Опасные намерения

Ранним утром Кэтрин встала раньше всех, чтобы успеть на учебу. Сегодня она впервые появится в университете за последние несколько недель. Скандал с мистером Зальцманом приутих, его давно уволили, все счастливы, а те, кто горюют – это их собственные проблемы. «Одним преподавателем меньше, другим больше», - именно так подумала очаровательная Кэтрин Пирс, натягивая плиссированное платье нежных тонов с множеством складок на юбке. Перебирая в руках бриллиантовую брошь, которую ей подарила мама, девушка грустно вздохнула. Оказалось, больше нечего надеть! Все остальные драгоценности она уже перемерила и нацепляла ни один раз. А в ее обществе – надевать одно и тоже, считалось дурным тоном. Рассматривая себя в массивном зеркале - трюмо, выполненное вручную итальянскими мастерами, девушка лукаво ухмыльнулась. Ведь многие девушки всегда недовольны своей внешностью, но не Кэтрин. Уж кто-кто, но мисс Пирс знала себе цену и всегда купалась во влюбленных взглядах противоположного пола. Она гордилась своей внешней красотой и всегда была уверена в своих силах. Один взмах ресниц и любой мужчина уже валялся у ее ног. Это не было чем-то новым, все проще простого. Достав из серебряной шкатулки жемчужные длинные серьги, декорированные по бокам мелкими хрусталиками, Кэтрин приложила их к свету, любуясь их мерцанием и игрой цветов. Эти сережки являлись бесспорным фаворитом во всей ее коллекции. Еще когда она была маленькой, их подарил отец на день рождение, когда ей исполнилось 7 лет. Прошло немало времени с тех пор, но они не утратили своей прежней красоты и очарования. Кэтрин всегда их надевала в особые дни, и эти сережки приносили ей удачу. Будь то торжественные праздники, экзамены или зачеты, игра в казино или свидания, они всегда сверкали на ней. Только почему она надела их сегодня? Кэтрин и сама не знала, но она чувствовала, что ее ждет удача. Девушка всегда полагалась на свою интуицию, которая никогда ее не подводила. Провозившись немного с английским замком, Кэтрин все же нацепила их на уши. Как вдруг она ощутила теплые руки на своей талии, от чего она даже подпрыгнула. Это был, конечно, Кол. Пока Кэтрин возилась со своим нарядом, парень тихонько прошел в ее комнату, подбежал к ней на цыпочках и обхватил ее руками. Это больше напоминало какую-то романтическую сцену из нежной мелодрамы, именно поэтому Кэтрин не знала, как реагировать на такие резкие и непредсказуемые порывы обольстительного шатена. Кол прижался к ней сзади и положил свою голову на ее удлиненную шею, и ничего не говоря, легонько коснулся ее бархатистой кожи своими губами. Это было что-то новенькое… Девушка закрыла глаза, получая удовольствие от легкого касания, но она не хотела давать слабину, поэтому через пару секунд она резко оттолкнула его от себя. - Ты чего? – улыбнулся он ехидно, выставляя перед собой ладони вперед, словно он сдавался. Кэтрин словно впилась в него глазами, рассматривая его облик. Темно-красная рубашка от Gucci с поднятым воротником и стильными манжетами оставляли неизгладимое яркое впечатление о соблазнительном молодом человеке. А верхние пуговицы, которые, конечно, были не застегнуты, вызывали бурный интерес, к тому, что же скрывается под тонкой тканью. Рубашка выигрышно подчеркивала рельефные мышцы парня, придавая ему еще большей привлекательности. А стильный кожаный ремень добавлял резкости, брутальности и бесспорно - пафоса. Странность состояла вовсе не в его внешнем виде, а в его поведении. Сегодня Кол выглядел слишком нежным, сладким и приторным, что становилось даже не по себе! И сейчас его хищные карие глаза блестели еще ярче, чем ее жемчужно-хрустальные серьги. Это было что-то новенькое… - Ты чего такой довольный? – удивилась девушка, выставляя вперед плечи. - А что, нельзя? – хихикнул Кол. Кэтрин сморщила лоб, не понимая логику и поведение ее сводного брата. Вчера он прибывал в очень удрученном состоянии и буквально бился о кафель в страшном пронзительном крике, словно прибывал в какой-то мучительной агонии. А сегодня все тот же мачо, нет даже нежный мачо - это что-то новенькое… - Клянусь, я тебя не понимаю, - покачала головой девушка, надеясь на то, что ее брат не встанет с кровати, и будет лежать весь день несчастным и больным. Но не тут-то было! Торжественный вид, улыбка до ушей и хитрый прищур глазами – все, как прежде! Кол менялся так же быстро, как хамелеон, менял свои цвета. - Ты про вчерашнее? Да, ладно! Не обращай внимания на мой алкогольный бред! Я вчера переборщил с напитками, еще и разодрался в баре! А тут еще и отец пристал! Короче, пьяные заскоки, не больше того! Кол говорил это так спокойно в своей игривой манере, расплываясь в самодовольной ухмылке. Он был таким непостоянным, даже в своем собственном характере! - А мне так не показалось, ты же места себе не наход…- она не успела договорить последнее слово, поскольку парень подскочил к ней и резко прильнул к ее сочным губам с «вкусным» утренним поцелуем. Да, это было что-то новенькое… Девушка стояла как истукан, снова не понимая хода мыслей Кола. Однако весь разум постепенно у Кэтрин выключался, как только она почувствовала эти мастерские губы на своих устах. Никто так не умел целоваться, как Кол! Кэтрин могла без промедления отдать ему пальму первенства - самому настоящему асу в подобном деле! Он чувствовал, как Кэтрин реагировала на его порыв, поэтому он сильнее прижал ее к себе, откидывая роскошные пряди волос назад. Кол продолжал играть языком, касаясь неба и зубов, захватывая в плен ее пухлые губки, которые жадно требовали продолжения. Насладившись вдоволь вкусом этого порочного и страстного поцелуя, Кол смело перешел к шее, добираясь до уха девушки. - Спасибо тебе, за все! – с благодарностью прошептал он, делая шаг назад. Кэтрин открыла глаза от неожиданности, не понимая, что за игру ведет ее сводный брат. Она сама могла играть, кем угодно и делать только так, как ей вздумается. Но хуже всего – это попасться в паутину такого же сильного игрока, от которого никогда не знаешь, чего ожидать. Главное – не включать чувства, иначе проиграешь все! И Кол и Кэтрин всегда следовали этому правилу в жизни, наверное, именно поэтому ни он, ни она никогда не влюблялись, никогда никому не принадлежали, а просто шли по головам. Никаких чувств! Никакой логики! Никакой предсказуемости! Они оба жили – игрой, и никто не хотел менять чего-то в своей жизни. - Спускаемся на завтрак? – спросила Кэтрин, принимая благодарность Кола. Однако молодой человек никуда не спешил, снова нарушив дистанцию между ними. Он снова обнял ее, прижав к себе еще сильнее, и поцеловал в щеку. Было в этом что-то непорочное, нежное и легкое в подобном непринужденном касании. Это было что-то новенькое… - Может, мы никуда не пойдем и останемся здесь? – прошептал он, запустив ладонь в ее шелковистые волосы, ни на секунду не отводя от нее глаз. Вскинув бровь и подмигнув глазами, Кол намекнул на кровать, а это не было чем-то новым. Все как обычно и снова прежний Кол Майклсон в своем репертуаре… Спустя несколько минут двое молодых людей сидели за столом, уплетая свежие круассаны с малиновым джемом. Кэтрин никогда не начинала свое утро без любимого итальянского сыра Маскарпоне, к нему она всегда питала слабость с детства. Оладьи с кленовым сиропом пришлись девушке по душе вместе с любимым фруктовым салатом. Кол предпочитал более плотный завтрак. Франсуа приготовил его любимый омлет с кусочками свиной колбасы и горчицей, сверху посыпанный сухариками и тертым сыром и запеченный в духовке. Слопав пару кусков омлета, Кол бросил вилку на тарелку, с самодовольным видом поглядывая на своего отца. - Завтра мне, пожалуйста, английские тосты с поджаренными на гриле гарниром – с сосисками или грибами! Больше я такое есть - не буду! – заявил он, словно капризный ребенок, который отказывался есть кашу. - С каких это пор тебе надоел твой любимый омлет? – взглянул на него недоуменно Майкл, допивая крепкий кофе. - С тех пор, как я услышал, что ест на завтрак Барак Обама. Я, что хуже президента? Тоже хочу теперь тосты с грибами, что в этом такого? – ухмыльнулся он, не сводя глаз с отца. Он, словно выжидал, как хищник, ответной реакции, что же будет дальше. Кэтрин сохраняла молчание, из тактичности и вежливости не влезая в их разговор. Она являлась единственным представителем женского пола за семейным столом, поскольку Луиза давно уехала в свою компанию. Презентация новой коллекции одежды на мировом рынке стоило ей самых настоящих нервов, сейчас ей было явно не до завтраков. - Хорошо, завтра Франсуа тебе приготовит твои тосты! – согласился Майкл, поглядывая на ручные часы. Он также опаздывал на работу, поэтому мужчина быстро закончил с утренней трапезой. - Удачи вам, дети! – пожелал он им на прощание, застегивая на ходу свой пиджак. Кол лишь проводил его глазами и после некоторой паузы с высокомерным видом воскликнул: - Если я бы попросил курятину с другой планеты, он бы все-равно ее достал! - Радоваться надо, дурак! Чем ты не недоволен? – спросила Кэтрин, кладя на стол салфетки. - Почему же? Я всем доволен! Он ко мне с утра забежал и оставил очередную карточку с неограниченными средствами и сказал, что я могу выбрать любую спортивную машину. Весело, не правда ли? – хихикнул Кол, хотя было так непонятно, говорил ли он искренно. Вечный игрок и актер по жизни. Встречая такого человека на своем пути, никогда не знаешь, говорит ли он правду. Во всех его движениях и словах все было отточено до настоящего правдоподобия. Но человек не может быть настолько разным, выдавая только правду в столь разных ситуациях, и ведь в каждом конкретном случаи, человек говорит и ведет себя по-разному. Значит, где-то он играет или притворяется. Так где же его настоящее лицо? Никто никогда не мог понять, ни Майкл, ни Луиза, ни Кэтрин, ни Бонни, ни друзья, ни родственники – никто. Чтобы он не говорил, как бы себя не вел, никто не понимал, было ли это искренно или от души. Так и сейчас Кэтрин посмотрела на него и не знала, что стоит за этой смешной мальчишеской улыбкой с искрящимися глазами. Она не стала ничего комментировать, а лишь просто высказалась нейтрально: - Я рада! Девушка улыбнулась в ответ, завидуя немного своему брату. Ей мама как раз ограничивала бюджет и строго следила за ее расходами, приучая к разумной трате. Это всегда ее ограничивало, но и приучало к экономии денег. Закончив с едой, Кол поднялся со стула и взял за руку Кэтрин, столь непринужденно, даже по-джентельменски, помогая ей привстать. Это было что-то новенькое… - Ну, что поехали в универ? Кэтрин кивнула головой и прошла в гостиную, чтобы захватить свою сумочку. Семь пропущенных вызовов от Стэфана несколько разозлили ее. Ее всегда раздражала чрезмерная настойчивость и избыточная навязчивость со стороны парня. Скорчившись в недовольной гримасе, девушка скинула одно-единственное сообщение, лишь бы отвязаться от него. Кол взял ключи от машины и подошел к своей сестре. - Слушай, Кэт, не одолжишь мне телефон? Я свой потерял! - Неудивительно, учитывая, каким ты вчера вернулся! Как спина? - В порядке. Твои волшебные микстуры подействовали как надо, сестричка! Кэтрин улыбнулась, уверенно расправив плечи. И после недолгой паузы продолжила: - Что, в очередной раз участвовал в пьяном дебоше? Девушка с сарказмом взглянула на брата и протянула ему свой телефон. - Спасибо, - поблагодарил он, набирая чей-то номер. – Нет, я просто защитил Бонни. Ну, это долгая история. Я потом как-нибудь расскажу! Кол отошел в сторону, ожидая ответа на противоположной линии. - Ты уже выучил ее номер наизусть? – злобно сверкнула Кэтрин дьявольской улыбкой. Какие - то неведомые демоны закрались к ней в голову и душу, как только она узнала, с кем он вчера весело проводил время. Ее голос сразу стал несколько тяжелым и надрывным, а глаза «проедали» его насквозь. У нее была словно аллергия только на одно имя Бонни Беннет. Внутри нее бушевали темные демоны, а на внешнем виде красовался ангел с распластавшимися крыльями. - Привет, Бон! Ты уже в универе? Слушай, а давай погуляем сегодня? Я тебя приглашаю в рестор.. Кол не успел договорить последнее слово, сжав крепко телефон в своей руке. Он не мог больше проронить ни слова, поскольку Кэтрин резко заткнула ему рот своим жадным и страстным поцелуем, упиваясь вкусом его губ. Это служило продолжением их утреннего поцелуя. Это было что-то новенькое… Девушка вцепилась в него мертвой хваткой, ни на секунды не разжимая своих властных объятий. Она схватила его за рубашку, все ближе и ближе прижимая к себе. Кол с радостью подчинялся ей, скользя руками по ее соблазнительной спине и ниже… Телефон шумно упал на паркет и больше никого не интересовал и утратил всякий смысл. Тем временем оба задыхались от наваждения и всепоглощающей страсти, что никто не мог остановиться, никто даже не пытался, да и не хотел. Круговорот страстей витал около них, создавая сильную ауру чего-то порочного и запретного, безграничного и странного… Кэтрин бросила искру и теперь, огненное и жгучее пламя охватило их обоих. Он всегда желал коснуться ее соблазнительных форм, когда она дразнила его своими вырезами, декольте и открытыми участками тела. А она прикусывала губу от вожделения, замечая его оголенный торс в бассейне или душе. Они часто раздевали друг друга глазами и всегда себя сдерживали, но не сегодня и не в данный момент. Они целовались так, словно им не хватало воздуха, как если бы они оторвались друг от друга, то задохнулись бы без кислорода. Ничего больше не имело смысл, ничего не могло остановить эту безудержную страсть и их внутренние порывы. Кол сорвал с нее первый стон, когда проложил дорожку поцелуев от шеи до груди. Кэтрин закрыла глаза, предаваясь своим мечтам, как давно она об этом мечтала, и как давно об этом мечтал он. Зыбкая черта окончательно стерлась между ними. Расстегивая быстро его рубашку, девушка нетерпеливо запустила свою руку под тонкую ткань, с интересом поглаживая его крепкий торс. Кол тут же поймал ее скользкую и хитрую улыбку, вспомнив сколько раз, она кидала на его тело неоднозначные взгляды. И только сейчас она улыбалась, а не кусала свою нижнюю губу, очевидно, радуясь торжественному моменту. Схватив резко ее за руки, Кол потащил ее в ближайшую комнату. По воле случая, это оказалась комната для гостей, но это не имело никакого значения, лишь бы подальше от всех ушей и глаз. Хотя родителей все-равно нет дома… Как только Кол захлопнул дверь, Кэтрин властно прижала его к стене, скинув свои высоченные шпильки, от чего стала такой миниатюрной. Кол ударился спиной, но не вздрогнул, а лишь спокойно расслабился, чувствуя, как язычок Кэтрин скользил по его телу. Она целовала его, поглаживая крепкие мышцы, спускаясь все ниже и ниже… Очень скоро рубашка полетела вниз, открыв все участки его разгоряченного тела. Кол блаженно наслаждался касаниями девушки, от чего сильнее и сильнее заводился. Все нервные точки и миллион импульсов, абсолютно все насыщалось и зажигалось бешеным током, со скоростью света, проскользнувшего по клеточкам кожи молодых людей. Была ли это физика, анатомия или химия – не важно. Но ясно было одно – это был небывалый прилив эмоций, с точки зрения психологии, замутнение рассудка и предание своим инстинктам, с точки зрения биологии, а может, и были задействованы и физика, и химия, и анатомия вместе. Так или иначе, два магнита тянулись друг к другу и ни на секунду не могли оторваться друг от друга, подтверждая все законы природы, науки и жизни. Минус на минус дает плюс, вот еще и математика вмешалась в пульсацию их крови, стынущую в их жилах. Они больше ни о чем не думали, отключив все в своем мозгу. Существовал только этот момент, только эта секунда их мимолетных и томительных взглядов, страстных и жадных поцелуев, скользящих касаний и едва слышимых стонов. Вдоволь насладившись играми Кэтрин, Кол больше не мог терпеть и довольно неожиданно сорвал ее платье. И не важно, что таких в мире всего лишь три, у одной знаменитой светской леди из аристократической семьи в Монако, второе у популярной американской актрисы, а третье лежало разорванное по-зверски на полу и не подлежало никакому почину. Это больше не имело смысла... Взору парня, наконец, предстала приподнятая грудь в дорогом бюстье, осталось только освободить ее их тесного кружева, что представлялось довольно легкой задачей. Рухнув на широкую кровать, оба блаженно вздохнули от того, что становились все ближе и ближе друг к другу. Безумие охватило их с ног до головы, оторвав их от последней точки опоры. Сейчас существовали только огненные танцы страсти их языков и тесное, уж очень тесное сплетение тел. Кэтрин проворно потянулась ручками к ремню парня, с нетерпением стягивая последнее, что мешало почувствовать его еще ближе… Через несколько секунд они оба оказались во власти своих желаний и внутренних инстинктов. - Никаких чувств! – прошептал Кэтрин, едва найдя в себе силы, чтобы не сорваться на громкий протяжной стон, когда Кол ласкал ее грудь. - Никаких границ! – так же тихо ответил он, снова прикоснувшись к ее губам, которые были растерзаны до крови… Может это сладострастная нега и высшая степень удовольствия уносила их далеко, за сотни миль от реального мира в пучину всепоглощающей страсти, и может быть, для них обоих подобное времяпрепровождение не имело абсолютно никакого смысла, но рвущиеся и давящие в грудь сердца требовали ни безрассудного сплетения тел, вовсе нет. Они рвали и метали, с болью ударяясь в грудной клетке, и просто умоляли о самых настоящих человеческих чувствах, которые оба гасили в себе, но одно сердце под натиском другого все же медленно сдавалось… Это было что-то новенькое…