывая прежде всего самому себе, Кол залпом выпил пол бутылки старого пива. Да, пусть старое. Пусть дешевое. Но это его выбор. И он совсем не скучает по прошлой жизни. Совсем! Он присел на диван, морщась от ужасной горечи. Его охватил неприятный кашель, но довольная улыбка очень скоро появилась на его лице. Ведь он делал то, что хотел. Не отчитываясь, не натыкаясь на вечные упреки, не выслушивая бесконечную критику. Он был свободен. Да, свободен, несмотря на отсутствие денег и жилья. Хотя по-прежнему, ужасно одинок. Нет, он не был одинок в плане друзей и родственников. Каждую неделю он звонил любимой тете Аннет, расспрашивая ее обо всем на свете, упуская конечно любые подробности о себе. У него были самые настоящие добрые и верные друзья. Но все равно пустоту в душе невозможно ничем заполнить. В сердце давно образовалась одна большая дыра. Хотелось любви, настоящей неподдельной любви, трогательных и истинных чувств, а не одноразовых случайных связей. Он все ждал Бонни. Мысленно представляя, как скоро, очень скоро изменится его жизнь. Он улыбнулся, опустив голову. Она непременно заполнит ту пустоту. Он готов был отдать всего себя без остатка, отдав навсегда свое сердце. Вручит сегодня свой ключ, подчинив ей свою душу. К счастью он услышал ее шаги. Она возвращалась из университета. Он хотел рвануть к ней, крепко прижать к себе и припасть к ее милым губам. Однако паника затмила его рассудок. Он только что выпил половину бутылки пива, а значит, от него исходил не самый приятный запах. Он метнулся в кухню, взял первый попавшийся стакан, налил воды и очень быстро осушил его, чтобы скорее перебить ужасный запах. Она уже вошла в гостиную, и он тут же поймал себя на мысли, что оставил проклятую бутылку на полу. Как неприятно! Он захотел тут же извиниться, но когда увидел мрачное лицо любимой девушки, потерял и сам дар речи. Она даже не взглянула на него, с трудом переводя дыханье. На ее лице читались грусть, разочарование и обида. Что-то случилось с ней. Глубоко внутри. Он не решался первым начать разговор, потому что чувствовал инстинктивно, что всему виной – он и только он. Бонни спокойно села на диван, по-прежнему не поднимая глаз. В ее хрупких руках был какой-то странный конверт, который сразу бросился ему в глаза. Конверт, значит, какие-то неприятные новости. Он принялся с интересом разглядывать его, но не обнаружил ни адреса, ни печати, ни марки. По телу пробежались мурашки. Что-то творилось странное. Он даже побоялся присесть рядом. Бонни первой нарушила молчание. Вызывающим взглядом она наградила его. Ее губы плотно сжались после такого странного вопроса: -Миранда Эстер, кто это? Пылкий изучающий, слишком уверенный взгляд Беннет защекотал все нервы Майклсона. Она будто пытала его как истинный адвокат, а он был будто самый отчаянный преступник. И он, и она прекрасно знали, как следует себя вести при расспросе. Юридический факультет давал о себе знать. Несмотря на самые настоящие кипящие внутри чувства, Бонни не могла позволить себе мягкий взгляд, тихий голос, растерянные глаза. Такая тактика может помочь при расспросе преступника с психическими отклонениями или при личной встрече с серийным маньяком. Однако это был не тот самый случай. Перед ней был достойный равный противник, знающий толк, как умело отвечать, замаскировав свою ложь. Вполне адекватный молодой человек без явных признаков любого вида отклонения. По его телу пробежал ледяной холод. А потом в голову отдало невыносимым жаром. Ладони вспотели, и куда-то пропало дыхание. Но он не двигался, не шевелился, не опуская глаз, не меняя позу. Он не должен выдать волнение. - Прости кто? – спросил он слегка нахмурившись, расправив немного плечи. Она достала фотографию из тоненького странного конверта. Кол с интересом стал рассматривать симпатичную девушку, но его «исследование» продлилось не больше пяти секунд. - Понятия не имею, - ответил он, обратно вернув фото. Бонни не понравился его ответ. Она ожидала скорейшего его признания, чтобы окончательно расставить все точки в столь щекотливом деле. Ее руки задрожали, когда она достала все остальные фотографии. Она разложила их на диване. Кого-то даже расставила вверх ногами. Силы покидали ее с каждой секундой, как только она представляла все самые ужасные и пошлые сцены с НИМ и этими девушками. Кэтрин определенно попала в цель. Заставила Беннет накрутить себя до предела. Кол же как ни в чем не бывало, оставался спокойным. - Не понимаю в чем дело, Бонни. Что это за игра? - Игра? – не выдержала девушка. – Мне Кэтрин все рассказала! Она вскочила на ноги и подбежала к окну, пряча свое лицо. Эту битву она уже проиграла. Он слишком сильно волновал ее сердце. А она была еще слишком юной и неопытной, чтобы бороться со своими внутренними страхами и нахлынувшими эмоциями. - Я знаю, что ты использовал их. Спорил, развлекался, развращал… Ее голос неожиданно притих. Предательски выдал ее волнение. Она терпело полное фиаско. - Бонни, ты чего? Он подошел к ней так близко, опалив своим горячим дыханием. Положил руку на ее хрупкое плечо и медленно развернул к себе. Зарылся в ее растрепанных волосах, опьяненный ее летним ароматом. Не выдержал и поцеловал нежно шею, осмелившись положить руки на ее талию. - Я не знаю, что тебе наговорила Кэтрин, но из всех девушек, которые ты мне показала, я знаю только Кристину. Бонни насторожилась еще больше. Отошла назад, выставив перед собой невидимую преграду. - Что ты с ней сделал? Он отчаянно развел руками, не принимая такой вопиющий напор. Он осознал в этот самый момент, как сильно ее накрутила Кэтрин. Он хотел немедленно придушить свою сестричку за подставленный нож в спину. Хотя глубоко внутри Кол не мог не оценить хитроумный ход Кэтрин. - Ничего, - улыбнулся он. - Я познакомился с Кристиной в Лондоне. Она играла в молодежном театре, а я пришел туда с другом. - Кол, давай только без вранья! – не унималась Беннет. - Так я и говорю правду. Кто эти девушки? Вот Кристину я знаю очень хорошо. - Она была актрисой? - Да, она училась на театральном факультете! Не спорю, она мне сразу понравилась! На его лице появилась милая улыбка. Он закатил мечтательно глаза, вспоминая нечто приятное. - У нее такой красивый голос! А как она играла Офелию! Пару раз я пытался пригласить ее на свидание, но она всегда меня отшивала. Однажды я нарвался на ее парня, так он размазал мне лицо, и я считал на асфальте свои потерянные зубы. Кэтрин все видела, она, конечно, все сфотографировала и потом два года издевалась надо мной. Но Кристина даже близко к себе не подпустила, клянусь! Бонни все никак не могла поверить. Из головы никак не выходили слова Кэтрин. А Кол будто читал ее мысли. - Бонни, пойми, здесь только одна правда. Кэтрин мстит мне, потому что я бросил ее. Она призналась мне в любви, а я сказал, что люблю тебя. Конечно же, она не привыкла терпеть поражение. Она будет придумывать миллион нелепых историй, лишь бы очернить меня в твоих глазах. Это так в ее стиле! Но не верь ей! - Зачем ей это? – потихоньку начала сдаваться Бонни, проникаясь доверием к нему. - Знаешь, когда я узнал о том, что она встречалась со мной и одновременно со Стэфаном, я сделал то же самое. Опустил ее в глазах Сальваторе. Я поступил точно также. В этом мы с ней так похожи! Мне знаком каждый ее шаг... - Это меня и пугает, Кол, - насторожилась Бонни. – Когда я смотрю на Кэтрин, на ее строптивый и вредный характер, на те поступки, которые она совершает, я боюсь представить, что ты когда-то был таким же. Он опустил голову, и с самым поникшим видом продолжил: - Я не святой. Я, действительно, бабник. И я нисколько не отрицаю, что у меня было много девушек! Это чистая правда! Но это были мимолетные знакомства в пьяном угаре. У меня не было никогда серьезных отношений, исключая, конечно же, Кэтрин. Он сделал шаг к ней на встречу, чувствуя, как между ними пропадает тот самый невидимый барьер. - Мы много чего вытворяли с ней, этого я тоже не отрицаю. Но я ни с кем не жил так долго под одной крышей, я никому не признавался в любви в лицо, потому что для меня – это слишком важные слова. Ты, конечно, спросишь про Кэтрин. Ей я признавался тоже, но я разочаровался в ней настолько, что сейчас мне абсолютно все равно на нее. Он снова положил руки на ее плечи, буквально испепеляя огненным взглядом. Бонни не могла выдержать такого напора и уже окончательно поверила его карим глазам. Ведь они не могли так искусно лгать! Не могли! - Я люблю тебя, Бонни! Сильно. Отчаянно. Рьяно. И я сделаю все для того, чтобы доказать тебе это! Поверь мне, я абсолютно искренен с тобой! Он наклонился к ее губам, готовый уже растерзать ее, накрыв своей горячей и пылкой любовью. Он слишком долго ждал этого момента. Он желал упасть перед ней на колени, объявив себя ее преданным рабом. Он готов был сдаться, отдав наконец свое сердце и душу. Однако Бонни отвернулась в сторону, избегая встречи с его горячими губами. Обняла его по-дружески и поцеловала в щечку. - Я верю тебе, Кол. Но я могу быть тебе только другом, прости! Она освободилась из его объятий и быстрыми шагами направилась в свою комнату. Не обернулась ни разу, чувствуя даже спиной его гневный и разъяренный взгляд. Кажется, сейчас она разбила ему сердце. От того, становилось еще больнее. Но лучше бы она оглянулась. Быть может тогда, она поверила бы его словам. Его глаза… Мокрые глаза. Скупые мужские слезы поражения… Он подождал ровно пять минут, ожидая ее возвращения, теша себя еще хоть какой-то надеждой. Но она так и вернулась. Он достал из кармана ключи от дома, положив их на столик. Подобрал с пола открытую бутылку дешевого пива. Накинул на плечи сумку с вещами. И направился медленно к выходу, все еще надеясь услышать ее голос. Но она так и не вышла. И не остановила. «Какое же это тупое слово, ДРУГ!» - подумал он, закрывая навсегда за собой двери.